Апелляционное определение № 22-18/2026 22-7985/2025 от 16 марта 2026 г.

Председательствующий: Шеверева Е.В. уголовное дело №22-18/2026


Апелляционное определение

город Красноярск 17 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Красноярского краевого суда Носова В.В.,

судей Красноярского краевого суда Охотниковой Т.В., Лукьяновой Т.М.,

при помощнике судьи Кирилловой Н.А.,

с участием прокурора Якушевой А.А.,

защитника-адвоката Кочева А.А. по системе видео-конференц-связи,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Мирошкина А.В., с апелляционными жалобами и осужденного ФИО1 и в его интересах защитника адвоката Кочева А.А. на приговор Минусинского городского суда Красноярского края от 19 сентября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся <данные изъяты>, ранее не судимый,

- осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 01 год 06 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу избрана мера пресечения в виде заключение под стражу.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 с <дата> до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима.

Приговором разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств и о гражданском иске.

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Носова В.В. по обстоятельствам дела, доводам апелляционного представления, мнение прокурора Якушевой А.А., защитника – адвоката Кочева А.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Преступление ФИО1 совершено в <адрес> края во время и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Минусинским городским судом Красноярского края постановлен вышеназванный приговор.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Мирошкин А.В. выражает несогласие с приговором суда вследствие нарушения судом требований уголовного и уголовно-процессуального законов, считает его подлежащим отмене.

Указывает, что судом приняты в качестве доказательств стороны защиты постановления мирового судьи судебного участка № 99 в г. Минусинске и Минусинском районе от 01 августа 2023 года, которыми Потерпевший №1 признан виновным в совершении административных правонарушений, предусмотренных ст. 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по факту причинения 23 мая 2023 года побоев ФИО1 и ФИО4 №6 Однако, указанные постановления не получили оценки суда на предмет наличия либо отсутствия оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, а именно противоправного поведения потерпевшего.

Обращает внимание, что суд первой инстанции, делая вывод о совершении ФИО1 умышленного причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, руководствовался приказом МЗиСР РФ № 194н от 24 апреля 2008 года и постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522 «Об утверждении правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», которое утратило силу. С 01 сентября 2025 года порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, регламентирован Приказом Минздрава России от 08 апреля 2025 года № 172н.

Судом данному обстоятельству оценки не дано, сведения о том, в соответствии с каким пунктом приказа от 08 апреля 2025 года № 172н причиненный вред здоровью Потерпевший №1 отнесен к тяжкому, в приговоре не содержится.

Просит приговор Минусинского городского суда красноярского края от 19 сентября 2025 года отменить, постановить новый обвинительный приговор, устранив вышеизложенные нарушения.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 указывает на незаконность приговора. Считает, что его вина в инкриминируемом ему преступлении представленными стороной обвинения доказательствами не подтверждается. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник адвокат Кочев А.А. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с решением суда вследствие его незаконности и необоснованности, считает его подлежащим отмене.

Указывает, что в ходе судебного разбирательства сторонами были изложены две версии событий, а именно согласно обвинительному заключению и постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, местом совершения преступления установлена кухня дома расположенного по адресу: <адрес>. При этом, по версии стороны защиты местом произошедшего конфликта явился двор (ограда) дома по вышеуказанному адресу.

Полагает, что травму правого глаза потерпевший Потерпевший №1 мог получить в результате самостоятельного падения из положения корточек и соударения о ступень деревянного крыльца во дворе дома. Данную позицию сторона защиты не единожды пыталась довести до сведения суда посредством ряда ходатайств о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, в удовлетворении которых судом безмотивно отказано.

В ходе осмотра места происшествия ФИО1 подробно показал, что конфликт между ним и потерпевшим Потерпевший №1 произошел во дворе дома, а также рассказал и показал какой частью тела и о какой предмет потерпевший Потерпевший №1 самостоятельно ударился. При этом, согласно обвинительному заключению, местом преступления установлена кухня указанного дома, что свидетельствует о том, что место совершения преступления органом досудебного производства установлено не верно.

Выводы суда о том, что виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния подтверждается показаниями потерпевшего Потерпевший №1, должным образом судом не проверены и не оценены в приговоре на предмет их достоверности, а значит, необоснованно приняты судом за истину.

Показания свидетелей ФИО4 №2, ФИО4 №3 и ФИО4 №4 не подтверждают обвинительные утверждения о совершении осужденным ФИО1 описанных в обвинении преступных действий, в том числе, в части места совершения преступления. Непосредственными очевидцами вменяемых ФИО1 органом следствия преступных действий указанные свидетели не являлись. Данные ими показания производны от показаний потерпевшего Потерпевший №1.

