Решение № 2-159/2026 2-159/2026(2-1656/2025;)~М-1135/2025 2-1656/2025 М-1135/2025 от 31 марта 2026 г. по делу № 2-159/2026

Дело №2-159/2026

(УИД 18RS0009-01-2025-002097-09)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 марта 2026 года г. Воткинск УР

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

судьи Карпухина А.Е.,

при секретаре Дячук М.Ю.,

с участием: истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от 16 мая 2025,

представителя ответчика – ФИО3, действующего на основании доверенности от 10 января 2026 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Режем Всё» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести социальные отчисления, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации за неиспользованное право на отпуск, невыплаченной заработной платы, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда и судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг, почтовых и иных необходимых расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 (далее истец) обратился в суд с иском к ООО «Режем Всё» с требованиями об установлении факта трудовых отношений, возложении на ответчика обязанности внести записи о трудоустройстве в трудовую книжку истца, взыскании с ответчика расходов на юридические услуги в размере 10.000 руб., компенсации морального вреда в размере 80 000 руб., возложении на ответчика обязанности произвести социальные отчисления, взыскании компенсации за временную нетрудоспособность с 07 ноября 2024 года по 07 февраля 2025 года в размере 65 910 руб. 98 коп., неполученной заработную платы за отработанный период с 05 августа 2024 года по 06 ноября 2024 года и с 06 февраля 2025 года по 07 марта 2025 года в размере 291 136 руб., взыскании компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 15 327 руб. 92 коп.

Исковые требования мотивированы тем, что Истец 05 августа 2024 года фактически приступил к выполнению работы в должности оператор ЧПУ на листогибочном станке с разрешения К.А.М. - генерального директора ООО «Режем Всё». Работа осуществлялась в помещении по адресу: УР, <...>, что подтверждается показаниями свидетелей. Несмотря на то, что указанная работа выполнялась Истцом в период с «05» августа 2024 года по «07» марта 2025 года, трудовой договор с ним заключен не был. Требование Истца о заключении трудового договора ответчик не удовлетворил. Истец указывает в иске на наличие трудовых отношений с ответчиком по следующим основаниям: осуществляя трудовую функцию, истец подчинялся установленным у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; взаимоотношения истца с ответчиком имели место и носили/носят деловой характер, что подтверждается электронной перепиской в мессенджере «Телеграмм», предоставленной истцом. Истец был принят на работу и фактически допущен к работе, выполнял трудовую функцию на листогибочном станке, в штатном расписании ответчика присутствует должность, которую занимал истец. Ответчик выплачивал истцу заработную плату и возмещал другие расходы, связанные с выполнением обязанностей, о чем в программе Контур/Журнал выполнен расчет суммы отпускных с августа 2024 года по март 2025 года – 291.136 руб. 00 коп. (скриншот расчета, л.д.27-28). В обосновании нетрудоспособности в период с 07 ноября 2024 года по 07 февраля 2025 года истец представил копию справки (л.д.26) о нахождении на амбулаторном лечении с 08 ноября 2024 года по 05 февраля 2025 года, копию медицинской карты БУЗ УР «Воткинская районная больница МЗ УР» (л.д.20-25), в которой имеются отметки о приеме истца с жалобами на боли в области коленного сустава 08 ноября 2024 года, 14 ноября 2024 года, 05 февраля 2025 года, расчет больничных, выполненный в программе Контур/Норматив (скриншот расчета, л.д.29), а также скриншоты (л.д.50-52) с портала Фонда пенсионного социального страхования РФ о расчете пособия по временной нетрудоспособности. Больничный лист не оформлялся. В обосновании выплаты истцу компенсации за неиспользованное право на отпуск, к материалам дела приложены скриншоты калькулятора компенсации при увольнении, выполненные в программе Контур/Экстерн (л.д.56-60).

В ходе рассмотрения дела истец в порядке ст.39 ГПК РФ изменил предмет первоначально заявленных исковых требований (том 1, л.д.142), просил установить факт наличия между сторонами трудовых отношений с 05 августа 2024 года по 07 марта 2025 года; обязать ответчика внести записи о трудоустройстве в трудовую книжку истца: принят на должность оператора ЧПУ листогибочного станка 05 августа 2024 года, уволен 07 марта 2025 года по собственному желанию.

