Решение № 2-3027/2017 2-3027/2017~М-3851/2017 М-3851/2017 от 13 июля 2017 г. по делу № 2-3027/2017

К делу №2-3027/17


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Сочи 14 июля 2017 года

Судья Центрального районного суда гор. Сочи Краснодарского края Афонькина А.И.

при секретаре Росляковой К.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Центрального районного суда гор.Сочи гражданское дело по иску ФИО1 в лице его представителя по доверенности ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 в лице его представителя по доверенности ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда в размере 3 00 000 (три миллиона) руб.

Свои требования обосновывает тем, что по факту убийства ФИО1 06 июня 2016 года было возбуждено уголовное дело №, которое рассмотрено в Северо-Кавказском окружном военном суде.

28 апреля 2017 года Северокавказским окружным военным судом вынесено Постановление об освобождении от уголовной ответственности и о применении принудительных мер медицинского характера в отношении ФИО3. ФИО5 освобождена от уголовной ответственности за совершение запрещенного уголовным законом деяния, предусмотренного п. В ч. 2 ст. 105 УК РФ и ей назначено принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа. Гражданский иск потерпевшего ФИО1 о компенсации морального вреда на сумму 3 000 000 рулей оставлен без рассмотрения с сохранением за истцом права на предъявления и рассмотрения исковых требований в порядке гражданского судопроизводства. Указанное постановление вступило в законную силу с ДД.ММ.ГГГГ.

При рассмотрении дела было установлено, что 06.06.2016 примерно в 14 часу на автомобиле «Hundai i30» с государственным регистрационным знаком № рус, ФИО5 выехала вместе с ФИО1 из квартиры проживания ее родителей по адресу: <адрес>, взяв из нее кухонный нож.

В период с 14 до 17 часов ФИО6 проследовала на указанном автомобиле до Адлерского района г. Сочи, после чего доехала до съезда в п. Красная поляна Адлерского района г. Сочи по автомобильной дороге «Адлер» - «Альпика - Сервис», после чего развернулась и стала следовать по указанной автодороге в центральную часть Адлерского района г. Сочи.

Около 17 часов того же дня ФИО5, находясь на участке 4 км + 160 метров автомобильной дороги «Адлер» - «Альпика - Сервис», пересадила к себе на колени следующую с ней в автомобиле ФИО1, после чего выехала на полосу встречного движения, где допустила лобовое столкновение с автомобилем марки «Kia Bongo», государственный регистрационный знак «№ регион».

В результате указанного столкновения автомобиль под управлением ФИО5 был вынесен на обочину указанной автодороги. Сразу после этого ФИО5, имея возможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, руководить ими, то есть являясь вменяемым лицом, однако во время совершения указанного преступления в силу психического расстройства «смешанное расстройство личности», не могла в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, взяла заранее приобретенный ею нож, которым нанесла не менее 6 ударов в область тела ФИО1, причинив ей следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение груди и живота слева с повреждениями сердца, печени, желудка и селезенки: кожная рана на передней поверхности грудной клетки слева, проникающие колото- резаные ранения груди: кожные раны на левой переднебоковой поверхности грудной клетки, проникающее колото-резаное ранение живота слева с повреждением селезенки: кожная рана на передней поверхности живота в области левого подреберья, проникающее колото-резаное ранение груди слева с повреждением левого легкого: кожная рана на левой переднебоковой поверхности грудной клетки, непроникающая колото-резаная рана на левой боковой поверхности грудной клетки, от которых последняя скончалась при оказании ей медицинской помощи.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законами и иными правовыми актами, а также из действий

граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из: 1) договоров и иных сделок, предусмотренных законом; 6) вследствие причинения вреда другому лицу; 9) вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий (ст.8 ГК РФ).

Ст. 12 ГК РФ к способам защиты гражданских прав, в том числе, относит возмещение убытков, компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского Кодекса РФ, вред, причиненный личности гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1094 Гражданского Кодекса РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Расходы на погребение включают, в частности, расходы на захоронение, установку ограды и памятника.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные не имущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.1101 п.2 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериального блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (права на пользование своим именем, право авторства, и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Достоверно установлено, что истец ФИО1 являлся отцом погибшей ФИО1

При определении размера компенсации морального вреда истцу суд учитывает, что в результате гибели дочери в результате убийства, истец претерпел глубокую психологическую травму, связанную с потерей близкого и самого дорогого человека - дочери, надежду, радость, планы. Он испытывал и испытывает глубокие нравственные страдания, переживает до настоящего времени, неизгладимой является боль утраты близкого человека. Для отца: потеря ребенка в любом возрасте является огромным горем. При этом суду необходимо учитывать характер нравственных страданий, причиненных ФИО1 то, что он получил нервное сильнейшее потрясение, возраста погибшей дочери ФИО1, в полной мере учитывая отрицательное воздействие смерти дочери на чувства близких, тяжести и последствия причинения нравственных страданий.

