Апелляционное определение № 33-8223/2026 от 26 апреля 2026 г.

УИД 16RS0046-01-2025-022251-07

Дело № 2-553/2026 ~ М-4972/2025

Судья Малкова Я.В. 33-8223/2026

Учет № 219г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 апреля 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Фахриева М.М.,

при ведении протокола помощником судьи Суфиевой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гиниатуллиной Ф.И. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя автономной некоммерческой организации высшего образования «Московский международный университет» – ФИО2 на решение Вахитовского районного суда города Казани от 30 января 2026 года, которым постановлено: исковые требования удовлетворить частично.

Признать недействительным приказ от <дата> о досрочном отчислении ФИО4 студентки группы .... из автономной некоммерческой организации высшего образования «Московский международный университет».

Восстановить ФИО4 студентом автономной некоммерческой организации высшего образования «Московский международный университет» по направлению 45.03.02 Лингвистики по программе бакалавриата «Теория и методика преподавания английского языка и культур англоязычных стран» на 4 курсе для проведения проверки выпускной квалификационной работы от <дата> на соответствие требованиям оригинальности и содержания, и в случае оригинальности текста не менее 50% принять решение о допуске к защите ее выпускной квалификационной работе работы и провести государственную итоговую аттестации в течении 30 дней с даты вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с автономной некоммерческой организации высшего образования «Московский международный университет» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда 40 000 рублей и штраф 20 000 рублей.

Взыскать с автономной некоммерческой организации высшего образования «Московский международный университет» государственной пошлину в бюджет в размере 6 000 рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя автономной некоммерческой организации высшего образования «Московский международный университет» – ФИО5, поддержавшей доводы жалобы, представителей ФИО4 – ФИО6, ФИО7, возражавшим доводам жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

22 ноября 2021 года между истцом и АНО ВО «Московский Международный Университет» (далее – Университет) в порядке перевода из КФУ был заключен договор об образовании на обучение по программе бакалавриата на факультете лингвистики по специальности 42.03.01 «Реклама и связи с общественностью» в заочной форме. Весь образовательный процесс был организован дистанционно, посредством электронного взаимодействия через личный кабинет. В период с 2021 по 2025 год истец надлежащим образом осваивала учебную программу, успешно проходила все промежуточные аттестации и не имела академической задолженности.

На четвертом, завершающем курсе обучения истец самостоятельно выполнила выпускную квалификационную работу (ВКР), не обращаясь за помощью к научному руководителю ввиду отсутствия трудностей. Доступ к загрузке работы для проверки был предоставлен Университетом лишь в первых числах июня 2025 года.

07 июня 2025 года истец в установленный срок направила первоначальный вариант ВКР научному руководителю ФИО1 для проверки в системе «Антиплагиат.Вуз». Вечером того же дня руководитель сообщила о выявлении на нескольких страницах (из всего объема в 60 листов) незначительного объема сгенерированного текста без указания его точного процентного соотношения, после чего в категоричной форме потребовала ускорить исправление работы. Истец полагает, что данный отзыв носил субъективный характер и не содержал конкретных и достаточных указаний на допущенные нарушения, а также информации о сроках их устранения.

Утром 09 июня 2025 года истец направила исправленный вариант работы руководителю. Однако 10 июня 2025 года, в ответ на ее запросы, научный руководитель заявила о пропуске срока, указав, что загрузка должна была быть произведена 08 июня 2025 года. Истец сочла непринятие результатов проверки от <дата> незаконным, поскольку предельный срок загрузки (08 июня 2025 года) приходился на воскресенье, а в силу статьи 193 Гражданского кодекса РФ, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день, а именно – 09 июня 2025 года. Следовательно, загрузка работы 09 июня 2025 года была произведена истцом в пределах допустимого срока.

10 июня 2025 года в 16:25 на электронную почту истца поступило уведомление об отчислении. Основанием для издания приказа послужили протокол заседания кафедры, а также вывод о нарушении истцом принципа добросовестной работы в системе «Антиплагиат.Вуз» со ссылкой на Положение о порядке отчисления и восстановления обучающихся. Истец считает данный приказ незаконным. ФИО4 утверждает, что никогда не пользовалась технологиями искусственного интеллекта при написании работы, а процент оригинальности ее текста соответствует требованиям локальных нормативных актов Университета. Кроме того, истец указывает на отсутствие надлежащего уведомления о процедуре проверки и непрозрачность ее алгоритмов. До нее не доводился алгоритм действия программы «Антиплагиат.Вуз», а именно: по каким критериям тот или иной фрагмент текста относится к сгенерированному искусственным интеллектом. Сама программа, по мнению истца, не позволяет достоверно установить факт использования искусственного интеллекта, при этом погрешность ее результатов нормативно не определена. Также истец ссылается на вероятностный, а не утвердительный характер отчета системы. Отчет, сформированный «Антиплагиат.Вуз», содержит прямую оговорку о том, что «окончательное решение о качестве текста остается за проверяющим экспертом». Однако, как полагает истец, специалистов-экспертов, способных квалифицированно проверить выводы программы, у ответчика не имеется. При принятии решения о ее отчислении отчет системы соответствующей экспертной оценке подвергнут не был. Напротив, в судебном заседании представитель ответчика подтвердил, что научный руководитель истца не обладает компетенциями для проверки работы на предмет наличия сгенерированного текста, так как ей неизвестны принципы работы системы «Антиплагиат». В ходе анализа отчетов были выявлены противоречия, которые ответчик не смог объяснить. В отдельных случаях один и тот же текст в отчете от <дата> был классифицирован как сгенерированный искусственным интеллектом, а в отчете от <дата> – как написанный человеком, и наоборот. ФИО4 обращает внимание на нарушение процедуры, установленной локальными актами Университета. Согласно пункту 5.7 Положения о ВКР, в случае недопуска обучающегося к защите, обсуждение этого вопроса должно быть вынесено на заседание кафедры с участием автора работы и научного руководителя. Ввиду непринятия ответчиком результатов проверки от <дата>, на заседание кафедры по вопросу недопуска к защите истец приглашена не была.

