Решение № 2-176/2019 2-3004/2018 от 14 января 2019 г. по делу № 2-176/2019

Дело № 2-176/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 января 2019 года город Севастополь

Ленинский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего - судьи Котешко Л.Л.

при секретаре судебного заседания – Панове А.А.,

с участием:

представителя истца – ФИО1, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика – ФИО2, действующего на основании доверенности,

представителя третьего лица – ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6, с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8, о возврате суммы займа,

УСТАНОВИЛ:

01 сентября 2017 года ФИО9 обратился в Советский районный суд г. Краснодара с иском к ФИО6 о взыскании долга в размере 100 000 000 (сто миллионов) рублей 00 копеек.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО6 на основании договора займа от 01 декабря 2012 года взял в долг у ФИО9 100 000 000,00 рублей, которые обязался вернуть в срок до 30 июня 2016 года, и не вернул в установленный договором срок.

Определением Советского районного суда г. Краснодара от 29.09.2017 года утверждено мировое соглашение, по условиям которого ФИО9 приобретает право собственности на следующее имущество:

1) помещение с кадастровым номером №; назначение: нежилое; площадь: общая <данные изъяты> кв.м.; этаж: 1, расположенное по <адрес>

2) помещение с кадастровым номером №; назначение: нежилое; площадь: общая <данные изъяты> кв.м.; этаж: 2, расположенное по адресу<адрес>

3) помещение с кадастровым номером №; назначение: нежилое; площадь: общая <данные изъяты> кв.м.; этаж: 1, расположенное по <адрес>

4) помещение с кадастровым номером №; назначение: нежилое; площадь: общая <данные изъяты> кв.м.; этаж: 6, расположенное по <адрес>

5) помещение с кадастровым номером №; назначение: нежилое; площадь: общая <данные изъяты> кв.м.; этаж: 2, расположенное по <адрес>

6) квартира с кадастровым номером № общей площадью <данные изъяты> кв.м.; назначение: жилое, расположенная по <адрес>

7) помещение с кадастровым номером №; назначение: нежилое; площадь: общая <данные изъяты> кв.м.; этаж: 1, расположенное по <адрес>

8) земельный участок с кадастровым номером №; категория земель: земли населенных пунктов — для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных построек и сооружений (приусадебный участок); площадь: <данные изъяты> кв.м., расположенный по <адрес>

9) земельный участок с кадастровым номером №; категория земель: земли населенных пунктов — для строительства и обслуживания жилого дома, хозяйственных построек и сооружений (приусадебный участок); площадь: <данные изъяты> кв.м., расположенный по <адрес>;

10) земельный участок № площадью <данные изъяты> гектаров, расположенный по <адрес>

11) земельный участок № площадью <данные изъяты> гектаров, расположенный по <адрес>

12) 3/25 доли земельного участка № площадью <данные изъяты> гектаров, расположенный по <адрес>

13) автомобиль <данные изъяты>, 2014 года выпуска; государственный регистрационный номер №;

14) автомобиль <данные изъяты>, 2004 года выпуска; государственный регистрационный номер №;

15) маломерное судно (моторная лодка) «<данные изъяты>»; государственный регистрационный (бортовой) номер №.

Производство по гражданскому делу по иску ФИО9 к ФИО6 о взыскании суммы займа указанным определением Советского районного суда г. Краснодара было прекращено.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 15 марта 2018 года к участию в деле была привлечена в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, – ФИО8 Основанием привлечения ФИО8 к участию в настоящем деле явилось установление судом тех обстоятельств, что долговые обязательства ФИО9 и ФИО6 касаются, в том числе, имущества, принадлежащего ФИО8

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 29 марта 2018 года определение Советского районного суда г. Краснодара от 29.09.2017 года отменено, гражданское дело по иску ФИО9 к ФИО6 о возврате суммы займа направлено в Советский районный суд г. Краснодара для рассмотрения по существу.

Определением Советского районного суда г. Краснодара от 26.04.2018 дело передано по подсудности в Ленинский районный суд г. Севастополя по тем основаниям, что долговые обязательства ФИО9 и ФИО6 касаются, в том числе, имущества, принадлежащего ФИО8, которая в свою очередь не давала согласия на изменение подсудности настоящего спора, в связи с чем дело направлено по подсудности в соответствии с требованиями ст. 28 ГПК РФ для рассмотрения судом по месту нахождения ответчика. Указанное определение вступило в законную силу 13.09.2018.

Определением от 16.11.2018 настоящее гражданское дело принято к производству Ленинского районного суда города Севастополя, проведена подготовка дела к судебному разбирательству.

В ходе предварительного судебного заседания судом принято заявление ФИО9 в порядке ст. 39 ГПК РФ об изменении оснований иска и увеличении исковых требований. Так, в связи с расторжением сторонами ФИО9 и ФИО6 договора займа от 01.12.2012 и заключением нового договора от 20.04.2018 истец просит суд взыскать с ответчика сумму займа в размере 100 000 000 руб. по договору займа от 20.04.2018, проценты за пользование суммой займа по договору займа от 20.04.2018 в размере 1 000 000 руб.

ФИО9, ФИО6 ФИО8 в судебное заседание не явились, причин неявки суду не сообщили, о месте и времени уведомлялись судом надлежащим образом, что подтверждено в ходе судебного заседания их уполномоченными представителями.

В ходе судебного заседания представитель истца ФИО9. - ФИО1 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении.

Представитель ответчика ФИО6 – ФИО2 исковые требования признал, против удовлетворения иска не возражал.

Представитель третьего лица ФИО8 – ФИО3 возражала против удовлетворения иска в полном объеме, просила в удовлетворении иска отказать.

