Решение № 2-749/2025 2-749/2025~М-486/2025 М-486/2025 от 19 июня 2025 г. по делу № 2-749/2025

Решение в окончательной форме

принято 20 июня 2025 года

№
РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Полевской 16 июня 2025 года

Полевской городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Суетиной О.В., с участием истцов ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, при ведении протокола и аудио протокола секретарем Яковлевой Л.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2 – 749/2025 по иску ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к органу местного самоуправления Управление муниципальным имуществом Полевского муниципального округа Свердловской области о признании права общей долевой собственности на недвижимое имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к органу местного самоуправления Управление муниципальным имуществом Полевского муниципального округа Свердловской области (далее по тексту – ОМС УМИ ПМО) о признании права общей долевой собственности на недвижимое имущество. Мотивировали требования тем, что на основании договора передачи квартиры в собственность граждан № от 06.07.1993 ФИО1 и ФИО2 принадлежала <. . .>, по 1\2 доли в праве общей долевой собственности каждому. ФИО1 и ФИО2 в браке не состояли, были зарегистрированы с 1980 года и проживали в данной квартире. ФИО2 умер 25.02.1994. Согласно реестру наследственных дел наследство после его смерти не заводилось. ФИО1 умерла 13.03.2023, наследство после ее смерти приняла дочь ФИО3, нотариусом ей выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1\2 доли в праве общей долевой собственности на <. . .>. ФИО3 умерла 04.08.2024, наследство в виде 1\2 доли в праве общей долевой собственности на <. . .> приняли ее дети – истцы по делу, которым нотариусом выданы свидетельства о праве на наследство по закону (по 1\8 доли у каждого). После смерти ФИО2 в <. . .> была зарегистрирована и проживала ФИО1, она же несла расходы по содержанию квартиры, соответственно с 25.092.1994 она добросовестно, отрыто и непрерывно пользовалась, в том числе и принадлежавшей ФИО2 1\2 долей в праве общей долевой собственности на эту квартиру. Срок владения ФИО1 1\2 долей в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежавшей ФИО2 превышал 15 лет, следовательно, она в период жизни могла признать право собственности на эту долю. После смерти это право перешло ее наследнику ФИО3, которая продолжила пользоваться указанной долей квартиры, поскольку она проживала в данной квартире без регистрации до момента смерти, она же несла расходы по содержанию квартиры, оплачивала коммунальные услуги. После смерти ФИО3 право перешло к истцам, которые также добросовестно, отрыто и непрерывно пользуются квартирой, в частности приходят в квартиру, проверяют ее состояние и сохранность, в квартире проводятся поминальные обеды, оплачивают коммунальные услуги. В связи с этим, истцы к своему сроку владения долей, принадлежавшей ФИО2, вправе присоединить срок владению ею ФИО1 и ФИО3 и общий срок добросовестного, открытого и непрерывного владения истцов долей составил 31 год. Истцы просили признать за каждым из них право собственности на 1\8 доли в праве общей долевой собственности на <. . .>.

В судебном заседании истцы исковые требования и доводы искового заявления поддержали.

Представитель ответчика ОМС УМИ ПМО в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах не явки суд не уведомил. Представил возражения на иск, в которых просил оставить требования истцов без удовлетворения. Мотивируя тем, что если наследство за умершим никем не принято, то оно приобретает статус выморочного имущества и переходит в собственность Полевского муниципального округа независимо от факта регистрации права. Владение истцами спорным имуществом нельзя признать добросовестным, так как очевидно, что истцам на момент начала пользования квартирой, как единым объектом права было известно об отсутствии оснований этого владения. Ни ФИО1, ни ФИО3, ни дети ФИО3 – истцы по делу не являются наследниками ФИО2 С заявлением о наличии выморочного имущества в праве на квартиру в уполномоченный орган никто не обращался, соответственно, публичный собственник не знал и не мог знать о существовании оснований для оформления в установленном порядке права собственности на 1\2 доли в спорной квартире. Отсутствие добросовестности, а также открытости владения является достаточным основанием для отказа в иске, поскольку исключает совокупность обстоятельств, предусмотренных ст. 234 Гражданского кодекса, для признания права.

Заслушав пояснения истцов, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

В силу пункта 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных названным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно пункту 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). При разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь. Лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, должно доказать наличие одновременно следующих обстоятельств: фактическое владение недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет; владение имуществом как своим собственным не по договору; добросовестность, открытость и непрерывность владения.

