Решение № 2А-327/2021 2А-327/2021~М-170/2021 М-170/2021 от 21 июля 2021 г. по делу № 2А-327/2021

Дело № 2а-327/2021

УИД 32RS0028-01-2021-000562-89


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 июля 2021 г. г. Стародуб

Стародубский районный суд Брянской области в составе председательствующего – судьи Геращенко О.А., при секретаре Табуновой Н.В., с участием административного истца ФИО1, представителя административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Брянской области ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 ФИО3 к Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Брянской области, казне Российской Федерации в лице Министерства юстиции Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Брянской области об оспаривании решения об отказе в переводе в иное исправительное учреждение, о возложении обязанности перевода в иное исправительное учреждение, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО3 (административные истцы) обратились в суд с указанным административным иском, ссылаясь на то, что ФИО1 в настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Брянской области. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден <адрес>, с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ, по ст.317 УК РФ к лишению свободы сроком на 12 лет 10 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 было подано прошение в УФСИН России о переводе ее сына, осужденного ФИО1, из исправительного учреждения, где он отбывает наказание, в другое исправительное учреждение, по месту проживания и регистрации в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 написал письменное согласие о переводе из ФКУ ИК-5 УФСИН России по Брянской области в исправительное учреждение Воронежской области. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получил сообщение УИПСУ ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ о рассмотрении обращения и отказе в его удовлетворении. Последнее свидание с матерью, ФИО3, у осужденного ФИО1 состоялось в марте 2015 года, поскольку ФИО3 в силу плохого состояния здоровья, наличия хронических заболеваний, требующих постоянного медицинского контроля, тяжелого финансового положения в связи со смертью мужа, из-за значительной удаленности места содержания ФИО1, не может приехать на свидание к сыну. В ответе, полученном ФИО1, не представлено доказательств наличия социальной необходимости отбывания им наказания на значительном удалении от места жительства, при том, что в регионе его проживания, а также поблизости, имеются соответствующие исправительные учреждения. По мнению ФИО1, ФСИН России были нарушены положения Конвенции по правам человека, Конституции РФ, определений Верховного суда РФ, закрепляющие уважение семейной жизни осужденного (разрешение контактов с близкими родственниками), чем ФИО1 и ФИО3 был причинен моральный вред. Административные истцы просят суд признать нарушением ст.8 Европейской Конвенции по правам человека в отношении ФИО3 и ФИО1 направление ФСИН России ФИО1 в Брянскую область для отбывания назначенного уголовного наказания в виде лишения свободы, а также незаконным отказ УИПСУ ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ исх.№; признать за ФИО1 право отбывать назначенное ему уголовное наказание в виде лишения свободы на территории Воронежской области либо ближайших к ней субъектов РФ; возложить на ФСИН России обязанность обеспечить незамедлительный перевод осужденного ФИО1 из ФКУ ИК-5 УФСИН России по Брянской области в колонию строгого режима для впервые осужденных на территории Воронежской области либо ближайших к ней субъектов РФ; взыскать в пользу ФИО1 солидарно с ФСИН России за счет средств казны РФ денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере 600 000 рублей; взыскать в пользу ФИО3 солидарно с ФСИН России за счет средств казны РФ денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере 600 000 рублей.

Административный истец ФИО1, участвовавший в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи, поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в административном исковом заявлении, просил их удовлетворить.

Административный истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного разбирательства уведомлена надлежащим образом, просила рассматривать дело без ее участия.

Представители административных ответчиков - Министерства юстиции РФ, Управления Федерального казначейства по Брянской области в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, Управление Федерального казначейства по Брянской области просило о рассмотрении дела без участия его представителя.

Представитель заинтересованного лица - УФСИН по Воронежской области в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства уведомлен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела без его участия. В письменных возражениях просил в удовлетворении требований отказать, обосновав свою позицию следующим: административными истцами не представлены доказательства того, что действиями административных ответчиков были допущены нарушение их прав и законных интересов. В связи с осуждением ФИО1 к 12 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима ДД.ММ.ГГГГ из ФСИН России в адрес УФСИН России по Воронежской области УФСИН России по Брянской области поступил наряд о направлении ФИО1 в исправительное учреждение строгого режима УФСИН России по Брянской области. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был направлен для дальнейшего отбывания наказания в исправительное учреждение строгого режима УФСИН России по Брянской области. Действия ФСИН России, связанные с направлением ФИО1 для отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительное учреждение за пределы территории субъекта Российской Федерации, в котором он проживал, полностью соответствуют требованиям части 4 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и не нарушают законных прав и интересов административных истцов.