Кроме того, истец указывает на нарушение порядка, предусмотренного порядком проведения государственной итоговой аттестации, утвержденным Приказом Минобрнауки России от 29 июня 2015 года № 636, согласно которому обучающийся вправе подать апелляцию на решение о недопуске в течение следующего рабочего дня. До истечения срока на обжалование (12 июня 2025 года) отчисление истца, по ее мнению, не могло быть произведено, так как это лишало бы ее гарантированного права на обжалование. На основании изложенного, истец полагает, что не основанный на законе и локальных актах недопуск к защите ВКР и последующее отчисление повлекли нарушение ее прав как потребителя образовательных услуг, причинили ей моральный вред, компенсацию которого она оценивает в 500 000 рублей.

Судом принято решение в приведённой выше формулировке.

В апелляционной жалобе АНО ВО «Московский Международный Университет» просит отменить решение суда первой инстанции и принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме. В обоснование жалобы ответчик приводит следующие доводы.

Суд первой инстанции необоснованно признал недоказанным факт ознакомления истца с Положением о порядке проверки на объём заимствования текстов и Положением о выпускной квалификационной работе. Университет представил доказательства информирования обучающегося о существовании указанных локальных актов и возможности беспрепятственного доступа к ним, в том числе путём публикации на официальном сайте. Пункт 2.4.2 договора об образовании прямо возлагает на истца обязанность соблюдать внутренние правила и локальные нормативные акты Университета, что предполагает самостоятельное ознакомление с ними. Законодательство об образовании, обеспечивая информационную открытость, не устанавливает обязательной процедуры персонального ознакомления с каждым локальным актом. Вывод суда о недоведении документов до сведения обучающегося основан на неправильном распределении бремени доказывания и игнорирует факт доступности указанных актов для истца.

Суд неправильно применил статью 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, распространив правило о переносе последнего дня срока, приходящегося на нерабочий день, на отношения по проверке выпускной квалификационной работы. Календарный учебный график является частью образовательной программы и утверждается Университетом самостоятельно в рамках предоставленной законом автономии. Установленный Университетом срок загрузки работы (до 8 июня 2025 года) не подлежит корректировке по общим нормам гражданского законодательства, поскольку образовательные правоотношения регулируются специальным законодательством. Суд, применив статью 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, вышел за пределы компетенции и вмешался в автономию образовательной организации. Кроме того, третья попытка проверки работы, загруженной 9 июня 2025 года, была рассмотрена, но результат — выявление в работе текста, сгенерированного искусственным интеллектом, — всё равно не позволил бы признать проверку успешно пройденной, что делает вывод суда о незаконном отказе в принятии результатов данной проверки фактически необоснованным.

Суд ошибочно применил нормы о праве обучающегося на апелляцию, предусмотренные порядком проведения государственной итоговой аттестации. ФИО4 не была допущена к защите выпускной квалификационной работы, следовательно, государственные аттестационные испытания не начинались, и право на подачу апелляции по их результатам не возникло. Отказ в допуске к защите явился прямым следствием невыполнения истцом учебного плана, что в силу пункта 2 части 2 статьи 61 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» является самостоятельным основанием для отчисления. Отчисление произведено до истечения несуществующего срока на апелляционное обжалование, и соответствующий вывод суда основан на неверном толковании материального закона.

Суд первой инстанции безосновательно признал необходимым проведение экспертной оценки отчёта системы «Антиплагиат» и указал на отсутствие у научного руководителя и Университета соответствующих компетенций. Ни федеральное законодательство, ни локальные нормативные акты Университета не содержат требования об обязательной экспертизе отчётов, сформированных системой «Антиплагиат», силами сторонних специалистов либо о подтверждении квалификации научного руководителя как технического эксперта по работе программного обеспечения. Правообладатель лицензионного договора предоставляет программный продукт «как есть» и не возлагает на образовательную организацию обязанности исследовать алгоритмы его работы. Полномочия по проверке работы в системе и принятию итогового решения о допуске к защите, включая оценку достоверности результатов проверки, отнесены локальными актами непосредственно к компетенции научного руководителя. Указав на необходимость дополнительной экспертизы, суд вышел за пределы своих процессуальных полномочий и фактически создал новое нормативное предписание, не основанное на законе. Выявленные истцом расхождения в отчётах за разные даты являются следствием изменений, вносимых автором в текст работы, и не свидетельствуют о недостоверности процедуры проверки в целом.