С учетом мнения представителей сторон и третьего лица суд с учетом положений ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ФИО9, ФИО6 ФИО8

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, установив фактические обстоятельства, дав им надлежащую правовую оценку, исследовав и оценив представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Как свидетельствуют материалы дела, 01.12.2012 года между ФИО9 (Займодавец) и ФИО6 (Заемщик) заключен договор займа денежных средств, согласно условиям которого Займодатель передает Заемщику денежные средства в размере 100 000 000,00 рублей (п.1.1 договора).

Согласно п. 1.3 Договора целью займа является приобретение недвижимого и движимого имущества для совместного ведения Займодавцем и Заемщиком предпринимательской деятельности. После возврата суммы займа Займодавец и Заемщик обязуются заключить договор простого товарищества (о совместной деятельности).

В соответствии с п. 2.1 Договора сумма займа передается Заемщику наличными деньгами лично или через курьера в несколько этапов до 01 января 2016 года:

- до 15 декабря 2012 года – 6 000 000,00 рублей;

- до 01 апреля 2013 года – 6 000 000,00 рублей;

- до 01 октября 2014 года – 31 000 000,00 рублей;

- до 01 марта 2015 года – 41 000 000,00 рублей;

- до 01 января 2016 года – 16 000 000,00 рублей.

Срок возврата в договоре установлен – до 30 июня 2016 года (п. 2.3 Договора).

Местом заключения и исполнения данного Договора является город Краснодар (п. 6.4 Договора).

В материалы дела представлены расписки, подтверждающие передачу денежных средств, написанные собственноручно ФИО6 от 14.12.2012, от 31.03.2013, от 27.09.2014, от 28.02.2015, от 25.12.2015, а также актом от 16.05.2016 об исполнении обязательств по договору от 01.12.2012 года.

Согласно указанным распискам, ФИО6 лично получил от ФИО9 во исполнение условий договора займа от 01.12.2012 денежные средства в общем размере 100 000 000,00 рублей. Местом передачи денежных средств от ФИО9 ФИО6 является Центральный район города Сочи.

Все указанные расписки составлялись и подписывались в присутствии свидетеля ФИО4, о чем свидетельствует собственноручная запись последней на каждой расписке.

В связи с невозвратом ФИО6 ФИО9 денежных средств в установленный договором срок, ФИО9 27.08.2017 средствами почтовой связи направил ФИО6 по адресу: г. Севастополь, <адрес> претензию, в которой требует в течение трех дней вернуть сумму долга в размере 100 000 000,00 рублей.

Уведомление о получении данной претензии ФИО6 в материалах дела отсутствует.

1 сентября 2017 года ФИО9 обратился с иском в Советский районный суд г. Краснодара о взыскании с ФИО6 долга в размере 100 000 000,00 руб.

Также из материалов дела усматривается, что 20 апреля 2018 года между ФИО9 и ФИО6 заключено соглашение о расторжении договора займа от 01 декабря 2012 года.

Местом заключения соглашения является одновременно город Севастополь и город Сочи Краснодарского края.

По условиям данного соглашения ФИО9 и ФИО6 совместно договорились расторгнуть договор займа, заключенный между ними 01.12.2012 года в городе Краснодар, по соглашению сторон в связи с изменением условий предоставления займа. Стороны данного соглашения договорились, что новые условия возврата займа будут оговорены сторонами в договоре займа, заключенном 20 апреля 2018 года.

Согласно п. 2 данного Соглашения обязательство ФИО6 о возврате суммы займа в размере 100 000 000,00 руб. сохраняется.

В тот же день, 20 апреля 2018 года между ФИО9 (Займодавец) и ФИО6 (Заемщик) заключен договор займа денежных средств, согласно п. 1.1. которого Займодавец передал Заемщику сумму займа за счет личных или привлеченных денежных средств в размере 100 000 000,00 рублей в несколько этапов:

1 этап: до 15 декабря 2012 года – 6 000 000,00 руб.:

2 этап: до 01 апреля 2013 года – 6 000 000,00 руб.;

3 этап: до 01 октября 2014 года – 31 000 000,00 руб.;

4 этап: до 01 марта 2015 года – 41 000 000,00 руб.;

5 этап: до 01 января 2016 года – 16 000 000,00 руб.

По условиям данного договора Стороны подтверждают, что Заемщик был обязан возвратить Займодавцу сумму займа в размере 100 000 000,00 руб. в срок не позднее 30 июня 2016 года.

На момент заключения настоящего договора Заемщик не возвратил Займодавцу сумму займа в размере 100 000 000,00 руб.

На момент заключения настоящего договора Заемщик обязан возвратить Займодавцу сумму займа в размере 100 000 000,00 руб., предоставленную на основании договора займа от 01 декабря 2012 года.

Пунктом 1.2 договора от 20 апреля 2018 года установлено, что настоящий Договор займа является процентным. Заемщик обязуется уплатить Займодавцу проценты за пользование суммой займа в размере одного процента от суммы займа.

Согласно п. 1.3 Договора займа от 20 апреля 2018 года цель предоставления займа: внесение заемных денежных средств в качестве вклада Заемщика в простое товарищество, созданное ФИО16, ФИО9 и ФИО6 для осуществления инвестиционной деятельности: приобретение земельных участков, строительство объектов недвижимости, предоставление в аренду построенных объектов недвижимости.

В соответствии с п. 2.1 Договора от 20 апреля 2018 года каждый этап передачи Займодавцем суммы займа подтверждается расписками Заемщика о получении денежных средств от 14.12.2012, от 31.03.2013, от 27.09.2014, от 28.02.2015, от 25.12.2015.

Сумма займа должна быть полностью возвращена Заемщиком Займодавцу не позднее 31 июля 2018 года. Не позднее 31 июля 2018 года Заемщик уплачивает Займодавцу проценты за пользование суммой займа в размере 1 000 000,00 руб., что составляет 1 процент от суммы займа (п. 2.2. Договора от 20.04.2018).

