Постановление № 1-55/2025 1-630/2024 от 24 февраля 2025 г. по делу № 1-55/2025

Дело № 1-55/2025 (№1-630/2024)


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Кунгур 25 февраля 2025 года

Кунгурский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Пановой Е.П. при секретаре судебных заседаний ФИО2 с участием:

государственного обвинителя – Самойловских Л.Н.,

потерпевшей – ФИО4 №1,

подсудимой – ФИО3,

защитника – Светлакова В.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО3, родившейся ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <адрес>, гражданки РФ, не военнообязанной, имеющей основное общее образование (10 классов), не замужней, имеющей <данные изъяты>, зарегистрированной и фактически проживающей по адресу: <адрес>, работающей <данные изъяты>, в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет, судимой:

- 14.08.2020 Кунгурским городским судом Пермского края по п. «а,б» ч.2 ст. 264 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года; реальное лишение свободы отстрочено до достижения ребенком, ДД.ММ.ГГГГ года рождения четырнадцатилетнего возраста; отсрочка не отменялась;

в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживалась, в отношении которой 22.11.2024 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (том 1, л.д. 191-192),

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного следствия подсудимая ФИО3 обвиняется в краже чужого имущества (имущества, принадлежащего ФИО4 №1) с незаконным проникновением в жилище ФИО4 №1

Деяние было совершено ФИО1 при следующих обстоятельствах:

В период с 1 по ДД.ММ.ГГГГ, более точную дату в ходе предварительного следствия установить не удалось, в вечернее время у ФИО3, находящейся в своей части дома по адресу: <адрес>, возник умысел на совершение из второй части этого же дома кражи имущества, принадлежащего ФИО4 №1

Осуществляя свой умысел, в этот же период времени, с 1 по ДД.ММ.ГГГГ, более точную дату в ходе предварительного следствия установить не удалось, в вечернее время ФИО3 с целью совершения кражи подошла к входным дверям, ведущим в отдельный вход принадлежащей ФИО4 №1 на праве собственности части дома по адресу: <адрес>, где при помощи принесенного с собой топора сорвала металлическую накладку запорного устройства на входных дверях, ведущих в часть дома ФИО4 №1, после чего незаконно проникла в часть дома ФИО4 №1, откуда тайно из корыстных побуждений похитила принадлежащее ФИО4 №1 имущество: три шестисекционных алюминиевых радиатора отопления, стоимостью 1 100 руб. за одну штуку, на общую сумму 3 300 руб., причинив своими умышленными действиями ФИО4 №1 материальный ущерб в размере 3 300 руб.

С похищенным имуществом ФИО3 с места преступления скрылась, распорядилась похищенным по своему усмотрению.

Действия ФИО3 по данному факту были квалифицированы по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ, что и было поддержано государственным обвинителем.

Из показаний подсудимой ФИО3, в том числе оглашенных, которые она давала в ходе предварительного следствия (том 1, л.д. 112-116, 187-190; том 2, л.д. 46-50), и в целом подтвердила их в суде, следует, что в 2012 году она выпустилась из детского дома; стала встречаться с ФИО5, а затем и проживать у него в комнате по адресу: <адрес>; ДД.ММ.ГГГГ по жилищному сертификату, который ей выдали при выпуске из детского дома, она приобрела себе квартиру по адресу: <адрес>, которую она затем разделила на две комнаты и в 2013 году продала одну из этих комнат за 410 000 руб., потратив деньги на мебель и технику, а также на ремонт квартиры, в которой она тогда проживала с ФИО5; после рождения в ДД.ММ.ГГГГ второго ребенка мать сожителя ФИО5 – ФИО4 №1 предложила ей продать все недвижимое имущество, которое было у них обеих и ФИО5 и купить на всех один дом; она согласилась; в 2014 году она продала вторую свою комнату за 210 000 руб., ФИО5 продал свою комнату по адресу: <адрес> за 250 000 руб., а ФИО4 №1 продала свою комнату по адресу: <адрес> за какую сумму ей неизвестно; кроме того, после рождения второго ребенка ей был выдан материнский капитал на сумму 429 408,50 руб.; ДД.ММ.ГГГГ она оформила договор займа под материнский капитал на сумму 435 000 руб.; получив этот займ, добавив денежные средства, которые они получили от продаж комнат, вместе на эти общие деньги они купили дом по адресу: <адрес> за 800 0000 руб.; дом был приобретен только на ее имя, так как на покупку дома были потрачены средства материнского капитала, но они договорились, что после покупки она подарит ФИО4 №1 половину дома, так как ФИО4 №1 также вкладывала свои деньги в его покупку; так как дом был в плохом состоянии, они договорились, что оставшиеся от продаж комнат деньги они потратят на ремонт дома и покупку бани; в доме им пришлось менять проводку, проводить водоснабжение, канализацию, делать электрическое отопление и косметический ремонт; они договорились разделить дом на две части, во время ремонта дом был разделен на две части (внутри дома его части разделялись перегородкой), кроме того, с улицы были сделаны отдельные входы в дом, в правой части дома стала проживать ФИО4 №1 со своим мужем, а в левой части дома стала проживать она с ФИО5 и двумя их общими детьми; так как дети были маленькие, всем ремонтом занималась ФИО4 №1; учет потраченных на ремонт денежных средств они не вели; ее деньги, оставшиеся от продажи комнаты, хранились у ФИО4 №1, которая их тратила в том числе и на ремонт, согласовывая с ней трату этих денежных средств; на общие с ФИО4 №1 деньги они провели в доме электрическое отопление, в частности на общие деньги были куплены пластиковые трубы, радиаторы отопления и электрический котел, которые затем были установлены в обеих частях дома, за исключением котла, который был установлен в части дома, где проживала ФИО4 №1; электрическое отопление было общим по всему дому; в августе 2014 года они все заехали жить в этот дом; в ноябре 2015 года она подарила своим двоим детям по 1/100 доли этого дома и земельного участка, так как дом был приобретен на средства материнского капитала; в марте 2016 года согласно ранее достигнутой договоренности по договору дарения она подарила ФИО4 №1 50/100 доли дома и земельного участка; в 2017 году у них родился третий ребенок; а в 2019 году ФИО4 №1 купила себе другую квартиру, куда переехала жить вместе с мужем; после этого она рассталась с ФИО5, который переехал жить в часть дома, где ранее проживала его мать ФИО4 №1; через некоторое время ФИО5 стал проживать с ФИО7 №4, а она с детьми уехала жить в <адрес>; через год она вернулась жить обратно в свою часть дома, с ней стал проживать ФИО7 №5, а в другой части дома продолжил проживать ФИО5 со своей сожительницей ФИО7 №4; пока в доме по адресу: <адрес> проживала ФИО4 №1, за электричество платила ФИО4 №1, она могла лишь иногда давать ФИО4 №1 деньги для оплаты электроэнергии; после того, как ФИО4 №1 уехала на новое место жительства, платить за электроэнергию стала она сама, пока не уехала жить в <адрес>; когда она проживала в <адрес> со слов ФИО4 №1 оплату электроэнергии производила ФИО4 №1; ее сын ФИО5 электроэнергию не оплачивал, так как не работал, употреблял спиртные напитки; после того, как она вернулась жить в свой дом, она снова продолжила сама оплачивать электроэнергию, ФИО5 лишь иногда давал ей на это деньги; затем в доме сломался электрический котел отопления и нужно было приобретать новый котел; так как у ФИО5 не было денег, она со своим сожителем ФИО7 №5 заняла деньги, они сходили вместе с ФИО5 в магазин и купили новый электрический котел отопления примерно за 5000 руб., который затем ФИО5 и ФИО7 №5 установили в той же части дома, где проживал ФИО5 со своей сожительницей ФИО17; позже ФИО5 купил аналогичный котел (она знает, что деньги на его приобретение давала мать ФИО17), передал его ей на хранение, чтобы в случае необходимости можно было поменять котел на новый; они убрали его в свою ограду; в 2022 году им отключили в доме электричество за неуплату, ей выставили счет на оплату долга за электроэнергию в сумме около 60 000 руб.; она позвонила ФИО4 №1, но та отказалась помочь в оплате этого долга, сказала ей спрашивать деньги у ФИО5, который проживал в доме; она предложила ФИО5 оплатить половину этого долга, так как он тоже живет в этом доме, а она содержит одна их общих детей; ФИО5 отказался помочь ей оплатить долг; она с ФИО7 №5 взяла кредит и в мае 2022 года погасила этот долг; после этого они предлагали ФИО5 сделать в доме печное отопление, но ФИО5 не захотел; ее сожитель ФИО7 №5 сделал в их части дома отдельное отопление (печное, без электрического котла, с электрическим насосом), после чего в их части дома стало отдельное печное отопление, а в части дома ФИО5 осталось отопление электрическое; поскольку ФИО5 не хотел оплачивать электроэнергию, она отключила ФИО5 в его части дома электричество, из-за чего в сентябре 2022 года ФИО5, слив воду из радиаторов отопления, вместе с ФИО17 съехали на съемную квартиру, так как проживать без электричества и отопления в той части дома было невозможно; ДД.ММ.ГГГГ им снова из-за неуплаты отключили электричество и в ноябре-декабре 2023 года они сняли квартиру, куда переехали всей семьей жить, так как без электроэнергии в доме разморозились радиаторы отопления, жить в доме стало не возможно; в декабре 2023 года они заплатили долг за электричество, им его снова включили; она хотела вернуться жить в свой дом и в начале января 2024 года она пришла в свой дом вместе со своим знакомым ФИО7 №3, но отремонтировать систему отопления у них не получилось; в присутствии ФИО7 №3 она позвонила ФИО5, хотела попросить у него из его части дома радиаторы отопления; ФИО5 разрешил их взять, но так как та часть дома была закрыта, она не смогла их взять, а ключ ФИО5 ей не привез; через 3-4 дня после этого она вместе со своей знакомой ФИО7 №2 снова пришла в свой дом, чтобы отремонтировать радиаторы отопления; холодной сваркой они попытались отремонтировать треснутые радиаторы отопления, но у них ничего не получилось; тогда она решила взять такие радиаторы из части дома, где ранее жили ФИО16; она взяла топор, вышла на улицу, подошла к двери второй части дома и оторвала топором металлическую накладку, в который был вставлен замок; зашла в эту часть дома, где оторвала специальными ножницами один радиатор и перенесла его в свою часть дома, но на этом радиаторе не оказалось верхних крышечек, из-за чего вода из радиатора стала бы выливаться; она еще два раза сходила во вторую часть дома и принесла еще два радиатора отопления, но у них тоже этих крышечек не оказалось; отопление им сделать не удалось, и ФИО7 №2 ушла домой; возвращать радиаторы она не стала, оставила их у себя, при этом она видела, что в части дома ФИО16 оставался электрический котел; после того, как из дома ушла ФИО7 №2, она вернулась в часть дома ФИО4 №1, откуда похитила электрический котел, оставив его у себя в ограде, намереваясь его в дальнейшем использовать в своей части дома; ДД.ММ.ГГГГ она позвонила ФИО5 и сказала, что у него на дверях сорван замок, а из дома похищены радиаторы и котел отопления; о том, что радиаторы взяла она сама, она ему не сказала, так как он материально не помогал ей содержать их троих детей, при этом злоупотреблял спиртными напитками; после этого ей позвонили ФИО7 №1, который временно проживал в части дома ФИО16 осенью 2023 года, и ФИО4 №1, стали ее обвинять в хищении радиаторов и котла, но она не созналась им в их хищении, сказала, что у нее есть свои радиаторы отопления; ближе к лету 2023 года она сдала все радиаторы отопления со всего дома (8 штук), которые были в нерабочем состоянии, а также похищенный котел в пункт приема металлолома, получив за них 8 000-10 000 руб., потратив полученные деньги на личные нужды; о том, что она на самом деле взяла эти радиаторы, котел и потом их сдала в пункт приема металлолома, она рассказала ФИО5 до его смерти.

Из всех показаний ФИО3, в том числе оглашенных, следует, что радиаторы отопления и электрический котел она забрала из части дома ФИО4 №1 без получения разрешения на это последней, считая это имущество своим, так как это оборудование было приобретено на общие с ФИО4 №1 деньги, а ей было необходимо восстанавливать в своей части дома отопление, при этом денег на приобретение новых радиаторов у нее тогда не было, а также в счет долга, так как расходы на электроэнергию во всем доме несла только она, а ФИО5, проживая в доме, не платил за электроэнергию, ФИО4 №1 же, являясь таким же собственником дома, как и она сама, отказалась помочь оплатить долг за электроэнергию в сумме 60 000 руб., который образовался в тот период, когда в доме проживал ее сын ФИО5; кроме того, она считала, что имела право зайти в часть дома ФИО4 №1, так как дом был приобретен на общие деньги.

Представленные стороной обвинения доказательства подтверждают совершение подсудимой вышеуказанных действий.

Из показаний потерпевшей ФИО4 №1, в том числе оглашенных, которые она давала в ходе предварительного следствия (том 1, л.д. 83-85, 161-164, 177-179; том 2, л.д. 17-19), подтвердила в суде, следует, что ее сын ФИО5 сожительствовал с ФИО3; в этом сожительстве у ФИО5 и ФИО3 родились трое детей; у нее, ее сына и ФИО1 в собственности были квартиры, которые она предложила продать и купить один большой дом, чтобы потом в нем жить; она, ее сын и ФИО3 продали свои квартиры, ФИО3 после рождения второго ребенка получила материнский капитал, после чего ФИО3 под материнский капитал взяла займ, к которому они добавили денежные средства от продажи своих квартир и в 2015 году купили дом по адресу: <адрес> за 800 000 руб.; так как дом был приобретен на средства материнского капитала, его оформили на ФИО3, но они договорились о том, что после этого ФИО3 подарит ей половину купленного дома, так как на его приобретение были потрачены и ее деньги от продажи квартиры; после покупки дома в нем они делали ремонт, а именно меняли проводку, проводили водоснабжение, канализацию, делали электрическое отопление и косметический ремонт, при этом на приобретение оборудования и оплату работ тратились общие денежные средства, полученные в том числе после продажи квартир; для того, чтобы сделать во всем доме электрическое отопление она приобрела на общие деньги шестисекционные радиаторы отопления, трубы и электрический котел, их стоимость в настоящее время она не помнит, наняла работников для этого; при этом учет потраченных денежных средств не велся; все заработанные деньги также пошли на ремонт этого дома; дом был разделен на две части с перегородкой внутри дома и с отдельным выходом на улицу; в одной части проживала она с мужем, а в другой – ее сын с ФИО3 и детьми; не смотря на это, в доме осталось общим электрическое отопление и электроснабжение; в 2016 году ФИО3 подарила ей половину дома, оформив договор дарения; в марте 2019 года она с мужем приобрела другой дом и переехала жить в новый дом, а свою часть прежнего дома она оставила своему сыну ФИО5, который к тому времени расстался с ФИО3, переехал жить в ее часть дома, где стал жить с новой сожительницей - ФИО17; сын ей говорил о том, что в доме сломался электрический котел, который пришлось поменять; мать его сожительницы ФИО17 дала деньги, и они приобрели новый котел, который установили взамен старого; пока она проживала в прежнем доме, она сама оплачивала электроэнергию, так как ее сын не работал, злоупотреблял спиртными напитками, а ФИО3 сидела дома с маленькими детьми; после того, как она съехала из этого дома в новый, оплачивать электроэнергию она уже не стала, и в доме накопился долг, из-за чего в доме был отключен свет; затем ФИО3 оплатила долг около 60 000 руб. и попросила ФИО5 отдать ей половину долга, а ФИО5 пил, не работал и отказался отдавать половину долга, в связи с чем ФИО3 отключила электричество в той части дома, где жил ФИО5, после чего ее сын слил воду из систему отопления, закрыл их часть дома на замок и вместе с ФИО17 переехали жить на съемную квартиру; летом 2023 года до наступления холодов с ее разрешения в этой части дома проживал знакомый ее сына – ФИО7 №1, которому негде было жить; она знает, что ФИО3 затем еще раз отключили электричество, в части дома ФИО3 разморозилась система отопления, из-за чего ФИО3 с детьми также съехали из дома; в середине января 2024 года ей позвонил ФИО7 №1 и сказал, что по просьбе сына он заезжал в ее часть дома забрать вещи сына, и обнаружил, что дверные накладки в ее часть дома были сорваны, двери в дом были открыты, а из ее части дома пропали радиаторы отопления и котел; она позвонила сначала ФИО3, которая ответила, что ничего по этому поводу не знает, у нее есть свои радиаторы; потом она позвонила сыну, попросила его заехать в их часть дома и проверить все, вызвать сотрудников полиции; ДД.ММ.ГГГГ ее сын съездил в их часть дома, проверил дом и вызвал полицию, после чего ее вызвали в отдел полиции; она также приезжала в этот дом, видела сломанное запорное устройство, обнаружила пропажу в ее части дома трех радиаторов и электрического котла; летом 2024 года ее сын намеревался сделать в ее части дома ремонт и снова проживать в этом доме, но ДД.ММ.ГГГГ сын умер; в настоящее время с учетом износа похищенные из ее части дома радиаторы отопления она оценивает в 1100 руб. за одну штуку; похищенный из ее части дома электрический котел, который ей потом вернули сотрудники полиции, ей на самом деле не принадлежал; со слов сына она знает, что он был куплен на денежные средства матери сожительницы сына ФИО17, а купленный до этого на общие денежные средства электрический котел со слов сына сломался и был заменен на новый, об этом она сообщала следователю при допросах; почему в ее показаниях следователь указала, что котел был приобретен на ее личные средства пояснить не может; в ее часть дома ФИО3 без ее ведома никогда не заходила; вещей ФИО3 в ее части дома, а также ключа от ее части дома у ФИО3 не было; причиненный ей материальный ущерб для нее ни значительным, ни существенным не является, никаких претензий к ФИО3 по факту хищения радиаторов отопления она не имеет, а котел ей вообще не принадлежит; просит строгого ФИО3 не наказывать; она предлагала ФИО3 выкупить ее часть дома за 200 000 руб., так как она фактически там не проживает, но ФИО3 отказалась от такой покупки.

ФИО7 ФИО7 №5 показал, что около 5 лет он сожительствует с ФИО3, с которой он проживал и проживает в настоящее время в ее доме по адресу: <адрес>; с ФИО3 он имеет общего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ; в одной половине дома проживает он с ФИО3 и детьми, а в другой ранее проживал бывший сожитель ФИО3 – ФИО5 со своей сожительницей ФИО17; он знает, что по документам половина дома принадлежит ФИО3, которая приобрела этот дом по материнскому капиталу, а вторая половина - ФИО4 №1, которая в этом доме фактически не живет; когда он только стал жить с ФИО3, в доме было общее электрическое отопление; ФИО3 говорила, что они после покупки дома сами делали в нем отопление; в каждой части дома были радиаторы отопления, а электрический котел находился в части дома ФИО4 №1; через какое-то время этот электрический котел сломался, они купили и установили вместе с ФИО16 в дом новый котел; так как у ФИО5 не было денег на приобретение котла, они купили его на свои деньги (он их занял у своей бывшей жены), а потом ФИО5 купил еще один котел и отдал его ФИО3, который хранился у них в ограде, пока его не изъяли сотрудники полиции; в 2022 году ФИО3 пришла квитанция на оплату долга за электроэнергию в размере около 60 000 руб., им отключили свет; ФИО16 не стали оплачивать долг; он с ФИО3 взяли кредит, и ФИО3 погасила этот долг; их снова подключили к сетям электричества; так как электрическое отопление дорогое, он предлагал ФИО16 сделать в доме общее печное отопление, но ФИО5 отказался; тогда он сам сделал в части дома ФИО3 печное отопление, он сделал печь, отрезался от общей системы отопления, соединив радиаторы отопления через трубы с печкой; так как ФИО5 не платил за электроэнергию, ФИО1 отключила электричество в той части дома, где жил ФИО5, после чего ФИО5 с ФИО17 съехали из дома, так как в нем без электричества стало невозможно жить; летом 2023 года несколько месяцев в той части дома проживал знакомый ФИО16 – ФИО7 №1; более в той части дома никто не жил; после этого в 2023 году им еще раз отключили в доме электроэнергию за неуплату, он с ФИО6 и детьми тоже съехали из этого дома на съемную квартиру, так как в доме из-за отсутствия электричества стало невозможно жить, не работал насос в отопительной системе; в начале января 2024 года от ФИО3 он узнал, что в части дома, где проживал ФИО5, а потом ФИО7 №1, были похищены радиаторы отопления и электрический котел, что вызвали полицию; он пришел, зашел во вторую часть дома, дверь в которую уже была открыта, и увидел, что внутри дома все поломано, трубы отопления были повреждены, отсутствовали три радиатора отопления и электрический котел, все остальное было на месте; со слов ФИО3 он знает, что она позвонила и сообщила о случившемся ФИО5, а тот уже обратился в полицию.

Из показаний свидетеля ФИО7 №3, в том числе оглашенных, которые он давал в ходе предварительного следствия (том 1, л.д. 129-131), подтвердив их в суде, следует, что у него есть знакомая ФИО3; в конце 2023 года он находился дома у ФИО3; ФИО3 попросила его растопить печь в ее части дома, так как после отключения электричества в доме у нее разморозились радиаторы отопления; в это время ФИО3 проживала на съемной квартире с детьми, находилась в состоянии беременности; с ее слов он понял, что ей было тяжело платить за квартиру, и она хотела вернуться жить в этот дом, однако ей после подключения электричества нужно было восстановить систему отопления; они растопили печь и ждали какого-то мужчину, который должен был посмотреть систему отопления; в это время ФИО3 разговаривала по телефону на громкой связи со своим бывшим сожителем, который, как он понял, ранее жил во второй части дома; ФИО3 объясняла, что у нее разморозились радиаторы отопления, а бывший сожитель спрашивал, почему она воду не слила, предлагал ей взять батареи в его части дома; ФИО3 говорила, что у нее нет ключей от его части дома, просила бывшего сожителя приехать, а бывший сожитель ответил, что сейчас он приехать не может, что это не страшно, чтобы ФИО3 сама сломала запорное устройство, сняла на время батареи, а он потом приедет и все сделает, только попросил, чтобы его мама об этом не знала; ФИО3 при нем отказалась так сделать; потом пришел мужчина, попытался сделать систему отопления, но у него ничего не получилось, и он с этим мужчиной от ФИО3 ушли; в начале апреля 2024 года он снова был у ФИО3 в этом доме; ФИО3 вернулась жить в этот дом вместе с детьми, в доме уже работала система отопления.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО7 №1 следует, что с конца сентября по октябрь 2023 года он проживал в половине дома по адресу: <адрес>, которая принадлежит матери его друга -ФИО4 №1; во второй половине дома проживала ФИО3; после того, как он съехал, ключ от дома он вернул ФИО5; примерно ДД.ММ.ГГГГ по просьбе ФИО5 он заехал в ту половину дома, в которой ранее жил; увидел, что замок на входной двери взломан, а в доме отсутствовали радиаторы отопления и электрический котел, которые ранее были, о чем он сообщил ФИО16 (том 1, л.д. 70-71).

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО7 №2 следует, что у нее есть знакомая ФИО3, в доме которой в конце 2023 года отключили за неуплату электричество, в связи с чем у ФИО3 в доме разморозились трубы и ФИО3 с детьми стала проживать у своей знакомой; в начале 2024 года ей позвонила ФИО3, которая спросила как можно починить размороженные радиаторы отопления; она узнала у своего мужа, что их можно починить холодной сваркой; ФИО3 попросила ей помочь починить радиаторы; она купила холодную сварку и пошла к ФИО3; на кухне у ФИО3 она увидел снятый радиатор, который нужно было починить, а рядом стоял еще один; она спросила у ФИО3 откуда он; в ответ ФИО3 махнула рукой, указав на вторую половину дома, сказала, что он оттуда; с Чирковой они заклеили старый радиатор отопления, пытались установить второй, но у них это не получилось, тогда ФИО3, вышла на улицу, а вернулась с еще одним радиатором отопления, который, как она поняла, ФИО3 принесла со второй половины дома; они снова попытались установить его, но у них снова ничего не получилось; они не стали больше пытаться это сделать, ушли по домам; выйдя из дома, она увидела протоптанную тропинку от входной двери половины дома ФИО3 ко второй половине этого же дома (том 1, л.д. 102-104).

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО7 №4 следует, что ранее она сожительствовала с ФИО5; в период с 2020 года до сентября 2022 года она проживала вместе с ФИО5 в доме по адресу: <адрес>, одна из половин которых принадлежит матери ФИО5 – ФИО4 №1; во второй половине дома жили ФИО3 со своим сожителем ФИО7 №5 и детьми; в обоих половинах дома было электрическое отопление, были установлены радиаторы отопления, в их половине дома находился электрический котел, который спустя какое-то время сломался, и они его заменили на новый; еще через некоторое время отопление в обоих половинах дома стало раздельным; в сентябре 2022 года она с ФИО5 переехали жить в съемную квартиру, но они приходили в этот дом; в последний раз в доме они были в начале 2023 года, все находилось на месте; ДД.ММ.ГГГГ от ФИО5 ей стало известно, что ему позвонила ФИО3, которая сообщила, что в его половину дома проникли, сломав замок, похитили радиаторы отопления и котел; ФИО5 тогда болел, а она является инвалидом и передвигается только на костылях, поэтому сразу проверять дом не пошли; ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО5 пришли в этот дом и обнаружили, что на дверях сорван замок, а из дома были похищены три радиатора отопления и электрический котел, остальные вещи были на своих местах; ФИО5 позвонил в полицию; в дальнейшем она узнала о том, что хищение совершила ФИО3 (том 1, л.д. 157-160).

Опрошенный в ходе доследственной проверки ФИО5 (по делу не был допрошен в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ) пояснил, что ранее он сожительствовал с ФИО3, они проживали в доме по адресу: <адрес>, собственниками которого являлись ФИО3 и его мать ФИО4 №1; после того, как он расстался с ФИО3, он стал сначала проживать в половине дома своей матери, а затем около 2 лет назад из этого дома уехал, сняв квартиру; примерно ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила ФИО3, которая к этому времени из-за проблем с электричеством также не проживала в указанном доме, которая сообщила, что в половину дома матери кто-то проник, была сорвана металлическая планка с замком, а из дома пропали 3 батареи и электрический котел; до этого в половине дома своей матери он был в последний раз в апреле 2023 года, все было на месте; он сообщил об этом своей матери, но она отказалась ехать в этот дом; так как он болел, то сразу же проверять дом он не поехал; ДД.ММ.ГГГГ он пришел в половину дома матери и увидел, что металлическая планка вместе с замком сорвана, а в комнатах нет трех радиаторов отопления и электрического котла; о том кто совершил их хищение ему не известно (том 1, л.д. 16, 167).

В ходе проведенного сотрудниками полиции с участием ФИО5 осмотра места происшествия – дома по адресу: <адрес>, а также придомовой территории было установлено, что с левой стороны этого дома имеется деревянный пристрой, в котором находится баня, откуда по снегу протоптана тропинка, ведущая к входным дверям во вторую половину дома; на входной двери обнаружен след орудия взлома, на дверной коробке с правой стороны дома обнаружены металлические планки, в которые вставлен замок, находящийся в закрытом состоянии; в помещении комнаты и кухни дома имеются трубы отопления, а электрический котел и радиаторы отопления отсутствуют, в местах их нахождения на стене имеются лишь крепления для них (протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в томе 1, л.д. 4-12).

В ходе проведенного сотрудниками полиции с участием ФИО3 осмотра места происшествия – ее части этого же дома по адресу: <адрес>, в пристрое дома был обнаружен и изъят электрический котел марки ЭВПМ-4,5кВт УХЛ4 (протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в томе №, л.д. 105-108).

Согласно сведениям сети интернет стоимость бывших в употреблении шестисекционных радиаторов отопления составляет: 1500-3000 руб. за один радиатор, электрического котла аналогичной мощности: 2000 – 3500 руб. (том 1, л.д. 152-156).

Согласно имеющимся в деле копиям правоустанавливающих документов (договоров купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и дарения от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельств о регистрации права) дом по адресу: <адрес> находится в общей долевой собственности у ФИО4 №1, ФИО3 и двух несовершеннолетних детей ФИО3 (том 1, л.д. 117, 118-119; том 2, л.д. 28, 29, 64,65).

Органом предварительного следствия ФИО3 было вменено хищение трех шестисекционных радиаторов отопления и одного электрического котла, принадлежащих потерпевшей ФИО4 №1

Из показаний подсудимой ФИО3 и свидетеля ФИО7 №5 следует, что похищенный ФИО3 электрический котел был приобретен на их личные денежные средства, которые ФИО7 №5 занял у своей бывшей жены, после чего ФИО5 приобрел аналогичный котел и отдал его на хранение ФИО3 на тот случай, если котел сломается и потребуется его замена, который и был затем изъят затем сотрудниками полиции при осмотре пристроя половины дома ФИО3

Данный довод подсудимой обвинением не опровергнут.

Как уже указывалось выше, потерпевшая ФИО4 №1 в суде показала, что электрический котел отопления, который был куплен во время установки в доме электрического отопления на совместные с ФИО3 деньги, позже сломался и в дом был куплен новый электрический котел; она знает, что деньги на его приобретение ее сын со своей сожительницей ФИО17 брали у матери ФИО7 №4 – ФИО8; котел, который ей вернули сотрудники полиции, ей не принадлежит, так как она его не покупала и денег на его приобретение не давала.

Показания потерпевшей в суде о том, что похищенный из дома электрический котел на самом деле ей не принадлежит, суд признает достоверными, поскольку они подтверждаются иными доказательствами. Так, допрошенная в суде свидетель ФИО8 подтвердила показания потерпевшей в этой части, показала, что к ней (к ФИО8) действительно обратилась ее дочь ФИО17 со своим сожителем ФИО5, которые проживали на тот момент в доме по адресу: <адрес>; они ей сказали, что у них дома сгорел электрический котел, а денег на его приобретение у них пока нет, попросили у нее денег на приобретение нового котла; поскольку они не знали, сколько будет стоить новый котел, она дала им свою банковскую карту, чтобы они смогли купить новый котел; они купили себе котел, потратив около 6000 руб., вернули ей карту обратно, а потом, когда заработали деньги, вернули ей потраченную с ее карты сумму наличными денежными средствами; она приходила в гости к ним и видела новый котел.

Таким образом, суд считает недоказанным факт принадлежности электрического котла потерпевшей ФИО4 №1 и соответственно факт его хищения ФИО3 подлежит исключению из предъявленного ФИО3 обвинения.

В остальной же части вину подсудимой ФИО3 в совершении кражи трех радиаторов отопления, принадлежащих потерпевшей ФИО4 №1, с незаконным проникновением в жилище ФИО4 №1 суд считает доказанной.

Доводы подсудимой и ее защитника о том, что ФИО3 имела право зайти в помещение дома, где ранее проживала ФИО4 №1, так как дом находится и в ее (Чирковой) собственности, имела право взять из половины дома ФИО4 №1 радиаторы отопления, считая это имущество своим, так как они были приобретены на общие с ФИО4 №1 деньги, а также поскольку ФИО16 отказались оплачивать долг за электроэнергию, и только она погашала этот долг, суд считает необоснованными.

Несмотря на то, что дом находится в общедолевой собственности и ФИО3 и ФИО4 №1 без выдела долей в натуре, фактически по достигнутой между ними договоренности он был ими разделен на две части (внутри дома была сделана перегородка, а с улицы в дом были сделаны два отдельных входа). ФИО3 не имела свободного доступа в жилое помещение ФИО4 №1, так как дверь в часть дома, где сначала проживала ФИО4 №1, а затем ее сын, свидетель ФИО7 №1, всегда была закрыта на запорное устройство, ключа от которого у ФИО3 никогда не было. В жилом помещении ФИО4 №1 вещей подсудимой не было, ФИО3 жилым помещением ФИО4 №1 не пользовалась, разрешения у ФИО4 №1 зайти в ее жилое помещение и взять оттуда радиаторы отопления ФИО3 не спрашивала, в известность об этом ее не ставила, а после хищения радиаторов вообще сказала ФИО4 №1, что их не похищала. Т.е. у ФИО3 не было законных прав находиться в жилом помещении ФИО4 №1, поэтому она незаконно путем взлома запорного устройства и именно с целью хищения радиаторов проникла в жилище ФИО4 №1

В судебном заседании было установлено, что радиаторы отопления были действительно приобретены на общие деньги, однако у ФИО3 не было законных оснований считать радиаторы, установленные в жилище ФИО4 №1, своим имуществом, так как общая система отопления в доме также была фактически поделена между ФИО4 №1 и ФИО3, у обеих в их частях дома были радиаторы отопления, у ФИО3 не было доступа к радиаторам отопления, установленным в жилище ФИО4 №1 без незаконного проникновения в жилое помещение потерпевшей. Об умысле подсудимой на совершение хищения радиаторов отопления свидетельствует и то, что ФИО3 не спрашивала у ФИО4 №1 разрешения воспользоваться радиаторами отопления потерпевшей, вообще скрыла от ФИО4 №1 факт того, что это она взяла радиаторы, когда ФИО4 №1 об этом ее спрашивала.

Нет оснований считать, что действия ФИО3 носили и самоуправный характер, что таким образом она возместила себе долг ФИО4 №1, которая отказалась помочь в погашении задолженности за электроэнергию (том 1, л.д. 120). Из показаний ФИО3 следует, что, похищая радиаторы отопления, она преследовала корыстную цель, ее действия не преследовали цели возместить свои расходы по погашению задолженности за электроэнерги; ей нужны были сами радиаторы отопления, чтобы установить их в своей половине дома, которые она после хищения сразу же попыталась установить в своей части дома, но у нее это не получилось; ФИО3 при этом действовала тайно от потерпевшей, в дальнейшем скрыла от нее факт хищения радиаторов. Кроме того, задолженность за электроэнергию образовалась за период времени, когда потерпевшая ФИО4 №1 уже несколько лет не проживала в этом доме, т.е. не пользовалась электроэнергией (том 2, л.д.6-12).

Согласно ч.2 ст. 14 УК РФ не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, высказанной в определении от 16.07.2013 №1162-О, приведенная норма (ст. 14 УК РФ) позволяет отграничить преступления от иных правонарушений и направлена на реализацию принципа справедливости, в соответствии с которым наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (ч.1 ст.6 УК РФ). Тем самым обеспечивается адекватная оценка правоприменителями степени общественной опасности деяния, зависящая от конкретных обстоятельств содеянного. В качестве таких обстоятельств могут учитываться размер вреда и тяжесть наступивших последствий, степень осуществления преступного намерения, способ совершения преступления, роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, наличие в содеянном обстоятельств, влекущих более строгое наказание в соответствии с санкциями статей Особенной части УК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 25.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», при правой оценке действий лица, совершившего хищение, судам следует учитывать положения ч.2 ст. 14 УК РФ, согласно которой не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. При решении вопроса о том является ли малозначительным деяние, например кража, формально содержащая квалифицирующие признаки состава данного преступления, судам необходимо учитывать совокупность таких обстоятельств, как степень реализации преступных намерений, размер похищенного, роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, характер обстоятельств, способствующих совершению деяния и др.

По смыслу закона деяние, формально попадающее под признаки того или иного вида преступления, должно представлять собой достаточную степень общественной опасности, которая свидетельствует о способности деяния причинить существенный вред общественным отношениям.

Оценивая степень общественной опасности действий ФИО3 по хищению имущества, принадлежащего потерпевшей ФИО4 №1, суд учитывает характер обстоятельств, способствующих совершению ФИО3 деяния, конкретные обстоятельства содеянного ею, степень реализации преступных намерений, размер причиненного ФИО3 вреда потерпевшей, отсутствие в содеянном ФИО3 обстоятельств, влекущих более строгое наказание в соответствии с санкцией Особенной части УК РФ. В частности суд учитывает, что единственным обстоятельством, способствовавшим совершение ею деяния, послужили не жажда наживы или получения денежных средств от реализации похищенного, а прежде всего ее желание восстановить в своей части жилого дома в зимнее время отопление после того, как она обнаружила, что ее собственные радиаторы отопления после отключения в доме электричества пришли в негодное для использования состояние. Систему отопления она хотела восстановить в своем доме, чтобы иметь возможность вернуться жить вместе с тремя малолетними детьми из съемного жилья к себе в дом, однако денежных средств на приобретение новых радиаторов отопления с ее слов у нее не было (получала заработную плату в размере около 20000 руб. и пособия на детей, которых она содержала одна). ФИО3 попыталась использовать похищенные ею радиаторы отопления, установив их взамен старых, но это у нее не получилось, а реализовала она их (сдала вместе со своими радиаторами отопления в пункт приема металлолома) только после того, как не смогла их по объективным причинам (отсутствовали детали) использовать по назначению, через полгода после того как их похитила. При этом суд также учитывает показания свидетеля ФИО7 №3 о том, что ФИО5 (отец детей ФИО3), который проживал в жилом помещении, принадлежащем ФИО4 №1, даже разрешил ФИО3 взять эти радиаторы отопления, однако разрешения собственника ФИО4 №1 на это ФИО3 все же не получила, поэтому не могла их похитить. Не свидетельствует о повышенной общественной опасности и размер причиненного ФИО3 вреда потерпевшей (3 300 руб.). С учетом материального положения потерпевшей и члена ее семьи (она и ее супруг работают, она также получает пенсию, имеют общий ежемесячный доход в размере 120-140 тыс. руб.) такая сумма ущерба объективно не является для нее ни существенной, ни значительной, претензий к ФИО3 потерпевшая не имеет, о чем ФИО4 №1 и сама пояснила в суде. Так же суд учитывает, что каких-то тяжелых последствий в результате хищения ФИО3 радиаторов отопления не наступило, так как потерпевшая уже много лет проживает в другом жилом помещении; в части дома, откуда ФИО3 похитила радиаторы, длительное время вообще никто не проживал, в этой части дома также длительное время не было электроснабжения, из-за чего не работала и сама система отопления; после подключения электричества система отопления подлежит восстановлению, так как были похищены только радиаторы отопления. Потерпевшая ФИО4 №1, которая фактически является бабушкой трех детей ФИО3, просила строго не наказывать подсудимую, которой нужно воспитывать своих детей. Потерпевшая также показала, что в настоящее время она сама разрешила ФИО3 убрать перегородку в доме и пользоваться второй частью дома. В содеянном ФИО3 обстоятельств, влекущих более строгое наказание в соответствии с санкцией ч.3 ст. 158 УК РФ, нет.

Кроме того, суд учитывает и данные о личности ФИО3 В частности, ФИО3 имела статус лица, оставшегося без попечения родителей, на момент совершения хищения она находилась в состоянии беременности (через несколько месяцев родила четвертого ребенка), является матерью одиночкой в отношении всех четверых малолетних детей, отец троих из которых – сын потерпевшей не помогал ФИО3 материально содержать детей, так как злоупотреблял спиртными напитками и не работал, не оплачивал во время своего проживания в части дома ФИО4 №1 электроэнергию, долг по которой погашала только сама ФИО3; на момент совершения хищения ФИО3 имела небольшой доход и с учетом нахождения на иждивении детей, расходов на найм жилого помещения при наличии своего дома, в котором при восстановлении системы отопления она могла бы проживать, не имела возможности приобрести новые радиаторы отопления. В период предоставленной по приговору Кунгурского городского суда Пермского края от 14.08.2020 отсрочки отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО3 от воспитания своих детей не уклонялась, старается надлежащим образом исполнять свои родительские обязанности по воспитанию, содержанию и обучению своих детей, принимает активное участие в жизни своих детей, выполняет все рекомендации учителей школы и сотрудников уголовно-исполнительной инспекции, к административной ответственности по ст. 5.35 КоАП РФ в период отсрочки не привлекалась, вопросы ограничения или лишения родительских прав в отношении ФИО3 органом опеки не решались. Применение правил ст. 70 УК РФ в таком случае не будет соответствовать не только характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, но и личности ФИО3 (ч.1 ст.6 УК РФ)

Изложенные обстоятельства совершенного ФИО3 деяния, характеризующие данные о ее личности, в своей совокупности, позволяют сделать вывод о том, что деяние, совершенное ФИО3 не обладает признаками достаточной общественной опасности, что позволило бы это деяние признать уголовным преступлением.

При таких обстоятельствах уголовное дело в отношении ФИО3 подлежит прекращению на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления ввиду его малозначительности.

Избранная в отношении ФИО3 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит отмене.

В соответствии с п. 3 ч.2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию имеют в том числе обвиняемые, уголовное преследование в отношении которых было прекращено по основаниям, предусмотренным п. 1,2,5,6 ч.1 ст. 24 УПК РФ и п. 1 и 4-6 ч.1 ст. 27 УПК РФ.

В связи с принятием судом решения о прекращении уголовного дела по п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в соответствии с п. 3 ч.2 ст. 133 УПК РФ за ФИО3 суд признает право на реабилитацию.

Судьба признанного по делу вещественного доказательства – электрического котла уже была разрешена в ходе предварительного следствия, он уже был возвращен потерпевшей (том 1, л.д. 150, 151).

На основании изложенного и руководствуясь ст. 14 УК РФ, ст. 24 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное дело в отношении ФИО3 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ, прекратить на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления ввиду его малозначительности.

Меру пресечения в отношении ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Признать за ФИО3 в соответствии с п. 3 ч.2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кунгурский городской суд Пермского края в течение 15 суток со дня его вынесения.

Председательствующий судья Е.П. Панова