Суд неправильно истолковал понятия «оригинальность текста» и «самостоятельность выполнения работы». Согласно локальным нормативным актам Университета, показатели «Оригинальность», «Цитирование», «Самоцитирование» и «Совпадения» являются самостоятельными категориями, которые в совокупности составляют 100 %, и именно к показателю «Оригинальность» предъявляется требование о пороговом значении не менее 50 %. Показатель «ИИ-контент» является отдельной категорией, не участвует в расчёте процента оригинальности, но означает наличие неправомочного заимствования, запрещённого пунктом 4 Положения об Антиплагиате. Наличие в работе любого количества текста, сгенерированного искусственным интеллектом, делает невозможным достоверное установление действительной оригинальности работы, создаёт условия для фальсификации результатов проверки и является достаточным основанием для признания проверки не пройденной. Суд, приняв показатель «текст, написанный человеком» за показатель оригинальности, подменил понятия и не учёл прямой запрет, установленный локальными актами Университета, что привело к неправильному выводу о соответствии работы предъявляемым требованиям.

Выслушав объяснения представителей ответчика и истца, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу частей 3, 5, 8 статьи 12 Федерального закона от 29декабря 2012 года №273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (далее –Закона об образовании) К основным образовательным программам относятся образовательные программы высшего образования - программы бакалавриата, программы специалитета, программы магистратуры, программы подготовки научных и научно-педагогических кадров в аспирантуре (адъюнктуре), программы ординатуры, программы ассистентуры -стажировки.

В соответствии с частью 1 статьи 28 Закона об образовании образовательная организация обладает автономией, под которой понимается самостоятельность в осуществлении образовательной, научной, административной, финансово-экономической деятельности, разработке и принятии локальных нормативных актов в соответствии с настоящим Федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и уставом образовательной организации.

В силу частей 1, 2, 3, 7, 8 статьи 54 Закона об образовании Договор заключается в простой письменной форме между:

1) организацией, осуществляющей образовательную деятельность, и лицом, зачисляемым на обучение (родителями (законными представителями) несовершеннолетнего лица);

2) организацией, осуществляющей образовательную деятельность, лицом, зачисляемым на обучение, и физическим или юридическим лицом, обязующимся оплатить обучение лица, зачисляемого на обучение.

В договоре об образовании должны быть указаны основные характеристики образования, в том числе вид, уровень и (или) направленность образовательной программы (часть образовательной программы определенных уровня, вида и (или) направленности), форма обучения, срок освоения образовательной программы (продолжительность обучения).

В договоре об образовании, заключаемом при приеме на обучение за счет средств физического и (или) юридического лица (далее - договор об оказании платных образовательных услуг), указываются полная стоимость платных образовательных услуг и порядок их оплаты. Увеличение стоимости платных образовательных услуг после заключения такого договора не допускается, за исключением увеличения стоимости указанных услуг с учетом уровня инфляции, предусмотренного основными характеристиками федерального бюджета на очередной финансовый год и плановый период.

Сведения, указанные в договоре об оказании платных образовательных услуг, должны соответствовать информации, размещенной на официальном сайте образовательной организации в сети «Интернет» на дату заключения договора.

Наряду с установленными статьей 61 настоящего Федерального закона основаниями прекращения образовательных отношений по инициативе организации, осуществляющей образовательную деятельность, договор об оказании платных образовательных услуг может быть расторгнут в одностороннем порядке этой организацией в случае просрочки оплаты стоимости платных образовательных услуг, а также в случае, если надлежащее исполнение обязательства по оказанию платных образовательных услуг стало невозможным вследствие действий (бездействия) обучающегося.

Основания расторжения в одностороннем порядке организацией, осуществляющей образовательную деятельность, договора об оказании платных образовательных услуг указываются в договоре.

В силу статьи 59 Закона об образовании Итоговая аттестация представляет собой форму оценки степени и уровня освоения обучающимися образовательной программы.

Итоговая аттестация проводится на основе принципов объективности и независимости оценки качества подготовки обучающихся.

Итоговая аттестация, завершающая освоение основных образовательных программ основного общего и среднего общего образования, основных профессиональных образовательных программ, является обязательной и проводится в порядке и в форме, которые установлены образовательной организацией, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Итоговая аттестация, завершающая освоение имеющих государственную аккредитацию основных образовательных программ, является государственной итоговой аттестацией. Государственная итоговая аттестация проводится государственными экзаменационными комиссиями в целях определения соответствия результатов освоения обучающимися основных образовательных программ соответствующим требованиям федерального государственного образовательного стандарта или образовательного стандарта.