ФИО6 20 апреля 2018 года собственноручно написана расписка, согласно которой ФИО6 подтверждает, что на основании договора беспроцентного займа, заключенного между ним и ФИО9 01.12.2012, получил от гражданина РФ ФИО9 денежные средства в размере 100 000 000,00 рублей в следующем порядке:

- 6 000 000,00 руб. – 14 декабря 2012 года;

- 6 000 000,00 руб. – 31 марта 2013 года;

- 31 000 000, 00 руб. – 27 сентября 2014 года;

- 41 000 000,00 руб. – 28 февраля 2015 года;

- 16 000 000,00 руб. – 25 декабря 2015 года.

Кроме того, в расписке указано, что ФИО6 подтверждает, что на дату составления расписки денежные средства в размере 100 000 000,00 руб. не возвращены ФИО9

В соответствии с п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (ст. 224 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения как договора займа от 01.12.2012 года, так и договора займа 20.04.2018 года) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Относительно формы договора займа пунктом 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения как договора займа от 01.12.2012 года, так и договора займа 20.04.2018 года) установлено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, учитывая, что договор займа является реальной сделкой, факт передачи денег, являющихся предметом договора займа, должен быть подтвержден письменными доказательствами – распиской либо иным письменным документом, свидетельствующим о передаче денег кредитором заемщику.

В соответствии с п. 3 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным.

Указанное свидетельствует, что для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику предмета займа – денег или других вещей. При этом, договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей, а, следовательно, без подтверждения факта передачи денежных средств договор займа не может считаться заключенным.

Как усматривается из договора займа, подписанного между ФИО9 и ФИО6 20 апреля 2018 года, а также подтверждено пояснениями как представителя истца, так и представителя ответчика по делу, денежные средства в рамках данного договора ФИО6 от ФИО9 не получал.

Денежные средства в размере 100 000 000,00 рублей по условиям данного договора и согласно расписке ФИО6 от 20 апреля 2018 года были получены последним в период с 14 декабря 2012 по 25 декабря 2015 года в рамках ранее заключенного договора займа от 01 декабря 2012 года.

Согласно п.п. 1 и 2 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения; стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений.

Конституционный суд РФ в Определении от 27 марта 2018 года №636-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО10 и ФИО11 на нарушение их конституционных прав статьями 15, 151, пунктом 2 статьи 245, статьями 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что пункт 2 ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающий возможность применения условий договора к отношениям, возникшим до его заключения, направлен на надлежащее правовое регулирование соответствующих отношений, достижение необходимой определенности в возникновении, изменении и прекращении права и обязанностей сторон договора.

Таким образом, исходя из смысла указанной нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, применение условий договора к отношениям, возникшим до его заключения, возможно тогда, когда данные отношения существовали ранее, но не были оформлены надлежащим образом. При этом, наличие в договоре условия о применении заключенного договора к отношениям, возникшим до его заключения, не влияет на определение момента, с которого договор считается заключенным, и не означает, что непосредственная обязанность по исполнению обязательств возникла у должника ранее заключения самого договора.

Материалы дела свидетельствует, что между ФИО9 и ФИО6 01 декабря 2012 года был заключен договор займа, во исполнение которого ФИО6 получил от ФИО9 денежные средства в общей сумме 100 000 000,00 рублей в следующем порядке: 6 000 000,00 руб. – 14 декабря 2012 года; 6 000 000,00 руб. – 31 марта 2013 года; 31 000 000, 00 руб. – 27 сентября 2014 года; 41 000 000,00 руб. – 28 февраля 2015 года; 16 000 000,00 руб. – 25 декабря 2015 года. Указанное свидетельствует о том, что правоотношения между ФИО6 и ФИО9 по поводу займа 100 000 000,00 рублей в момент их возникновения были надлежащим образом урегулированы заключенным 01 декабря 2012 года договором займа, а потому необходимость в оформлении данных отношений как ранее возникших при заключении нового договора отсутствовала.

Что касается заключения 20 апреля 2018 года сторонами ФИО9 и ФИО6 соглашения о расторжении договора займа от 01 декабря 2012 года, суд учитывает следующее.

Принцип свободы договора, закрепленный в п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяет сторонам изменить или расторгнуть ранее заключенный договор.

В соответствии с п. 1 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Согласно положениям ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательств.

Таким образом, по общему правилу, к расторжению договора применимы нормы о прекращении обязательств. При этом, расторжение договора – это прекращение исполнения обязательств на будущее.

Вместе с тем, в соответствии с п. 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 06.06.2014 года № 35 «О последствия расторжения договора» если предметом расторгнутого договора является обязанность одной стороны передать имущество в собственность другой стороне договора, принявшей на себя обязанность по возвращению имущества такого же рода и качества (например, заем, в том числе кредит; хранение товара с обезличением), то к отношениям сторон подлежат применению положения договора о порядке исполнения обязательства по возврату имущества, а также нормы закона, регулирующие исполнение соответствующего обязательства.

Все условия расторгнутого договора о процентах, неустойке, а также все обязательства, обеспечивающие исполнение обязанности по возврату имущества, сохраняются до полного исполнения этой обязанности. В таких случаях положения главы 60 ГК РФ к отношениям сторон расторгнутого договора применению не подлежат.

Как усматривается из материалов дела ФИО9 передал ФИО6 100 000 000,00 руб., т.е. исполнил свои обязательства по договору. Таким образом, его обязательства по передаче денежных средств, предусмотренные договором займа от 01.12.2012 года, были прекращены их исполнением.

Вместе с тем, обязанность ФИО6 вернуть полученные денежные средства осталась.

Однако, как усматривается из соглашения от 20 апреля 2018 года о расторжении договора займа от 01 декабря 2012 года, стороны договора (ФИО9 и ФИО6) пришли к соглашению о расторжении договора займа от 01 декабря 2012 года по соглашению сторон в связи с изменением условий предоставления займа.

