Апелляционное определение № 22-1837/2026 от 25 марта 2026 г.

Председательствующий Анисимков И.Д. Дело № 22-1837/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(мотивированное апелляционное определение изготовлено

26 марта 2026 года)

г. Екатеринбург 25 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда

в составе: председательствующего Никифорова А.Н.,

судей: Семерикова А.Ф., Пфейфер А.В.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области ФИО1,

осужденного ФИО2, его защитника – адвоката Зорина А.А.,

представителя потерпевшего ВВВ – адвоката Канкалова Д.О.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Костюшиной А.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО2 – адвоката Зорина А.А. на приговор Ревдинского городского суда Свердловской области от 19 декабря 2025 года, которым

ФИО2, родившийся <дата> в <адрес>, ранее не судимый,

признан виновным и осужден за совершение преступления, предусмотренного пунктом «а» части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, на срок 2 года, с лишением специального звания «старший лейтенант полиции»; преступления, предусмотренного пунктами «а, б» части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 2 месяца, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, на срок 2 года, с лишением специального звания «старший лейтенант полиции».

На основании частей 3, 4 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО2 назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, на срок 2 года 6 месяцев, с лишением специального звания «старший лейтенант полиции».

На основании статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, с возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; не реже одного раза в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного.

Мера пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена прежней.

Изложив обстоятельства дела, заслушав выступления сторон, судебная коллегия

установила:

по приговору суда ФИО2 признан виновным в превышении должностных полномочий, то есть в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенном с применением насилия (в отношении потерпевшего ШИИ), а также в превышении должностных полномочий, то есть совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенном с применением насилия и с угрозой его применения, с применением специальных средств (в отношении потерпевшего ВВВ).

Преступления совершены ФИО2 приобстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО2 вину в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО2 – адвокат Зорин А.А. просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор. Полагает, что выводы суда об установлении факта применения насилия в отношении ШИИ и ВВВ на основании их показаний, а также совокупности иных доказательств, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Так, анализ показаний потерпевших и иных документов, исследованных в судебном заседании, подтверждает их противоречивость и непоследовательность относительно значимых для дела обстоятельств, описанные в обвинения действия не соответствуют показаниям потерпевших ШИИ и ВВВ В подтверждение данного довода автор жалобы приводит подробный анализ показаний свидетелей КСВ, ЛАВ, ЕВВ, ЛАИ, СУВ, СДВ и других, а также показаний потерпевших ШИИ и ВВВ, протоколов очных ставок, заключений экспертов. Также, по мнению автора апелляционной жалобы, вывод суда о фиксации телесных повреждений ШИИ в первоначальных медицинских документах, опровергается материалами дела и показаниями врачей – ДАА, БНИ, вывод о наличии телесных повреждений на теле ВВВ, полученных, по мнению суда, в результате незаконного применения физической силы также опровергается материалами дела, заключениями судебно-медицинских экспертиз, показаниями эксперта АКА, специалистов МАС, КЕМ, ТЭВ, ЧЕН, показаниями ОКА, ФИО2, ААВ, ЛБД, МВН, свидетелей МАВ, КЭВ, КЕЮ, ФРН, РАА и других.

Отмечает, что суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Так, показания свидетеля КСВ существенно противоречат предъявленному обвинению, показаниям потерпевшего ШИИ и установленным в ходе судебного заседания фактам. Придя к выводу о том, что версия обвинения подтверждается показаниями свидетелей МУЮ, ПМС, ПАС, суд не учел, что ни один из указанных свидетелей не был очевидцем инкриминируемых событий, последние являются родственниками потерпевшего ВВВ, то есть заинтересованными в исходе дела лицами.

Также отмечает, что суд не учел отсутствие заинтересованности у сотрудников полиции в привлечении заведомо невиновных лиц к уголовной ответственности и того факта, что оговор сотрудников полиции со стороны подозреваемых является обычной практикой, позволяющей уйти от ответственности, данное обстоятельство неоднократно подтверждено показаниями действующих сотрудников полиции, допрошенных в судебном заседании.

Полагает, что суд, в нарушение уголовно-процессуального закона, уклонился от исследования ряда доказательств, подтверждающих версию защиты и невиновность ФИО2 Так, суд проигнорировал последовательные и непротиворечивые показания ОКА, ФИО2, ААВ, ЛБД, МВН, свидетелей ЕВВ, ЛАИ, не принял во внимание выводы судебных экспертиз <№><№> от 6 мая 2020 года и <№>, <№> от 20 июля 2020 года.