Представитель заинтересованного лица - Министерства Финансов РФ в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства уведомлен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела без его участия. В письменных возражениях на административное исковое заявление, направленных в суд, просил производство по административному иску в части компенсации морального вреда прекратить, обосновав свою позицию следующим: заявленные административными истцами требования о взыскании с казны РФ денежной компенсации причиненного морального вреда не подлежат рассмотрению в порядке административного судопроизводства. Кроме того, по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействий) должностных лиц ФСИН России за счет казны РФ от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам Федеральная служба исполнения наказания как главный распорядитель бюджетных средств.

С учетом надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного разбирательства, отсутствия сведений об уважительности причин неявки в соответствии с ч. 2 ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Представитель административного ответчика ФСИН России, УФСИН России по Брянской области ФИО2 против административных исковых требований ФИО1, ФИО3 возражала, пояснила, что оснований для перевода осужденного ФИО1 в другое исправительное учреждение не имеется, так как в соответствии с частью 4 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, лица, осужденные за преступления, предусмотренные, в том числе ст.317 УК РФ, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы. В соответствии со ст. 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении, а также по решению федерального органа уголовно-исполнительной системы. Препятствий для поддержания контактов с семьей у осужденного ФИО1 не имеется. Просит суд в удовлетворении административных исковых требований отказать.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с главами 21, 22 КАС РФ, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» - лишенные свободы лица вправе оспорить по правилам КАС РФ действия (бездействие), решения либо иные акты органов или учреждений, должностных лиц, которые нарушают или могут нарушить условия содержания при исполнении названных процессуальных решений.

В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу ст. 226 КАС РФ, согласно частям 9 и 11 которой, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Из материалов дела следует, что до осуждения ФИО1 проживал в <адрес>.

Приговором Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по ст.317 УК РФ к наказанию в виде 13 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ приговор Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ изменен в части срока назначенного наказания, срок назначенного основного наказания в виде лишения свободы снижен до 12 лет 10 месяцев.

Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

После вступления приговора в законную силу на основании указания ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направлен для отбывания наказания в исправительное учреждение строгого режима УФСИН России по Брянской области.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был направлен для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Брянской области, с ДД.ММ.ГГГГ отбывает наказание в указанном учреждении.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что с заявлением о переводе для дальнейшего отбывания наказания в исправительное учреждение Воронежской области он не обращался.

Из материалов дела следует, что административный истец ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ подала прошение на имя начальника УФСИН России по Брянской области о переводе ее сына ФИО1 для дальнейшего отбывания наказания в исправительное учреждение Воронежской области, которое было направлено для рассмотрения по существу в ФСИН России.

Из сообщения УИПСУ ФСИН России № исх-12-7059 от ДД.ММ.ГГГГ на обращение по вопросу перевода ФИО1 в другое исправительное учреждение следует, что место отбывания наказания ФИО1 определено в соответствии с положениями ч.4 ст. 73 УИК РФ, в связи с чем оснований для перевода ФИО1 в исправительное учреждение ближе к месту жительства родственников не имеется.

По сообщению УИПСУ ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был направлен в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Брянской области в соответствии с частью 4 статьи 73 УИК РФ, внесенные изменения в часть 2 статьи 81 УИК РФ не предусматривают возможность рассмотрения вопроса о переводе лиц указанной категории из одного исправительного учреждения в другое того же вида, расположенное ближе к месту жительства близких родственников. Обстоятельства, препятствующие дальнейшему нахождению осужденного ФИО1 в исправительном учреждении УФСИН России по Брянской области отсутствуют. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в исправительной колонии строгого режима для лиц ранее не отбывавших лишение свободы УФСИН России по Воронежской области при лимите 825 мест содержалось 747 осужденных.

В соответствии с пунктом 2 статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, вмешательство в осуществление права личной и семейной жизни оправданно, когда оно "предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц".

Часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в качестве меры государственного принуждения, особенность которой состоит в том, что на осужденного оказывается специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении принадлежащих прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей (статья 43 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием.

Согласно ч.1 ст. 73 УИК РФ осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их письменного согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.