Кроме того, в порядке ст.39 ГПК РФ изменил исковые требования (том 2, л.д.13-14), просил взыскать с ответчика задолженность по заработной плате в размере 323 944 руб. 99 коп.; компенсацию за неиспользованное право на отпуск в размере 24 783 руб. 37 коп.; проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 68363 руб. 39 коп.; пособие по временной нетрудоспособности в размере 56 910 руб. 98 коп.; оплату юридических услуг в размере 14 000 руб.; оплату почтовых расходов в размере 558 руб., оплату услуг по получению справки в размере 346 руб.; компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб., налога на доходы физических лиц в размере 53 903 руб. 11 коп.; взносов в социальный фонд за 2024 года и за 2025 года 97 183 руб. 49 коп.

Протокольным определением суда от 24 декабря 2025 года к участию по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст.43 ГПК РФ привлечен ОСФР по УР.

В судебном заседании истец на удовлетворении иска настаивал, суду пояснил, что в ООО «Режем всё» работал его брат, Александра, а также его отец, ФИО2 В 2024 году истец работал в Корпорации Центр, затем – в нефтяной отрасли. Позже его отец узнал, что у ответчика есть вакансия по работе на листосгибочном станке. 05 августа 2024 года истец вместе с отцом поехал на работу, их встретил заместитель директора, ФИО58, который истцу показал предприятие, где и какие цеха, кто и какую работу выполняет. Первые 2-3 дня у него стажировка, после чего они с отцом работали в августе и сентябре 2024 года. В октябре его отец, ФИО2, был в отпуске, он (истец) работал один. В ноябре 2024 года он в качестве свидетеля ходил в суд, на выходе из здания суда упал, подвернул ногу. По факту получения травмы он прошел МРТ и месяц ходил с гипсом. О травме он сообщил К.А.М.., просил, чтобы его трудоустроили, чтобы он мог получать пособие по временной нетрудоспособности, но его просьба была проигнорирована. После получения травмы с ним в мессенджере общался мастер участка, спрашивал, когда он (истец) выйдет на работу. Директору предприятия, К.А.М., не понравилось, что истец три месяца не работал, и он сказал истцу, чтобы он на работу больше не выходил, в связи с чем в марте 2025 года истец уволился. У ответчика истец работал в должности оператора станка с ЧПУ, настраивал толщину металла, угол среза, длину гиба. График работы был с 08:00 часов до 17:00 часов, плюс были переработки. Работодатель создал ему условия для труда, предоставил станок для работы. В цеху была комната для приема пищи. Спец.одежду ему не выдавали. С нормативными требованиями на работе его знакомили устно, он нигде не расписывался. К работе его допустил заместитель директора, ФИО58, указания по работе давал мастер участка. Готовую деталь он сначала проверял сам, затем отдавал в ОТК. Если в детали выявляли брак – деталь возвращали. За время работы в августе, сентябре и октябре он получил заработную плату в размере 120 000 руб., наличными денежными средствами, их выдала бухгалтер. При трудоустройстве ему обещали зарплату в размере 50 000 руб. за первый месяц, за испытательный срок, а затем обещали по 75 000 руб. В цехе, в котором он работал, также работали его отец, 6 токарей, 4 листосгибочника, а также ОТК. В течение рабочего дня у всех были два перерыва по 15 минут, а также обеденный перерыв полчаса. Вход на территорию предприятия был через пост охраны, выход – тоже, и на выходе был осмотр с металлоискателем. По какой причине его нет в списке лиц, проходивших через охрану, не знает. 120 000 руб. – это фактически был долг перед бухгалтером, фактически ничего он не получал. Мастером участка был ФИО60. Его (истца) брат работал у ответчика сварщиком, он уволился в августе 2024 года. Отец работал с 2023 года, на момент увольнения истца он (отец) всё еще работал, был официально трудоустроен. С декабря 2024 года истец стал самозанятым, работал водителем такси. По настоящее время он является самозанятым. Его образование – незаконченное средне-специальное. Опыта работы на станках с ЧПУ не имел, соответствующей специализации нет, но он научился сам, что-то показывал отец. В период работы истец брал у К.А.М.. в займ 120 000 руб., и по настоящее время он должен вернуть еще 40 000 руб. Займ погашал путем выполнения работы. При трудоустройстве у него в бухгалтерии просили паспорт, СНИЛС, ИНН, а также реквизиты счета в банке для зачисления заработной платы. На расчетный счет ему ничего от ответчика не поступало.