Формы, порядок (включая требования к использованию средств обучения и воспитания, средств связи при проведении государственной итоговой аттестации, требования, предъявляемые к лицам, привлекаемым к проведению государственной итоговой аттестации, порядок подачи и рассмотрения апелляций, изменения и (или) аннулирования результатов государственной итоговой аттестации), сроки проведения государственной итоговой аттестации по образовательным программам основного общего и среднего общего образования и продолжительность проведения экзаменов по каждому учебному предмету в рамках государственной итоговой аттестации по указанным образовательным программам определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере общего образования, совместно с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере образования, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Формы и порядок проведения (включая требования к использованию средств обучения и воспитания, средств связи при проведении государственной итоговой аттестации, требования, предъявляемые к лицам, привлекаемым к проведению государственной итоговой аттестации, порядок подачи и рассмотрения апелляций, изменения и (или) аннулирования результатов государственной итоговой аттестации) государственной итоговой аттестации по образовательным программам среднего профессионального образования определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере общего образования, по образовательным программам высшего образования - федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере высшего образования, если иное не установлено настоящим Федеральным законом (часть 5).

К государственной итоговой аттестации допускается обучающийся, не имеющий академической задолженности и в полном объеме выполнивший учебный план или индивидуальный учебный план, если иное не установлено порядком проведения государственной итоговой аттестации по соответствующим образовательным программам (часть 6).

Обучающиеся, не прошедшие государственной итоговой аттестации или получившие на государственной итоговой аттестации неудовлетворительные результаты, вправе пройти государственную итоговую аттестацию в сроки, определяемые порядком проведения государственной итоговой аттестации по соответствующим образовательным программам (часть 7).

В силу статьи 61 Закона об образовании Образовательные отношения прекращаются в связи с отчислением обучающегося из организации, осуществляющей образовательную деятельность:

1) в связи с получением образования (завершением обучения);

2) досрочно по основаниям, установленным частью 2 настоящей статьи.

Образовательные отношения могут быть прекращены досрочно в следующих случаях:

1) по инициативе обучающегося или родителей (законных представителей) несовершеннолетнего обучающегося, в том числе в случае перевода обучающегося для продолжения освоения образовательной программы в другую организацию, осуществляющую образовательную деятельность;

2) по инициативе организации, осуществляющей образовательную деятельность, в случае применения к обучающемуся, достигшему возраста пятнадцати лет, отчисления как меры дисциплинарного взыскания, в случае невыполнения обучающимся по профессиональной образовательной программе обязанностей по добросовестному освоению такой образовательной программы и выполнению учебного плана, а также в случае установления нарушения порядка приема в образовательную организацию, повлекшего по вине обучающегося его незаконное зачисление в образовательную организацию;

3) по обстоятельствам, не зависящим от воли обучающегося или родителей (законных представителей) несовершеннолетнего обучающегося и организации, осуществляющей образовательную деятельность, в том числе в случае ликвидации организации, осуществляющей образовательную деятельность Часть 2).

Основанием для прекращения образовательных отношений является распорядительный акт организации, осуществляющей образовательную деятельность, об отчислении обучающегося из этой организации. Если с обучающимся или родителями (законными представителями) несовершеннолетнего обучающегося заключен договор об оказании платных образовательных услуг, при досрочном прекращении образовательных отношений такой договор расторгается на основании распорядительного акта организации, осуществляющей образовательную деятельность, об отчислении обучающегося из этой организации. Права и обязанности обучающегося, предусмотренные законодательством об образовании и локальными нормативными актами организации, осуществляющей образовательную деятельность, прекращаются с даты его отчисления из организации, осуществляющей образовательную деятельность (часть 4).

При досрочном прекращении образовательных отношений организация, осуществляющая образовательную деятельность, в трехдневный срок после издания распорядительного акта об отчислении обучающегося выдает лицу, отчисленному из этой организации, справку об обучении в соответствии счастью 12 статьи 60 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 2.2 Положения о выпускной квалификационной работе в Автономной не-коммерческой организации высшего образования «Московский международный университет» (далее - Положение о ВКР) выпускная квалификационная работа бакалавра должна представлять собой профессионально направленную самостоятельно выполненную законченную разработку в форме рукописи (теоретического, экспериментального или творческого характера) по конкретной теме, связанной с будущей квалификацией бака-лавра. Выпускная квалификационная работа бакалавра должна подтверждать способность автора к самостоятельной работе на основе приобретённых теоретических знаний, практических навыков и освоенных методов научного исследования в конкретной профессиональной области.

Согласно п.3, 4, 7, 8, Положения об Антиплагиате, проверка на наличие заимствований одной работы может проводиться не более 3 раз и в работе не допускается наличие неправомочных заимствований в работах, указанных в настоящем Положении, а также применение технических средств, влияющих на объективность результатов проверки работ системой «Антиплагиат» (далее - фальсификация результатов проверки). Под техническими средствами, влияющими на объективность результатов проверки работ системой «Антиплагиат», понимается: использование специального программного обеспечения, позволяющего изменить результаты проверки. Включение в текст работы скрытых символов, пробелов; изменение кодировки текста; использование в словах сочетаний букв латинского и русского алфавитов и т.д.

