Апелляционное определение № 33-700/2026 от 23 марта 2026 г.

Судья Волкова О.А. № 33-700/2026

Дело № 2-1093/2026

УИД 67RS0003-01-2024-005361-61


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 марта 2026 г. г. Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего Родионова В.А.

судей Степченковой Е.А., Мельничук Е.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Морозовой А.В.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Смоленской области о взыскании денежной компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

с апелляционными жалобами Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Смоленской области и Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области на решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 25 июня 2025 г.,

заслушав доклад судьи Степченковой Е.А., объяснения представителя Минфина России ФИО2, представителя УМВД России по Смоленской области ФИО3, поддержавших доводы апелляционных жалоб, возражения представителя Генеральной прокуратуры Российской Федерации Москвичевой Е.В., истца ФИО1 и ее представителя ФИО4,

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Смоленской области (далее – Минфин России в лице УФК по Смоленской области) о взыскании денежной компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

Обосновывая требования иска, ФИО1 указала, что постановлением следователя Заднепровского МСО г. Смоленска СУ СК России по Смоленской области от 26 мая 2023 г. было возбуждено уголовное дело № 12302660013000053 в отношении истца, являвшейся учителем начальных классов МБОУ Верховская основная школа, по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «а» части 2 статьи 110 УК РФ по факту доведения до покушения на самоубийство малолетнего ФИО16 <дата> года рождения, путем систематического унижения человеческого достоинства.

ФИО1 2 июня 2023 г. была допрошена в качестве подозреваемой следователем Заднепровского МСО г. Смоленска СУ СК РОС по Смоленской области.

27 июня 2023 г. следователем Заднепровского МСО г. Смоленска СУ СК России по Смоленской области было вынесено постановление о назначении амбулаторной комплексной экспертизы психолого-психиатрической судебной экспертизы.

И. о. руководителя Заднепровского МСО г. Смоленска СУ СК России по Смоленской области 19 июля 2023 г. вынесено постановление о продлении срока предварительного следствия по уголовному делу на 1 месяц 00 суток, а всего до 3 месяцев 00 суток, то есть до 26 августа 2023 г.

Руководителем СУ СК РФ по Смоленской области 21 августа 2023 г. срок предварительного следствия по уголовному делу был продлен до 5 месяцев 00 суток, то есть до 26 октября 2023 г.

Следователем Заднепровского МСО г. Смоленска СУ РФ по Смоленской области 31 августа 2023 г. вынесено постановление о ходатайстве перед Смоленским районным судом Смоленской области о временном отстранении подозреваемой ФИО1 от занимаемой ей должности учителя начальных классов МБОУ ФИО5.

Постановлением Смоленского районного суда Смоленской области от 1 сентября 2023 г. подозреваемая ФИО1 была временно отстранена от занимаемой должности учителя начальных классов МБОУ ФИО5.

Заключением комиссии экспертов <данные изъяты> от 24 октября 2023 г. № 1298 установлено отсутствие сведений о суицидальных тенденциях (суицидальном поведении, суицидальных высказываниях) несовершеннолетнего ФИО17

После проведения указанной экспертизы действия ФИО1 были переквалифицированы на статью 156 УК РФ, материалы уголовного дела переданы в СО ОМВД России по Смоленскому району.

15 мая 2024 г. ФИО1 была допрошена в качестве подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного статьей 156 УК РФ по факту неисполнения обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Смоленскому району от 26 мая 2024 г. уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного статьей 156 УК РФ.

Аналогичное постановление следователем СО ОМВД России по Смоленскому району было вынесено 27 июля 2024 г.

В результате незаконного уголовного преследования ФИО1 были причинены нравственные страдания и моральный вред, поскольку инкриминируемых ей преступлений она не совершала. Истец осуществляет педагогическую деятельность с 1983 г., имеет большое количество грамот и благодарственных писем. Незаконное привлечение к уголовной ответственности привело к тому, что ФИО1, заслуженный педагог с 40 летним стажем, была вынуждена уволится с работы в МБОУ ФИО5, так как возбуждение уголовного дела по факту доведения до покушения на самоубийство малолетнего в отношении нее опорочило ее репутацию, а также честь и достоинство. От ФИО1 отвернулись коллеги и друзья, считая, что она будет привлечена к уголовной ответственности. В течение года ФИО1 находилась в состоянии постоянного нервного напряжения, испытывала сильный стресс.