Представитель истца, ФИО2, заявленные требования поддержал, пояснил, что 120 000 руб. были получены истцом от бухгалтера ФИО57. Истец просил, чтобы ему выдали аванс, но ответчик оформил договор займа. На территории предприятия могли быть только работники. Указал, что истец есть на общем снимке всего коллектива в цехе. Свидетель Б.Л.В.. подписывала истцу акты о браке деталей. Истец работал с ведома работодателя. В ноябре 2024 года с истцом произошел несчастный случай, и в связи с тем, что истец не был официально трудоустроен, он смог открыть листок нетрудоспособности. Работать истец не мог до февраля 2025 года. У истца имеется переписка с мастером, ФИО4, который спрашивал у истца размеры для спец.одежды. Истец морально пострадал от действий работодателя. Решение суда, которым с истца в пользу К.А.М. взыскана сумма займа, не оспаривали, и фактически истец работал бесплатно.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 иск не признал, поддержал отзывы на исковое заявление, из содержания которых следует, что в исковом заявлении не содержится информации, относительно того, кто фактически допустил истца к выполнению трудовой функции, уполномочено ли лицо на осуществление допуска к работе, лишь указано, что выполнялась работа с 05 августа 2024 года по 07 марта 2025 года, но также указывает, что в период с 07 ноября 2024 года по 05 февраля 2025 года, то есть в совокупности 3 месяца находился на больничном, при этом стоит учесть, о наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений; как указывает истец, в период с 07 ноября 2024 года по 05 февраля 2025 года он находился на больничном, при этом в адрес ответчика не поступало никаких уведомлений об открытии больничного, больничный лист от учреждений здравоохранения и СФР не поступали, истец в адрес ООО «Режем Все» больничный лист на бумажном носителе не предоставлял; основанием для назначения пособия по временной нетрудоспособности является электронный больничный лист, сформированный медицинской организацией; истцом в материалы дела не предоставлен больничный лист, лишь справка о том, что в период с 08 ноября 2024 года по 05 февраля 2025 года он находился на амбулаторном лечении; истец указывает, что осуществлял трудовую функцию, подчинялся установленным ответчиком правилам внутреннего трудового распорядка (ПВТР), при этом, лист ознакомления с ПВТР не содержит информации, что истец был ознакомлен с указанным локальным нормали актом, что свидетельствует об отсутствии признака интеграция работника в организации структуру предприятия; в подтверждение наличия трудовых отношений, которые возникли по утверждению истца в период с 05 августа 2024 года по 07 марта 2025 года, были представлены не заверенные скриншоты переписки с телефона, в них не содержатся задачи, которые ставились перед истцом как работником, не обсуждался график работы истца и иные условия, характеризующие отношения как трудовые; представленная суду переписка касается каких-то выплат между участниками указанных телефонных номеров, без указания назначения выплат как заработная плата; требования истца о компенсации неполученной заработной платы за отработанный период с 05 августа 2024 года по 06 ноября 2024 года и с 06 февраля 2025 года по 07 марта 2025 года, указанное требование не находит в приложенных документах своего подтверждения; в обоснование размера заработной платы истцом представлен расчет с указанием сумм, которые ничем не подтверждены; размер заработной платы по должности, которую указал истец, гораздо меньше; за весь период так называемых трудовых отношений истец указывал, что вообще не получал заработную плату, однако не был обеспокоен данным фактом; в отсутствие факта достоверности утверждения истца о выполнении им трудовой функции, не подлежит удовлетворению и требование истца о взыскании компенсации за неиспользованное право на отпуск; истцом пропущен трехмесячный срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора; оборудование – листосгибочный станок – было арендовано истцом у К.А.М. по договору аренды, однако данный договор истцом подписан не был; исходя из того, что станок находился на территории предприятия, истцу был предоставлен доступ на территорию; с учетом лояльного отношения к истцу, ему даже хотели заказать спец.одежду; истец ошибочно полагает, что у него с ответчиком были трудовые отношения, поскольку по договору аренды оборудования был определен конкретный объем работы и срок её выполнения; оснований для возмещения расходов по оплате услуг представителя нет, поскольку договор на оказание юридических услуг был заключен ФИО2, а не истцом; доверенность на ведение дела выдана общего характера, а не для конкретного спора; положения ст.395 Гражданского кодекса РФ к трудовым отношениям не применимы; страховые взносы и налог на доходы физических лиц не выплачиваются работнику, не являются его доходами, поскольку являются взносами работодателя в бюджет и во внебюджетные фонды; исковое заявление, представленное истцом, которые было ему возвращено, течение срока не приостанавливало; к требованию о взыскании заработной платы годичный срок обращения в суд не применим, поскольку данное требование является производным от установления факта трудовых отношений; допрошенные по ходатайству истца свидетели факт трудовых отношений между истцом и ответчиком не подтверждают; истец к ответчику с заявлением о трудоустройстве не обращался, обязательные для трудоустройства документы не передавал, какие-либо кадровые решения в отношении истца ответчиком не принимались; не установлен факт того, что истец приступил к работе с ведома или по поручению работодателя, поскольку, как указал сам истец, его допуск был совершен ФИО61 который не наделен полномочиями по приему работников; от имени ответчика истцу никакие выплаты на его расчетные счета не производились, при этом были систематические поступления денежных средств от ФИО59.; оснований для возмещения истцу расходов по получению справки из Удмуртстата не имеется (том 1, л.д.83-84, 143; том 2, л.д.64-66). Дополнительно суду пояснил, что решением суда с истца в пользу К.А.М. взыскана суммы займа, данное решение вступило в законную силу. На территории предприятия истец был на основании договора аренды оборудования, поскольку после проверок органов прокуратуры и пожарной инспекции, состоявшихся в марте 2024 года, требовалась замена кровли, в целях чего и был заключен договор с истцом. Никакой работы для ООО «Режем Всё» истец не выполнял. О том, что и где находится на предприятии, истец знал от своих родственников, которые у ответчика были трудоустроены. В рабочий процесс ответчика истец интегрирован не был, ни с какими локальными нормативными актами истец ознакомлен не был. Никакой информации о количестве отработанных смен у истца нет.

