Решение № 2-678/2018 2-678/2018 ~ М-352/2018 М-352/2018 от 21 февраля 2018 г. по делу № 2-678/2018

Дело № 2-678/ 2018 г.


Р Е Ш Е Н И Е ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 февраля 2018 г. г. Киров

Октябрьский районный суд города Кирова в составе

судьи Кожевниковой И.П.,

при секретаре судебного заседания Ашихминой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Кировской области, Управлению Судебного департамента в Кировской области, Мурашинскому районному суду Кировской области о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Федерального казначейства по Кировской области, Мурашинскому районному суду Кировской области о взыскании компенсации морального вреда. В обосновании требований указал, что во время судебного разбирательства и вынесении приговора в Мурашинском районном суде г.Кирова он находился в металлической клетке, что унижало его достоинство, честь как человека,, данные действия относятся к пыткам. Просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей за каждое судебное заседание.

Определением суда от 26.01.2018 года к участию в деле в качестве соответчика было привлечено Управление Судебного департамента в Кировской области, Министерство финансов Российской Федерации.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Кировской области ФИО2 в судебное заседание не явилась, представила отзыв, в котором указала, что в данном случае Минфин РФ не может выступать ответчиком по делу, т.к. указанный случай не относится к возмещению вреда, предусмотренного ст. 1070 ГК РФ, кроме того, материальным основанием наступления ответственности государства являются противоправные виновные действия (решения) и бездействие органов исполнительной власти (должностных лиц) при осуществлении ими своих задач и функций, приведшие к причинению морального вреда. Незаконность действий государственных органов ( как при строительстве и материальном обеспечении судов, так и при конвоировании и помещении конвоем подсудимого в огороженную решеткой зону зала судебных заседаний ) не подтверждается действующими нормативными актами. Напротив, помещение ФИО1 в огороженную решеткой зону прямо предусмотрено действующими нормативными актами, такое размещение подсудимого являлось необходимой мерой безопасности и не нарушает статью 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года. Заявленный размер компенсации морального вреда не соответствует принципам разумности и справедливости. Просит в удовлетворении требований ФИО1 отказать.

Представитель соответчика Управления Судебного Департамента в Кировской области в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в отсутствии их представителя, представил письменный отзыв, в котором указал, действующим нормативно-правовыми актами регламентировано обязательное оборудование залов судебных заседаний по уголовным делам металлическими решётками для размещения лиц, находящихся под стражей. Истец не приводит доказательств, причинения ему нравственных или физических страданий, противоправности действий ответчиков, наличия их вины в причинении вреда, а также причинно-следственной связи между их действиями ( бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями. Считают, что истцу не причинялись лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а его здоровье и благополучие были гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Истец не упоминает, что обращался к суду или конвою с какими-либо жалобами по вопросу условий содержания в зале судебного заседания за металлическим ограждением. Просят в иске отказать.

Представитель Мурашинского районного суда г.Кирова не явился, просит рассмотреть дело в отсутствие, представили отзыв, согласно которого, что помещение в зале судебного заседания ФИО1, в отношении которого было возбуждено уголовное производство в защитную кабину, выполненную из металлической решетки само по себе не является безусловным основанием для признания нарушенным прав истца по ст. 3 Конвенции и не может быть расценено как унижающие честь и достоинство личности, поскольку не носило цели нарушить гражданские и иные права истца со стороны Мурашинского районного суда Кировской области, направлено на соблюдение принципов уголовного преследования, в том числе и социальной справедливости. Кроме того, из материалов дела не установлено, что слушание дела было открыто для публики, освещались средствами массовой информации, либо в ходе судебных заседаний ФИО1 обращался за медицинской помощью, в связи с чем, считают, что условия нахождения истца в защитном заграждении, выполненном из металлической решетки, во время судебных заседаний не выходили за пределы минимального уровня суровости и принимаемые меры по обеспечению безопасности в суде не являлись чрезмерными в целях применения ст. 3 Конвенции.

Суд,, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со статьёй 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений и злоупотребления властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсации причиненного ущерба.

В соответствии со статьёй 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

По своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного актами органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064 ГК Российской Федерации).

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Применение ст. 1069 ГК РФ предполагает наличие как общих условий деликтной (т.е. внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. В соответствии же с п.11 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства. регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ст. 3 ФЗ от 15.07.1995 N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в целях, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии со ст. 28 указанного Закона администрация мест содержания под стражей по указанию суда (судьи) обеспечивает участие подозреваемых и обвиняемых в судебных заседаниях.

В соответствии с п. 14 ст. 12 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ «О полиции», полиция обязана содержать, охранять, конвоировать задержанных и (или) заключенных под стражу лиц, находящихся в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

В судебном заседании установлено, что постановлением Мурашинского районного суда Кировской области от 11.12.2008 года ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Приговором Мурашинского районного суда Кировской области от 12.02.2009 года ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 111 УК РФ, назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в виде исправительной колонии общего режима.

В обосновании иска истец указывает, что в ходе судебного заседания он водворялся в металлическую клетку, что чем было ущемлено чувство собственного достоинства, данные действия относит к пыткам.

Приказом МВД России от 07.03.2006 N 140дсп утверждено Наставление по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых (Наставление), в соответствии с пунктом 307 которого в зале судебного заседания подозреваемые и обвиняемые размещаются за барьером (защитным заграждением) на скамьях в порядке, определяемом председательствующим в судебном заседании. Конвоиры на постах располагаются с правой и левой стороны от барьера (защитного заграждения). Доставка подозреваемых и обвиняемых в необорудованные барьерами (защитными ограждениями) залы судебных заседаний запрещена.

Оборудование залов судебных заседаний металлическими решетками соответствует Методическим рекомендациям по организации деятельности администратора верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, автономного округа, окружного ( флотского) военного суда, районного суда, гарнизонного военного суда, утвержденным Генеральным директором Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации 24.11.2009 и « СП 31-104-2000. Здание судов общей юрисдикции», одобренным и рекомендованным к применению Письмом Госстроя РФ от 25.05.2000 № ЛБ-2218/9 и не противоречат действующему российскому законодательству.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

К бесчеловечному обращению относятся факты преднамеренного причинения человеку реального физического вреда, а равно глубоких физических или психических страданий.

Унижающим достоинство признается обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

Лицам, содержащимся под стражей, не должны причиняться лишения и страдания более тех, которые являются неизбежными при лишении свободы, а их здоровье и благополучие должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и протоколов к ней" правовые позиции Европейского Суда учитываются при применении законодательства Российской Федерации.

Согласно абз. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" выполнение постановлений (Европейского суда по правам человека), касающихся Российской Федерации, предполагает в случае необходимости обязательство со стороны государства принять меры частного характера, направленные на устранение нарушении прав человека, предусмотренных Конвенцией, и последствий этих нарушений для заявителя, а также меры общего характера, с тем чтобы предупредить повторение подобных нарушений.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 N 5 (ред. от 05.03.2013) «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В настоящее время законодателем не приняты меры к изменению установленного порядка содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в также конвоирования указанных лиц к месту проведения следственных действий и в судебных заседаниях, а также размещения их в зале судебного заседания.

При таких обстоятельствах, у государственных органов в настоящее время отсутствует объективная возможность обеспечить лицам, содержащимся под стражей иной порядок содержания.

Принимая во внимание положения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суд полагает, что нахождение содержащегося под стражей ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, в зале судебного заседания за металлическим ограждением не может расцениваться как унижающее честь и достоинство личности и нарушающее права человека на справедливое публичное разбирательство уголовного дела независимым и беспристрастным судом.

Указанные обстоятельства, и представленные в совокупности доказательства опровергают довод истца о нарушении Мурашинским районным судом Кировской области действующего законодательства в части нахождение и водворение истца во время судебных заседаний в металлическую клетку.

При этом вопреки доводам иска, Европейский суд не исключает и допускает использование металлических заграждений в зале судебных заседаний с учетом личности заявителя, природы преступлений, в которых он обвиняется, его судимости и поведения, данных об угрозе безопасности в зале судебных заседаний или угрозе того, что заявитель скроется, присутствия публики и др. (п. 119 Постановления ЕСПЧ от 17.07.2014 года).

Предполагаемые неудобства, которые ФИО1 мог претерпеть в связи с нахождением за металлическими ограждениями, связаны с привлечением его к уголовной ответственности за совершение преступления. При этом, Конституционный суд РФ в своих определениях также указал, что в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя на возможные ограничения.

Кроме того, истцом ФИО1 не было представлено суду доказательств, подтверждающих, что условия его нахождения в защитным заграждении в зале судебных заседаний представляет собой обращение, выходящее за пределы минимального уровня суровости для целей применения ст. 3 Конвенции, что принимаемые меры по обеспечению безопасности в зале судебных заседаний являлись чрезмерными и могли обоснованно восприниматься истцом как унижающие достоинство.

Поскольку законом не установлено иное, ответчик должен доказать отсутствие своей вины (п. 2 ст. 1064 ГК РФ), а потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, в данном случае, факт нарушения нематериальных благ, то, что нарушение нематериальных благ явилось следствием действий ответчика, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В нарушение данных требований, допустимыми, достоверными, достоверными доказательствами со стороны истца не доказано, что нарушено какое-либо его нематериальное благо, сам факт нравственных страданий, на которые ссылается истец, а также, что непосредственной и единственной причиной моральных страданий истца явилось поведение ответчика, не доказано.

С учетом изложенного, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда.

При подаче искового заявления ФИО1 была предоставлена отсрочка в уплате госпошлины в размере 300 рублей до вынесения решения, в связи с чем, с ФИО1 необходимо взыскать в доход муниципального бюджета «город Киров» государственную пошлину в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194- 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального Казначейства по Кировской области, Управлению Судебного департамента в Кировской области, Мурашинскому районному суду Кировской области о взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход муниципального бюджета «город Киров» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд через Октябрьский районный суд города Кирова в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья И.П.Кожевникова

Мотивированное решение изготовлено 22 февраля 2018 г.