Решение № 2-603/2020 2-603/2020~М-123/2020 М-123/2020 от 29 сентября 2020 г. по делу № 2-603/2020

Дело № 2-603/20

УИД 18RS0001-02-2020-000119-29


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ижевск

29 сентября 2020 года

Ленинский районный суд города Ижевска Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Яхина И.Н.,

при секретаре судебного заседания Мифтахутдиновой Т.А.,

с участием старшего помощника прокурора Ленинского района г.Ижевска Нуркаева З.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, Зайнидинову Шухрату, ФИО3 о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО4 о взыскании солидарно компенсации морального вреда в размере 2 000 000 руб., судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб.

В обоснование иска указано, что 29 июня 2017 года около 15 часов 35 минут водитель автомобиля ГАЗ-172412 г/н № ФИО5 на 159 км автодороги «подъезд к г.Ижевск г.Пермь от М7 Волга» совершил столкновение с автомобилем ГАЗ-А23R32 г/н № под управлением ФИО6 В результате ДТП пассажир автомобиля ГАЗ-А23R32 ФИО7, ФИО6 и ФИО5 получили телесные повреждения, от которых на месте происшествия скончались. Для истца ФИО7 являлась родной матерью, ФИО6 являлся отчимом. Истец испытал моральный стресс, узнав об их гибели. Душевная боль сильнее физической, ее невозможно залечить и она как ничто другое, постоянно давит на него, гнетет, заставляя вновь и вновь переживать трагедию, испытывая сильнейшие нравственные страдания. Моральный вред, причиненный смертью матери, оценивает в размере 1 000 000 руб., смертью отчима в размере 1 000 000 руб. Собственником автомобиля ГАЗ-172415 г/н № являлся ФИО2, а владел на момент ДТП ФИО4, истец полагает, что они отвечают за причиненный ему вред солидарно.

Определением от 20 мая 2020 года в судебном заседании к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО8

Определением от 16 июня 2020 года в судебном заседании к участию в деле в качестве соответчика по делу привлечен ФИО3

В судебном заседании 23 сентября 2020 года объявлен перерыв до 15-45 часов 29 сентября 2020 года.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО9, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить. Представитель пояснял, что отчим воспитывал ФИО1, последний считал отчима отцом. Свидетельством о заключении брака подтверждается, что родители и он жили одной семьей. На момент ДТП жили вместе с истцом, дела вели совместно.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился.

Представитель ответчика ФИО3 ФИО11, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что вина ФИО3 не доказана, трудовых, иных отношений с собственником грузовика и полуприцепа ФИО8 не имелось, в тот день управлял грузовиком УРАЛ в своих целях, просил учесть имущественное положение доверителя.

Ответчики ФИО2, ФИО4, третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Ранее в судебном заседании ФИО2 пояснил, что на него оформлен автомобиль Газель, на котором ФИО5 попал в ДТП, но приобретал автомобиль его двоюродный брат ФИО4, последний является владельцем автомобиля.

Ранее в судебном заседании ФИО4 пояснил, что он занимается грузоперевозками, с утра в этот день поехал на ул.Пойма, 23, на базу. ФИО5 предложил отвезти груз в Малую Пургу. Он сказал, что нужно ехать сдавать экзамен в УдГУ, припарковал машину около склада, чтобы загружали автомобиль без него, а потом после экзамена он отвезет груз. ФИО5 работал на базе, занимается сухофруктами. Ключи от автомобиля он повесил около склада, чтобы сигнализация не срабатывала. Экзамен был три часа, позвонил знакомый, сообщил, что машина разбита. ФИО5 у него не спрашивал, можно или нет отвезти груз, машину никому не давал.

Представитель ответчика ФИО4 ФИО12 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, поддержал позицию доверителя.

Прокурор считал необходимым иск удовлетворить частично.

Информация о времени и месте судебного заседания опубликована на сайте Ленинского районного суда г.Ижевска http://leninskiy.udm.sudrf.ru/.

Суд считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке в порядке ст.167 ГПК РФ.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, материалы уголовного дела № 1-200/17, материал проверки № 26924 от 16 октября 2017 года, суд приходит к следующим выводам.