По мнению автора жалобы, суд положил в основу приговора недопустимые доказательства. Полагает, что все следственные и процессуальные действия, совершенные РАА, являются незаконными и подлежат исключению в силу того, что, являясь свидетелем по уголовному делу, последний не мог принимать участие в расследовании уголовного дела.

Полагает, что выводы судебно-медицинских экспертиз относительно степени и характера повреждений ШИИ, не могут быть положены в основу приговора, поскольку не отвечают принципам полноты, всесторонности и объективности, являются недопустимыми доказательствами.

Отмечает, что суд, в нарушение принципа состязательности сторон, необоснованно отказал в истребовании информации и документов, имеющих значение для дела, уклонившись от установления имеющих значение обстоятельств. Кроме того, автор жалобы полагает, что расследование уголовного дела производилось с нарушением территориальной подследственности, обвинительное заключение составлено ненадлежащим лицом, что исключает возможность постановления судом законного приговора.

Считает, что суд незаконно отказал в приостановлении производства по уголовному делу, уклонился от оценки доводов стороны защиты, необоснованно и немотивированно принял решение об отсутствии препятствий для рассмотрения уголовного дела только в отношении ФИО2, что привело к вынесению неправосудного решения.

Полагает, что суд, основываясь на предположениях и противоречивых показаниях потерпевшего ВВВ, сделал вывод о том, что наручники последнему надевал именно ФИО2, чем нарушил принцип презумпции невиновности.

Указывает на нарушение права ФИО2 на защиту, так как следователь М вынесла постановление об отводе адвоката ПАГ от участия в деле в защиту ФИО2, в то время, как последнему указанным защитником уже оказывалась юридическая помощь, при этом данный защитник не был отведен от защиты МВН, с которым он также заключил соглашение на оказание юридической помощи.

Также автор жалобы указывает на утрату части материалов уголовного дела, нарушения закона при выделении материалов уголовного дела, неразрешение отвода составу следственной группы по уголовному делу.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Зорина А.А. представитель потерпевшего ВВВ – адвокат Канкалов Д.О., выражая несогласие с доводами защитника, просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав выступления сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Выводы суда о доказанности вины ФИО2 в совершении вышеуказанных преступлений, за которые он осужден, подтверждаются достаточной совокупностью доказательств, собранных в ходе предварительного следствия, исследованных в судебном заседании с участием сторон, являющихся достоверными и допустимыми, которые суд первой инстанции надлежащим образом проверил, дал им оценку, подробно изложив их в приговоре.

В обоснование вывода о виновности осужденного в совершении указанных преступлений судом первой инстанции верно положены показания потерпевших ШИИ, ВВВ, подробно изложивших обстоятельства совершения, в том числе ФИО2, преступлений в отношении каждого из них.

Также судом первой инстанции правильно положены в основу обвинительного приговора показания свидетелей ЛАВ, КСВ, МУЮ, ПАС, ПМС, подтвердивших показания потерпевших, показания свидетелей ДАА, БНИ, проводивших осмотр потерпевшего ШИИ после его обращения за медицинской помощью, показания эксперта АКА, подтвердившего выводы своего заключения по факту получения телесных повреждений потерпевшими, которое также обоснованно положено в основу приговора.

Суд правильно отклонил показания ФИО2, в части, не подтвержденной совокупностью иных доказательств, имеющихся в материалах дела, о чем привел в приговоре убедительные мотивы, с которыми соглашается судебная коллегия.

Помимо изложенного, вина ФИО2 в совершении вышеуказанных преступлений подтверждается также письменными доказательствами, исследованными судом первой инстанции, содержание которых приведено в приговоре.

Судом первой инстанции проанализированы и иные письменные, вещественные доказательства, исследованные в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все доказательства, приведенные в приговоре, положенные в его основу, суд обоснованно признал допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, и достаточными для постановления приговора. Оснований для переоценки доказательств, указанных судом в обоснование вывода о виновности осужденного в совершении вышеуказанных преступлений, судебная коллегия не усматривает.