Согласно правовой позиции в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 N 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.В. В." в рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16 указанного выше постановления Пленума, по смыслу ст. ст. 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

В силу абз. 1 п. 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из ст. ст. 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи, приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим.

Длительность такого открытого и непрерывного владения в совокупности с положениями об отказе от права собственности и о бесхозяйных вещах, а также о начале течения срока приобретательной давности предполагают, что титульный собственник либо публичное образование, к которому имущество должно перейти в силу бесхозяйности либо выморочности имущества, не проявляли какого-либо интереса к этому имуществу, не заявляли о своих правах на него, фактически отказались от прав на него, устранились от владения имуществом и его содержания.

Целью нормы о приобретательной давности является возвращение фактически брошенного имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п.

Добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями.

При этом в силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании договора от 06.07.1993 № 7990, ФИО1 и ФИО2 являлись долевыми сособственниками (по 1\2 доле) квартиры с кадастровым номером 66:59:0102020:1737, расположенной по адресу: <. . .>.

ФИО2 умер 25.02.1994, что следует из копии свидетельства о смерти (л.д. 12).

После смерти ФИО2 за принятием наследства никто не обратился.

После смерти ФИО2 в спорной квартире осталась проживать ФИО1, что подтверждается справкой ООО «УК «ПКК» (л.д. 24).

ФИО1 умерла 13.03.2023, что подтверждается копий свидетельства о смерти (л.д. 13).

После ее смерти заведено наследственное дело, с заявлением о принятии наследства обратилась ФИО3, которой выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 29.02.2024 на 1\2 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру. Право собственности зарегистрировано в ЕГРН 01.03.2024.

ФИО3 умерла 04.08.2024, что подтверждается копий свидетельства о смерти.

После ее смерти заведено наследственное дело, с заявлением о принятии наследства обратились ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, которым выданы свидетельства о праве на наследство по закону каждому в 1\4 доли от 1\2 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру. Право собственности зарегистрировано в ЕГРН.

Право собственности на 1\2 доли, принадлежавшую ФИО2, за кем-либо не зарегистрировано.

Из справки АО «РЦ Урала» от 13.05.2025 (л.д. 41), следует, что задолженность за жилищно – коммунальные услуги и взнос на капитальный ремонт по лицевому счету на <. . .> отсутствует.

Таким образом, судом установлено, что истцы, являются правопреемником ФИО3, являющейся правопреемником ФИО1, ранее являющейся собственником 1\2 доли вышеуказанного жилого помещения, которые также как и истцы, добросовестно, открыто и непрерывно владели всем имуществом как своим собственным ввиду отсутствия к данному имуществу интереса со стороны собственников 1/2 доли, несли бремя содержания всей квартиры, и общий срок добросовестного владения спорной квартирой составляет более 15 лет, что является основанием для удовлетворения исковых требований.

Ответчик допустил длительное бездействие, не оформил в разумный срок право собственности на спорное имущество, правового интереса к спорному имуществу с 1994 года не проявлял, о своих правах не заявлял, допустив пренебрежение к контролю за выморочным имуществом.

Отнесение имущества в силу закона к выморочному не является препятствием для применения ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации и не может свидетельствовать о недобросовестности истцов.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 удовлетворить:

признать за ФИО4 (СНИЛС 076 - 828 - 257- 09) право собственности на 1\8 доли в праве общей долевой собственности на <. . .>, расположенную по адресу: <. . .>, кадастровый №;

признать за ФИО5 (СНИЛС №) право собственности на 1\8 доли в праве общей долевой собственности на <. . .>, расположенную по адресу: <. . .>, кадастровый №;

признать за ФИО6 (СНИЛС №) право собственности на 1\8 доли в праве общей долевой собственности на <. . .>, расположенную по адресу: <. . .>, кадастровый №;

признать за ФИО7 (СНИЛС №) право собственности на 1\8 доли в праве общей долевой собственности на <. . .>, расположенную по адресу: <. . .>, кадастровый №.

Решение является основанием для внесения изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в отношении указанного объекта недвижимости относительно правообладателей квартиры и возникновения общей долевой собственности в указанных долях.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы в Полевской городской суд.

Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате с применением технических средств.

Председательствующий судья О.В. Суетина