При этом, как в данном соглашении, так и в договоре займа, заключенном между ФИО9 и ФИО6 20 апреля 2018 года, а также в расписке, написанной собственноручно ФИО6 20 апреля 2018 года, указано, что обязательства по возврату суммы займа в размере 100 000 000,00 рублей, полученных ФИО6 от ФИО9 во исполнение обязательств по договору займа от 01 декабря 2012 года, сохраняются.

Таким образом, фактические обстоятельства дела свидетельствуют, а представителями сторон по делу не опровергается, что прекращение обязательств ФИО6 по договору от 01 декабря 2012 года не состоялось. В данном случае первоначальное обязательство, возникшее из договора займа от 01 декабря 2012 года, не заменяется на новое обязательство (обязательство иного договорного типа), а имеет место изменение отдельных условий ранее возникшего обязательства: о сроке возврата, об установлении процентов, а также изменение цели договора.

Из объяснений представителей истца и ответчика следует, что расторгая 20.04.2018 договор займа от 01.12.2012 и заключая в этот же день – 20.04.2018 новый договор займа, предметом которого являются все те же денежные средства, полученные в рамках договора от 01.12.2012, стороны руководствовались диспозитивностью норм гражданского законодательства, предоставляющих возможность по собственному усмотрению принимать решения о расторжении договоров и заключению новых. Иных оснований, свидетельствующих о необходимости именно расторжения ранее заключенного договора займа и заключения нового договора, а не заключения дополнительного соглашения к договору от 01.12.2012 года, соглашения об изменении отдельных условий договора от 01.12.2012, сторонами не обозначено.

Вместе с тем, в связи с расторжением договора от 01.12.2012 года и заключением нового от ДД.ММ.ГГГГ, стороны утверждают об отсутствии необходимости предоставления оригиналов договора займа от ДД.ММ.ГГГГ и расписок к нему.

В свою очередь, третье лицо по делу утверждает о намеренном злоупотреблении своим правом сторонами, фактическом отсутствии долговых отношений и спора по этому поводу между сторонами по делу.

Одним из доказательств указанного обстоятельства могли быть результаты экспертизы давности составления договора займа и расписок к нему. Однако ввиду их не предоставления сторонами по делу назначить и провести данную экспертизу не представляется возможным.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона, лицо, участвующее в деле, должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Письменные доказательства предоставляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию. Если копии документов представлены в суд в электронном виде, суд может потребовать представления подлинников этих документов (ч. 2 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Положения ч. 2 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязывающие представлять в суд письменные доказательства в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, конкретизирует положения статьи 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации, не допускающей использование при осуществлении правосудия доказательств, полученных с нарушением федерального закона, и части 2 статьи 55 того же Кодекса, в соответствии с которой доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 марта 2018 года № 724-О).

Правила оценки доказательств установлены ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в соответствии с ч. 5 которой при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательства.

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа (ч. 6 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств (ч. 7 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, из пояснений представителей истца и ответчика, данных в ходе судебного разбирательства, а также показаний ФИО9 и ФИО6, отраженных в постановлении о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 24 августа 2018 года (в письменных пояснениях стороны и их представители в ходе судебного разбирательства неоднократно указывали, что и ФИО9, и ФИО6 подтверждают свои показания, изложенные в постановлении от 24.08.2018), следует, что расписки ФИО6 писал и подписывал до получения денежных средств по договору займа от 01.12.2012 года и передавал их рейсовым автобусом, следующим по маршруту «Севастополь – Краснодар». В городе Краснодар данные расписки получала от водителя рейсового автобуса ФИО4, которая в последующем при проведении сеанса связи в городе Сочи с помощью программного обеспечения «Skype» передавала их ФИО9

Представитель ответчика по делу ФИО6 – ФИО2 пояснил, что все оригиналы расписок после их написания ФИО6 передавались ФИО9 и находились у него либо в офисе адвоката ФИО4

Пояснить в какой период времени, как и при каких обстоятельствах под записью, осуществленной ФИО4 как свидетеля, в присутствии которого передавались денежные средства в рамках договора займа от 01.12.2012, появилась на расписках запись, сделанная ФИО6: подпись, фамилия, имя, отчество и дата, представитель ответчика не смог, высказав лишь предположения о возможном появлении данных записей в более поздний период.

При этом, имеющиеся в материалах дела договор займа от 01.12.2012 года, а также расписки ФИО6 от 14 декабря 2012 года; 31 марта 2013 года; 27 сентября 2014 года; 28 февраля 2015 года; 25 декабря 2015 года, представлены в копиях.

Оригиналов данных документов на обозрение суду ни истцом, ни ответчиком не представлено. Более того, согласно пояснений представителей сторон по делу оригиналы расписок от 14 декабря 2012 года; 31 марта 2013 года; 27 сентября 2014 года; 28 февраля 2015 года; 25 декабря 2015 года, и договора займа от 01 декабря 2012 года уничтожены.

При этом, со слов представителя истца ФИО9 данные документы были уничтожены после 20.04.2018 года в связи с расторжением договора займа от 01.12.2012 года и заключением нового договора займа от 20.04.2018 года.

Вместе с тем, представитель ответчика ФИО6 – ФИО2 пояснил, что данные документы были уничтожены его доверителем в присутствии его другого представителя - ФИО4 в конце октября 2017 года после вступления в законную силу определения Советского районного суда г. Краснодара от 29.09.2017 об утверждении мирового соглашения, заключенного между ФИО6 и ФИО9 по данному делу.

Каких-либо иных пояснений и доказательств, относительно мотивов и обоснованности действий сторон по уничтожению оригиналов документов, на основании которых обязательства по возврату суммы займа не прекращены, представителями сторон суду не предоставлено.

При этом, судом установлено, что в октябре 2017 года в производстве Ленинского районного суда г. Севастополя находилось дело по иску ФИО8 к ФИО6, ФИО9 об исключении имущества из-под ареста, наложенного на основании определения Советского районного суда г. Краснодара от 01.09.2017 года в рамках данного дела, о чем достоверно было известно как ФИО6, так и его представителю – ФИО4

В свою очередь, дела о взыскании долга по договору займа относятся к категории дел, когда факт заключения договора займа и его неисполнения ответчиком может подтверждаться только наличием у кредитора (в данном случае – истца) подлинника расписки, что следует из нормы п. 2 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части. Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.

Кроме того, как указывалось выше, договор займа является реальным договором и считается заключенным с момента передачи денег.

Вместе с тем, как усматривается из постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 24 апреля 2018 года № ФИО6, являвшийся гражданином Украины и постоянно проживавший на территории Республики Крым в даты составления договора займа (01.12.2012) и расписок (14.12.2012, 31.03.2013, 27.09.2014, 28.02.2015, 25.12.2015), не прибывал на территорию Российской Федерации.

В свою очередь, согласно постановлению о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 24 августа 2018 года, вынесенного следователем по особо важным делам следственного отдела по Карасунскому округу г. Краснодар следственного управления Следственного комитета РФ по Краснодарскому краю <данные изъяты> ФИО15, а также пояснениям представителей сторон по делу, данными в ходе судебного разбирательства, подозреваемые ФИО6 и ФИО9, а также свидетели ФИО4 и ФИО16, пояснили, что денежные средства в рамках заключенного между ФИО9 и ФИО6 договора займа от 01.12.2012 были переданы ФИО9 не ФИО6, а ФИО4 в городе Сочи, и с помощью сеанса связи посредством программного обеспечения «Skype» в присутствии ФИО4 ФИО9 переданы ФИО6 денежные средства. Т.е. заемные денежные средства фактически в руки ФИО6 переданы не были.

При этом, представитель ответчика ФИО6 входе судебного заедания пояснил, что каких-либо документов, подтверждающих полномочия ФИО4 на представление интересов ФИО6 и получение заёмных денежных средств от ФИО9 для ФИО6 в рамках договора займа от 01.12.2012 года не оформлялось. В данном случае имелось устное поручение ФИО6 в пользу ФИО4 Вместе с тем, указанные обстоятельства противоречат содержанию как договора займа от 01.12.2012, так и расписок от 14.12.2012, 31.03.2013, 27.09.2014, 28.02.2015, 25.12.2015.

Ссылка на то, что денежные средства в размере 12 000 000,00 рублей якобы были переданы лично ФИО6 неким ФИО17, а также деньги в сумме 88 000 000,00 руб. ФИО6 передавались частями ФИО9 в городе Севастополе в гостинице «<данные изъяты>» в июне 2015 года, декабре 2015 года, июне – июле 2016 года, не может быть принята во внимание, поскольку каких-либо надлежащих доказательств данных обстоятельств суду не представлено.

Кроме того, представитель ответчика ФИО6 – ФИО2 пояснил, что фактически денежные средства ФИО6 были переданы частями в иные периоды, нежели указаны в расписках от 14.12.2012, 31.03.2013, 27.09.2014, 28.02.2015, 25.12.2015, но уже не как заемные денежные средства, а как денежные средства, вложенные в совместную деятельность в рамках договора совместной деятельности, заключенного между ФИО9, ФИО16 и ФИО6

Таким образом, анализируя изложенные обстоятельства, при наличии многочисленных противоречий как в представленных сторонами доказательствах так и в пояснениях сторон и их представителей, следует сделать вывод о том, что сторонами не представлено суду надлежащих доказательств, подтверждающих наличие между ними фактических долговых обязательств.

Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных прав либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Статьей 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации способами.

Из положений ст. 46 Конституции РФ и требований ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что судебная защита прав заинтересованного лица возможна только в случае реального нарушения его прав, свобод и законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

Бремя доказывания нарушения прав и наличия спора между сторонами лежит на самом истце, который при обращении в суд должен доказать, какие его права и законные интересы будут восстановлены судом в случае удовлетворения его искового заявления.

Следовательно, по настоящему спору юридически значимым обстоятельством является установление факта нарушения прав истца, бремя доказывания которого лежит на нем, а также факта наличия спора между сторонами.

По результатам исследования материалов дела, в частности: содержания отзывов ФИО6 на исковое заявление, поданных в Советский районный суд г. Краснодара и в Ленинский районный суд г. Севастополя, заявлений истца и ответчика, поданных в сентябре 2017 года в Советский районный суд г. Краснодара, об утверждении мирового соглашения, определения Советского районного суда г. Краснодара об утверждении мирового соглашения, заявлений сторон об утверждении мирового соглашения, поданных в Ленинский районный суд г. Севастополя, а также учитывая факт расторжения договора займа от 01.12.2012 и заключения нового договора займа от 20.04.2018, судом определено, что между сторонами отсутствует спор о праве, так как ответчик фактически полностью признал исковые требования, его возражения носят формальный характер, стороны во внесудебном договорном порядке приходят к консенсусу без помощи суда, самостоятельно договариваются о порядке исполнения обязательств путем предоставления рассрочки платежа.

Так, суд обращает внимание на то обстоятельство, что согласно пояснений ФИО9, изложенных в постановлении о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 24.08.2018 год, ФИО9 передавал последнюю часть денежных средств ФИО6 в городе Севастополе июне-июле 2016 года, тогда как уже наступил срок возврата (30 июня 2016 года) денежных средств в общем размере 100 000 000,00 руб. по договору займа от 01.12.2012.

Кроме того, по договору займа от 20.04.2018 стороны договора по взаимному согласию установили срок возврата денежных средств до 31.07.2018 года.