Обращает внимание, что факт произошедшего между осужденным ФИО1 и потерпевшим Потерпевший №1 конфликта стороной защиты не отрицается. Защитой лишь оспаривается место совершения преступления и механизм получения потерпевшим Потерпевший №1 контузии тяжелой степени правого глаза.

Приводя показания свидетеля ФИО4 №6, адвокат указывает, что она являлась прямым очевидцем произошедшего между ФИО1 и потерпевшим Потерпевший №1 конфликта, при этом свидетель подтвердила позицию защиты о том, что место совершения преступления следственным органом установлено не верно. Суд не привел в приговоре указанные показания свидетеля ФИО4 №6, данные ей в судебном заседании, а также не мотивировал, по каким основаниям он доверяет показаниям, полученным у этого свидетеля на предварительном следствии, и отвергает показания этого же свидетеля в судебном разбирательстве.

Как далее указывает адвокат, суд в обоснование виновности ФИО1 сослался на письменные и вещественные доказательства, имеющиеся в материалах уголовного дела, при этом, вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, суд содержание этих доказательств не раскрыл. В судебном заседании государственный обвинитель при исследовании доказательств также не раскрыл их содержание, не указал, какое доказательственное значение они в себе несут.

Кроме того, согласно содержащимся на фототаблице к протоколу осмотра предметов от <дата> фотоснимков, у потерпевшего Потерпевший №1 имеется травма не правого, а левого глаза, этому обстоятельству судом первой инстанции в приговоре не дана надлежащая оценка.

Вместе с тем, суд в приговоре не привел содержание показаний судебно-медицинского эксперта ФИО2, свидетеля ФИО4 №5, не раскрыл и не дал им никакой надлежащей оценки. Также судом в приговоре не дана оценка протоколу проверки показаний на месте с участием ФИО1 от <дата>. Указанное письменное доказательство стороны защиты входит в противоречие с показаниями потерпевшего Потерпевший №1 и опровергает их, как в части места совершения преступления, так и в части механизма возникновения у него контузии тяжелой степени правого глаза, то есть содержит значимые сведения, которые влияют на доказывание.

В дополнении к апелляционной жалобе защитник указывает на то, что судом необоснованно не разрешено ходатайство стороны защиты о проведении по уголовному делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего Потерпевший №1, поскольку полагает, что заключение эксперта № от <дата> является противоречивым и недостоверным. Эксперт ФИО2 при допросе в судебном заседании не смогла четко ответить на вопросы стороны защиты, её ответы были «плавающими» и сводились к общим фразам.

Полагает, что судом в приговоре искажены доказательства стороны защиты, а именно исследованный консультативный анализ специалиста ФИО3 от <дата>, из которого следует, что установленное экспертом повреждение у потерпевшего Потерпевший №1 в виде контузии тяжелой степени правого глаза не могло возникнуть при однократном ударном воздействии кулака человека, с учетом морфологических характеристик повреждений кожи век, отражающих свойство травмирующего предмета. Сделанный специалистом ФИО3 вывод о том, что с учетом характеристики и биомеханизма травмы правого глаза можно утверждать, что единственным условием для возникновения указанной травмы, является падение потерпевшего Потерпевший №1 на деревянное крыльцо из положения сидя на корточках, то есть с небольшой высоты, суд также не принял во внимание.

Специалист ФИО3 был допрошен в судебном заседании суда первой инстанции и подтвердил существо изложенных в заключении выводов, а также мотивированно и аргументированно ответил на все заданные ему участниками судебного разбирательства вопросы. При этом, суд в приговоре не привел и не раскрыл основное содержание показаний специалиста ФИО3, ограничившись формальными фразами.

Также судом не дана оценка исследованному и приобщенному в судебном заседании ответу в адрес адвоката из Норильского городского судебно-медицинского отделения КГБУЗ «ККБ СМЭ», в котором содержатся значимые сведения, влияющие на доказывание.

Суд, оценивая представленные стороной защиты доказательства, а именно постановления мирового судьи судебного участка № 99 в г. Минусинске и Минусинском районе от 01 августа 2023 года по факту причинения ФИО1 и ФИО4 №6 побоев 28 мая 2023 года учел, что они подтверждают только факт того, что потерпевший Потерпевший №1 28 мая 2023 года находился по месту проживания ФИО1, что, по мнению стороны защиты, свидетельствует об обвинительном уклоне суда в оценке этих доказательств.