По указанным основаниям, ссылаясь на положения статей 1070, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 133, 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), ФИО1 просила взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. (л. д. 5-11).

Истец ФИО1, ее представитель ФИО4 в судебном заседании поддержали исковые требования в полном объеме, сославшись на вышеприведенные основания.

Представитель ответчика, Минфина России в лице УФК по Смоленской области, ФИО2 иск ФИО1 не признала, поддержав ранее представленные суду письменные возражения. Полагала, что заявленный истцом размер денежной компенсации морального вреда в 1 000 000 руб. является чрезмерно завышенным и не отвечающим фактическим обстоятельствам дела.

Представитель третьего Генеральной прокуратуры Российской Федерации, ФИО6 полагал иск ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению путем снижения заявленного истцом размера компенсации морального вреда с учетом принципов разумности и справедливости.

Представитель третьего лица, УМВД России по Смоленской области, ФИО7 полагала иск ФИО1 не подлежащим удовлетворению, поддержав ранее представленные письменные возражения.

Представитель третьего лица, СУ СК России по Смоленской области, ФИО8 указала на необходимость снижения размера заявленной истцом к возмещению компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости.

Решением Промышленного районного суда г. Смоленска от 25 июня 2025 г. с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 руб. (л. д. 152-157).

Минфин России в лице УФК по Смоленской области подало апелляционную жалобу, в которой, ссылаясь на допущенные судом нарушения норм материального права, ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска ФИО1 к Минфину России в заявленном размере.

Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, сторона ответчика указывает, что определении размера компенсации морального вреда суд не в полной мере учел все фактические обстоятельства дела, в том числе то, что избранная в рамках осуществления уголовного преследования в отношении ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде не оказала какого-либо негативного влияния на свободу истца и не привела к отрыву ее от привычного образа жизни. По указанным основаниям Минфин России полагает, что сумма компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., определенная ко взысканию судом первой инстанции, не отвечает критерию разумности.

Кроме того, взыскивая в пользу истца денежную компенсацию морального вреда с Минфина России за счет средств казны Российской Федерации, суд не учел разъяснения, приведенные в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», согласно которым субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России (л. д 187-193).

УМВД России по Смоленской области также подана апелляционная жалоба, в которой поставлен вопрос об изменении решения Промышленного районного суда г. Смоленска от 25 июня 2025 г., путем снижения взысканного размера компенсации морального вреда до разумных пределов.

Согласно доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, определяя размер компенсации причиненного ФИО1 морального вреда, лишь формально перечислил ряд обстоятельств общего характера, которые учитываются при определении суммы компенсации, но не привел каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере нравственных страданий, перенесенных истцом в связи с незаконным уголовным преследованием.

Между тем, возбуждение уголовного дела не носило намеренно незаконного характера. Основанием для переквалификации действий ФИО1 с пункта «а» части 2 статьи 110 УК РФ на статью 156 УК РФ явилась проведенная в рамках уголовного дела экспертиза, установившая отсутствие суицидальных тенденций у малолетнего ФИО18

Впоследствии было также установлено, что ФИО1, являющаяся учителем начальных классов, не осознавала, что осуществляет ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, с жестоким обращением с несовершеннолетним. Ввиду отсутствия у нее прямого умысла уголовное дело было прекращено за отсутствием в ее действиях состава преступления.

В жалобе также отмечается, что мера процессуального принуждения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 не избиралась. Каких-либо документов, подтверждающих доводы в части нанесения ущерба репутации истца, чести и достоинству преподавателя, не представлено. Увольнение истца с занимаемой должности было обусловлено ее собственным желанием (л. д. 171-172).

Представитель Минфина России ФИО2, представитель УМВД России по Смоленской области ФИО3 в суде апелляционной инстанции поддержали доводы апелляционных жалоб, сославшись на вышеприведенные основания.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО4, представитель Генеральной прокуратуры Российской Федерации Москвичева Е.В. полагали решение суда законным и обоснованным, апелляционные жалобы – не подлежащими удовлетворению.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

По смыслу статей 52, 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц; права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсации причиненного ущерба.

Пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Реабилитация лиц, незаконно подвергнутых уголовному преследованию регламентирована нормами главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ), исходя из содержания которой, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).

