Решение № 2-132/2019 2-132/2019(2-1734/2018;)~М-1575/2018 2-1734/2018 М-1575/2018 от 10 июня 2019 г. по делу № 2-132/2019

Гражданское дело № 2-132/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Енисейск 10 июня 2019 года

Енисейский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи – Яковенко Т.И.,

при секретаре судебного заседания Шматкове В.В.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов – Колясова А.Л., ответчика ФИО3, представителя ответчиков ФИО3 и ФИО4 – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО6 к ФИО3, ФИО4 о возмещении материального ущерб, компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО6 обратились суд с иском к ФИО3, ФИО4 о взыскании в солидарном порядке в счет возмещения ущерба от поврежденного и уничтоженного в результате пожара в жилом доме имущества в размере 2231 026 рублей, компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, расходов по оплате оценки стоимости восстановительного ремонта жилого помещения и утраченного при пожаре имущества – 25000 руб., расходов по оплате государственной пошлины – 19335 руб., оплате услуг представителя 30000 руб.

Требования мотивировали тем, что имеют в долевой собственности 1/2 трехэтажного дома, расположенного по адресу: <адрес>, вторая половина дома принадлежит ответчику ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в дневное время ФИО4, находясь на половине дома ФИО3, затопил печь, не отвечающую требованиям пожарной безопасности, и в результате его неосторожных действий около 16.40 час. произошел пожар. В результате воздействия пламени и тушения пожара, было повреждено и уничтожено имущество истцов. Согласно результатам проведенной ОНД и ПР по г. Енисейску, Енисейскому району и Северо-Енисейскому району проверке, причиной пожара явилось воспламенение горючих материалов вследствие теплового воздействия от дымовой трубы отопительной печи или выходов продуктов горения из щели в трубе в кирпичной кладке квартиры ФИО3, то есть нарушение Правил пожарной безопасности при эксплуатации печи, о чем указано в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела и в сообщении начальника ОНД и ПР по г. Енисейску, Енисейскому району и Северо-Енисейскому району.

Согласно заключению оценщика материальный ущерб составил 2231 026 рублей. Расходы по проведению экспертизы, проведенной экспертом-оценщиком <данные изъяты>, составили 25000 рублей. В результате пожара истцам причинен моральный вред в виде нравственных страданий в связи с потерей им жилья, личных вещей, мебели, привычного уклада жизни, который оценивается ими в размере 100000 рублей.

В судебном заседании истцы и их представитель Колясов А.Л. настаивали на удовлетворении иска по изложенным в нем основаниям.

В ходе рассмотрения дела истцы дополнительно пояснили, что фактически жилое помещение, в котором расположена принадлежая им доля дома, является двухквартирным жилым домом; они и их несовершеннолетние дети проживают в квартире № 1 данного дома и являются долевыми ее собственниками, по 1/4 доли - каждый, а ответчик ФИО3 является собственником другой 1/2 доли дома, – то есть квартиры №.

ДД.ММ.ГГГГ повреждённое жилое помещение и оставшиеся после пожара остатки поврежденной мебели, вещей, сложенные в гараже квартиры на первое этаже, были осмотрены экспертом-оценщиком ФИО7, о чем был составлен акт осмотра жилого помещения, предоставленный суду. Осмотр проводился с участием ответчика ФИО4, им был получен его экземпляр.

В настоящее время ими произведены работы по ремонту повреждённой квартиры: проведена расчистка жилого помещения от следов пожара и тушения, восстановлена система водоснабжения (произведена замена ранее повреждённых пластиковых труб системы водоснабжения на новые), заменены канал- трубы стояка; заменена система отопления в помещениях за 3 этаже (ранее поврежденные пластиковые трубы заменены на новые пластиковые, а также в комнате 3 этажа из ранее имевшихся 4 чугунных радиаторов, заменены 3 радиатора, которые были перенесены из кухни и зала 2 этажа, и один новый радиатор установлен в холе 3 этажа; в кухне и зале 2 этажа квартиры установлены новые радиаторы (1- в кухне, 2- в зале). Полностью самим ответчиком ФИО3 за счет собственных средств восстановлена крыша с чердачным помещением всего дома, поскольку в результате пожара она пострадала на всей площади дома (в том числе стропильная система); за счет ответчика ФИО3 ими (истцами) произведено утепление потолочных перекрытий над их квартирой, для чего ответчик передал им утеплитель, пароизоляционный материал; в трех комнатах за счет ответчика поменяли три окна, поэтому работы по восстановлению крыши, утеплению потолочных перекрытий, замене трех окон в стоимость ущерба экспертом не были включены.

Также в настоящее время выполнен ремонт помещений всего 3 этажа: выполнен ремонт потолков, но в более дешевом варианте (ранее он был навесной, двухуровневый, со встроенной подсветкой, а после пожара сделан обыкновенный натяжной потолок); стены помещений обшиты гипсокартоном, но без использования финишной шпатлевки (проведена черновая отделка), и произведена покраска эмульсионной краской, в помещении № 12 (согласно предоставленному суду акту осмотра), ранее имевшиеся кирпичные стены, окрашенные краской, в настоящее время обиты ДСП покрытием, и покрыты лаком, но этот вид работ также не был включен экспертом в смету при оценке ущерба. Также на 3 этаже выполнен ремонт пола (как и ранее он был вновь покрыт фанерой, подложкой, и ламинтом, но более дешевым), ранее имевшуюся на этаже гардеробную разобрали после пожара, но не восстановили ее, а объединили со спальней (с помещением № 9 согласно акту осмотра).

На 2 этаже квартиры выполнен ремонт потолка, стен и пола кухни (ранее стены кухни были обшиты панелями МДФ двух цветов, потолок имелся подвесной со встроенной подсветкой), после пожара заменили натяжной потолок в более дешевом варианте, произвели ремонт пола (обработка бетонного основания пола противогрибковым раствором, замена лаг, утепление пола (утеплителем техноплекс), покрытие досками, затем фанерой, подложкой и ламинатом); стены кухни обшили гипсокартоном и оклеили обоями.

В коридоре (прихожей) этого же 2 этажа стены после пожара были обшиты гипсокартоном, оклеены обоями (ранее имелись панели МДФ); потолок ранее был обшит пластиковыми панелями, после пожара выполнили пароизорляцию потолка, ремонт пола произвели такой же, как и на кухне. Также заменили всю электропроводку, розетки, выключатели на данном этаже.

В совмещенном санузле, расположенном на 2 этаже, произвели ремонт стен (ранее имевшиеся пластиковые панели заменили после пожара на такие же пластиковые панели), потолок заменен на подвесной с подсветкой (ранее он выполнен был из пластиковых панелей с подсветкой). Иное помещение 2 этажа - гостиная до настоящего времени не отремонтировано. Ремонт 1 этажа, где расположен гараж, котельная, не производился. В настоящее время ими произведены расходы на ремонт примерно на 900 000 рублей.

Ответчик ФИО3 и представитель ответчиков ФИО5 в ходе рассмотрения дела исковые требования не признали, ссылаясь на то, что приведенная в сметном расчете оценщика <данные изъяты> оценка ущерба восстановительной стоимости повреждённого жилого помещения истцов завышена. В акте осмотра, составленным <данные изъяты>, указаны предметы, наименование, характеристики которых не конкретизированы (обувь – на стр. 2 акта), требования к ответчику ФИО4 заявлены необоснованно, поскольку собственником квартиры он не является; вина ответчика ФИО3 в причинении ущерба истцам не установлена; жилое помещение ФИО3 также пострадало в результате пожара; истцами не предоставлено документального подтверждения фактически понесенных расходов по устранению последствий пожара (на приобретение строительных материалов, мебели, одежды, обуви взамен пострадавшей от огня); истцам был передан ответчиком ФИО3 для утепления чердачных перекрытий квартиры утеплитель, пароизоляционный материал в количестве и стоимостью, большей, чем требовалось фактически.

Также представитель ответчиков - ФИО5 дополнительно в настоящем судебном заседании в обоснование своих возражений пояснил, что располагая возможностью совместно пользоваться чердачным помещением и осуществления проверок обоих дымоходов из квартиры № 1 и № 2 на предмет неисправности дымовых труб, истец ФИО1, как сособственник пострадавшего при пожаре дома, в силу ст. 253 ГК РФ, также наравне с сособственником ФИО3 несет бремя содержания данного имущества, при этом доказательств вины ФИО3 в возникновении пожара не имеется.

Ответчик ФИО3 в настоящее судебное заседание не явился, участвуя ранее в ходе рассмотрения дела, исковые требования также не признал по выше изложенным доводам, а также ссылаясь на то, что собственником квартиры № 2, как и 1/2 доли жилого <адрес>, он не является. Пояснил, что участвовал в осмотре оценщиком жилого помещения истцов после пожара, получил экземпляр акта осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, с которым также затем был ознакомлен его отец ФИО3 (ответчик по делу)

Третье лицо Отдел надзорной деятельности и профилактической работы по г. Енисейску, Енисейскому и Северо-Енисейскому районам, извещенное о рассмотрении дела, в суд своего представителя не направило.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Статьей 210 ГК РФ предусмотрено, что бремя содержания принадлежащего ему имущества несет собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из приведенных положений закона следует, что если иное не предусмотрено законом или договором, ответственность за надлежащее и безопасное содержание имущества несет собственник, а соответственно, ущерб, причиненный вследствие ненадлежащего содержания имущества, в таком случае подлежит возмещению собственником, если он не докажет, что вред, причинен не по его вине. При этом бремя содержания имущества предполагает в том числе принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

В соответствии со ст. 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством.

В соответствии абз. 2 ч. 1 ст. 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Часть 4 ст. 17 Жилищного кодекса Российской Федерации предусматривается, что пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов, проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными Правительством Российской Федерации.

В силу ч. 3 и ч. 4 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения; собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом в рассматриваемом споре истцам надлежит доказать факт причинения ущерба, противоправность действий причинителя вреда и причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и возникшими убытками, а на ответчиках лежит бремя доказывания отсутствия их вины в причинении вреда.

Из материалов дела и пояснений сторон следует, что истцам ФИО1, ФИО6, их несовершеннолетним двум детям, и ответчику ФИО3 на праве общей долевой собственности (по 1/4 доли каждому из членов семьи Г-ных, и 1/2 доли – ФИО3) принадлежит жилое помещение – трехэтажный жилой дом, общей площадью 339,7 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>. Пояснениями сторон подтверждено, что фактически данное жилое помещение, в котором расположены принадлежащие сторонам доли дома, является двухквартирным жилым домом; истцы проживают в квартире № 1 данного дома, а ответчик ФИО3 – в квартире № 2 данного дома.

ДД.ММ.ГГГГ в указанном доме произошел пожар. Согласно материалам проверки, проведенной Отделом надзорной деятельности и профилактической работы по г. Енисейску. Енисейскому и Северо-Енисейскому районам, кровля дома полностью уничтожена огнем, квартира № 1 (собственником которой является ФИО1) залита водой на всей площади, на третьем этаже имеются сквозные прогары в потолочном перекрытии, также имеются следы закопчения и оплавления стен, потолка и мебели, находящейся в доме. При детальном осмотре чердачного помещения электропроводки не обнаружено; у квартиры № 1 металлическая дымовая труба, без каких-либо следов повреждения. При осмотре дымовой трубы квартиры № 2 видно, что дымовая труба из асбеста, обложенная кирпичом. При разборки дымовой трубы квартиры № 2 видно, что в местах стыка кирпичной кладки имеются следы закопчения и сажи толщиной около 3мм, при разборе кирпичной кладки до уровня потолочного перекрытия видно, что в кирпичную кладку вставлена выше указанная асбестовая труба. В месте стыка имеется не ровный торец, а также данная труба закопчена на уровне разобранной кирпичной клади. После этого детально осмотрено помещение котельной квартиры № 2, при осмотре видно, что дымовые задвижки на котле с твердым топливом и жидким топливом открыты, в котле с твердым топливом имеются не догоревшие фрагменты угля и опилки. В связи с этим сделан вывод, что причиной пожара явилось воспламенение горючих материалов вследствие теплового воздействия от данной дымовой трубы отопительной печи и выход продуктов горения из щелей в трубе и кирпичной кладке.

В результате пожара дом получил значительные повреждения, что подтверждено постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, протоколом осмотра места происшествия, фототаблицей к протоколу осмотра места происшествия.

Из плана-схемы места пожара, составленного в ходе проведения данной проверки дознавателем ОНД и ПР по г. Енисейску, Енисейскому району и Северо-Енисейскому району, следует, что очаг возгорания находится в квартире № 2.

Постановлением указанного должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по факту пожара в указанном жилом доме в отношении ФИО3. Титовского В.В отказано по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в их действиях события преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ - уничтожение или повреждение имущества по неосторожности.

Из иных материалов данной проверки также следует, что предполагаемой причиной пожара является нарушение правил пожарной безопасности при эксплуатации печи в квартире № 2.

Письмом начальника ОНД и ПР по г. Енисейску, Енисейскому району и Северо-Енисейскому району от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 на ее заявление сообщено, что причиной возникновения ДД.ММ.ГГГГ пожара по адресу: <адрес>, является нарушение правил противопожарной безопасности при эксплуатации печи в квартире № 2.

Допрошенной в суде в качестве свидетеля дознаватель ОНД и ПР по г. Енисейску, Енисейскому району и Северо-Енисейскому району ФИО8, участвовавший в тушении пожара, и проводивший данную проверку, пояснил, что возгорание произошло на кровле со стороны квартиры Титовского, но поскольку потолочные перекрытия были утеплены разными материалами (материал со стороны квартиры Титовского был менее горючим), пожар во внутрь квартиры ответчиков не распространился, но наличие данного материала никак не повлияло на возникновение пожара. Причиной пожара явилось состояние трубы в квартире Титовского, так как при ее детальном осмотре было обнаружено выпиленное окно в асбестовой трубе, а также при разборе кирпичной кладки была обнаружена копоть; при дальнейшем разборе в месте, где происходил стык кирпичной кладки и асбестовой трубы, также была обнаружена копоть и неплотное прилегание, в результате чего продукты горения через эту щель попали под крышу на горючие элементы. Этот пропил в трубе был сделан, скорее всего, для доступа к ней и ее прочистки, данный пропил также является одной из причин пожара.

Также установлено, что постановлением дознавателя ОНД и ПР по г. Енисейску, Енисейскому району и Северо-Енисейскому району ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по факту уничтожения и повреждения чужого имущества в результате пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в жилом трехэтажном доме по адресу: <адрес>, по признакам преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ.

Причины возникновения пожара, и наличие в связи с этим повреждений в квартире истцов стороной ответчиков в суде не оспаривались.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, суд, на основании приведенных норм материального права, и с учетом фактических обстоятельств, приходит к выводу о том, что ФИО3, являясь собственником части жилого дома расположенного по адресу: <адрес>, и в частности собственником расположенной в нем квартиры № 2, и неся бремя содержания данного жилого помещения, не обеспечил его надлежащее состояние, в частности состояние трубы, нарушил при этом правила противопожарной безопасности при эксплуатации печи, в результате чего истцам был причинен ущерб.

Таким образом, имеется причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика ФИО3 и наступившими последствиями в виде причинения ущерба истцам Г-ным, и вины ФИО3 в наступлении неблагоприятных для истцов последствий, в связи с этим, он несет ответственность за причиненный ущерб.

Доводы представителя ответчика ФИО3 об отсутствии его вины в возникновении пожара ничем не подтверждены, и опровергаются материалами дела, пояснениями допрошенного свидетеля ФИО8 Иной источник возгорания и другие причины пожара не установлены, обстоятельств непреодолимой силы суду также не представлено. Доказательств того, что в пожаре виновны собственники другой половины дома (квартиры № 1), или третье лицо, также не имеется, и стороной ответчика суду не предоставлено. Наличие причинно-следственной связи между неправомерным поведением ответчика и причинением материального ущерба истцам является очевидным.

В данном случае достаточным основанием для отнесения имущественной ответственности на собственника имущества, послужившего очагом распространения пожара, обязанного его содержать надлежащим образом, является принадлежность лицу этого имущества, за надлежащее противопожарное состояние которого последний несет ответственность в силу закона.

Ответчиком вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ, статьи 1064 ГК РФ, не представлено доказательств того, что вред истцам причинен не по его вине, освобождающих от ответственности по возмещению ущерба.

В связи с этим же суд не принимает во внимание и иные доводы представителя ответчика о том, что располагая возможностью совместно пользоваться чердачным помещением и осуществлять проверку обоих дымоходов из квартиры № 1 и № 2 на предмет неисправности дымовых труб, истец ФИО9, как сособственник пострадавшего при пожаре дома, в силу ст. 253 ГК РФ, также наравне с сособственником ФИО3 несет бремя содержания данного имущества.

Поскольку ответчик ФИО4 не являлся собственником части жилого дома, в котором произошел пожар, в силу положений выше приведенного законодательства, он не несет ответственность за нарушение требований пожарной безопасности, а соответственно, и не несет ответственности за причинение вреда в результате ненадлежащего содержания данного имущества и нарушения правил пожарной безопасности при его эксплуатации; доказательств тому, что непосредственно действия ответчика ФИО4 привели к возникновению пожара, стороной истца также не предоставлено, в связи с этим, в удовлетворении исковых требований, заявленных истцами к ответчику ФИО4, следует отказать.

Согласно представленному истцами локальному сметному расчету, составленному в июле 2018 года по заказу истца ФИО1 оценщиком ООО «Беслеравто» по результатам осмотра 1/2 доли жилого дома по адресу: <адрес> (акт осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ), размер материального ущерба составил 2231 026 рублей.

В ходе рассмотрения дела, по ходатайству ответчика ФИО3 и его предстателя, в связи с несогласием с определенным оценщиком ООО «Беслеравто» размером ущерба (его завышением), определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная оценочная экспертиза для определения размера причиненного в результате пожара ущерба, производство которой поручено экспертному учреждению – <данные изъяты>.

В соответствии с представленным <данные изъяты> заключением экспертов № стоимость восстановительного ремонта жилого помещения - <адрес>, расположенной в жилом <адрес> в <адрес> края (1/2 доли данного жилого дома, принадлежащая семье Г-ных), пострадавшей в результате пожара ДД.ММ.ГГГГ, в том числе стоимость работ и материалов, необходимых для восстановления поврежденного в результате пожара и его тушения имущества и устранения ущерба), составляет, с учётом износа – 1078 590 рублей, в том числе: стоимость работ – 692460 руб., стоимость материалов – 386130 руб.; без учета износа – 1223 200 руб., в том числе: стоимость работ – 692460 руб.. стоимость материалов – 530740 руб.

Стоимость движимого имущества, находившегося в данном жилом помещении, уничтоженного в результате пожара или при его тушении ДД.ММ.ГГГГ, в том числе перечисленного в акте осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ, на дату пожара, составляет: с учетом износа (эксплуатации) – 423810 руб., без учета износа – 607730 руб.

Стоимость расходов по восстановлению или исправлению повреждённого в результате пожара или при его тушении ДД.ММ.ГГГГ движимого имущества, находившегося в жилом помещении по адресу: <адрес> ( в квартире № 1 данного жилого помещения, используемого для проживания семьей Г-ных), в том числе перечисленных в акте осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ, составляет 195800 руб.

Стоимость работ и материалов для восстановления конструктивных элементов, произведённого за счет ответчика (с учетом принадлежащей истцам доли), составляет 285300 руб., в том числе: 143040 руб. – стоимость работ, 142260 руб. – стоимость материалов.

Также экспертами определена стоимость работ и материалов для восстановления конструктивных элементов, произведенного за счет ответчика (на проведение данных работ за счет ответчика ФИО3 стороны указывали в ходе рассмотрения дела), которая оставляет 285300 руб., в том числе: стоимость работ – 143040 руб., стоимость материалов – 142260 руб.

В судебном заседании представитель ответчиков не согласился с определённым судебными экспертами размером ущерба, причиненного домашнему имуществу истцов, ссылаясь на то, что составленный ООО «Беслеравто» акт осмотра от ДД.ММ.ГГГГ не мог служить доказательством при его определении экспертами, поскольку сама оценка произведена ООО «Беслеравто» неверно, не в соответствии с Законом «Об оценочной деятельности». Многие позиции экспертного заключения вступают в противоречие с оценкой ООО «Беслеравто» в части ремонта бытовой техники, в частности холодильника «Бирюса». Так, эксперты указывают на неустранимые его повреждения, что требует его замены, и определяют стоимость холодильника – 22533 руб., тогда как Г-ны используют его более года. Так же представитель ответчиков не согласился с заменой радиаторов отопления, заменой двух полок во встроенном шкафу, которые оценены экспертами в 10434 руб., ссылаясь на то, что истцы ими пользуются. При этом, предоставил в материалы дела справки о стоимости двухкамерного холодильника на сумму 15190 руб., мебели (стульев деревянных за 1 шт.- 2930 руб., тумбы прикроватной – 1485 руб. за 1 шт., зеркала со светильником – 2100 руб., умывальника – 4500 руб.)

Одним из источников сведений о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения гражданского дела, являются заключения экспертов (ст. 55 ГПК РФ).

В силу части 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исходя из определения понятия экспертизы, а также из смысла статьи 9 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" экспертиза - это исследование, в результате которого экспертом дается заключение по поставленным судом и (или) сторонами договора вопросам, разрешение которых требует специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию.

При этом в ходе проведения экспертизы должны соблюдаться определенные принципы ее проведения и требования к эксперту, предусмотренные как Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так и другими федеральными законами, в частности Законом о судебно-экспертной деятельности.

Одним из важных принципов проведения экспертизы является объективность, всесторонность и полнота исследований. Эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Согласно части 2 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при производстве судебной экспертизы эксперт заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями.

Статья 8 указанного Закона предусматривает, что эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В соответствии со ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися доказательствами. Таким образом, заключения экспертов оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Давая оценку имеющимся в деле локальному сметному расчету, составленному оценщиком ООО «Беслеравто» и заключению экспертов ООО КЦПОиЭ «Движение», определяя размер причиненного истцам ущерба, суд полагает необходимым руководствоваться выводами экспертов ООО КЦПОиЭ «Движение».

При этом, исходит из того, что локальный сметный расчет оценщика <данные изъяты> содержит необоснованно включенную стоимость работ по установке оконных блоков из ПВХ в помещении № 12 3 этажа (указаны в п. 160 и 161 сметы) тогда как по пояснениям истцов, до пожара оконные проемы в данном помещении были закрыты деревянными рамами, а сами оконные проёмы вместо остекления были закрыты поликарбонатом, в связи с этим, в ходе рассмотрения дела, истцы согласились с доводами стороны ответчика о необоснованности включения стоимости данных работ в локальный расчет.

При оценке локального сметного расчета ООО «Беслеравто» суд также учитывает, что оно не содержит мотивированных выводов по размеру причиненного ущерба, используемой литературы, подробного описания исследования, и по существу экспертным заключением не является. Кроме того, данный локальный сметный расчет не содержит сведений о надлежащей квалификации оценщика, его образовании, наличии документов, дающих право ему на проведение подобного рода исследований.

В свою очередь выводы экспертов ООО КЦПОиЭ «Движение» являются последовательными и достаточно обоснованными, стаж работы экспертов, образование и квалификация по специальности у суда не вызывают сомнения, выводы об определении ущерба, причиненного истцам в связи с произошедшим пожаром, мотивированы, основаны на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию и результаты визуального осмотра жилого дома.

При этом заключение содержит полное и тщательное описание исследовательской части, выводы экспертов подробно мотивированы со ссылкой на нормативные документы и специальную литературу, являются определенными и не имеют противоречий, заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Компетентность экспертов и их право на проведение подобных экспертных исследований подтверждены документально; эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст.307 УК РФ, а потому их выводы признаются обоснованными и достоверными.

Вместе с тем, в опровержение выводов судебных экспертов и в подтверждение выше приведенных стороной ответчиков доводов об ином размере причиненного истцам ущерба во исполнение ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком ФИО3 и его представителем суду не представлено.

Доводы представителя ответчика об иной стоимости некоторого движимого имущества, со ссылкой на предоставленные им в материалы дела справки об их стоимости, судом не принимаются во внимание, поскольку они не опровергает выводов судебных экспертов, содержат стоимость имущества на иную дату (не на дату пожара), и не являются достоверными доказательствами, подтверждающими стоимость повреждённого имущества истцов.

Стороной ответчика в ходе судебного разбирательства достоверность выводов указанного заключения не опровергнута. Доводы о недостоверности акта осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ ничем не подтверждены. При этом, участвовавший в ходе разбирательства дела ответчик ФИО4 пояснил, что участвовал в проведении осмотра жилого помещения истцов, и подтвердил наличие большей части перечисленных в нем повреждений жилого помещения, движимого имущества, а также указал на то, что часть перечисленного в акте движимого имущества он либо не видел, либо не помнит их состояние, что, однако не опровергает факт их наличия и повреждения (уничтожения) в результате пожара. При этом, экземпляр акта был получен им лично, с ним также был ознакомлен второй ответчик ФИО3, а сам акт не содержит каких-либо возражений ФИО4 относительно его содержания и составления. Возражения ответчиков относительно составления данного акта были заявлены ими только после обращения истцов в суд. Допрошенные судом свидетели ФИО8, Свидетель № 1, Свидетель № 2, Свидетель № 3, Свидетель № 4 подтвердили наличие в квартире истцов движимого имущества, перечисленного в акте осмотра помещения от ДД.ММ.ГГГГ, состояние ремонта жилого помещения, и степень их повреждения или уничтожения в результате пожара. Степень повреждения квартиры и движимого имущества истцов также подтверждайся выше указанным материалом проверки, проведенной ОНД и ПР по г. Енисейску, Енисейскому району и Северо-Енисейскому району.

При определении размера ущерба суд принимает во внимание заключение судебной экспертизы ООО КЦПОиЭ «Движение», поскольку оно наиболее точно и правильно отражает стоимость восстановительного ремонта помещения истцов, стоимость уничтоженного и повреждённого при пожаре движимого имущества, с указанием, в том числе, стоимости расходов по восстановлению или исправлению повреждённого движимого имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина, либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом, необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного имущества в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Оценивая все доказательства по делу в их совокупности по правилам ст. 5960 ГПК РФ, суд признает, что размер причиненного истцам вреда, подлежащий взысканию с ответчика ФИО3, состоит из восстановительного ремонта жилого помещения истцов, пострадавшего в результате пожара, в размере 1223 200 руб. (без учета износа); стоимости движимого имущества, находившегося в данном жилом помещении, уничтоженного в результате пожара, или при его тушении, - 607730 рублей (без учета его износа), а также стоимости расходов по восстановлению или исправлению повреждённого в результате пожара или при его тушении движимого имущества - 195800 руб., а всего - 2026 730 руб., которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истцов в равнодолевом порядке, по 1 013 365 руб.- в пользу каждого (поскольку истцы являются долевыми собственниками поврежденного жилого помещения).

Суд также учитывает, что в данную стоимость ущерба экспертами не включена стоимость материалов и работ для восстановления элементов жилого помещения, произведенных за счет ответчика (на что стороны ссылались в ходе рассмотрения дела), определенных в сумме 285300 руб., что следует из содержания заключения экспертов <данные изъяты> (приведено в отдельном приложении № 4 к заключению экспретов).

При этом, по делу отсутствуют доказательства тому, что имеется существование иного более разумного способа восстановления права истцов, а именно возможность приобретения движимого имущества, бывшего в употреблении, пригодного для их дальнейшей эксплуатации, а также возможность приобретения материалов, бывших в употреблении, пригодных для во восстановления дома; стороной ответчика таких доказательств в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, суду не предоставлено. Оснований для уменьшения стоимости ущерба не имеется.

Разрешая исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, суд не находит законных оснований для их удовлетворения.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Из содержания статьи 151 ГК РФ усматривается, что компенсация морального вреда предусмотрена законом только за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина или посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. При нарушении имущественных прав компенсация морального вреда применяется лишь в специально предусмотренных законом случаях (часть 2 статьи 1099 настоящего Кодекса).

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; в иных случаях, предусмотренных законом.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи утратой родственников, невозможностью продолжить активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Обосновывая необходимость взыскания компенсации морального вреда, истцы указали на наличие перенесённых ими в результате пожара и повреждения имущества нравственных страданий в связи с потерей ими жилья, личных вещей, мебели, привычного уклада жизни.,

Таким образом, учитывая, что действия ответчика ФИО3 в результате ненадлежащего содержания принадлежащего ему имущества и нарушения правил пожарной безопасности при его эксплуатации, приведшие к возникновению пожара, нельзя отнести к нарушению личных неимущественных прав либо к посягательствам на нематериальные блага (в данном случае они привели к нарушению имущественных прав истцов), а по заявленным требованиям имущественного характера закон не предусматривает компенсацию морального вреда, при этом доказательства нарушения действиями ответчика личных неимущественных прав истцов, или посягающих на принадлежащие истцам другие нематериальные блага, отсутствуют, правовых оснований для взыскания в пользу истцов компенсации морального вреда не имеется, в удовлетворении данных требований надлежит отказать.

Разрешая требования истцов о возмещении им судебных расходов, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся также расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимые расходы.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 88 ГПК РФ и разъяснениям, приведенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК РФ.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в абзаце 2 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" перечень судебных издержек, предусмотренный, в частности, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не является исчерпывающим.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Обратившись в суд с иском, истцы просили взыскать с ответчиков в возмещение судебных расходов расходы по оплате государственной пошлины – 19335 руб., оплате услуг оценщика по определению стоимости восстановительного ремонта жилого помещения и утраченного имущества – 25000 руб., расходы по оплате услуг представителя Колясова А.Л. – 30000 руб., в подтверждение чему ими представлен чек-ордер об оплате истцом ФИО1 госпошлины в размере 19335 руб., договор на проведение экспертизы по расчёту стоимости восстановительного ремонта жилого помещения по адресу: <адрес>, и утраченного после пожара имущества, заключенный им с ООО «Беслеравто», квитанция об оплате ФИО1 согласно данному договору 25000 рублей, а также квитанция об оплате ФИО10 по соглашению об оказании юридической помощи по иску к Титовским суммы 30000 рублей.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Из совокупности вышеприведенных норм процессуального права и данных вышестоящим судом разъяснений относительно их применения, следует вывод о том, что суд наделен правом уменьшать размер судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя, если этот размер носит явно неразумный (чрезмерный) характер, в том числе и в тех случаях, когда другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, при этом суд не вправе уменьшать его произвольно без приведения соответствующей мотивировки.

Как следует из материалов дела, во исполнение достигнутой договоренности адвокат Колясов А.Л. осуществлял представление интересов истцов Г-ных в суде, в ходе которого им подготовлено исковое заявление, осуществлено участие в одном предварительном, и пяти судебных заседаниях (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ).

При указанных обстоятельствах, с учетом требований ст. 100 ГПК РФ, а также принимая во внимание объем выполненной представителем работы, его процессуальной активности, категории и сложности рассматриваемого дела, его результата и продолжительности, требований разумности, с целью установления баланса между правами лиц, участвующих в деле, суд полагает необходимым уменьшить сумму расходов на оплату услуг представителя до 20000 рублей.

Исходя из принципа пропорциональности удовлетворенных исковых требований, размер которых в данном случае составляет 87 % от суммы заявленных исковых требований (2331026 руб.), судебные расходы подлежат возмещению за счет ответчика ФИО3, в размере: 38571,45 руб. (44335х87/100)- в пользу ФИО1, и 17400 руб. (20000х87/100) – в пользу ФИО10

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1, ФИО6 в возмещение ущерба, причиненного пожаром, 2026 730 рублей, по 1013 365 (один миллион тринадцать тысяч триста шестьдесят пять) рублей в пользу каждого.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 38571 рубль 45 копеек.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО6 судебные расходы в размере 17400 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО6 к ФИО3 отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО6 к ФИО4 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в месячный срок, со дня его изготовления в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Енисейский районный суд.

Председательствующий: Т.И. Яковенко

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