29 июня 2017 года около 15 часов 35 минут водитель ФИО5, управляя технически исправным автомобилем ГАЗ-172412 гос.номер №, двигался по 159-му км автодороги «подъезд к г.Ижевск г.Пермь от М7 Волга» со стороны г.Елабуга в направлении г.Пермь, проходящей по территории Завьяловского района УР. В это же время во встречном направлении относительно автомобиля ФИО5 по указанному участку автодороги, по полосе своего направления движения, следовал автомобиль УРАЛ-44202 гос.номер № под управлением водителя ФИО3 Водитель ФИО5 неправильно оценил сложившуюся на данный момент дорожно-транспортную обстановку, дорожные условия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, вел автомобиль без учета интенсивности движения и возможности постоянного контроля за движением, в результате чего допустил столкновение левой передней частью своего автомобиля с передней левой частью автомобиля УРАЛ-44202 гос.номер №. После столкновения произошел выезд автомобиля УРАЛ-44202 на левую сторону дороги по ходу своего движения, где произошло столкновение автомобиля ГАЗ-А23R32 гос.номер № под управлением ФИО6 с полуприцепом автомобиля УРАЛ-44202, при этом водитель ГАЗ-А23R32 перед столкновением следовал по своей полосе движения со стороны г.Елабуга в направлении г.Пермь. В салоне автомобиля под управлением ФИО6 на пассажирском сидении находилась пассажир ФИО7 Водитель ФИО5, управляя автомобилем ГАЗ-172412 гос.номер №, нарушил требования пунктов 1.4, ч.1 1.5, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ. В результате дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля ГАЗ-А23R32 ФИО6 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия. Пассажир автомобиля ГАЗ-А23К32 ФИО7 получила телесные повреждения, от которых скончалась на месте. Действия ФИО5 органами предварительного следствия квалифицированы по ч.5 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц. ФИО5 погиб в ДТП.

Данные обстоятельства установлены постановлением Завьяловского районного суда УР от 26 октября 2017 года, которым уголовное дело в отношении ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.264 УК РФ, прекращено в связи с его смертью.

В соответствии с заключением эксперта от 29 июня 2017 года №1805, причиной смерти ФИО6 явилась сочетанная травма головы, шеи, грудной клетки, живота, таза, конечностей. Данная сочетанная травма образовалась незадолго до наступления смерти, от действия твердых тупых предметов, квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, является характерной для возникновения внутри салона автомобиля при столкновении последнего с преградой.

В соответствии с заключением эксперта от 29 июня 2017 года №1806, смерть ФИО7 наступила от сочетанной травмы головы, шеи, грудной клетки, живота и верхних конечностей, не совместимой с жизнью. Повреждения, квалифицируются в комплексе, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (приказ МЗ РФ №194н). Характер и локализация повреждений на теле, наличие кровоизлияний и отсутствие репаративных (восстановительных) процессов в мягких тканях пострадавшего позволяет сделать вывод о том, что вышеуказанная травма возникла прижизненно, незадолго до наступления смерти (в течение нескольких минут) от ударного, ударно-сдавливающего воздействия твердым тупым предметом (предметами) и могла образоваться внутри салона движущегося автомобиля при столкновении его с каким-либо препятствием, либо при наезде на него другого транспортного средства. Признаков, характерных для переезда или наезда колесом, не выявлено.

В соответствии с заключением эксперта от 29 июня 2017 года № смерть ФИО5 наступила от сочетанной травмы головы, грудной клетки, левых конечностей. Травма возникла прижизненно, незадолго до наступления смерти (в течение нескольких минут) от ударного, ударно-сдавливающего воздействия твердым тупым предметом и могла образоваться внутри салона движущегося автомобиля при столкновении его с каким-либо препятствием, либо при наезде на него другого транспортного средства.

Согласно заключению эксперта №299-И-17 от 19 сентября 2017 года по уголовному делу, в данной дорожной ситуации при указанных в материалах дела и принятых исходных данных водитель автомобиля УРАЛ-44202 (ФИО3) не располагал технической возможностью избежать столкновения с автомобилем ГАЗ-172412, приняв меры к торможению с момента выезда автомобиля ГАЗ-172412 на полосу движения автомобиля УРАЛ-44202. В данной дорожной ситуации при указанных в материалах дела и принятых исходных данных водитель автомобиля ГАЗ-А23R32 не располагал технической возможностью остановиться до места столкновения с прицепом автомобиля УРАЛ-44202, приняв меры к торможению с момента выезда автомобиля УРАЛ-44202 на полосу встречного движения. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля ГАЗ-172412 гос.номер № ФИО5 в своих действиях с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1, 1.4 и 9.1 Правил дорожного движения, в соответствии с которыми он должен был вести свое транспортное средство со скоростью, позволяющей осуществлять постоянный контроль за его движением и не допускать выезда своего автомобиля на сторону встречного движения, так как на дорогах установлено правостороннее движение; при возникновении опасности для движения он должен был принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Постановлением следователя СО Отдела МВД России по Завьяловскому району от 17 сентября 2017 года потерпевшим по уголовному делу был признан ФИО1

Согласно свидетельству о рождении III-ЕР №№ матерью ФИО1 является ФИО13

В соответствии со свидетельством о заключении брака II-TH № от 07 августа 1990 года между ФИО13 и ФИО6, ФИО13 сменила фамилию на ФИО14.

Постановлением следователя от 26 сентября 2017 года из материалов уголовного дела выделен материал проверки по факту неправомерного завладения автомобилем ФИО5

Согласно постановлению оперуполномоченного ОУР ОП №1 УМВД России по г.Ижевску от 15 ноября 2017 года в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.166 УК РФ отказано на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления в действиях ФИО5

Постановлением заместителя прокурора Ленинского района г.Ижевска от 05 июня 2020 года жалоба ФИО4 и его представителя ФИО12 от 25 мая 2020 года об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 15 ноября 2017 года и о направлении материала на дополнительную проверку удовлетворено. Постановление от 15 ноября 2017 года об отказе в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст. 166 УК РФ отменено. Материал направлен для дополнительной проверки.

12 сентября 2020 года дознавателем ОД ОП № 1 УМВД России по г.Ижевску в отношении неустановленного лица возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.166 УК РФ.

Принимая во внимание вышеприведенные доказательства, суд приходит к выводу, что ДТП, повлекшее за собой смерть людей, произошло по вине ФИО5, автомобиль под управлением которого совершил столкновение с движущимся по своей полосе автомобилем под управлением ФИО3, после чего автомобиль под управлением ФИО6 столкнулся с полуприцепом ФИО3 В результате взаимодействия указанных транспортных средств погибли ФИО5 и близкие истца: мать ФИО7 и отчим ФИО6 Последующее столкновение автомобиля под управлением ФИО5 с автомобилем под управлением ФИО15 правовых и фактических последствий для участвующих в деле лиц не повлекло.

Согласно п.п.1,2 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п.п.1-3 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что при причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду, что вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным.

Согласно сведениям, представленным МРЭО ГИБДД МВД по УР, по состоянию на 29 июня 2017 года за ФИО2 зарегистрирован автомобиль ГАЗ-172412 гос.номер №

За ФИО8 зарегистрирован автомобиль УРАЛ-44202 гос.номер №, полуприцеп 9484-0000010 гос.номер №, о чем так же свидетельствуют данные МРЭО ГИБДД МВД по УР.

По данным, предоставленным МРЭО ГИБДД МВД по УР, по состоянию на 29 июня 2017 года за ФИО6 зарегистрирован автомобиль ГАЗ-А23R32 гос.номер №.

Суд считает, что законными владельцами транспортных средств, участвовавших в ДТП, по смыслу ст.1079 ГК РФ являются:

ФИО4, что подтверждается показаниями и объяснениями последнего в ходе предварительного расследования уголовного дела и в гражданском процессе, утверждавшего, что он является фактическим владельцем автомобиля ГАЗ-172412 гос.номер №, и чьи пояснения подтвердил ФИО2, на которого автомобиль зарегистрирован в ГИБДД, страховым полисом ОСАГО, по которому ФИО4 был допущен к управлению указанным автомобилем;

ФИО3, что подтверждается его показаниями, данным в ходе предварительного расследования уголовного дела, согласно которым автомобиль УРАЛ и полуприцеп принадлежат его знакомому ФИО8, но пользуется автомобилем он по договору безвозмездного пользования, пояснениями представителя ФИО3 о том, что в трудовых, гражданско-правовых отношениях с ФИО8 он не состоял, страховым полисом без ограничений числа водителей;

ФИО6, что подтверждается фактом регистрации автомобиля ГАЗ-А23R32 гос.номер № в ГИБДД.

Поскольку смерть ФИО7 наступила в результате взаимодействия транспортных средств под управлением ФИО5 (владелец ФИО4), ФИО3, ФИО6, то в силу абз.3 п.3 ст.1079 ГК РФ владельцы указанных транспортных средств, за исключением погибшего ФИО6, несут солидарную ответственность за вред, причиненный жизни ФИО7 При этом степень вины каждого из участников ДТП, их имущественное положение в данном случае значимым обстоятельством по делу не является в силу солидарного характера ответственности. Вместе с тем, вопрос об имущественном положении и степени вины владельцев транспортных средств может быть предметом рассмотрения спора между ними в будущем после возмещения кем-либо из них вреда, причиненного жизни ФИО7

Поскольку смерть ФИО6 наступила также в результате взаимодействия транспортных средств под управлением ФИО5 (владелец ФИО4), ФИО3, ФИО6, то в силу абз.2 п.3 ст.1079 ГК РФ, ст.1064 ГК РФ ответственность за вред, причиненный жизни ФИО6, несет владелец автомобиля, по чьей вине произошло ДТП.

Суд в данном случае, помимо вины без законных оснований управлявшего автомобилем ФИО5, усматривает вину владельца автомобиля ГАЗ-172412 гос.номер № ФИО4

Так, факт противоправного завладения автомобиля ФИО4 не нашел своего подтверждения, более того, в нарушение ст.1079 ГК РФ ФИО4 повел себя неосмотрительно и без какой-либо необходимости оставил ключ зажигания автомобиля в свободном доступе, чем воспользовался ФИО5 Доводы ФИО4 и его представителя отклоняются, поскольку двери грузового отделения автомобиля отпираются и закрываются другим ключом, двери кабины автомобиля и так были заперты. Объективная необходимость оставления ключа зажигания для постановки автомобиля на сигнализацию при запертых дверях кабины, о чем пояснил представитель ответчика, обоснована не была.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ.

В силу статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

На основании ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевших.

Согласно разъяснению, приведенному в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

В судебном заседании свидетель ФИО1 показала, что с 2018 года является супругой истца ФИО1, знакома с ним с 2013 года. Его матерью является ФИО16, отчим ФИО6, который, со слов ФИО1, воспитывал его с пяти лет. Отношения в семье всегда были хорошими, вместе отмечали праздники, помогали друг другу, имели общее хозяйство, он советовался с ними. Отчима называл отцом. Проживали они вместе. После ДТП ФИО1 двое суток не спал, после сорокового дня начал «сильно пить». До происшествия вообще «не пил». Свидетель считает это болезнью, но на учете он не состоит. Очень часто говорит про родителей, дома везде фотографии родителей.

Принимая во внимание содержание искового заявления, пояснения представителя истца, показания свидетеля ФИО17, которые никем не были опровергнуты, суд приходит к выводу, что смертью ФИО7 и ФИО6 истцу причинены нравственные страдания, которые подлежат компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела: вред истцу причинен в связи с утратой матери и отчима истца, причем, одномоментной, в то время, когда лишь они являлись членами семьи истца, между истцом и погибшими имелась тесная семейная связь, сложившийся уклад жизни, общее хозяйство. Переживания в настоящее время не исчезли. Страдания истца по своей степени не разделимы как в отношении утраты матери, так и в отношении утраты отчима, поскольку одно лишь наличие биологической связи с матерью и отсутствие такой связи с отчимом не указывает на то, что истец испытывает меньшие страдания в связи со смертью отчима. Этот факт подтверждается и тем, что истец просил взыскать компенсацию вреда за смерть и матери, и отчима в равном размере. В то же время, необходимо учесть, что ко дню смерти ФИО1 являлся взрослым самостоятельным человеком, он был трудоустроен, материально от М-вых не зависел, что сказывается на степени жизненной адаптации истца в последующем. Доказательств ухудшения состояния здоровья истца представлено не было, прямая причинно-следственная связь между употреблением алкогольных напитков и утратой родственников, не установлена. Таким образом, определяя степень нравственных страданий истца, связанных с его особенностями, требованиями разумности и справедливости, а также обстоятельствами, при которых причинен вред, суд определяет размер компенсации морального вреда в пользу истца в связи со смертью ФИО7 в размере 300 000 руб., которые подлежат взысканию в солидарном порядке с ФИО4 и ФИО3, и смертью ФИО6 в размере 300 000 руб., которые подлежат взысканию с ФИО4

Основания для взыскания размера компенсации в большем размере отсутствуют, поскольку такой размер является чрезмерным и не соответствует принципу справедливости. Суд обращает внимание, что взыскиваемые суммы предназначены для компенсации истцу нравственных страданий, но не имеют отношение к возмещению реального ущерба, упущенной выгоды.

В соответствии со ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей, также к ним могут быть отнесены иные признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно абз.2 п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В подтверждение судебных расходов на оплату услуг представителя истцом представлена квитанция № от 15 февраля 2020 года об оплате ФИО1 25 000 руб. ФИО9 за представление интересов в суде первой инстанции о взыскании морального вреда.

С учетом требований ст.100 ГПК РФ, разъяснений в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает, что требование о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 25 000 рублей, исходя из объема оказанных услуг, не в полной мере отвечает требованиям разумности и полагает подлежащим взысканию с каждого из ответчиков: ФИО4, ФИО3 в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере по 10 000 руб. с каждого.

С каждого ответчика необходимо взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб. по требованиям о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, Зайнидинову Шухрату, ФИО3 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать в солидарном порядке с Зайнидинова Шухрата, ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда в результате смерти ФИО7 300 000 руб.

Взыскать с Зайнидинова Шухрата в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда в результате смерти ФИО10 300 000 руб.

Взыскать с Зайнидинова Шухрата, ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате услуг представителя по 10 000 руб. с каждого.

Взыскать с Зайнидинова Шухрата, ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину по 300 руб. с каждого.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Зайнидинову Шухрату, ФИО3 о компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов в большем размере отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, возмещении судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Ижевска.

Решение в окончательной форме изготовлено 12 октября 2020 года.

Судья

И.Н. Яхин