Представители сторон пояснений относительно мотивов установления в договоре сторонами столь короткого срока для возврата достаточно крупной суммы денежных средств не смогли дать. При этом, в рамках данного дела сторонами поданы заявления об утверждении мирового соглашения, по условиям которого ФИО9 предоставляет ФИО6 рассрочку исполнения обязательств до 30 июня 2021 года включительно.

Факт отсутствия спора между сторонами также подтверждается исследованными в ходе судебного разбирательства доверенностями на представление своих интересов, выданных ФИО6 и ФИО9 Так, ответчик по делу ФИО6 доверяет представление своих интересов ФИО18 (доверенность от 26.10.2017, зарегистрирована в реестре под №, удостоверенная нотариусом города Севастополя ФИО19) и ФИО26 (доверенность от 29.08.2017, зарегистрирована в реестре под №, удостоверена нотариусом ФИО20). При этом, истец по делу – ФИО9 также доверяет представление своих интересов ФИО4 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирована в реестре под №, удостоверена нотариусом ФИО21), а ФИО22, являющийся третьим участником простого товарищества, который также предъявляет претензии к ФИО6, доверяет представление своих интересов ФИО4 и ФИО26 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирована в реестре под №, удостоверенная нотариусом ФИО23).

Более того, ФИО6 в соответствии с доверенностью от 17.12.2017, зарегистрированной в реестре под №, удостоверенной нотариусом Севастополя ФИО19 (то есть в период рассмотрения настоящего дела судом), доверяет представление своих интересов непосредственно истцу по настоящему делу – ФИО9

Также данное обстоятельство подтверждается показаниями свидетеля ФИО16, допрошенного в рамках рассмотрения Ленинским районным судом г. Севастополя гражданского дела № по иску ФИО6 к ФИО8, третье лицо ФИО9, об истребовании автомобиля и возмещении ущерба. Так, согласно протоколу судебного заседания от 19 марта 2018 года ФИО16 указал, что он 25 августа 2017 года в городе Сочи в присутствии ФИО4 и ФИО9 передал ФИО6 30 000 000,00 рублей, которые в город Севастополь в сентябре 2017 года привез ФИО9 для передачи ФИО6 Вместе с тем, как усматривается из материалов данного дела, ФИО9 27 августа 2017 года направляет средствами почтовой связи ФИО6 претензию с требованием вернуть долг, а 01 сентября 2017 года обращается с иском в суд о взыскании задолженности в размере 100 000 000,00 рублей, имея при этом фактически 30 000 000,00 рублей, принадлежащих ФИО6, который согласно исковым требованиям по данному спору должен ему денежные средства.

Факт отсутствия спора между сторонами подтверждается, в том числе, видеосъемкой, осуществленной с помощью программного обеспечения, встроенного в мобильный телефон ФИО8, которая также была исследована в ходе судебного разбирательства. Согласно данному видеоматериалу ФИО6 заявляет о наличии у него определения суда о наложении ареста на объекты недвижимости, в которых ФИО8 меняет замки, и указывает, что данное определение он лично предъявил в Управление государственной регистрации права и кадастра Севастополя. При этом, исходя из содержания видеозаписи, ФИО6 известно об осуществлении видеосъемки ФИО8

Как пояснила представитель ФИО8 – ФИО3, данная видеосъемка была осуществлена 16.09.2017 года при осуществлении смены замков в объектах недвижимости, принадлежащих ФИО8 по <адрес>. Представитель третьего лица также указала, что она лично присутствовала при данном инциденте и общалась с ФИО6, который, являясь ответчиком (должником) в рамках данного дела, пояснил ей, что у него на руках находится оригинал исполнительного листа, выданного Советским районный судом г. Краснодара на основании определения от 01.09.2017 года о наложении ареста на имущество, предъявив его на обозрение всем присутствующим в тот момент. Из пояснений ФИО3 следует, что она сделала замечание ФИО6 относительно факта нахождения у него на руках оригинала исполнительного листа по делу, по которому он является должником, на что последний ей ответил: «Вот такие доверительные отношения у нас с истцом». Указанные обстоятельства ФИО6 не опровергнуты, не смотря на то, что представителем третьего лица об указанном доказательстве было заявлено в ходе предварительного заседания и ответчик имел возможность дать свои пояснения суду по изложенным обстоятельствам.

Кроме того, суд принимает во внимание то обстоятельство, что ФИО6 по данному делу была подана частная жалоба на определение Советского районного суда города Краснодара от 29 мая 2018 года о частичной отмене мер по обеспечению иска, в которой ФИО6, являясь ответчиком по делу, выразил свое несогласие с частичной отменой обеспечительных мер, т.е. не согласился с решением, которое фактически принято в его пользу как ответчика по делу.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (пункт 3 статьи 10 ГК РФ).

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу ст. 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Анализ судом всех указанных выше обстоятельств свидетельствует о том, что в действиях сторон – ФИО6 и ФИО9, имеется злоупотребление правами, так как реального намерения по взысканию долга стороны не имеют. При этом судом усматривается намерение причинить вред другому лицу – третьему лицу по делу ФИО8

Исходя из содержания договоров займа, заключенных между ФИО6 и ФИО9, а также договоров совместной деятельности, заключенных между ФИО6, ФИО9 и ФИО16, и дополнений к ним, согласно которым денежные средства, полученные в долг ФИО6 от ФИО9 были вложены ФИО6 в совместную деятельность с ФИО9 и ФИО16 путем приобретения имущества, которое на основании решения Ленинского районного суда г. Севастополя от 17.03.2017 года по делу №, вступившего в законную силу 03.07.2017 года, принадлежит третьему лицу по делу - ФИО8, суд полагает что действия сторон по данному делу фактически направлены на пересмотр вступившего в законную силу решения суда о разделе супружеского имущества.

При этом, суд не принимает во внимание доводы представителей сторон по делу о том, что данный спор между сторонами по делу не касается имущества, принадлежащего ФИО8, поскольку указанное мнение представителей опровергается фактическими обстоятельствами дела.