В письменном ходатайстве об исследовании указанных постановлений мирового судьи сторона защиты указала, что они свидетельствуют об аморальности или же противоправности поведения потерпевшего Потерпевший №1, что в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ подлежит учету в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1 в случае постановления судом в отношении него обвинительного приговора.

Кроме того, суд не разрешил ходатайство стороны защиты о признании протокола допроса ФИО4 №6 от 29 августа 2023 года и заключения эксперта № 111\836 от 15 марта 2024 года недопустимым доказательством.

Просит приговор Минусинского городского суда Красноярского края от 19 сентября 2025 года отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В силу положений ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ и п. 1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре» приговор суда должен быть законным, обоснованным, справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со статьей 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, а также неправильное применение уголовного закона.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, показал, что в ходе совместного распития спиртных напитков Потерпевший №1, находясь во дворе его дома, высказал неприятные слова в адрес его супруги ФИО4 №6 После чего она предложила Потерпевший №1 покинуть двор их дома, открыв калитку настежь, на что Потерпевший №1 высказался в адрес его супруги нецензурной бранью и ударил ФИО4 №6, в связи с чем она свалилась на завалинку. Подходя к супруге, он увидел, что Потерпевший №1, сидя на корточках у торца крыльца, начал подниматься, его качнуло, и он ударился лицом об крыльцо. После чего у него с Потерпевший №1 произошла словесная ссора, он ударил Потерпевший №1 по лицу рукой, а Потерпевший №1 стал наносить удары в ответ.

Несмотря на непризнание вины ФИО1, таковая подтверждается исследованными судом первой инстанции доказательствами.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

В обжалуемом решении раскрыто содержание показаний осужденного, не признавшего вину, показаний потерпевшего и свидетелей, иных доказательств по уголовному делу, приведены мотивы, по которым суд принял во внимание данные доказательства, каждое из которых правильно оценено судом в соответствии с требованиями ст. 78, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства - с точки зрения достаточности для постановления обвинительного приговора.

Каких-либо противоречий в исследованных и положенных судом в основу приговора доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного в совершённом преступлении и позволили усомниться в этом, суд апелляционной инстанции не находит.

Суд обоснованно взял за основу приговора показания названных в приговоре свидетелей и потерпевшего, оснований не доверять которым не имелось, поскольку они являются последовательными, не содержат противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, объективно подтверждаются исследованными письменными материалами дела, дополняя друг друга. Причин для оговора потерпевшим осужденного установлено не было, оснований не доверять его показаниям у суда не имелось. Суд апелляционной инстанции также не усматривает причин для оговора потерпевшим ФИО1.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника, судебная коллегия не находит оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми.

В том числе, суд апелляционной инстанции, оценив допрос ФИО4 №6 от <дата> и заключение эксперта № 111\836 от 15 марта 2024 года,???????????????????????????????????????????????[?????????

Суд обоснованно отверг показания свидетеля ФИО4 №6 в части места применения насилия ФИО1 к Потерпевший №1, указав, что они не согласуются с данными, полученными в результате анализа всей совокупности доказательств.

Также судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что непризнание вины ФИО1 избрано в качестве основания избежать уголовную ответственность за содеянное.

Кроме того, судом первой инстанции дана верная оценка данным, полученным от специалиста ФИО3, его заключение и показания обоснованно отвергнуты, как противоречащие произведенным судебно-медицинским экспертизам, не доверять которым, в том числе у суда апелляционной инстанции, оснований не имеется.

Выводы суда о юридической оценке действий ФИО1 надлежащим образом мотивированы.

Доводы стороны защиты об отсутствии состава преступления в действиях ФИО1, о том, что потерпевший Потерпевший №1 самостоятельно нанес себе травму глаза, ударившись об угол крыльца, являются необоснованными и опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями потерпевшего Потерпевший №1, из которых следует, что в ходе совместного распития спиртных напитков у него с ФИО1 произошел словесный спор из-за забора. После чего ФИО1 стал наносить ему удары в область лица, в том числе в область правого глаза, после чего он почувствовал, что его правый глаз заплыл. Он просил ФИО1 прекратить свои действия, при этом вышел из дома. В ограде дома ФИО1 продолжил конфликт, он защищался от действий ФИО1, при этом он также мог нанести ФИО1 удары для того, чтобы защититься. Супруга ФИО1 пыталась их разнять, в связи с чем он ее оттолкнул, чтобы последняя не вмешивалась.

Судебная коллегия считает установленным, что действия Потерпевший №1, связанные с нанесением побоев ФИО1 и ФИО4 №6 являлись ответными на действия ФИО1, в результате которых Потерпевший №1 были причинены телесные повреждения, которые повлекли причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

По этой причине (именно ответных действий на агрессию) суд апелляционной инстанции считает, что оснований для признания поведения Потерпевший №1, как противоправного, явившегося поводом к совершению ФИО1 преступления, не имеется.

При этом, суд апелляционной инстанции верно в приговоре указал на то, что два постановления мирового судьи от 01 августа 2023 год в отношении Потерпевший №1 признанного виновным в совершении административных правонарушений по статье 6.1.1 КоАП РФ только подтверждают факт того, что потерпевший Потерпевший №1 28 мая 2023 года в 21 час 00 минут находился по месту проживания ФИО1.

Как следует из материалов уголовного дела и установлено судом первой инстанции, вследствие нанесения ФИО1 ударов кулаком в область лица Потерпевший №1, в том числе правого глаза, согласно заключению эксперта №111/836 от 21 февраля 2024 года потерпевшему Потерпевший №1 причинены телесные повреждения в виде: <данные изъяты> соответствует стойкой утрате общей трудоспособности в размере 35%, то есть более чем на 1/3, что согласно пункту 24 МЗиСР РФ 194н от <дата> и таблице процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин. По указанному признаку, согласно правил «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление Правительства РФ №522 от 17 августа 2007 года), квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Данное заключение составлено на основании «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н, который утратил силу с 01 сентября 2025 года в связи с изданием приказа Минздрава России от 08 апреля 2025 № 172н.

Приказом Минздрава России от 08 апреля 2025 № 172н (ред. от 19.08.2025) утвержден новый Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, что не было учтено судом при постановлении приговора.

В связи с изложенным судом апелляционной инстанции назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза для определения тяжести вреда, причиненного потерпевшему Потерпевший №1 по результатам проведения которой (заключение эксперта № 10 от 02 февраля 2026 года) установлено, что выявленные у Потерпевший №1 <данные изъяты> не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья илди незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и, согласно п. 6 Приказа МЗ РФ № 172н № «Об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 08 апреля 2025 года, вступившего в силу 01 сентября 2025 года, как вред здоровью не расцениваются, так как по своему характеру не вызвали кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности.

Травма правого глазного яблока в виде контузии тяжелой степени, <данные изъяты>, что согласно п.21 «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм, отравления и других последствий воздействия внешних причин» приложения к Порядку определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденному Приказом М3 РФ от 08 апреля 2025 года №172н, вызвало стойкую утрату общей трудоспособности в размере 35%, и, согласно п.<дата>. того же Приказа отнесено к критерию, характеризующему квалифицирующий признак значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30%). По указанному признаку, согласно Приказу М3 РФ №172н «Об утверждении Порядка определения, степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 08 апреля 2025 года, вступившему в силу с 01 сентября 2025 года, вышеуказанная травма правого глаза квалифицируется как ТЯЖКИЙ вред здоровью.

Полученное в рамках апелляционного производства заключение эксперта не противоречит произведенным на предварительном следствии и исследованным в суде заключениям судебно-медицинских экспертиз, как в части механизма образования повреждений у Потерпевший №1, так и в части определения степени тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Таким образом, вышеуказанное заключение полностью коррелируется с установленными судом первой инстанции обстоятельствами и не влияет на вопросы квалификации действий ФИО1, поскольку только подтверждает результаты приведенных в приговоре экспертиз.

Оценивая довод адвоката о том, что согласно содержащимся на фототаблице к протоколу осмотра предметов от <дата> фотоснимков, у потерпевшего Потерпевший №1 имеется травма не правого, а левого глаза, судебная коллегия находит его несостоятельным, поскольку из показаний потерпевшего, участвовавшего в указанном процессуальном действии видно, что он сам произвел этот снимок, указав на фиксацию повреждения именно правого глаза. При этом, суд учитывает, что Потерпевший №1 произведено селфи, то есть фотография-автопортрет, что влечет зеркальность отображения.

Судебная коллегия не находит оснований не доверять заключению эксперта №836\603\393 от 30 октября 2023 года, в том числе, и в части того, что возможность возникновения обнаруженных у Потерпевший №1 повреждений (кровоподтеков и травмы правого глазного яблока) в результате падения на деревянное крыльцо областью лица исключена, так как локализация повреждений, их характер, морфологические особенности и конфигурация лицевой области не допускает возникновение вышеуказанных повреждений при однократном контакте с твердым тупым предметом с плоской неограниченной контактирующей поверхностью, каковым является грань деревянного крыльца, а также при однократном контакте с угловатой травмирующей поверхностью (имеющей вершину и ребра), каковым является угол деревянного крыльца.