Оснований для признания каких-либо доказательств недопустимыми не имеется, поскольку доказательства, на которые суд первой инстанции сослался в обоснование виновности ФИО2 в совершении преступлений, добыты в ходе предварительного следствия, при осуществлении процессуальной деятельности в рамках возбужденного уголовного дела надлежащими лицами. В процессе сбора и закрепления доказательств соблюдены все необходимые требования уголовно-процессуального закона.

Доводы защитника о недопустимости ряда доказательств в связи с их получением следователем РАА, который, по мнению стороны защиты, являлся непосредственным очевидцем событий, инкриминированных ФИО2, и не мог расследовать уголовное дело в отношении последнего, получили должную оценку со стороны суда в обжалуемом приговоре, с которой соглашается судебная коллегия.

Также отклоняются доводы апелляционной жалобы о недопустимости заключений экспертов <№> от 15 июня 2020 года, <№> от 23 марта 2021 года, как доказательств, поскольку исследования, по результатам которых подготовлены данные заключения, проведены уполномоченными лицами, в соответствии с установленными методиками, получены ответы на все поставленные вопросы, выводы надлежаще мотивированы, аргументированы, научно обоснованы. Кроме того, эксперт АКА, допрошенный в судебном заседании, выводы экспертиз подтвердил.

Оснований для истребования новых доказательств не имеется.

Обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены судом правильно, они подтверждены вышеуказанными показаниями потерпевших, свидетелей, а также исследованными письменными и вещественными доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Уголовное дело рассмотрено законным составом суда, в соответствии с принципом состязательности стороны поставлены в равные условия, все ходатайства участников процесса рассмотрены судом с принятием по ним законных, обоснованных и надлежащим образом мотивированных решений.

Судом тщательно, всесторонне проверены, мотивированно отвергнуты доводы стороны защиты, изложенные в судебном заседании, в том числе дана верная оценка показаниям свидетелей ПВВ, ПАП, БВВ, КЭГ, ПАС, ПЮВ, ОСЮ, ЕАГ, КЕВ, ЧНА, ААЭ, КВВ, КЕЮ, КЭВ, МАВ, СДВ, а также заключениям и показаниям специалистов КЕМ, ТЭВ, МАВ, ЧЕН, обоснованно признанных недопустимыми доказательствами.

Судом первой инстанции в обжалуемом приговоре надлежащим образом мотивирована доказанность составообразующих и квалифицирующих признаков каждого преступления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом дана правильная оценка показаниям каждого потерпевшего, они проанализированы в совокупности с иными исследованными судом доказательствами, в связи с чем суд пришел к обоснованному выводу об их достоверности и допустимости, последовательности, с учетом обстоятельств инкриминированных ФИО2 преступлений.

Доводы апелляционной жалобы защитника направлены на переоценку обстоятельств, которым суд первой инстанции в обжалуемом приговоре дал надлежащую оценку.

При указанных обстоятельствах действия осужденного ФИО2 правильно квалифицированы судом: по пункту «а» части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 01.04.2020 № 100-ФЗ), как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенное с применением насилия (по преступлению в отношении потерпевшего ШИИ); по пунктам «а, б» части 3 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 01.04.2020 № 100-ФЗ), как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, совершенное с применением насилия и с угрозой его применения, с применением специальных средств (по преступлению в отношении потерпевшего ВВВ).

Оснований для иной квалификации действий осужденного не имеется.

Каких-либо неустранимых сомнений в виновности ФИО2 в совершении преступлений, подлежащих толкованию в его пользу в соответствии с частью 3 статьи 14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется, как и оснований для его оправдания по каждому преступлению.

Вопреки доводам апелляционной жалобы приговор суда содержит указание на перечень полномочий, которыми обладал в момент совершения преступления ФИО2 При этом указание на конкретные полномочия, которые превысил осужденный, не требуется, поскольку, как правильно отмечено в обжалуемом приговоре, превышение ФИО2 полномочий выразилось в совершении действий, которые никто не вправе совершать, явно выходящих за пределы его полномочий, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов каждого из потерпевших.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судебной коллегией не усматривается.

Доводы защитника о нарушении правил подследственности при производстве предварительного расследования по уголовному делу основаны на неправильном и произвольном толковании положений закона.