Признаются правомочными следующие заимствования:

а) цитирование собственных материалов (самоцитирование), в объеме, оправданном целью цитирования, с обязательным указанием ссылки на работу, которая используется, и источник заимствования;

б) цитирование в оригинале и в переводе в научных, полемических, критических, информационных, учебных целях, правомерно обнародованных произведений в объеме, оправданном целью цитирования, с обязательным указанием имени автора, произведение которого используется, и источника заимствования;

в) цитирование нормативных правовых актов с указанием официального источника публикации;

г) библиографические источники;

д) использование устойчивых словосочетаний и оборотов (наименования организаций, органов государственной власти и органов местного самоуправления, часто повторяющиеся устойчивые выражения, юридические термины и т.п.).

Не допускается наличие неправомочных заимствований в работах, указанных в настоящем Положении, а также применение технических средств, влияющих на объективность результатов проверки работ системой «Антиплагиат» (далее - фальсификация результатов проверки). Под техническими средствами, влияющими на объективность результатов проверки работ системой «Антиплагиат», понимается: использование специального программного обеспечения, позволяющего изменить результаты проверки; включение в текст работы скрытых символов, пробелов: изменение кодировки текста; использование в словах сочетаний букв латинского и русского алфавитов и т.д.

Для успешного прохождения проверки на заимствования необходимо, чтобы работа соответствовала следующим условиям: - выпускная квалификационная работа бакалавра - не менее 50% оригинального текста.

В соответствии с п. 8.1 Положения об Антиплагиате в систему «Антиплагиат» загружается полностью оформленная работа, включающая титульный лист со всеми реквизитами работы и текст самой работы.

В соответствии с п. 8.5 Положения об Антиплагиате научный руководитель, после просмотра и контроля за отсутствием фальсификации результатов проверки текста загруженной работы, принимает одно из следующих решений:

а) о прохождении проверки, в этом случае ставит отметку «зачет»;

б) об условном прохождении проверки, в этом случае ставит отметку «на доработку», при этом обучающемуся должна быть направлена ссылка на полный отчет по работе с целью внесения необходимых корректировок. Обучающийся обязан устранить выявленные недостатки работы до момента ее передачи и регистрации на кафедре;

в) о непрохождении проверки и недопуске к государственным аттестационным испытаниям. Решение о непрохождении проверки работы принимается при выявлении фальсификации результатов — проверки. Информация о принятом решении доводится до сведения обучающегося, посредством электронной почты, и до заведующего кафедрой, посредством служебной записки. Заведующий кафедрой готовит протокол заседания, на котором рассматривается вопрос о недопуске обучающегося до прохождения государственных аттестационных испытаний и передает его в Департамент по работе с обучающимися (Отдел организации учебного процесса), где ответственные сотрудники готовят приказ об отчислении обучающегося как невыполневшего обязанностей по добросовестному освоению основной образовательной программы и выполнению учебного плана.

Автономная некоммерческая организация высшего образования «Московский Международный Университет» является образовательной организацией, обладающей автономией и имеющей необходимые разрешения для ведения обучения по программам бакалавриата, в том числе по направлению подготовки 45.03.02 «Лингвистика».

14 января 2022 года между Университетом и ФИО4 (до заключения брака – ФИО3) Э.Э. был заключён договор .... об образовании на обучение по образовательной программе бакалавриата в заочной форме.

На основании данного договора 11 февраля 2022 года издан приказ .... о зачислении ФИО4 в порядке перевода.

В период с 11 февраля 2022 года по 27 февраля 2025 года ФИО4 успешно проходила все промежуточные аттестации, академической задолженности не имела, в связи с чем была допущена к выполнению выпускной квалификационной работы (далее – ВКР).

Приказом от <дата> .... за ней закреплена тема ВКР: «Особенности работы над навыками аудирования по подготовке учащихся к ЕГЭ по английскому языку».

Для проверки текстов ВКР на объём заимствования Университет использовал программную систему «Антиплагиат.ВУЗ. 5.0», право на которую приобретено по лицензионному договору с <данные изъяты>».

Данная система предназначена в том числе для обнаружения материалов, созданных с использованием технологий искусственного интеллекта.

14 мая 2025 года Университет уведомил истца о сроках представления ВКР на проверку – со 2 по 8 июня 2025 года.

Уведомление направлено на электронную почту и размещено в личном кабинете электронной системы дистанционного обучения. Доступ (код) для загрузки работы в систему «Антиплагиат» предоставлен научным руководителем 2 июня 2025 года.

ФИО4 осуществила загрузку ВКР трижды:

7 июня 2025 года в 11 часов 29 минут. По результатам проверки выявлен машинно сгенерированный текст («ИИ-контент») в объёме 41,91 %. В тот же день научный руководитель ФИО1 проинформировала истца о результатах и рекомендовала приступить к исправлению работы;

8 июня 2025 года в 12 часов 19 минут. Научный руководитель сочла, что в тексте намеренно нарушена логическая последовательность слов (более чем в 70 % текста), что привело к искусственному повышению показателя оригинальности при утрате смысловой связности; данные действия расценены как фальсификация результатов проверки, работа направлена на доработку;

9 июня 2025 года в 16 часов 59 минут, то есть за пределами установленного Университетом срока. По результатам проверки объём «ИИ-контента» составил 11,92 %. Университет, полагая срок загрузки пропущенным, отказался принимать результаты данной проверки как своевременные.

10 июня 2025 года на заседании кафедры общегуманитарных наук и массовых коммуникаций на основании служебной записки научного руководителя и результатов проверок ВКР принято решение не допускать истца к защите ВКР ввиду применения технических средств, влияющих на объективность результатов проверки, а именно использования специального программного обеспечения, позволяющего изменять результаты проверки.

В тот же день издан приказ .... об отчислении ФИО4 за невыполнение обязанностей по добросовестному освоению образовательной программы и выполнению учебного плана.

Истцу выдана справка о периоде обучения, в которой зафиксировано, что государственные экзамены она не сдавала, выпускную квалификационную работу не выполнила.

6 августа 2025 года ФИО4 обратилась к ответчику с заявлением о признании приказа об отчислении незаконным и его отмене.

Университет направил отрицательный ответ 4 сентября 2025 года.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика подтвердил, что научный руководитель истца не осведомлен о принципах работы системы «Антиплагиат», проверка ВКР на предмет наличия текста, сгенерированного искусственным интеллектом, научным руководителем фактически не проводилась.

Также ответчик не смог пояснить принцип работы указанной системы, её погрешность и критерии достоверности отчётов, а также ответить на вопрос, каким образом система отличает текст, скопированный из электронных источников, от текста, сгенерированного искусственным интеллектом.

Представленный истцом сравнительный анализ отчётов от 7 и 9 июня 2025 года показал, что одни и те же фрагменты текста в одном случае классифицировались программой как «ИИ-контент», а в другом – как текст, написанный человеком, и наоборот. Выявленные противоречия ответчик объяснить не смог.

Положение о порядке проверки на объём заимствования текстов работ, утверждённое приказом от <дата>, и Положение о выпускной квалификационной работе, утверждённое приказом от <дата>, не были доведены до сведения истца. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Локальные нормативные акты Университета не содержат процедуры верификации отчётов системы «Антиплагиат» компетентными экспертами, что допускает принятие вероятностного по своей природе отчёта в качестве утвердительного решения лицом, чья квалификация для такой оценки надлежащим образом не подтверждена.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком не представлено допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих законность и обоснованность недопуска ФИО4 к защите выпускной квалификационной работы и её последующего отчисления.

Суд указал, что локальные нормативные акты Университета, регламентирующие порядок проверки текстов работ на объём заимствования и порядок выполнения выпускной квалификационной работы, не были доведены до сведения ФИО4 в установленном законом порядке, что лишило её возможности своевременно узнать о предъявляемых требованиях и последствиях их нарушения.

Применив по аналогии закона статью 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришёл к выводу, что загрузка работы 9 июня 2025 года являлась своевременной, поскольку последний день установленного Университетом срока (8 июня) приходился на воскресенье, а отказ ответчика принимать результаты данной проверки признан неправомерным.

Оценивая представленный в материалы дела отчёт системы «Антиплагиат.Вуз», суд установил, что данный отчёт носит явно выраженный вероятностный характер и содержит прямую оговорку о необходимости принятия окончательного решения проверяющим экспертом.

Вместе с тем из объяснений представителя ответчика следует, что научный руководитель истца не осведомлён о принципах работы системы «Антиплагиат» и не обладает компетенцией для проверки работы на предмет наличия текста, сгенерированного искусственным интеллектом.

Сама же образовательная организация не смогла пояснить критерии и допустимую погрешность используемой программы.

При таких обстоятельствах суд признал, что вероятностный отчёт, не подвергнутый надлежащей экспертной оценке, не мог служить единственным и бесспорным основанием для вывода о недобросовестности истца и фальсификации результатов проверки.

Кроме того, суд принял во внимание представленный стороной истца сравнительный анализ отчётов, выявивший противоречия в квалификации программой одних и тех же фрагментов текста, которые ответчик не смог объяснить.

Суд также отметил, что по результатам проверки от <дата> показатель авторского текста составил 88,08%, что соответствует установленному локальными актами требованию к оригинальности текста (не менее 50%), а иных претензий к работе, помимо спорного указания на наличие сгенерированного текста, ответчиком заявлено не было.

Наряду с этим суд установил нарушение процедуры, предусмотренной локальными актами Университета. ФИО4 не была приглашена на заседание кафедры, на котором рассматривался вопрос о недопуске её к защите, что лишило её возможности представить свои объяснения.

Также суд пришёл к выводу о преждевременности отчисления истца, поскольку решение о недопуске к защите выпускной квалификационной работы, принятое в рамках процедуры государственной итоговой аттестации, подлежало обжалованию в установленном порядке, и до истечения срока на такое обжалование (12 июня 2025 года) прекращение образовательных отношений, по мнению суда, не могло быть произведено.

Придя к итоговому выводу о необоснованности недопуска к защите и, как следствие, о незаконности приказа об отчислении, суд первой инстанции удовлетворил требования истца о признании приказа недействительным и восстановлении в статусе обучающегося, а также частично взыскал компенсацию морального вреда и штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Судебная коллегия находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а доводы апелляционной жалобы — не влекущими его отмену по следующим основаниям.

Судом первой инстанции по делу достоверно установлено и материалами дела подтверждено, что Положение о порядке проверки на объём заимствования текстов и Положение о выпускной квалификационной работе, регламентирующие основания и процедуру недопуска обучающегося к защите, до истца в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 59 Федерального закона № 273-ФЗ от 29 декабря 2012 года «Об образовании в Российской Федерации» и пунктом 30 Порядка проведения государственной итоговой аттестации, утвержденного приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 29 июня 2015 года № 636, не доводились.

Сама по себе публикация локальных актов на официальном сайте образовательной организации не освобождает последнюю от императивной обязанности ознакомить с ними обучающегося в установленный срок способом, позволяющим зафиксировать факт и момент такого ознакомления.

С учётом изложенного вывод суда первой инстанции о нарушении Университетом указанной обязанности и, как следствие, о несоблюдении процедуры, предшествующей принятию решения о недопуске к защите, является правомерным.

Оценивая правомерность отказа Университета принять результаты проверки, загруженной 9 июня 2025 года, суд первой инстанции верно применил по аналогии статью 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав, что при совпадении последнего дня установленного срока с нерабочим днём, днём его окончания считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Поскольку Университет допустил неопределённость в формулировании срока, не регламентировал последствий его истечения в выходной день, а сама работа загружена на следующий рабочий день, суд правомерно не признал данное обстоятельство основанием для отказа в принятии результатов проверки и последующего отчисления.

При этом применение общегражданского правила об исчислении сроков не нарушает автономию образовательной организации в части установления календарного учебного графика, а восполняет неясность, допущенную самим ответчиком, что отвечает принципу защиты потребителя как более слабой стороны в обязательстве.

Является правильным и вывод суда первой инстанции о нарушении процедуры рассмотрения вопроса о недопуске к защите.

Вопреки пункту 5.7 Положения о выпускной квалификационной работе, предусматривающему обсуждение вопроса о недопуске на заседании кафедры с участием обучающегося и научного руководителя, ФИО4 на заседание кафедры приглашена не была, что лишило её возможности представить свои объяснения и повлекло нарушение её права на участие в процедуре, непосредственно затрагивающей её образовательные интересы.

Суд первой инстанции, проанализировав содержание представленных в материалы дела отчётов, правомерно указал на их вероятностный характер.

Отчёт прямо содержит оговорку о том, что окончательное решение о качестве текста принимает проверяющий эксперт.

Вместе с тем из материалов дела, включая объяснения представителя ответчика, следует, что научный руководитель истца не осведомлён о принципах работы системы «Антиплагиат», а сам ответчик не смог пояснить её алгоритм и критерии достоверности.

При таких обстоятельствах суд пришёл к обоснованному выводу о том, что вероятностный по своей природе отчёт не был подвергнут надлежащей проверке лицом, обладающим необходимой компетенцией, и, следовательно, не мог служить бесспорным и единственным доказательством недобросовестности истца при выполнении выпускной квалификационной работы.

Данный вывод подкрепляется выявленными в ходе судебного разбирательства противоречиями в работе самой системы: одни и те же фрагменты текста в разных отчётах по-разному классифицировались программой, и эти противоречия ответчик не устранил и не объяснил.

Таким образом, обвинение обучающегося в фальсификации результатов проверки, повлёкшее крайнюю меру дисциплинарного воздействия в виде отчисления, не было подтверждено совокупностью допустимых, достоверных и достаточных доказательств, что правильно установлено судом первой инстанции.

Ссылки Университета на ошибочное толкование судом понятий «оригинальность» и «самостоятельность» подлежат отклонению, поскольку локальные акты Университета, как верно отметил суд, не содержат определения, позволяющего без дополнительной экспертной оценки приравнять любой процент «ИИ-контента» к безусловной фальсификации, исключающей допуск к защите.

При наличии в деле отчёта, согласно которому оригинальность текста превышает 50 %, и при отсутствии надлежащей верификации этого отчёта у суда не имелось оснований для иной оценки.

Также суд обоснованно указал на преждевременность издания приказа об отчислении.

Решение о недопуске к защите в рамках государственной итоговой аттестации затрагивает права обучающегося на получение образования и подлежит проверке, в том числе в порядке внутриуниверситетского обжалования.

Прекращение образовательных отношений в день принятия такого решения лишило истца возможности реализовать гарантированное право на защиту своих интересов.

Таким образом, суд первой инстанции, всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела и оценив представленные доказательства в совокупности, пришёл к правильному выводу о том, что недопуск ФИО4 к защите выпускной квалификационной работы и последующее отчисление из Университета произведены с существенными нарушениями установленной законом и локальными нормативными актами процедуры и при недоказанности факта нарушения обучающимся учебной дисциплины.

При таких обстоятельствах у суда имелись основания для признания приказа об отчислении незаконным, восстановления истца в статусе обучающегося, а также для частичного удовлетворения требований о компенсации морального вреда и взыскания штрафа в соответствии с Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей».

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что локальные нормативные акты, регламентирующие проверку выпускных квалификационных работ на объём заимствования и порядок их выполнения, были доведены до сведения истца надлежащим образом, опровергается материалами дела.

Часть 6 статьи 59 Федерального закона № 273-ФЗ от 29 декабря 2012 года «Об образовании в Российской Федерации» и пункт 30 Порядка проведения государственной итоговой аттестации, утверждённого Приказом Минобрнауки России от 29 июня 2015 года № 636, императивно возлагают на образовательную организацию обязанность довести до сведения обучающихся программу государственной итоговой аттестации, включая требования к выпускным квалификационным работам, критерии их оценки и порядок подачи апелляций, не позднее чем за шесть месяцев до начала аттестации.

Данная норма является специальной гарантией, направленной на обеспечение информационной определённости для каждого обучающегося, и не может подменяться общей декларацией об информационной открытости либо наличием на официальном сайте текстов соответствующих документов.

Университет не представил относимых и допустимых доказательств, подтверждающих факт и момент персонального ознакомления ФИО4 с указанными локальными актами в установленный срок.

Подписание истцом договора об образовании, содержащего общую обязанность соблюдать внутренние правила, не освобождает образовательную организацию от исполнения императивного предписания закона.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о несоблюдении ответчиком процедуры, предшествующей принятию решения о недопуске к защите, что является самостоятельным и достаточным основанием для признания оспариваемого приказа незаконным.

Несостоятелен и довод жалобы о неправомерном применении судом статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям по установлению срока загрузки выпускной квалификационной работы.

Установление календарных сроков в учебном процессе действительно относится к компетенции образовательной организации, реализуемой в рамках её автономии.

Однако, определив срок представления работы «до 8 июня 2025 года» и не регламентировав при этом ни точное время истечения срока, ни последствия его совпадения с нерабочим днём, Университет допустил неопределённость, которая подлежит истолкованию в пользу обучающегося как экономически более слабой стороны в обязательстве.

Применение судом по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) общего правила об исчислении сроков, закреплённого в статье 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, не нарушает автономию образовательной организации, а лишь восполняет пробел, возникший исключительно вследствие неполноты установленного самой организацией регулирования.

Кроме того, из материалов дела следует, что работа, загруженная 9 июня 2025 года, фактически была рассмотрена ответчиком, что исключает оценку действий истца как злостного уклонения от соблюдения срока и лишает убедительности ссылки Университета на пропуск срока как на безусловное основание для отказа в принятии результатов проверки.

Ссылка ответчика на отсутствие у истца права на апелляционное обжалование решения о недопуске к защите основана на неверном толковании норм, регулирующих государственную итоговую аттестацию.

Решение о недопуске к защите выпускной квалификационной работы, принятое в рамках процедуры итоговой аттестации, непосредственно затрагивает права обучающегося на завершение образования и не может быть произвольно исключено из сферы действия гарантий, установленных порядком проведения государственной итоговой аттестации.

Отчисление ФИО4 произведено в день принятия решения о недопуске, что фактически лишило её возможности реализовать право на внутриуниверситетское обжалование, предусмотренное локальными актами и вытекающее из общих принципов защиты прав участников образовательных отношений. Такое поведение ответчика не согласуется с требованиями добросовестности и недопустимости злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции правомерно расценил указанное обстоятельство как дополнительное подтверждение нарушения процедуры отчисления.

Утверждение ответчика о том, что суд, указав на необходимость экспертной оценки отчёта, вышел за пределы судебных полномочий и создал новое нормативное правило, лишено оснований.

Суд не вводил дополнительных требований к процедуре проверки, а реализовал принадлежащее ему полномочие по оценке допустимости, относимости и достоверности представленного доказательства.

Обнаружив, что единственное доказательство, положенное в основу обвинения обучающегося в недобросовестности, обладает признаками недостоверности, не подкреплено иными объективными данными и опровергается другими материалами дела (включая выявленные противоречия в работе самой системы), суд правомерно признал его недостаточным для вывода о законности отчисления.

Такой подход полностью соответствует конституционному принципу состязательности и равноправия сторон и не может трактоваться как вмешательство в автономию образовательной организации.

Нельзя согласиться и с доводом жалобы о смешении судом понятий «оригинальность» и «самостоятельность». Локальные нормативные акты Университета, на которые ссылается ответчик, не содержат легального определения, позволяющего без дополнительной компетентной оценки приравнять любой процент «ИИ-контента» к безусловной фальсификации результатов проверки и автоматическому недопуску к защите.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что наличие в работе истца фрагментов, классифицированных программой как предположительно сгенерированные, явилось следствием умышленных действий самого обучающегося, а не, к примеру, особенностей использованных источников или некорректной работы программного алгоритма.

При наличии отчёта, согласно которому оригинальность текста превышает установленный порог в 50 %, и при недоказанности факта сознательного применения истцом запрещённых технических средств, у суда первой инстанции не имелось оснований для иной оценки представленных доказательств.

Таким образом, все приведённые в апелляционной жалобе доводы сводятся к переоценке установленных судом первой инстанции обстоятельств и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального или процессуального права.

Суд первой инстанции, всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, пришёл к правильному выводу о том, что недопуск ФИО4 к защите выпускной квалификационной работы и последующее отчисление произведены с существенными процедурными нарушениями при недоказанности факта виновного неисполнения обучающимся учебного плана.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Вахитовского районного суда города Казани от 30 января 2026 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя автономной некоммерческой организации высшего образования «Московский международный университет» – ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи