Решение № 2-410/2024 2-410/2024~М-306/2024 М-306/2024 от 6 ноября 2024 г. по делу № 2-410/2024

Дело № 2-410/2024 г.

16RS0005-01-2024-000388-47


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2024 года с. Базарные Матаки

Алькеевский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Гарифинова М.Р.

с участием помощника прокурора Алькеевского района Республики Татарстан Юнусова Э.А.

при секретаре Минибаевой Г.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Хузангаевское» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд к ООО «Хузангаевское о взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование иска, ДД.ММ.ГГГГ умер ее супруг ФИО2. Смерть наступила при следующих обстоятельствах: в период времени с 07.00 часов до 09.00 часов ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, будучи директором ООО «Хузангаевское», являясь лицом, на которое были возложены обязанности по соблюдению правил безопасности при ведении работ в ООО «Хузангаевское», в нарушение правил безопасности при ведении работ, связанных с погрузочно-разгрузочными работами с использованием подъемного сооружения, предусмотренных должностной инструкцией директора ООО «Хузангаевское», статьей 214 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктами 3, 19, подпунктами 4, 7 пункта 58 Правил по охране труда в сельском хозяйстве, пунктами 4, 14 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, подпунктом «а» пункта 2, подпунктами «а», «б», «и», «к», «о», «п» пункта 22, подпунктом «а» пункта 25, пунктами 114, 121, 122, 137, 143, 146, подпунктами «а», «б», «в», «г» пункта 147, пунктами 151, 164, 252 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», находясь на территории базы, расположенной по адресу: РТ, <адрес>А, не оформив допуск-наряд, не разработав и выдав на место ведения работ проект производства работ или технологическую карту, допустил водителя ООО «Хузангаевское» ФИО2, не имеющего специальных познаний и навыков, а также допуска и удостоверения на право самостоятельной работы, связанной с погрузочно-разгрузочными работами с использованием подъемных сооружений, к производству погрузочно-разгрузочных работ металлических изделий с полуприцепа, с использованием крана стрелкового автомобильного марки и модели «КС 55727-7-12» с государственным регистрационным знаком <***>, находящегося в неработоспособном состоянии ввиду отсутствия ограничителя грузоподъемности, при этом стремясь облегчить себе работу и проявляя преступную небрежность к исполнению возложенных на него обязанностей по соблюдению правил безопасности, не разработал инструкции, а также не ознакомил ФИО2 с правилами безопасности при ведении иных работ, связанных с погрузочно-разгрузочными работами с использованием подъемных сооружений, не принял мер по созданию безопасных и благоприятных для жизни и здоровья условий при ведении вышеуказанных работ, как для самих работников, так и иных лиц, а также не назначил ответственных лиц по неукоснительному соблюдению данных правил, а также сам не осуществлял контроль за погрузочно-разгрузочными работами.

В результате данных действий ФИО3, при ведении ФИО2 в указанное время и месте погрузочно-разгрузочных работ металлических изделий с полуприцепа, с использованием крана стрелкового автомобильного марки и модели «КС 55727-7-12» с государственным регистрационным знаком <***>, из-за потери устойчивости при нагрузке на крюке, превышающей номинальную паспортную грузоподъемность для заданного вылета, усугубившейся наличием динамической составляющей нагрузки при повороте поворотной части, произошло опрокидывание вышеуказанного автокрана на бок, в результате чего ФИО2 выпал с кабины и ударился об бетонную площадку, вследствие чего получил тяжкие телесные повреждения, от которых ДД.ММ.ГГГГ в 19.00 часов скончался от сочетанной тупой травмы тела, осложнившейся отеком головного мозга, в нейрохирургическом отделении № ГАУЗ «Республиканская клиническая больница» Министерства здравоохранения РТ.

В связи с произошедшим событием был составлен акт № о несчастном случае на производстве, утвержденный ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п.11 указанного акта, лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются главный инженер ООО «Хузангаевское» ФИО4, директор ООО «Хузангаевское» ФИО3, прораб ООО «Хузангаевское» ФИО5, специалист по охране труда ООО «Хузангаевское» ФИО6

По данному факту было возбуждено уголовное дело, в рамках судебного производства ФИО7 свою вину признал в полном объеме. Постановлением Алькеевского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ.

ФИО1 является супругой умершего ФИО2, и признана потерпевшей в уголовном деле по обвинению ФИО3 В целях примирения ФИО3 передал ей в качестве компенсации морального вреда <данные изъяты>. В связи со смертью и утратой супруга по вине ответчика, истцу причинены сильные нравственные страдания и переживания. Моральный вред оценивает в <данные изъяты>.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО8, действующая по доверенности <адрес>8 от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования поддержали и просили удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО9, действующий по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что истцом заявлено требование о повторной компенсации морального вреда, что не предусмотрено законом, не учтена степень вины погибшего ФИО2 Также ответчик указывает на недобросовестное поведение стороны истца.

Помощник прокурора <адрес> Республики Татарстан Юсупов Э.А. исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме и просил удовлетворить

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда следует удовлетворить, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

Согласно положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред. Доказать отсутствие вины в причинении морального вреда обязан причинитель вреда.

Как следует из пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из содержания вышеприведенных норм права следует, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной Т распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью гражданина суду необходимо учитывать обстоятельства, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии со статьей 1101 компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что при разрешении спора о компенсации морального вреда суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 вышеназванного постановления).

Таким образом, закон обязывает в каждом конкретном случае принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, степень вины осужденного, когда она является основанием возмещения вреда, учитывать при определении размера компенсации морального вреда требования разумности, справедливости и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

При этом, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Смерть супруга является для истца тяжелейшим событием в жизни и необратимым обстоятельством, нарушающим его душевное благополучие. В связи с гибелью близкого человека истец навсегда утратил возможность рассчитывать на его любовь, заботу и поддержку, находится в угнетенном психологическом состоянии.

Судом установлено, что ФИО2 работал в ООО «Хузангаевское» в должности водителя.

В период времени с 07.00 часов до 09.00 часов ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, при ведении ФИО2 в указанное время и месте погрузочно-разгрузочных работ металлических изделий с полуприцепа, с использованием крана стрелкового автомобильного марки и модели «КС 55727-7-12» с государственным регистрационным знаком <***>, из-за потери устойчивости при нагрузке на крюке, превышающей номинальную паспортную грузоподъемность для заданного вылета, усугубившейся наличием динамической составляющей нагрузки при повороте поворотной части, произошло опрокидывание вышеуказанного автокрана на бок, в результате чего ФИО2 выпал с кабины и ударился об бетонную площадку, вследствие чего получил тяжкие телесные повреждения, от которых ДД.ММ.ГГГГ в 19.00 часов скончался в нейрохирургическом отделении № ГАУЗ «Республиканская клиническая больница» Министерства здравоохранения РТ.

Согласно материалам дела, смерть ФИО2 наступила в результате от сочетанной тупой травмы тела, осложнившейся отеком головного мозга.

Согласно п. 10 акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного в отношении работника ФИО2, основными причинами, вызвавшими несчастный случай, послужили эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования; нарушение технологического процесса, в том числе, использование оборудования, инструмента и материалов, не соответствующих технологии и виду выполнению работ; неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, нарушение допуска к работам с повышенной опасностью; несовершенство технологического процесса, в том числе, отсутствие технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу; неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда.

Постановлением Алькеевского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ. Постановление суда не обжаловано и вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

При этом из вышеуказанного постановления следует, что смерть ФИО2, наступившая по неосторожности, состоит в прямой причинно-следственной связи с нарушением директора ООО «Хузангаевское» ФИО3 правил безопасности при ведении работ, связанных с погрузочно-разгрузочными работами с использованием подъемного сооружения.

Как следует из материалов дела, ФИО1 состояла в браке с ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии I-КБ №, выданным исполкомом Старохурадинского сельского поселения Алькеевского муниципального района Республики Татарстан (л. д. 12).

В судебном заседании установлено, что в рамках рассмотрения уголовного дела между ФИО1 и ФИО3 заключено соглашение о компенсации морального вреда, по условиям которого в пользу ФИО1 выплачена денежная сумма в размере <данные изъяты>.

Представитель истца ФИО8 пояснила, что компенсация морального вреда была выплачена незадолго после смерти ФИО2, в связи с чем в силу эмоционального состояния она не в полном объеме осознавала природу выплаченных сумм.

Разрешая исковые требования, суд исходит из того, что смерть ФИО2 наступила в результате несчастного случая; причиной смерти ФИО2 явились грубые нарушения правил охраны труда и техники безопасности на производстве, допущенные по вине организации-работодателя, в связи с чем на ООО «Хузангаевское» лежит обязанность по возмещению супруге погибшего ФИО2 компенсации морального вреда.

Доводы представителя ответчика о том, что компенсация морального вреда на сумму <данные изъяты> была выплачена ФИО1 на основании соглашения о компенсации морального вреда, не опровергают выводы суда по обстоятельствам дела.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ№ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Судом установлено, что выплаченная ответчиком истцу в добровольном порядке компенсация морального вреда не обеспечивает полноценной защиты нарушенных прав истца; выплата в добровольном порядке компенсации морального вреда не препятствует обращению гражданина в суд с требованиями о компенсации морального вреда, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.

Довод представителя ответчика о том, что, подавая исковое заявление о компенсации морального вреда истец фактически поставила вопрос о повторной компенсации морального вреда, которая законом не предусмотрена, суд считает несостоятельным.

Ссылка ответчика на то, что ответчиком истцу оказывалась материальная помощь, не является основанием для отказа в иске о взыскании компенсации морального вреда.

Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ООО «Хузангаевское» в пользу супруги ФИО1 компенсации морального вреда, размер которой определяет с учетом конкретных обстоятельств дела, степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя, требований разумности и справедливости.

То обстоятельство, что в отношении ФИО3 не был постановлен приговор, не является основанием для освобождения его от гражданско-правовой ответственности.

Прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям влечет освобождение ФИО3 лишь от уголовной ответственности, но не может повлечь его освобождение от гражданско-правовой ответственности, поскольку факт совершения им действий, причинивших моральный вред ФИО1 установлен.

Вступившее в законную силу постановление о прекращении уголовного дела в отношении ответчика по нереабилитирующему основанию также является одним из доказательств его виновности в совершении инкриминируемого ему преступления.

На основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ суд определяет значение вступившего в законную силу постановления судьи по уголовному делу при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Таким образом, положения указанных норм закона во взаимосвязи с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ предусматривают, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в том числе, постановление по уголовному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебном решении» и ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абзац 2 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении»).

Оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что причинение ответчиком морального вреда в связи с преступлением состоит в прямой причинно-следственной связи с виной ответчика в совершенном преступлении, вина ответчика установлена вступившим в законную силу постановлением суда. Физические и нравственные страдания истца в этой связи очевидны, следовательно, требования истца о взыскании денежной компенсации морального вреда законны и обоснованы.

Как следует из текста постановления, потерпевшей ФИО1 гражданский иск о компенсации морального вреда не заявлялся.

Заявляя требования о компенсации морального вреда, истец отмечает, что в результате смерти супруга ФИО2 ей причинены нравственные страдания, она потеряла близкого человека, по поводу чего до настоящего времени испытывает душевные волнения и переживания.

Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Применительно к п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, например, жизнь, здоровье, право на уважение родственных и семейных связей, либо нарушающими имущественные права гражданина.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о причинении нравственных страданий истцу в связи с гибелью супруга в результате противоправных действий ответчика. Общеизвестно и не нуждается в доказывании то обстоятельство, что смерть родного человека вызывают у потерпевшего нравственные страдания.

Факт причинения истцу морального вреда в связи с указанными обстоятельствами не вызывает у суда сомнений.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии у ответчика ответственности за причиненный моральный вред, который безусловно понесла ФИО1 в связи со смертью супруга ФИО2

В силу ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд должен принимать во внимание конкретные обстоятельства каждого дела, обстоятельства причинения вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью родного человека, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Учитывая установленные обстоятельства, исследовав представленные доказательства в их совокупности и оценив их в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание степень физических и нравственных страданий истца, вызванного гибелью ФИО2, связанных с невосполнимой потерей близкого человека, степень их родства, близость истца к погибшему, глубину, степень, продолжительность и характер перенесенных истцом страданий, вызванных такой потерей, конкретные обстоятельства несчастного случая, произошедшего по причине нарушения со стороны работодателя технологического процесса, необеспечения безопасных условий труда работника и повлекшего преждевременную смерть ФИО2 в возрасте 60 лет; степени вины ответчика в произошедшем случае, наличие прямой причинно-следственной связи между выполнением по поручению работодателя трудовых обязанностей ФИО2 и наступившими последствиями в виде его трагической смерти, отсутствия грубой неосторожности ФИО2, принципов конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также необходимости соблюдения баланса интересов сторон, требований разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда ФИО1 в размере <данные изъяты>.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ООО «Хузангаевское» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Хузангаевское» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт серии 92 14 №, выдан Территориальным пунктом УФМС России по <адрес> в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан через Алькеевский районный суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 21 ноября 2024 года.

Председательствующий - подпись.

Копия верна. Судья Гарифинов М.Р.

Решение вступило в законную силу « » 20 г.

Судья Гарифинов М.Р.

Подлинник решения находится в гражданском деле № 2-410/2024 г.

Секретарь судебного заседания Минибаева Г.Б.