На основании части 1 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на устранение последствий морального вреда. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктам 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части 1 статьи 27 УПК РФ; 4) осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 УПК РФ).

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также из материалов уголовного дела № 12302660013000053, ФИО1 в период с 15 августа 1983 г. по 25 октября 2023 г. работала учителем начальных классов МБОУ «Верховская основная школа» Смоленского района Смоленской области (л. д. 70-72).

19 апреля 2023 г. в СУ СК по Смоленской области обратилась ФИО19 с заявлением о принятии мер к учителю ФИО1, которая систематически, на протяжении двух лет, допускала оскорбительные выражения в адрес малолетнего сына ФИО20 – ученика второго класса ФИО21 также применяла к нему физическое насилие. В результате действий ФИО1 ребенок стал раздражительным, нервным, а, кроме того, стал периодически высказывать мысли о том, чтобы его отец (умерший) забрал к себе (уголовное дело, том № 1: л. д. 52).

Постановлением следователя Заднепровского МСО г. Смоленска СУ СК России по Смоленской области от 26 мая 2023 г. в отношении учителя начальных классов МБОУ «Верховская основная общеобразовательная школа» ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом «а» части 2 статьи 110 УК РФ по факту доведения до покушения на самоубийство малолетнего ФИО22 <дата> года рождения, путем систематического унижения человеческого достоинства (уголовное дело № 12302660013000053, л. д. 1-2).

2 июня 2023 г. ФИО1 допрошена в качестве подозреваемого (уголовное дело № 12302660013000053, л. д. 127-131).

Постановлением Смоленского районного суда Смоленской области от 1 сентября 2023 г. ФИО1 временно отстранена от занимаемой должности учителя начальных классов МБОУ «Верховская основная школа», с назначением выплаты ежемесячного государственного пособия в размере прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (уголовное дело № 12302660013000053, том № 2: л. д. 136).

В соответствии с приказом директора МБОУ «Верховская основная школа» от 25 октября 2023 г. № 101 ФИО1, учитель начальных классов, уволена с занимаемой должности по собственному желанию 25 октября 2023 г. (уголовное дело № 12302660013000053,том № 2: л. д. 51).

Постановлением ст. следователя Заднепровского МСО г. Смоленска СУ СК России по Смоленской области от 26 октября 2023 г. временное отстранение от должности подозреваемой ФИО1 отменено в связи с увольнением ФИО1 по собственному желанию (уголовное дело № 12302660013000053,том № 2: л. д. 141).

Постановлением ст. следователя Заднепровского МСО г. Смоленска СУ СК России по Смоленской области от 24 октября 2024 г. уголовное преследование в отношении подозреваемой ФИО1 по пункту «а» части 2 статьи 110 УК РФ, в части доведения несовершеннолетнего ФИО23 до покушения на самоубийство, путем систематического унижения человеческого достоинства, совершенное в отношении несовершеннолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии прекращено, продолжено уголовное преследование ФИО1 по части 1 статьи 156 УК (уголовное дело № 12302660013000053,том № 1: л. д. 36-39).

15 мая 2024 г. в отношении подозреваемой ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде (уголовное дело № 12302660013000053, том № 2: л. д. 166).

Также 15 мая 2024 г. ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой (уголовное дело № 12302660013000053, том № 2: л. д. 168-170).

На основании постановления следователя СО ОМВД России по Смоленскому району от 26 мая 2024 г. уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ – за отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного статьей 156 УК РФ (уголовное дело № 12302660013000053, том № 2: л. д. 171-185).

Постановлением заместителя прокурора Смоленского района Смоленской области от 31 мая 2024 г. постановление следователя от 26 мая 2024 г. о прекращении уголовного дела отменено, материалы уголовного дела направлены в СО ОМВД России по Смоленскому района для возобновления производства по делу, установления срока следствия, а также организации надлежащего дополнительного расследования (уголовное дело № 12302660013000053, том № 2: л. д. 189).

Постановлением начальника СО ОМВД России по Смоленскому району от 28 июня 2024 г. предварительное следствие возобновлено (уголовное дело № 12302660013000053, том № 2: л. д. 190).

В соответствии с постановлением следователя СО ОМВД России по Смоленскому району от 28 июля 2024 г. уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 УПК РФ – за отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного статьей 156 УК РФ (уголовное дело № 12302660013000053, том № 2: л. д. 204-220).

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указала, что в результате незаконного уголовного преследования ей были причине моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях по поводу возбуждения в отношении нее уголовного дела с указанием на совершение ею действий, которые она не совершала - связанных с доведением до покушения на самоубийство малолетнего ФИО24 а также и по поводу нахождения в статусе подозреваемой в отношении преступления, которого она не совершала. Осуществляя педагогическую деятельность с 1983 г., имея большое количество грамот и благодарственных писем, ФИО1 была вынуждена уволиться с должности учителя начальных классов, так как возбуждение уголовного дела опорочило ее репутацию, а также честь и достоинство преподавателя. От истца отвернулись коллеги и друзья, которые предполагали, что она будет привлечена к уголовной ответственности и понесет наказание. На фоне переживаний, обусловленных нервным напряжением на протяжении года, у ФИО1 развилась депрессия, ее постоянно сопровождает бессонница, что влечет необходимость приема успокоительных препаратов.

Разрешая настоящий спор, и частично удовлетворяя требование ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 151, 1070, 1100, 1101 ГК РФ, пришел к выводу о том, что прекращение уголовного преследования в отношении истца ввиду отсутствия в ее действиях состава преступления, является основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании денежной компенсации морального вреда вследствие незаконного уголовного преследования.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд на основании вышеприведенных законоположений, разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике примене6ния судами норм о компенсации морального вреда», в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», установив период уголовного преследования истца, данные о ее личности (возраст № лет, длительный стаж работы в должности учителя начальных классов, наличие грамот и благодарностей), избрание в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде, количество следственных действий, проведенных с участием ФИО1, отнесение преступления, в котором она подозревалась, к категории особо тяжких преступлений, временное отстранение истца по ходатайству следователя от занимаемой должности учителя начальных классов, пришел к выводу о взыскании с Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., отказав в удовлетворении остальной части иска.

Оценивая доводы апелляционных жалоб Минфина России и УМВД России по Смоленской области, судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В пункте 30 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 указано, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесённые им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учётом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учётом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

По смыслу приведенного выше правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Анализ доказательственной базы по делу объективно и достоверно свидетельствует о том, что на момент привлечения к уголовной ответственности ФИО1, <дата> года рождения, достигла № возраста, занимая к указанному времени должность учителя начальных классов МБОУ ФИО5 на протяжении 40 лет. В период осуществления трудовой деятельности в должности учителя ФИО1 неоднократно награждалась почетными грамотами и благодарностями за многолетний и добросовестный труд, удовлетворительно характеризовалась по месту работы.

Период уголовного преследования в отношении истца составил 1 год 2 месяца (дата возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1 – 26 мая 2023 г., дата прекращения уголовного дела за отсутствием состава преступления - 28 июля 2024 г.). В период уголовного преследования к истцу была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде. Кроме того, на основании ходатайства следователя судом было вынесено постановление от 1 сентября 2023 г. о применении в отношении истца меры процессуального принуждения в виде временного отстранения от занимаемой должности.

Последующее увольнение ФИО1 с занимаемой должности по собственному желанию 25 октября 2023 г., исходя из кратковременного периода между датой возбуждения уголовного дела, отстранением от занимаемой должности, освещением в средствах массовой информации сведений о том, что «…<данные изъяты>» (уголовное дело № 12302660013000053, том № 1: л. д. 182), с очевидностью свидетельствует об испытываемых истцом нравственных страданиях, обусловленных незаконным привлечением ее к уголовной ответственности, повлекших принятие вынужденного решения о прекращении трудовой деятельности.

Учитывая изложенное, а также, принимая во внимание категорию преступления, совершение которого вменялось ФИО1 (особо тяжкое преступление), количество процессуальных действий, проведенных с участием ФИО1 в качестве подозреваемой, избрание в отношении нее меры пресечения и меры процессуального принуждения, оснований не согласиться с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда в 100 000 руб., подлежащей взысканию в пользу ФИО1, у судебной коллегии не имеется.

Одновременно, судебная коллегия принимает во внимание положения пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», в котором разъяснено, что субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ). При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Вследствие изложенного, решение суда первой инстанции подлежит изменению, путем указания на взыскание с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

Руководствуясь статьями 328, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 25 июня 2025 г. изменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

«Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей».

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы Министерства финансов Российской Федерации и Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Смоленской области – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 7 апреля 2026 г.