В судебное заседание представитель третьего лица, ОСФР по УР, не явился, о дне, времени и месте судебного заседания третье лицо извещено надлежащим образом, причина неявки представителя суду неизвестна. Дело в порядке ст.167 ГПК РФ рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

В судебном заседании в качестве свидетеля была допрошена Б.Л.В, Свидетель пояснила суду, что истец ей знаком, они вместе работали у ответчика. Она работала у ответчика в ОТК, инженером по качеству, с сентября 2024 года и по 29 ноября 2024 года. Истец работал на листосгибочном станке, а в её задачи входил контроль продукции. Она в рамках своей деятельности составляла акты о браке деталей, в том числе и по истцу. Пока у истца была стажировка, акты составляли на его отца, после стажировки – на самого истца. На момент её увольнения истец работал, но в ноябре 2024 года она его уже не видела, он был на больничном, у него что-то произошло с ногой. Истец говорил ей, что заработную плату получает на карту, а задание для работы ему давал ФИО5.

В судебном заседании в качестве свидетеля был допрошен К.В.О. Свидетель пояснил суду, что знаком с истцом, они познакомились на работе. Он сам работал у ответчика с января по март 2025 года, оператором станка. Предприятие находилось в д. Верхне-Позимь. Он сам работал без договора, условия работы согласовывал с мастером. С истцом познакомился, когда тот вышел с больничного. Истец работал по графику 5/2, то есть 5 рабочих дней и два выходных. Зарплату переводил мастер, ФИО55. В пропускной системе на компьютере предприятия истец был.