Так, согласно договору займа от 01.12.2012 года целью займа является приобретение недвижимого и движимого имущества для совместного ведения Займодавцем и Заемщиком предпринимательской деятельности. После возврата суммы займа Займодавец и Заемщик обязуются заключить договор простого товарищества (о совместной деятельности).

В свою очередь, согласно договору займа от 20.04.2018 года целью предоставления этого же займа уже является внесение заемных денежных средств в качестве вклада Заемщика в простое товарищество, созданное ФИО16, ФИО9 и ФИО6 для осуществления инвестиционной деятельности: приобретение земельных участков, строительство объектов недвижимости, предоставление в аренду построенных объектов недвижимости. Из чего можно сделать вывод о том, что изменение договора как волевое действие сторон, имеющих целью изменение на будущее время либо с момента, указываемого в соглашении таких лиц, возникших из договора прав и обязанностей его сторон, было изменено условие о цели договора по уже исполненному ФИО9, как займодавцем, договору.

В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что договор совместной деятельности между ФИО16, ФИО9 и ФИО6 существовал еще с 2009 года. Потом был заключен договор совместной деятельности (простого товарищества) между указанными лицами 30.04.2014 года, который 20.04.2018 года расторгнут и в этот же день – 20.04.2018 года заключен новый договор совместной деятельности. Указал, что иных договоров совместной деятельности между ФИО9 и ФИО6 не заключалось.

При этом, как представитель истца, так и представитель ответчика не смогли обосновать возможность распространения цели договора, указанной в заключенном договоре, на состоявшиеся уже правоотношения ранее даты заключения договора.

В свою очередь, согласно дополнительным соглашениям от 13.10.2013 к договору простого товарищества от 21 мая 2009 года; от 29.12.2014 к договору простого товарищества от 30 апреля 2014 года; от 10.12.2015 к договору простого товарищества от 30 апреля 2014 года; от 05.05.2016 года к договору простого товарищества от 30 апреля 2014 года, результатом совместной деятельности Товарищей является следующее имущество:

1. Нежилое помещение № площадью <данные изъяты>, расположенное по <адрес>

2. Нежилое помещение №, торгово-гостиничный комплекс (помещения с по 3), общ. площадью <данные изъяты> м2, расположенное по <адрес>

3. Нежилое помещение №, площадью <данные изъяты> м2, расположенное по <адрес>

4. Нежилое помещение №, расположенное в здании торгово-гостиничного комплекса (помещение первого этажа с 1 по 3), площадью <данные изъяты> м2, расположенное по <адрес>

5. Нежилое помещение №, расположенное в здании торгово-гостиничного комплекса, площадью 69,0 м2, расположенное по <адрес>

6. Нежилое помещение №, расположенное в здании торгово-гостиничного комплекса (помещение 2-го этажа с 1 по 4 с террасой), площадью <данные изъяты> м2, расположенное по <адрес>

7. Квартира с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты> кв.м., расположенная по <адрес>

8. Земельный участок, площадью <данные изъяты> м2, расположенный по <адрес>;

9. Земельный участок, площадью <данные изъяты>,0 м2, расположенный по <адрес>;

10. Земельный участок №, площадью <данные изъяты> гектаров, расположенный по <адрес>

11. Земельный участок №, площадью <данные изъяты> гектаров, расположенный по <адрес>

12. 3/25 доли земельного участка №, площадью <данные изъяты> гектаров, расположенного по <адрес>

13. Автомобиль марки <данные изъяты>, 2014 г., регистрационный знак №;

14. Маломерное судно (моторная лодка) "<данные изъяты>", бортовой номер №.

15. Автомобиль марки <данные изъяты>, 2004 года выпуска, государственный номер №.

Судебным разбирательством также установлено, что указанное имущество являлось предметом спора по делу № по иску ФИО12 к ФИО6 о разделе супружеского имущества, что подтверждается вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Севастополя от 17.03.2017, на основании которого у третьего лица по данному делу – ФИО8 возникло право собственности на все вышеуказанное имущество, кроме автомобиля марки <данные изъяты>, 2004 года выпуска, государственный номер №, и квартиры, расположенной по <адрес>

При рассмотрении гражданского дела № судом установлено, что все перечисленное выше имущество приобреталось супругами ФИО6 и ФИО12 в период зарегистрированного брака и совместного проживания исключительно за счет денежных средств супругов.

При этом суд учитывает, что исковое заявление о взыскании долга в размере 100 000 000,00 рублей с ФИО6 в пользу ФИО9, было подано последним в Советский районный суд г. Краснодара 01 сентября 2017 года, т.е. только лишь после вступления в законную силу решения Ленинского районного суда г. Севастополя по делу № по иску ФИО12 к ФИО6 о разделе супружеского имущества. Согласно содержанию данного решения, а также апелляционной жалобы на решение, подписанной представителем ФИО6 – ФИО25, и апелляционного определения Севастопольского городского суда от 03.07.2017 года по делу №, при рассмотрении данного дела ФИО6, участвовавший в нем как непосредственно, так и через своего представителя, ни в первой, ни во второй инстанциях не заявлял о наличии у него долговых обязательств перед ФИО9 либо иными лицами, а также о приобретении данного имущества в рамках совместной деятельности с иными лицами.

Не указывал ФИО6 о наличии указанного решения, вступившего в законную силу, и при утверждении мирового соглашения по настоящему делу определением Советского районного суда г. Краснодара от 29.09.2017, предметом которого также являлось указанное имущество, что свидетельствует в свою очередь об умышленном неисполнении вступившего в законную силу решения суда, а также об умышленном воспрепятствовании его исполнению.