В соответствии с требованиями части 4 статьи 73 УИК РФ (в редакции, действовавшей на момент направления осужденного к месту отбывания наказания), осужденные за преступления, предусмотренные статьей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205 - 206, 208 - 211, 275, 277 - 279, 281, 282.1, 282.2, 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 и статьей 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определяемых федеральным органом уголовно-исполнительной системы.

Положения данной нормы направлены на индивидуализацию наказания и дифференциацию условий его отбывания с учетом характера преступления, его опасности для защищаемых Конституцией Российской Федерации и уголовным законом ценностей, интенсивности, причин и иных обстоятельств его совершения, а также данных о лице, его совершившем, и тем самым создают предпосылки для достижения целей наказания, которыми согласно части второй статьи 43 УК Российской Федерации являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.01.2009 №59-О-О, от 23.09.2010 №1218-О-О и от 16.12.2010 №1716-О-О).

В соответствии с частью 2 статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Перевод осужденных, указанных в части 4 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида осуществляется по решению ФСИН России.

При этом суд учитывает, что Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно разъяснял, что приведенная норма (часть 2 статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации) соотносится с принципами законности, гуманизма, демократизма, равенства перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения и средств исправления осужденных (статьи 8 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации) и не выходит за пределы конституционно допустимых ограничений прав и свобод граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2015 №1611-О, от 26.04.2016 №757-О, от 28.03.2017 №599-О, от 28.03.2017 №562-О, от 25.05.2017 № 1016-О).

В соответствии с ч. 1 ст. 75 УИК РФ порядок направления осужденных в исправительные учреждения определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Названный порядок определен Приказом Минюста России от 26.01.2018 N 17 «Об утверждении Порядка направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания в исправительные учреждения и их перевода из одного исправительного учреждения в другое».

В соответствии с пунктом 6 Порядка осужденные за преступления, предусмотренные статьей 126, частями второй и третьей статьи 127.1, статьями 205 - 206, 208 - 211, 275, 277 - 279, 281, частями первой, первой. 1 и третьей статьи 282.1, частями первой, первой. 1 и третьей статьи 282.2, 317, частью третьей статьи 321, частью второй статьи 360 и статьей 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, осужденные за иные преступления, в отношении которых имеется информация об их приверженности идеологии терроризма, исповедовании, пропаганде или распространении ими такой идеологии (при отсутствии достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела) и оказании ими в связи с этим в период содержания под стражей, отбывания наказания соответствующего негативного воздействия на других обвиняемых (подозреваемых), осужденных, осужденные при особо опасном рецидиве преступлений, осужденные к пожизненному лишению свободы, осужденные к отбыванию лишения свободы в тюрьме, осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, направляются для отбывания наказания в соответствующие исправительные учреждения, расположенные в местах, определенных ФСИН России.

В соответствии с пунктами 9 и 11 Порядка вопрос о переводе осужденных для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида рассматривается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Перевод осужденных за преступления, указанные в части четвертой статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида осуществляется по решению ФСИН России.

Основанием для рассмотрения вопроса о переводе осужденных является заявление осужденных и (или) их родственников, обращение начальника исправительного учреждения, ликвидация или реорганизация исправительного учреждения, а также иные исключительные обстоятельства, препятствующие дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении, а также поступившее из федерального органа исполнительной власти, осуществляющего правоприменительные функции, функции по контролю, надзору и оказанию государственных услуг в сфере миграции, решение о реадмиссии или депортации в отношении осужденного иностранного гражданина или лица без гражданства.

В соответствии с частью 1 статьи 4 КАС РФ каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных КАС РФ и другими федеральными законами.

Таким образом, право на обращение за судебной защитой не является абсолютным и судебной защите подлежат только нарушенные, оспариваемые права, свободы и законные интересы.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 26.04.2021 N 631-О, административное процессуальное законодательство, конкретизирующее положения статьи 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

По смыслу положений ст. 227 КАС РФ для признания решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца.

При отсутствии хотя бы одного из названных условий решение не может быть признано незаконным.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством является не только установление нарушения закона, допущенное государственным органом, но и наличие последствий, которые свидетельствовали бы о нарушении прав истца. Требования истца могут быть удовлетворены лишь при условии доказанности нарушения оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) его прав и законных интересов.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что решение о направлении ФИО1 для отбывании наказания в виде лишения свободы в исправительное учреждение не по месту его жительства принято ФСИН России в пределах предоставленных ему законом полномочий, а доводы административных истцов о нарушении требований действующего законодательства и положений ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, необходимости перевода ФИО1 в иное учреждение являются несостоятельными.

При этом суд отмечает, что в случае, когда принятие или непринятие решения, совершение или несовершение действия в силу закона или иного нормативного правового акта отнесено к усмотрению органа или лица, решение, действие (бездействие) которых оспариваются, суд не вправе оценивать целесообразность такого решения, действия (бездействия).

Кроме того, в ходе судебного разбирательства административными истцами не представлено объективных и допустимых доказательств, подтверждающих наличие оснований, предусмотренных законом, для перевода ФИО1 в исправительное учреждение того же вида, расположенное в субъекте РФ по месту жительства административного истца, его родственников.

Доводы административных истцов об удаленности исправительного учреждения, в котором содержится ФИО1, от места проживания его матери ФИО3, не свидетельствуют о создании административным истцам препятствий для поддержания контактов с членами его семьи и сохранения социально - полезных связей.

Так, из представленных в материалы дела сообщений ФКУ ИК-5 УФСИН России по Брянской области усматривается, что осужденный ФИО1 пользуется правом вести телефонные переговоры, правом ведения переписки, получает передачи, посылки, бандероли.

Таким образом, сведений о наличии у ФИО1, непреодолимых препятствий контактировать с близкими и родственниками, получать почтовые отправления, вести телефонные переговоры, а также у ФИО3 - препятствий контактировать с ФИО1, административные истцы суду не представили, при этом данные права регламентированы нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и не зависят от места нахождения исправительного учреждения.

С учетом разъяснений, изложенных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней" суд отклоняет доводы истца о необходимости применения при рассмотрении дела положений, сформулированных в пунктах 836, 837, 850 Постановления ЕСПЧ от 25.07.2013 Дело "Ходорковский и ФИО5 (Khodorkovskiy and Lebedev) против Российской Федерации", поскольку юридически значимые обстоятельства, подлежащие установлению в рамках настоящего дела, не совпадают с юридически значимыми обстоятельствами, которые подлежали установлению и были установлены при вынесении указанного решения ЕСПЧ в силу того, что ФИО4 и ФИО5 были осуждены за преступления, не включенные в перечень, установленный частью 4 статьи 73 УИК РФ.

Рассматривая заявленное административными истцами требование о взыскании с административных ответчиков денежной компенсации причиненного морального вреда, суд принимает во внимание следующее.

Требования административных истцов, связанные с оспариванием действий (бездействия) ФСИН России по вопросу перевода осужденного из одного исправительного учреждения в другое того же вида, вытекают из публичных правоотношений и не носят гражданско-правового характера, защищаемого в исковом производстве, поскольку спорные правоотношения не основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности сторон.

Таким образом, требования ФИО1, ФИО3 о компенсации морального вреда являются производными от основных требований и, вопреки доводам представителя Министерства финансов РФ, подлежат рассмотрению в соответствии с правилами, предусмотренными Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, исходя из положений действующего законодательства, основанием к удовлетворению требований о взыскании компенсации морального вреда является установление факта нарушения личных неимущественных прав лица или других нематериальных благ и наличие причинно-следственной связи между таким нарушением и неправомерными действиями должностных лиц административных ответчиков, моральный вред компенсируется лишь при подтверждении факта причинения потерпевшему нравственных или физических страданий.

Установленные по делу обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о посягательстве на нематериальные блага административных истцов, обстоятельств, свидетельствующих о причинении ФИО1, ФИО3 морального вреда, не установлено.

Поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что имеются основания, предусмотренные законом, для перевода осужденного в иное исправительное учреждение того же вида, наличия оснований, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в исправительном учреждении на территории Брянской области, не установлено, как и незаконных действий (бездействия) административных ответчиков, причинивших административным истцам моральные и нравственные страдания, суд не усматривает оснований удовлетворения административного искового заявления и в части требований о взыскании компенсации морального вреда.

В связи с изложенным, требования административных истцов ФИО1, ФИО3 удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 227-228, 177-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административный иск ФИО1, ФИО3 к Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Брянской области, казне Российской Федерации в лице Министерства юстиции Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Брянской области об оспаривании решения об отказе в переводе в иное исправительное учреждение, о возложении обязанности перевода в иное исправительное учреждение, взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Брянский областной суд через Стародубский районный суд Брянской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий О.А. Геращенко

Мотивированное решение изготовлено 27.07.2021.