Заслушав пояснения сторон, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, в выписке из ЕГРЮЛ (том 1, л.д.62-66) содержатся сведения о регистрации юридического лица - общества с ограниченной ответственностью «Режем Всё», дата регистрации 06 сентября 2017 года, адрес юридического лица: УР, <...>, генеральный директор - К.А.М.

Частью 1 ст.37 Конституции Российской Федерации установлено, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений ст.2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст.15 ТК РФ).

В силу ч.1 ст.16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч.3 ст.16 ТК РФ).

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п.3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года №597-О-О).

В ст.56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (ч.1).

Согласно ч.1 ст.61 61 ТК РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.67 ТК РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч.2 ст.67 ТК РФ).

Частью 1 ст.68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.2 п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст.67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст.16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2018 года №15), в п.20 содержатся разъяснения о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст.ст.11, 15, ч.3 ст.16 и ст.56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями ч.2 ст.67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст.67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст.22 ТК РФ).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений ст.ст.2, 67 ТК РФ, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами ТК РФ возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч.3 ст.16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу ст.ст.15, 16, 56, ч.2 ст.67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст.ст.15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Как указано в ст.19.1 ТК РФ, неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Обращаясь в суд, истец указал, что: был трудоустроен у ответчика с 05 августа 2024 года по 07 марта 2025 года, работал в должности оператора ЧПУ на листосгибочном станке; к работе был допущен по поручению работодателя; осуществлял трудовую функцию, подчиняясь установленным у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка; ответчик выплачивал истцу заработную плату и возмещал другие расходы, связанные с выполнением обязанностей.

По мнение суда, указанные истцом доводы в ходе судебного следствия нашли частичное подтверждение.

Из материалов дела следует, что с 05 августа 2024 года истец ФИО1 приступил к работе в производственном помещении, расположенном по адресу: УР, <...>.

По версии истца, с указанной даты у него возникли трудовые отношения с ООО «Режем всё», а по версии ответчика – гражданско-правовые отношения с К.А.М. на выполнение работ и возмездное оказание услуг (том 1, л.д.149-150).

Как указал истец, в ООО «Режем всё» он работал на должности оператора ЧПУ на листосгибочном станке.

Указанная должность – оператор станков с программным управлением – присутствует в штатном расписании ответчика на 2024 и 2025 годы (том 1, л.д.100, 102).

Допрошенная в судебном заседании свидетель Б.Л.В. пояснила, что истец ей знаком, они вместе работали у ответчика. Она работала у ответчика в ОТК, инженером по качеству, с сентября 2024 года и по 29 ноября 2024 года. Истец работал на листосгибочном станке, а в её задачи входил контроль продукции. Она в рамках своей деятельности составляла акты о браке деталей, в том числе и по истцу. Пока у истца была стажировка, акты составляли на его отца, после стажировки – на самого истца.

Свидетель Б.Л.В. судом была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем оснований подвергать её показания сомнению суд не усматривает.

Представленная истцом переписка в мессенджере «Телеграмм» с абонентом «Анна» (том 1, л.д.10-13) свидетельствует о том, что переписка истца с данным абонентом начата 05 августа 2024 года, при этом истцу в данной переписке было предложено предоставить данные карты ПАО «Сбербанк» после сдачи экзамена и подписания договора. С этим же абонентом истец вел диалог по получению расчетных листов, возврату суммы займа, работе в счет погашения задолженности по договору займа, а также о размере заработной платы.

Истцом представлен фотоснимок коллектива ООО НПК «Вудвер» (учредитель К.А.М..; ИНН <***>), на котором запечатлён, среди прочего, истец ФИО1 и его отец, ФИО2 (том 1, л.д.190).

Указанная организация, согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц, зарегистрирована по адресу: УР, <...>, то есть по тому же адресу, что и ООО «Режем всё». Учредителем и генеральным директором указанных организация является К.А.М..

Представленный истцом фотоснимок был занесен на доску почета муниципального округа «Воткинский район Удмуртской Республики», документы о занесении были представлены 04 сентября 2024 года в Совет депутатов муниципального образования «Воткинский район Удмуртской Республики» (том 1, л.д.228-234).

Представленный ответчиком гражданско-правовой договор с ФИО1 истцом не подписан, что не позволяет считать его заключенным на указанных в нем условиях.

Кроме того, суду представлена переписка в мессенджере представителя истца – ФИО2 – с абонентами «Коля» и «ФИО55» (том 1, л.д.31-40), в которой ведется диалог относительно работы. Так, в указанной переписке 07 августа 2024 года ФИО2 указано на переход на раскосы совместно с Ярославом; 23 августа 2024 года указано, что Ярослав гнет скобу; 09 сентября 2024 года – на необходимость обучить Ярослава работать с пилорамными деталями; 12 сентября 2024 года – по поводу работы со стойками; 18 сентября 2024 года – указано на работу Ярослава на «Союз»; 19 сентября 2024 года – указано на создание Ярославу аккаунта и на работу на «Союз»; 23 сентября 2024 года – указано на работу с Ярославом по заказу 28716; 04 октября 2024 года – представителю истца задан вопрос, какая спецодежда необходима Ярославу, а также запрошены размер его одежды, рост и размер обуви.

Совокупность изложенных выше доказательств, а также пояснения истца, указавшего на специфику работы, график работы, предоставление материалов и оборудования для работы, порядок прохода на территорию предприятия и выхода с территории, порядок получения сменных заданий, свидетельствуют о том, что истец был интегрирован в рабочий процесс, сформировавшийся в ООО «Режем всё», по должности оператора станков с программным управлением, ему работодателем поручалось выполнение определенной работы, которую истец выполнял, он подчинялся графику работы на предприятии.

Следовательно, истец приступил к работе и выполнял её в интересах работодателя, под его контролем и управлением, в связи с чем наличие трудовых правоотношений презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Доводы ответчика о том, что не установлено, кем истец был допущен к работе, что истец не был ознакомлен с локальными нормативными актами, что в отношении истца нет информации о количестве отработанных смен, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку данная информация может быть представлена только самим работодателем, не заинтересованным в рассматриваемом случае подтверждать факт трудовых отношений с истцом.

Пояснения истца о порядке его допуска на работу заместителем директора ответчиком не опровергнуты. Отсутствие истца в табелях учета рабочего времени, в программе, фиксирующей время входа и выхода сотрудников на территорию предприятия, не опровергают пояснения истца, являющегося более слабой стороной в трудовых правоотношениях, и совокупность вышеизложенных доказательств.

ФИО55., переписка с которым была представлена суду, является сотрудником ответчика, что подтверждается как листом ознакомления с правилами внутреннего трудового распорядка (том 1, л.д.96), данными о входе и выходе на территорию предприятия (том 1, л.д.153-162), так и табелями учета рабочего времени за период с августа 2024 года по март 2025 года (том 1, л.д.163-171).

Доказательств отсутствия трудовых отношений с истцом ответчиком не представлено. Неустранимые сомнения при рассмотрении судом спора о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями, толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч.3 ст.19.1 ТК РФ) (абз.4 п.24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15).

Сама по себе выдача истцу мастером участка (ФИО55.) сменных заданий свидетельствует о презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции, что разъяснено в абз.2 п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15).

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация №198 о трудовом правоотношении (далее также - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (п.11 Рекомендации).

С учетом изложенного, возникновение между сторонами трудовых отношений у суда сомнений не вызывает. Отсутствие документального оформления трудовых отношений в рассматриваемом случае свидетельствует не об отсутствии таких отношений, а о допущенных ответчиком нарушениях трудового законодательства по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником ФИО1

Вместе с тем, устанавливая факт наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком, суд не может согласиться с указанным истцом периодом трудовых отношений – с 05 августа 2024 года по 07 марта 2025 года.

По мнению суда, не вызывает сомнений факт работы истца у ответчика только в период с 05 августа 2024 года по 06 ноября 2024 года.

Так, как установлено судом, с 08 ноября по 14 ноября 2024 года истец проходил амбулаторное лечение с диагнозом <***>»; 25 ноября 2024 года истец обращался с диагнозом «<***> 18 декабря 2024 года обращался с диагнозом <***> Листки нетрудоспособности ФИО1 не выдавались (том 2, л.д.12).

Соответственно, заявленный истцом период нетрудоспособности своего подтверждения не нашел. Сведений об ограничении к труду, исходя из вышеизложенных сведений о посещении медицинского учреждения и выставленных диагнозов, не имеется. Кроме того, не представлено истцом и доказательств уведомления ответчика как работодателя о полученной травме.

Более того, как следует из ответов на судебные запросы из Управления ФНС России по Удмуртской Республике (том 1, л.д.78-79) и ОСФР по Удмуртской Республике (том 1, л.д.81), с 09 декабря 2024 года по 30 июня 2025 года истец являлся налогоплательщиком налога на профессиональный доход, при этом по данным на 13 августа 2025 года истец в 2024 году имел сумму дохода в размере 90 206 руб. 46 коп., за 2025 год – 122 200 руб. 20 коп.

Выписка по счету истца ФИО1 в АО «Россельхозбанк» (том 2, л.д.1-7) также свидетельствует о систематическом получении истцом доходов с 09 декабря 2024 года, путем зачисления на его счет денежных средств в различных размерах. При этом сам истец не отрицал, что с 09 декабря 2024 года в качестве самозанятого работал водителем такси.

Следовательно, заявленный истцом период с 07 ноября 2024 года по 07 февраля 2025 года признать периодом временной нетрудоспособности нельзя, при этом истец в указанный период времени какую-либо деятельность в интересах ответчика как работодателя не осуществлял.

Период с 08 по 24 февраля 2025 года суд также не может признать периодом работы истца у ответчика.

Так, истцом представлена переписка в мессенджере «Телеграмм» с абонентом «<***>», в которой 24 февраля 2025 года в адрес истца указано, что «на работу он не ходит, трубки от ребят не берешь»; «люди, которые то есть на базе, то нет, не нужны», при этом истец лично указывает, что в этот день не вышел на работу (том 1, л.д.15-18).

Переписка в мессенджере «Телеграмм» в абонентом «Анна» в указанный период времени датирована с 24 февраля 2025 года, и ФИО55 – с 25 февраля 2025 года, в которой истец лично указывает, что он находится на рабочем месте (том 1, л.д.10-14).

Никаких доказательств того, что в период с 08 февраля по 24 февраля 2025 года включительно истец выполнял работу с ведома или по поручению ответчика как работодателя, суду истцом не представлено. Одни лишь показания свидетеля К.В.О. достаточным доказательством для установления факта трудовых отношений не являются.

Акты о браке в указанный период времени – с 08 февраля по 07 марта 2025 года (том 1, л.д.174-176) – указания на допущенный брак со стороны истца не содержат. Представленная истцом переписка с абонентом «ФИО55», удостоверенная протоколом о производстве осмотра доказательств свидетельствует о наличии у истца брака в деталях 05 марта 2025 года.

Соответственно, представленные истцом доказательства позволяют суду установить, что между сторонами фактически сложились трудовые отношения в период с 25 февраля 2025 года по 05 марта 2025 года.

С учетом изложенного, суд полагает установленным факт наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком с 05 августа 2024 года по 06 ноября 2024 года и с 25 февраля 2025 года по 05 марта 2025 года.

Вместе с тем, несмотря на установление факта трудовых отношений, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется в силу следующего.

Частью 2 ст.19.1 ТК РФ установлено, что физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с ч.1 ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст.66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Заявленные истцом требования о взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации за неиспользованное право на отпуск, невыплаченной заработной платы производны от требований о признании отношений трудовыми и не изменяют установленный ч.1 ст.392 ТК РФ срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Как разъяснено в п.13 постановления Пленума от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (ч.1 ст.392 ТК РФ).

К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав, например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

По смыслу приведенных выше положений ТК РФ и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению, течение трехмесячного срока для обращения в суд по спорам об установлении факта трудовых отношений и производным от них требованиям начинается по общему правилу со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных чч.1, 2, 3 и 4 ст.392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (ч.4 ст.392 ТК РФ).