В соответствии с требованиями пункта 1 части 1 статьи 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации руководитель следственного органа уполномочен поручать производство предварительного следствия следователю, а также изымать уголовное дело у следователя и передавать его другому следователю с обязательным указанием оснований такой передачи.

Как видно из материалов уголовного дела, в обоснование передачи дела из одного следственного отдела в другой заместитель руководителя следственного управления указал на необходимость перераспределения нагрузки между следственными отделами, а также необходимость обеспечения полноты и объективности расследования.

В связи с этим судебной коллегией не усматривается нарушений правил подследственности при производстве предварительного расследования по уголовному делу.

Отвод, заявленный следственной группе при ознакомлении с ее составом, не содержит указаний на обстоятельства, указанные в статье 61 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поэтому в сущности отводом, с точки зрения уголовно-процессуального закона, не является, а содержит лишь несогласие с определением подследственности при производстве предварительного расследования по уголовному делу.

Несостоятельными являются и доводы защитники о невозможности рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО2 при приостановлении производства по уголовному делу в отношении лиц №№ 1, 2, 3, 4, поскольку эти доводы уже являлись предметом оценки суда апелляционной инстанции, выраженной в апелляционном постановлении Свердловского областного суда от 1 октября 2025 года, которым постановление Ревдинского районного суда Свердловской области от 11 июля 2025 года о приостановлении производства по уголовному делу в отношении указанных лиц оставлено без изменения.

Назначая наказание ФИО2 за каждое преступление суд первой инстанции правильно руководствовался требованиями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учел характер и степень общественной опасности преступлений, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обсуждая данные о личности ФИО2, суд обоснованно отметил, что тот состоит в браке, социально адаптирован, имеет постоянное место жительства и регистрации, на учетах врачей нарколога и психиатра не состоит, впервые привлекается к уголовной ответственности.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд верно учел по каждому преступлению: на основании пункта «г» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – наличие у осужденного малолетнего ребенка; на основании части 2 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации – осуществление осужденным официальной трудовой деятельности, состояние здоровья ФИО2 и его близких, оказание им помощи, положительные характеристики осужденного, наличие у него почетных грамот, дипломов, благодарственных писем; по преступлению в отношении ВВВ – действия ФИО2, направленные на оказание медицинской помощи потерпевшему, а также мнение ВВВ, не настаивавшего на строгом наказании.

Отягчающих наказание обстоятельств судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Иных обстоятельств, подлежащих учету в качестве смягчающих наказание ФИО2, не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для изменения категории каждого преступления в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, приняв во внимание фактические обстоятельства совершенных осужденным преступлений и степень их общественной опасности.

Кроме того, судом верно не усмотрено оснований для применения положения статьи 64 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания за совершенные преступления, поскольку из материалов дела не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью осужденного в их совершении, его поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень их общественной опасности.

Назначенные осужденному основное и дополнительное наказания, как за каждое преступление, так и по совокупности преступлений на основании частей 3, 4 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по своему виду и размеру отвечают требованиям закона, соответствуют характеру и степени общественной опасности совершенных им преступлений, являются справедливыми и соразмерными содеянному, смягчению не подлежат.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о наличии оснований для назначения ФИО2 условного осуждения на основании статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации. Данный вывод надлежащим образом мотивирован судом в обжалуемом приговоре, при принятии данного решения суд правильно руководствовался как данными о личности осужденного, так и характером, степенью общественной опасности, тяжестью совершенных им преступлений, положениями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, судом при назначении наказания обоснованно применены положения статьи 48 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которых ФИО2, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, лишен специального звания «старший лейтенант полиции».

Нарушений права на защиту осужденного и принципов уголовного судопроизводства при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции не допущено.

Вопреки доводам защитника следователь обоснованно отвела от участия в деле в качестве защитника ФИО2 адвоката ПАГ, поскольку ранее последний осуществлял защиту другого подозреваемого в рамках данного уголовного дела, позиция которого могла противоречить позиции осужденного.

Каких-либо нарушений при выделении уголовного дела, которые могли бы повлиять на законность, обоснованность и справедливость обжалуемого приговора, не установлено.

Доказательств утраты каких-либо документов, приобщенных и составляющих уголовное дело, стороной защиты не представлено.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

приговор Ревдинского городского суда Свердловской области от 19 декабря 2025 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Зорина А.А. – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

Участники процесса вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи