Решение № 2-129/2020 2-129/2020(2-4877/2019;)~М-4546/2019 2-4877/2019 М-4546/2019 от 27 января 2020 г. по делу № 2-129/2020

Гражданское дело № 2-129/2020

Мотивированное
решение составлено 28.01.2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 20.01.2020 года

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи – А.Г. Кирюхина,

при помощнике ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 предъявила иск к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения 41313 руб., компенсации морального вреда в сумме 100000 руб..

В обоснование иска указала следующее. 11.12.2014 между дарителем ФИО3 и одаряемой ФИО2 заключен договор дарения квартиры по адресу ***; переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке. Решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 14.03.2019 иск ФИО3 к ФИО2 о расторжении договора дарения от 11.12.2014, аннулировании записи о государственной регистрации оставлен без удовлетворения. Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 11.06.2019 (№ 33-9766/2019) решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 14.03.2019 отменено. Принято новое решение о регистрации отказа ФИО2 от дара, исключении записи ЕГРН о праве собственности ФИО2 и восстановлении записи о праве собственности ФИО3.

В период, когда запись о правах ФИО2 на квартиру имелась в реестре, истец произвела оплату содержания жилья и коммунальных услуг за квартиру за период с февраля 2018 по май 2019 в сумме 41313 руб.. Судом фактически восстановлены права ФИО3, которая и после заключения договора дарения продолжала единолично проживать в квартире. Дар в пользу ФИО2 не перешел до отказа от дара. На стороне ФИО3 возникло неосновательное обогащение в виде платежей за содержание квартиры и коммунальных услуг. За период с января 2015 по январь 2018 ответчик добровольно выплатила компенсацию в сумме 80000 руб.. Истец просит взыскать 41313 руб. с ответчика. Кроме того, истцу причинен моральный вред. Вред причинен в связи с многочисленными на протяжении нескольких лет претензиями ответчика в отношении спорной квартиры, которые в том числе разрешались в судебном порядке. Эти споры отразились на самочувствии истца. Ответчица постоянно: оскорбляла истца нецензурной бранью; пинала входную дверь в квартиру истца; распространяли среди соседей порочащие слухи. Причиненный моральный вред истец оценивает в 100000 руб..

В судебном заседании ФИО2 не присутствовала, о месте и времени судебного разбирательства извещена.

Представитель истца ФИО4 на удовлетворении иска настаивает. Считает, что ответчик без законных оснований пользовалось оплатой содержания жилья и коммунальных услуг в квартире.

ФИО3 возражает против удовлетворения иска. Приобщила ранее (л.д. 40 – 43) и в судебном заседании возражения на иск. Ссылается на ее обман со стороны истца при заключении договора дарения квартиры от 11.12.2014. Считает, что истцом не представлено относимых и допустимых доказательств в подтверждение возникновения неосновательного обогащения. Считает, что ФИО2 как собственник квартиры в силу ст. 209 Гражданского Кодекса Российской Федерации была обязана содержать свою собственность. Также обращает внимание на то, что в соглашении о расторжении договора от 03.03.2018 содержится условие, что стороны после подписания Настоящего соглашения не имеют более друг к другу каких-либо материальных претензий. Относительно компенсации морального указывает на то, что оснований для компенсации морального вреда, связанного с нарушением имущественных прав в рассматриваемом случае нет. Также указывает, что инициатором и виновным лицом, как в заключении, так и в расторжении договора дарения является сама истец. Поэтому ответчиком не совершены действия, которыми причинен моральный вред.

Судом установлено следующее.

Из материалов гражданского дела № 2-1059/2019 следует, что 11.12.2014 между дарителем ФИО3 и одаряемой ФИО2 заключен договор дарения квартиры по адресу ***; переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке (л.д. 6, 7). 03.03.2018 ФИО2 и ФИО3 расторгли договор дарения от 11.12.2014 (л.д. 8). По условиям соглашения о расторжении договора: ФИО3 зарегистрирована и проживает в квартире и сохраняет право пользования квартирой. После подписания соглашения стороны более не имеют друг к другу материальных претензий. Одновременно 04.03.2018 составлена расписка о получении ФИО2 от ФИО3 80000 руб. (л.д. 9).

Решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 14.03.2019 иск ФИО3 к ФИО2 о расторжении договора дарения от 11.12.2014, аннулировании записи о государственной регистрации оставлен без удовлетворения (л.д. 10). Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 11.06.2019 (№ 33-9766/2019) решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 14.03.2019 отменено. Принято новое решение о регистрации отказа ФИО2 от дара, исключении записи ЕГРН о праве собственности ФИО2 и восстановлении записи о праве собственности ФИО3.

Решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 08.07.2019 отказано ФИО3 в удовлетворении иска к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 80000 руб. по расписке от 04.03.2018 (л.д. 14). Суд пришел к выводу о том, что указанная сумма является компенсацией ФИО2 расходов на содержание квартиры и коммунальных платежей, которые должна была нести ФИО3. Определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 10.10.2019 (дело № 33-16756/2019) решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 08.07.2019 оставлено без изменения.

Согласно п. 1 ст. 1102 Гражданского Кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 этого кодекса.

Из Определения Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 11.06.2019, что квартира по адресу *** в дар ФИО2 не передавалась, договор дарения не исполнялся. Поэтому из ЕГРП исключена запись о праве собственности ФИО2 на указанную квартиру и восстановлена прежняя запись (до договора дарения) о праве ФИО3 на квартиру.

Из решения Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 08.07.2019 и Определения Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 10.10.2019 следует, что оплату содержания жилья и плату за коммунальные ресурсы должна производить ФИО3, в том числе и за период с момента регистрации права собственности на квартиру за ФИО2 (с 30.12.2014). Сумма 80000 руб. учитывалась судами как компенсация за содержание жилья и коммунальные услуги за период с 30.12.2014 по 28.02.2018.

Являются несостоятельными доводы ответчика о том, что 80000 руб. является компенсацией за весь срок существования записи о праве ФИО2 в ЕГРП на спорную квартиру. Судами уже определен период, за который производится компенсация. В настоящем судебном заседании ФИО2 заявляет о компенсации расходов, которые она понесла после заключения соглашения о расторжении договора дарения от 04.03.2018 (л.д. 19 – 30). При этом оплата содержания жилья и коммунальных услуг, а также за капитальный ремонт за февраль 2018 оплачивалась значительно позднее 24.07.2018 и 09.10.2018 (л.д. 28, 29 оборот)

Также несостоятельны доводы ответчика о том, что соглашением от 04.03.2018 стороны устранили все взаимные претензии. Неосновательное обогащение, которое взыскивает истец, относится к периоду, который не охватывается соглашением, все платежи произведены через несколько месяцев после подписания соглашения о расторжении договора дарения.

Ссылка на то, что истец была собственником квартиры, не имеют правового значения с учетом выводов, изложенных в Определении судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 11.06.2019 (№ 33-9766/2019) о том, что дар в пользу истца не переходил, и фактически ФИО3 осталась собственником квартиры.

Имущественное положение ответчика не влияет на размер взыскания, но может повлиять на порядок и сроки исполнения решения суда.

При таких обстоятельствах суд считает обоснованными исковые требования о взыскании неосновательного обогащения. Квартира как дар к одаряемой не перешла, ФИО3 продолжала единолично пользоваться квартирой и потреблять коммунальные услуги, запись о праве собственности ответчика восстановлена, а истца удалена из ЕГРП. При таких обстоятельствах ФИО3 обязана оплачивать содержание жилья как собственник и коммунальные услуги как потребитель с 01.02.2018. Оплата за ответчика произведена истцом, который потребителем коммунальных услуг не был, право собственности к ответчику не перешла.

Суд считает необходимым удовлетворить иск и взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 41313 руб., поскольку указанная сумма поступила в счет оплаты за квартиру от истца, а ответчик не отрицает, что не производила оплату коммунальных услуг и содержания жилья.

Суд не находит оснований для удовлетворения иска в части компенсации морального вреда. Истцом не доказано наличие всех необходимых условий, при которых возможно возмещение морального вреда, истцом не доказано наличие физических или нравственных страданий, причинно-следственная связь, противоправность поведения ответчика.

В частности истец не представил доказательств противоправного поведения ответчика ФИО3. Ссылка истца на многочисленные обращения ответчика в суд для судебных разбирательств не свидетельствует о незаконности действий ответчика. ФИО3 вправе обращаться в суд по спорным вопросам. В случае, когда решение не было в пользу ФИО3, ФИО2 имела право на возмещение судебных издержек. Истец по настоящему иску не представил доказательства злоупотреблений ФИО3 при обращениях в суд, что является необходимым элементом привлечения ответчика к ответственности. Кроме того, истец фактически добровольно исполнила все требования ФИО3, возвратив дар.

Также не представлены доказательства совершения ответчиком следующих действий: оскорбляла истца нецензурной бранью; пинала входную дверь в квартиру истца; распространяли среди соседей порочащие слухи. Представитель истца на требование суда указать место, время и обстоятельства правонарушения, не могла уточнить обстоятельств совершения правонарушений. Постановления об отказе в возбуждении уголовных дел в отношении ФИО3 не содержат описания противоправных действий ответчика, а кроме того, не являются доказательствами, подтверждающими совершение противоправных действий.

Также не представлено доказательств причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и ухудшением самочувствия ФИО2, которая, с учетом ее возраста, может иметь заболевания не связанные с ответчиком.

Моральный вред, причиненный имуществу истца, не подлежит компенсации с учетом положений пункта 2 статьи 1099 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения иска о компенсации морального вреда нет, суд в иске в этой части отказывает.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с удовлетворением иска о взыскании неосновательного обогащения и отказом в иске в части морального вреда суд взыскивает с ответчика в пользу истца 1440 руб. в счет компенсации расходов на государственную пошлину.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении иска ФИО2 в компенсации морального вреда.

Удовлетворить иск ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2: сумму неосновательного обогащения в размере 41313 руб.; в счет возмещения расходов на государственную пошлину 1440 руб..

Решение может быть обжаловано в суд апелляционной инстанции (Свердловский областной суд) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга.

Судья А.Г. Кирюхин