Судом усматривается в данном случае намерение сторон по делу установить в судебном порядке факт наличия между ними долговых обязательств с целью использования данного обстоятельства в качестве доказательства реальности существования договоров совместной деятельности, в рамках которых якобы приобреталось спорное имущество, что в свою очередь подтверждается также заявлением ФИО9 о принятии обеспечительных мер, поданным по данному делу, в котором истец указывает, что ему достоверно известно, что на денежные средства, переданные им ФИО6, последним было приобретено вышеуказанное имущество.

Кроме того, данное обстоятельство подтверждается пояснениями ФИО9, указанными в постановлении о прекращении уголовного дела и уголовного преследования, согласно которым ФИО9 указал, что данное имущество является результатом совместной деятельности Товарищей и принадлежит ФИО9, ФИО16 и ФИО6 на праве общей долевой собственности на основании договоров простого товарищества (совместной деятельности) от 21 мая 2009 года и 30 апреля 2014 года. Со слов ФИО9 имущество было приобретено ФИО6 на денежные средства, предоставленные ФИО9 в качестве займа и составляющие вклад ФИО6 в простое товарищество.

Выводы суда о недобросовестном поведении сторон по данному делу полностью согласовываются с позицией, изложенной Советским районным судом г. Краснодара в определении от 26 апреля 2018 года о направлении данного дела по подсудности, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в котором суд указал, что в намерении сторон осуществить переход права собственности на движимое и недвижимое имущество, расположенное в г. Севастополе, усматривается попытка истца и ответчика злоупотребить правом, во избежание исполнения решения Ленинского районного суда г. Севастополя.

Тот факт, что спорные правоотношения касаются имущества, принадлежащего ФИО8, подтверждается и апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от 26 марта 2018 года, которым ФИО8 было отказано в удовлетворении иска об исключении имущества из-под ареста, наложенного на основании определения Советского районного суда г. Краснодара от 01.09.2017 года по данному делу.

При этом, суд обращает внимание на то обстоятельство, что апелляционные жалобы по указанному выше делу № по иску ФИО8 к ФИО6 и ФИО9 об исключении имущества из-под ареста, были поданы как ФИО6, так и ФИО9, которые выражали свое несогласие со снятием ареста с вышеуказанного имущества и ссылались на целевой характер полученных ФИО6 от ФИО9 денежных средств в долг.

Также судом принимаются во внимание доводы представителя третьего лица о том, что в договоре займа от 01 декабря 2012 года указано, что данный договор заключен между ФИО9 и ФИО6, который согласно его паспортным данным зарегистрирован по <адрес>. Однако, в соответствии со свидетельством о праве собственности на недвижимое имущество, выпиской о государственной регистрации права в отношении квартиры <адрес> право собственности на данную квартиру возникло лишь 12.12.2012 года, а в соответствии со справкой о регистрации ФИО6 был зарегистрирован по данному адресу – 30 июля 2013 года.

Пояснения ответчика ФИО6, изложенные им в заявлении от 11.01.2019, подлинность подписи в котором удостоверена нотариусом города Севастополя ФИО19 (регистрационный №), относительно того, что в квартире на <адрес> они проживали совместно с бывшей супругой до регистрации права собственности, а потому ФИО6 указал данный адрес для переговоров и переписки, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку факт проживания в квартире не может являться доказательством присвоения адреса данному объекту недвижимости, а именно: <адрес>, а также доказательством регистрации по указанному адресу места жительства.

Представитель третьего лица в ходе судебного разбирательства пояснила, что ФИО8 и ФИО6 стало известно о присвоенном номере квартиры «№», которую они реконструировали из двух квартир, только лишь после получения документов о государственной регистрации права собственности на данный объект.

При этом ранее, представители сторон поясняли суду, что в договорах, соглашениях и расписках, представленных в данном деле, указываются именно паспортные данные сторон.

Кроме этого, оценивая представленные сторонами доказательства в их совокупности на предмет их относимости, допустимости и взаимной связи между собой, суд полагает необходимым дать соответствующую оценку следующим обстоятельствам. Истцом по делу не представлено в материалы дела надлежащих доказательств, подтверждающих наличие у него финансовой возможности предоставить ответчику по делу сумму займа в размере 100 000 000,00 руб. Копия нотариально заверенного заявления гражданки ФИО7 от 15 августа 2018 года, согласно которому ФИО7 сообщает, что в период с 2012 года по 2015 год она предоставила ФИО9 заем на общую сумму в размере 120 000 000,00 рублей, а также выписки из лицевого счета по вкладу с расходно-кассовыми ордерами на имя ФИО7, таковыми доказательствами не являются, поскольку, как уже указывалось выше, во-первых, договор займа на сумму превышающую в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда должен быть заключен в письменной форме, а во-вторых, существенно значимым обстоятельством в данном случае является не факт наличия у ФИО7 денежных средств, а факт передачи в определенный период времени данных денежных средств от ФИО7 ФИО9, что может быть подтверждено исключительно письменным доказательством (договором, распиской либо иным письменным документом).

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", а также правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 26.02.2013 N 12913/12, от 12.07.2011 N 18484/10, сделка, совершенная при наличии признаков злоупотребления правом, является ничтожной.

Поскольку договора займа от 01.12.2012 года и 20.04.2018 года, соглашение от 20.04.2018 о расторжении договора займа, не соответствуют требованиям ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, то данные сделки по мнению суда являются недействительными в силу их ничтожности. В связи с этим, основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

Представитель третьего лица в прениях ходатайствовала об отмене обеспечительных мер одновременно с вынесением решения по делу.

В соответствии с ч. 1 ст. 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

Ч. 3 ст. 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда.

Таким образом, суд считает заявление об отмене обеспечительных мер заявленным преждевременно.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд–

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО9 к ФИО6 о возврате суммы займа – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Севастопольский городской суд через Ленинский районный суд г. Севастополя в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено с учетом положений ч. 2 ст. 108 ГПК РФ 21.01.2019.

Председательствующий –