Гибелью дочери ФИО1 причинен неизмеримый моральный вред. Дочь ФИО1 была замечательным человеком. Нравственные страдания выразились в форме страданий и переживаний по поводу смерти дочери, ФИО1 испытывает горе, чувство утраты, беспомощности, одиночества.

Моральный вред, причиненный действиями ответчика, ФИО1 оценивает в сумме 3 000 000 рублей (три миллиона) руб.

На основании выше изложенного, просит взыскать с ответчика ФИО3 и законного представителя ФИО4 3 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Истец в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен надлежаще, направил суду письменное ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя ФИО2 С. С.В.

Представитель истца ФИО2 о месте и времени судебного разбирательства извещен надлежаще, о чем имеется расписка (л.д.42), ходатайство об отложении дела либо рассмотрении в его отсутствие суду не направил, в связи с чем суд признает неявку представителя без уважительных причин и в силу ч.3 ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Ответчица ФИО4 настаивала на рассмотрении дела по существу, исковые требования не признала, суду пояснила, что она никакого отношения к этому не имеет, это большая трагедия в их семье. ФИО3 является ее дочерью, она состояла в зарегистрированном браке с ФИО1, от брака они имели ребенка, дочь Анастасию, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Истец был намного старше дочери, он ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а она ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Он стал встречаться когда дочери, ответчице по делу, было 16 лет, они узнали об этом позже. После женитьбы ФИО1 устроил дочь (свою жену) к себе на работу.

Затем он стал плохо относиться к дочери, обижал ее, они, как родители, ничем не могли помочь, так как он военнослужащий, а они простые люди, он называл их мамой и папой, хотя он старше «папы» (ее мужа), т.е. отца дочери, ФИО1 и довел ее своим поведением до сумашествия. До этого он был жена, но первую жену он не мог так обижать, так как за нее мог заступиться ее Последние два года на нее оказывалось моральное давление с его стороны, постоянные скандалы, частое отсутствие дома по ночам, что привело к развитию сильнейшего психического расстройства и не пониманию ее действий.

Дочь с нею не проживала, истец проживал с семьей в отдельной квартире на <адрес>. О том, что у дочери появились психические отклонения, она не знала. Законным представителем дочери она была признана по уголовному делу, дочь дееспособности не лишалась, она ее опекуном не является.

В результате совершенных действий, дочь сама чудом осталась жива, она была травмирована, перенесла много операций.

После случившегося муж с нею сразу развелся и представил на суд свидетельство о расторжении брака.

Ответчица ФИО3 находится на лечении в ГБУЗ «Специализированная психиатрическая больница №2» МЗ КК <адрес>, исковые требования не признала, пояснила в письменных объяснениях, что она совершила противоправные действия в результате психического заболевания, причиной которого послужило поведение мужа по отношению к ней.

Представитель Управления социальной защиты населения Минэкономразвития в Краснодарском крае в Центральном внутригородской районе города-курорта Сочи просила дело рассмотреть в ее отсутствие.

06.07.2017 года от представителя истца поступило ходатайство об оставлении искового заявления без движения, поскольку ими не уплачена госпошлина и тем самым нарушен судебный порядок. Однако данное ходатайство не может быть удовлетворено, поскольку в соответствии с нормами ГПК РФ возбужденное гражданское дело подлежит рассмотрению и разрешению в установленном законом порядке и в случае, если оно принято к производству суда. На данной стадии оставление иска без движения является не допустимым. Более того, в соответствии со ст.333.36 п.4 Налогового кодекса РФ от уплаты госпошлины при подаче иска освобождаются истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Ссылка представителя истца на то обстоятельство, что ФИО3 освобождена от уголовной ответственности за совершение запрещенного уголовным законом деяния, то есть не преступления, а поэтому они обязаны были уплатить госпошлину, является неправильным толкованием закона. Рассмотрев материалы дела, выслушав пояснения ответчика ФИО4, исследовав представленные доказательства, в их совокупности, суд в удовлетворении исковых требований отказывает по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу пункта 1 статьи 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации дееспособный гражданин, причинивший вред в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий или руководить ими, не отвечает за причиненный им вред.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, ФИО1 состоял в зарегистрированном браке с ФИО3 От брака имели малолетнюю дочь А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о ее рождении (л.д.21). Как истец, так и ответчица ФИО3 зарегистрированы и проживали в <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 погибла. Причиной смерти малолетней явились колото-резанные ранения груди и живота с повреждением сердца, легкого, печени в результате контакта с острым предметом, что подтверждается медицинским свидетельством о смерти (л.д.22-23).

Следствием по делу было установлено, что ФИО3 около 17 часов ДД.ММ.ГГГГ, следуя вместе с малолетней дочерью ФИО1 на автомобиле «Hundai i30», государственный регистрационный знак №, по автомобильной дороге Адлер -«Альпика-Сервис», на участке 4 км Адлерского района г. Сочи, не осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий и не имея возможности руководить ими вследствие временного болезненного расстройства психической деятельности, пересадила к себе на колени дочь, после чего, увеличив скорость управляемого ею автомобиля до 145-150 км/ч, с целью лобового столкновения со встречным автомобилем, выехала на полосу встречного движения. После столкновения левыми боковыми частями со встречным автомобилем «Kia Bongo», регистрационный знак №, автомобиль под управлением ФИО6 переместился на левую обочину и остановился на расстоянии 180 м от места столкновения.

Затем ФИО6, не осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий и не руководя ими, достала из сумки нож хозяйственно-бытового назначения с клинком длиной 20 см и нанесла им 6 колото-резанных ранений в область тела малолетней дочери, причинив несовместимые с жизнью проникающие колото-резаные ранения груди и живота с множественными повреждениями внутренних органов, от которых потерпевшая скончалась.

После этого ФИО6 попыталась покончить жизнь самоубийством. Вступившим в законную силу Постановлением по уголовному делу об освобождении от уголовной ответственности и о применении принудительной меры медицинского характера в отношении ФИО3 от 28 апреля 2017 года установлено психическое состояние ФИО3 на момент совершения общественно опасного деяния.

Так, в соответствии с заключением комиссии экспертов №-в от ДД.ММ.ГГГГ, обследовавших ФИО6 в условиях стационара, она каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдала. Вместе с тем, у ФИО6, имеющей характерологические особенности в виде недостаточной личностной зрелости, истероидности, паранойяльности, мнительности, застревания на негативных переживаниях, эмоциональной неустойчивости, в период времени, относящийся к деянию, в совершении которого она уличается, развилось временное болезненное расстройство психической деятельности в форме депрессивного эпизода тяжелой степени с психотическими симптомами (F32.3 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные о наличии у ФИО6 ориентировочно с конца 2015 г. симптомов депрессивного состояния невротического уровня в виде пониженного настроения, эмоциональной лабильности, плаксивости, нарушений сна и аппетита, прогрессирующей раздражительности, чувства внутреннего беспокойства, сверхценных идей отношения, негативной оценки своей судьбы, развившихся на почве нарастающих психотравмирующих переживаний (конфликт с мужем).

На фоне прогрессирующих депрессивных переживаний у нее наблюдалась трансформация психического состояния с нарастанием в период времени, предшествующий содеянному, двигательной ажитации, аффективного напряжения, сопровождавшегося чувствами тревоги и страха, ощущением пустоты и отсутствия мыслей, субъективного восприятия безысходности существования, параноидными включениями, которые непосредственно к моменту содеянного достигли психотического уровня с явлениями острых деперсонализационно-дереализационных расстройств, помрачения сознания с утратой критического осмысления своих действий, с аффективно неконтролируемым разрядом агрессивных импульсивных действий в отношении своей дочери и аутоагрессивных по отношению к себе по типу расширенного самоубийства с утратой инстинкта самосохранения и последующим ощущением чуждости содеянного с частичной амнезией острого психотического характера своих действий. Поэтому в период времени, относящийся к инкриминируемому ей деянию, ФИО6 не могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В настоящее время у нее отсутствует полная дезактуализация болезненных расстройств, в том числе сохраняются отрывочные бредовые идеи отношения, не сформировано критическое отношение к содеянному и своему состоянию, в связи с чем, по своему психическому состоянию в настоящее время она не может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, не может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для дела, и давать о них показания, самостоятельно защищать свои интересы в уголовном судопроизводстве. Учитывая характер правонарушения, наличие аффективных нарушений, суицидальной настроенности, отрывочных бредовых идей отношения в сочетании с отсутствием критики к своему состоянию, связанных с возможностью причинения ею иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц ФИО6 нуждается в применении к ней принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа.

Вышеуказанное экспертное заключение суд признал научно обоснованным, аргументированным и соответствующим исследованным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, представленного в распоряжение экспертов.

Таким образом судом установлено, что ФИО6 при совершении деяния, запрещенного уголовным законом, страдала временным болезненным расстройством психической деятельности в форме депрессивного эпизода тяжелой степени с психотическими симптомами (F32.3 по МКБ-10), лишающим ее возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, то есть совершила запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости. В связи с этим на основании ст. 21 УК РФ ФИО6 подлежит освобождению от уголовной ответственности.

С учетом изложенного, поскольку психическое расстройство ФИО6 представляет опасность для нее самой и других лиц, а также ввиду наличия возможности причинения ею иного существенного вреда, соглашаясь с выводами экспертов, суд приходит к выводу о необходимости назначения ФИО6 на основании п. «а» ч. 1 ст. 97, п. «в» ч. 1 ст. 99 УК РФ принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа.

Выводы суда по уголовному делу в указанной части являются обязательными при рассмотрении настоящего дела.

Следовательно, ФИО3 как лицо, причинившее вред в таком состоянии, когда она не могла понимать значения своих действий или руководить ими, не может отвечать за причиненный ею вред, в связи с чем суд в удовлетворении исковых требований к ней о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 (трех миллионов руб.) отказывает.

При этом суд также учитывает, что причиной психического расстройства ФИО3, как установлено комиссией врачей-психиатров, ориентировочно с конца 2015 г. явилось появление симптомов депрессивного состояния невротического уровня в виде пониженного настроения, эмоциональной лабильности, плаксивости, нарушений сна и аппетита, прогрессирующей раздражительности, чувства внутреннего беспокойства, сверхценных идей отношения, негативной оценки своей судьбы, развившихся на почве нарастающих психотравмирующих переживаний (конфликт с мужем). При этом истец никаких действий для ее лечения не предпринимал, не запрещал ей пользоваться принадлежащим ему автомобилем, на котором и было совершено преступление и только после этого в октябре 2016 года расторгнул с ответчицей брак.

Истцом заявлены требования и о взыскании с ФИО4 морального вреда в сумме 3 000 000 руб., как с законного представителя по уголовному делу. Суд полагает, что заявленный иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что ФИО4 является матерью ФИО3, однако совместно с нею не проживала. Признана законным представителем по уголовному делу, но опекуном либо попечителем дочери в установленном законом порядке не является.

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу части 3 статьи 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.

Данная норма закона относительно необходимости возложения обязанности по возмещению вреда на других лиц не носит императивного характера. Анализ ее положения позволяет сделать вывод о том, что возложение подобной обязанности на лицо, не являющееся причинителем вреда, может быть произведено только при совокупности следующих условий: это лицо (супруг, родители, совершеннолетние дети) проживает совместно с причинителем вреда; это лицо знало о наличии у лица, причинившего вред в состоянии невменяемости, психического расстройства, но не проявило должного внимания к состоянию психического здоровья причинителя вреда и своевременно не поставило вопрос о признании его недееспособным; это лицо должно быть трудоспособным.

Между тем, истцом и его представителем не представлено в соответствии со ст.56 ГПК РФ таких доказательств.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 постоянно не проживала с матерью; мать не знала о ее психическом состоянии, поэтому не ставила вопрос о недееспособности дочери, дочь являлась военнослужащей - проходившей военную службу по контракту с ноября 2011 года в войсковой части 44727-К прапорщиком. Кроме того, в силу своего возраста ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) является нетрудоспособной.

Руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в лице его представителя по доверенности ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда в размере 3000000 руб. – отказать.

Мотивированное решение в соответствии со ст.199 ГПК РФ составлено 17 июля 2017 года.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.

Судья - А.И.Афонькина