Данное заключение эксперта соответствует предъявляемым требованиям, произведено компетентным экспертом, в дальнейшем не поставлено под сомнение произведенной комиссионной экспертизой в рамках апелляционного рассмотрения.

По изложенной причине у судебной коллегии не вызывает сомнение отсутствие повода предполагать иной механизм образования телесных повреждений у Потерпевший №1, в том числе глаза, кроме указанного в описании преступного деяния ФИО1, в связи с чем довод защитника о возможном получении потерпевшим повреждений в результате падения судом апелляционной инстанции отвергается.

Кроме того, судебная коллегия находит довод защитника в судебном заседании о непривлечении к производству судебно-медицинской экспертизы, назначенной судом апелляционной инстанции, специалиста в области офтальмологии несостоятельным, поскольку комиссия экспертов сформирована с учетом соответствующего определения суда, а стаж работы экспертов составляет 38 лет и 23 года, что указывает на их большой опыт работы и высокую квалификацию, а как следствие, на легитимность соответствующего заключения. Оснований признать произведенную в рамках апелляционного рассмотрения экспертизу недопустимым доказательством не имеется.

При изложенных обстоятельствах, судом первой инстанции дана верная квалификация действиям ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Назначая ФИО1 наказание, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, влияние назначаемого наказания на исправление осужденного, положения статей 6, 43, 60 УК РФ.

Судебная коллегия соглашается с учтенными судом первой инстанции смягчающими наказание обстоятельствами.

Новых данных о смягчающих обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к снижению назначенного осужденному наказания, в том числе противоправное или аморальное поведение потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, не усматривается.

Помимо вышеприведенного обоснования, оценивая действия Потерпевший №1, связанные с возникшим конфликтом из-за забора и высказыванием в связи с этим оскорблений в адрес ФИО1 перед применением последним к потерпевшему насилия, суд считает эти действия лишь сформировавшими личное неприязненное отношение ФИО1 к потерпевшему.

При этом, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для признания такого поведения потерпевшего Потерпевший №1 противоправным, явившимся поводом для нанесения ему ударов ФИО1, поскольку высказанные оскорбления в адрес осужденного являются несоразмерным поводом к такого рода противодействию, направленному на причинение вреда здоровью оскорбившего его лица, а поэтому не признает их обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого.

Судом первой инстанции верно установлено отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Осуждённый ФИО1 правомерно признан вменяемым относительно совершённого преступления, вывод об этом судом первой инстанции мотивирован, в том числе, с учетом выводов амбулаторной психиатрической судебной экспертизы.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного ФИО1, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, предусмотренных ст. 64 УК РФ, судом обоснованно не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ мотивированы, судебная коллегия с ними соглашается.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд обоснованно не усмотрел.

По мнению суда апелляционной инстанции назначенное осужденному ФИО1 наказание за совершенное преступление по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законодательстве Российской Федерации целям наказания и принципу справедливости.

Суд апелляционной инстанции считает верным решение суда первой инстанции относительно невозможности исправления ФИО1 без изоляции от общества, вывод суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы мотивирован с учетом требований ст. 60 УК РФ.

Вид исправительного учреждения, где ФИО1 должен отбывать наказание в виде лишения свободы, определен в соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ, местом отбывания наказания правильно определена исправительная колония общего режима.

Срок наказания в виде лишения свободы судом первой инстанции исчислен верно в соответствии со ст. 72 УК РФ, с даты вступления приговора в законную силу с зачетом времени содержания ФИО1 под стражей из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Решение суда первой инстанции о частичном удовлетворении требований потерпевшего о взыскании компенсации морального вреда соответствует требованиям статей 151, 1090-1101 ГК РФ.

В том числе, судебная коллегия соглашается с решением суда об оставлении без рассмотрения гражданского иска потерпевшего в части взыскания с ФИО1 затрат на лечение с разъяснением права на обращение с таким исковым заявлением в гражданском порядке.

Учитывая, что апелляционным постановлением не констатировано нарушений, допущенных судом первой инстанции, а полученное заключение судебно-медицинской экспертизы только подтверждает правильность выводов суда первой инстанции, в том числе в части определения тяжести вреда здоровью потерпевшего, судебная коллегия не находит оснований для внесения изменений в приговор.

Каких-либо нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции также не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Минусинского городского суда Красноярского края от 19 сентября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Мирошкина А.В., апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и в его интересах защитника-адвоката Кочева А.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор суда могут быть обжалованы в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного определения, а осуждённым - в тот же срок со дня получения его копии.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий: В.В. Носов

Судьи: Т.В. Охотникова

Т.М. Лукьянова