Решение № 2-1529/2021 2-1529/2021(2-5998/2020;)~М-5003/2020 2-5998/2020 М-5003/2020 от 29 марта 2021 г. по делу № 2-1529/2021

Дело № 2-1529/2021 30 марта 2021 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Резолютивная часть решения оглашена 30 марта 2021 года

Решение в окончательной форме изготовлено 09 апреля 2021 года

Кировский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Бачигиной И.Г.,

при секретаре Трофимовой В.Э.,

с участием адвоката Шлосберг Ю.В., действующей в интересах истца,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Пальмира инжиниринг» к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных средств,

установил:

Истец ООО «Пальмира инжиниринг» обратился в суд с иском к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных средств в размере 115000 руб. по обязательствам ООО «Максима», в обоснование иска указывая, что ФИО1 с 16 сентября 2015 года по 20 июня 2019 года исполнял обязанности генерального директора ООО «Максима».

20.06.2019 ООО «Максима» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. На указанную дату ООО «Максима» имело долг перед истцом в размере 115000 руб. по Договору на проектирование № 03/ПБН/1115 от 03.11.2015.

ООО «Пальмира инжиниринг» обратилось в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО «Максима» о взыскании долга по указанному договору.

Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.02.2019 по делу №А56-23907/2018, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10 июля 2019, исковые требования ООО «Пальмира инжиниринг» были удовлетворены, с ООО «Максима» взысканы денежные средства в размере 115000 руб.

Указывая, что ответчик, являясь руководителем ООО «Максима», зная о долге перед ООО «Пальмира инжиниринг» был обязан возразить против исключения из ЕГРЮЛ после опубликования сведений о предстоящем исключении, либо инициировать банкротство, полагая действия ответчика неразумными, истец обратился в суд с настоящим иском.

Адвокат Шлосберг Ю.В., действующая в интересах истца, в судебном заседании на удовлетворении иска настаивала, ссылаясь также на то обстоятельство, что ответчик, зная о наличии долга, судебного решения и предстоящем исключении из ЕГРЮЛ, намеренно затягивал процесс, обратившись с жалобой на решение арбитражного суда в суд апелляционной инстанции.

Согласно части 1 статьи 113 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, извещаются о времени и месте судебного заседания заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

В соответствии со статьей 118 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны сообщить суду о перемене своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения судебная повестка или иное судебное извещение посылаются по последнему известному суду месту жительства или месту нахождения адресата и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не проживает или не находится.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещался судом надлежащим образом по адресу регистрации, от получения судебной корреспонденции уклонился.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года №25 извещение будет считаться доставленным адресату, если он не получил его по своей вине в связи с уклонением адресата от получения корреспонденции, в частности если оно было возвращено по истечении срока хранения в отделении связи.

Таким образом, суд приходит к выводу о надлежащем извещении ответчика о дате и времени рассмотрения дела всеми доступными суду способами.

Изучив материалы дела, заслушав адвоката Шлосберг Ю.В., действующую в интересах истца, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, между ООО «Пальмира инжиниринг» и ООО «Максима» был заключен Договор на проектирование № 03/ПБН/1115 от 03.11.2015. Обязательства по договору ООО «Пальмира инжиниринг» были исполнены, однако ООО «Максима» не произвело оплату работ в полном объеме.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.02.2019 по делу №А56-23907/2018, исковые требования ООО «Пальмира инжиниринг» были удовлетворены, с ООО «Максима» взысканы денежные средства в размере 115000 руб.

На момент вступления решения суда в законную силу ООО «Максима» было исключено из ЕГРЮЛ на основании решения регистрирующего органа в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Запись о прекращении юридического лица внесена 20.06.2019.

Как усматривается из выписки из ЕГРЮЛ, ответчик с 16.09.2015 являлся генеральным директором ООО «Максима» и одним из учредителей с размером доли с 30.08.2016 в размере 66,67%.

В обоснование исковых требований истец указывает, что ФИО1 как генеральный директор ООО «Максима», действовал неразумно и недобросовестно, зная о наличии задолженности, не предпринял никаких действий для аннулирования решения налогового органа, а также не инициировал банкротство.

Истец считает, что ответчик в силу ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам ООО «Максима».

В п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.12.2013 г. N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" указано, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Само по себе исключение юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора общества.Директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

При этом именно на истце лежит обязанность по доказыванию того, что несвоевременность погашения долга ответчиком возникла по его вине в результате неразумных либо недобросовестных действий.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Таким образом, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя, должен обосновать наличие в действиях руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно обоснованными, подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Ссылки представителя истца в обоснование требований на то обстоятельство, что ответчик, зная о наличии долга, судебного решения и предстоящем исключении из ЕГРЮЛ, намеренно затягивал процесс, обратившись с жалобой на решение арбитражного суда в суд апелляционной инстанции, суд полагает несостоятельными, так как действия по обжалованию судебного акта не могут быть признаны неразумными и недобросовестными, право на совершение таких действий установлено законом.

При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности руководителя (участника) общества.

Из изложенного выше следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств и наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3.1 ст. 3 Закона N 14-ФЗ.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подп. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

При этом суд отмечает, что истец не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Учитывая, что истец, действуя разумно и добросовестно, самостоятельно мог заявить возражения в отношении внесения записи об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, а также обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Максима» несостоятельным (банкротом), отсутствуют какие-либо основания для взыскания убытков с ответчика ввиду его бездействия по совершению указанных выше действий.

Так как истец не воспользовался правом, предусмотренным положениями п. 4 ст. 21.1 Закона о государственной регистрации юридических и не направил в установленный законом срок в регистрирующий орган свои возражения относительно предстоящего исключения ООО «Максима» из ЕГРЮЛ, он несет негативные последствия не предъявления такого требования.

Основания для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности предусмотрены Законом о банкротстве, который в соответствии со статьей 1 распространяет свое действие на юридические лица, которые могут быть признаны несостоятельными (банкротами) в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, устанавливает основания для признания должника несостоятельным (банкротом), регулирует порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства), порядок и условия проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов.

Исходя из положений ст. 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства тому, что ООО «Максима» на момент принятия решения об исключении из ЕГРЮЛ обладало признаками банкрота, в отношении ООО «Максима» процедура банкротства не вводилась, решением арбитражного суда общество несостоятельным не признавалось.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для возложения на ответчика субсидиарной ответственности за неисполнение обязательств ООО «Максима» по Договору на проектирование № 03/ПБН/1115 от 03.11.2015.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст., 167, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ООО «Пальмира инжиниринг» к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных средств отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через канцелярию Кировского районного суда г. Санкт-Петербурга.

Судья: И.Г. Бачигина