В абз.5 п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд содержатся в п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», согласно которым судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного ст.392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (ч.4 ст.392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный ст.392 ТК РФ срок.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (ч.4 ст.198 ГПК РФ).

Из данных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений ст.392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями ст.ст.2, 67, 71 ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Истцом при обращении в суд заявлено о восстановлении срока на обращение в суд.

Исходя из установленных судом обстоятельств – фактов наличия трудовых отношений – о нарушении своих прав истец должен был узнать не позднее 06 марта 2025 года, то есть со дня, следующего за последним рабочим днем.

К требованию об установлении факта трудовых отношений и производных от него требований применяется общий срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора – 3 месяца.

Соответственно, с исковым заявлением истец имел возможность обратиться в суд в срок по 06 июня 2025 года включительно.

В определении суда о распределении бремени доказывания от 31 октября 2025 года на истца была возложена обязанность доказать наличие уважительных причин для восстановления срока на обращение в суд (обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.).

Истцом в указанной части никаких доказательств не приведено, за исключением сведений о первоначальном обращении в суд.

Так, как следует из материалов гражданского дела, с исковым заявлением об установлении факта трудовых отношений истец обращался 29 мая 2025 года (том 2, л.д.19-20), за 9 дней до истечения срока на обращение в суд.

Определением судьи от 29 мая 2025 года исковое заявление было оставлено без движения.

Определением судьи от 02 июля 2025 года исковое заявление было возвращено истцу в связи с неустранением выявленных недостатков.

Определение судьи от 02 июля 2025 года обжаловано не было, вступило в законную силу.

Определение суда от 02 июля 2025 года было направлено истцу 09 июля 2025 года, получено им не было и возвращено отправителю, в Воткинский районный суд УР, 22 июля 2025 года.

Повторно исковое заявление подано истцом 29 июля 2025 года.

Как указано в п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», в силу п.1 ст.204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Положение п.1 ст.204 ГК РФ не применяется, если судом отказано в принятии заявления или заявление возвращено, в том числе в связи с несоблюдением правил о форме и содержании заявления, об уплате государственной пошлины, а также других предусмотренных ГПК РФ и АПК РФ требований.

В случае своевременного исполнения истцом требований, изложенных в определении судьи об оставлении искового заявления без движения, а также при отмене определения об отказе в принятии или возвращении искового заявления, об отказе в принятии или возвращении заявления о вынесении судебного приказа такое заявление считается поданным в день первоначального обращения, с которого исковая давность не течет.

Применяя указанные разъяснения по аналогии закона, суд исходит из того, что, поскольку определение суда о возвращении искового заявления не было обжаловано, течение срока обращения в суд для истца не прерывалось.

Соответственно, по состоянию на 29 июля 2025 года истцом срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора был пропущен.

При этом неполучение истцом определения суда о возвращении искового заявления в связи с истечением срока хранения не свидетельствует о том, что объективная невозможность подачи иска была обусловлена обстоятельствами, не зависящими от истца.

Таким образом, первоначальная подача искового заявления в срок, установленный ст.392 ТК РФ, с учетом возврата данного искового заявления, не может быть признано уважительной причиной для восстановления срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Следовательно, исходя из того, что истцом срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора об установлении факта трудовых отношений пропущен, оснований для восстановления данного срока судом не установлено, заявленные исковые требования об установлении факта трудовых отношений и производные от него требования о возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести социальные отчисления, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации за неиспользованное право на отпуск, невыплаченной заработной платы, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

В силу положений ст.ст.98, 100 ГПК РФ, поскольку оснований для удовлетворения иска судом не установлено, требование истца о взыскании судебных расходов удовлетворению также не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.193-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении иска ФИО1 (паспорт серия №***) к обществу с ограниченной ответственностью «Режем Всё» (ИНН <***>, ОГРН <***>) об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку, возложении обязанности произвести отчисления, взыскании пособия по временной нетрудоспособности, компенсации за неиспользованное право на отпуск, невыплаченной заработной платы, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда и судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг, почтовых и иных необходимых расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня его составления в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение.

Судья А.Е. Карпухин

Решение в окончательной форме изготовлено председательствующим судьей 01 апреля 2026 года.