Решение № 2-180/2025 2-180/2025~М-133/2025 М-133/2025 от 14 августа 2025 г. по делу № 2-180/2025

16RS0014-01-2025-000174-34

Дело № 2-180/2025

Категория дела № 2.212-г


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 августа 2025 г. ело Старое Дрожжаное

Дрожжановский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Яфизова Ф.Д.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мискиной Т.Н.,

с участием истца – и.о. прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан Д.П. Зиновьева,

истцов ФИО1, ФИО2,

представителя ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлению прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан в интересах ФИО20, ФИО21, ФИО22 к обществу с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

<адрес> Республики Татарстан в интересах ФИО24 ФИО25, ФИО26 обратился в суд с иском к ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» и просит:

Взыскать с ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» в пользу ФИО27, ФИО28, ФИО29 компенсацию морального вреда по <данные изъяты>.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО3, во время рабочего времени при поездке с работы домой на <данные изъяты>, под управлением ФИО8 принадлежащим ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» ДД.ММ.ГГГГ погибла в дорожно-транспортном происшествии. Причина смерти <данные изъяты>

Из акта Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в пути с работы на транспортном средстве работодателя заведующий складом ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» ФИО8 допустил нарушение правил дорожного движения выразившееся в управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ставящим под угрозу безопасность дорожного движения, нарушение дистанции до движущегося впереди транспортного средства, в нарушении требований пунктов 2.7, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

ФИО4, ФИО5 являются дочерями ФИО9, ФИО6 является супругом ФИО9, которые в результате <данные изъяты>.

Определением Дрожжановского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела по иску прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан в интересах ФИО4, ФИО6, ФИО5 к ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» о взыскании компенсации морального вреда объединены в одно производство.

Протокольным определением в качестве третьих лиц привлечены Государственная инспекция труда Республики Татарстан, Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Татарстан, ФИО8

В судебном заседании и.о. прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан Зиновьев Д.П., истцы ФИО1, ФИО2, ФИО10 исковые требования поддержали, в порядке ст.39 УПК РФ уменьшили размер исковых требований до <данные изъяты> на каждого.

Представитель ответчика по доверенности ФИО7 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, по основаниям, изложенным в возражении.

Третьи лица Государственная инспекция труда Республики Татарстан, Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Татарстан, ФИО8, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Заслушав стороны, заключение и.о. прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан Д.П. Зиновьева, полагавшего исковые требования, подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Из положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе, использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Абзацем вторым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 указанного кодекса).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Указанные нормы материального права и разъяснения по их применению определяют, что для наступления деликтной ответственности необходима совокупность следующих условий: наличие наступления вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между виновными действиями и наступлением вреда, вина причинителя вреда.

При этом по смыслу данных норм закона в их системном толковании с положениями статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по делам, возникающим из деликтных правоотношений, бремя доказывания наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями возлагается на истца. Бремя же доказывания отсутствия вины в совершенном деликте материальным законом возложено на ответчика.

Согласно статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и тому подобное) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Как следует из пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 данного Кодекса.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 той же статьи). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Существенным обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения спора о компенсации морального вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, является установление обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и вины лиц.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и вредом.

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «<данные изъяты> под управлением ФИО8, погрузчика фронтального марки «<данные изъяты>, под управлением ФИО13, автомобиля <данные изъяты>, под управлением ФИО14

ФИО8, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, двигаясь со стороны <адрес> в нарушение пунктов 2.7, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации – управлял транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ставящем под угрозу безопасность движения, превысил скорость обеспечивающую безопасность дорожного движения, нарушил дистанцию до движущегося впереди транспортного средства – погрузчика фронтального марки <данные изъяты> под управлением ФИО13, и <адрес> совершил с ним столкновение, в результате которого автомобиль <данные изъяты> вылетел на полосу для встречного движения и совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, под управлением ФИО11 двигавшегося по своей полосе.

ФИО3, во время рабочего времени при поездке с работы домой на автомобиле <данные изъяты>, под управлением ФИО8 принадлежащим ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» ДД.ММ.ГГГГ погибла в дорожно-транспортном происшествии. Причина смерти <данные изъяты>.

Из акта Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в пути с работы на транспортном средстве работодателя заведующий складом ООО «Дрожжаное Рассвет Агро» ФИО8 допустил нарушение правил дорожного движения, выразившееся в управлении транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, ставящим под угрозу безопасность дорожного движения, нарушение дистанции до движущегося впереди транспортного средства, в нарушении требований пунктов 2.7, 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Организация (работодатель), работниками которой является ФИО8 – ООО «Дрожжаное Рассвет Агро»

Суд пришел к выводу о том, что надлежащим ответчиком в данном случае будет являться ООО «Дрожжаное Рассвет Агро», поскольку ФИО8 на момент дорожно-транспортного происшествия являлся работником указанной организации.

Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из анализа пункта 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности лишь при доказанности того, что источник выбыл из его владения в результате противоправных действий других лиц.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности (абзац второй пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26 января 2010 года).

Кроме того, в соответствии с абзацем третьим пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» на лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41).

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда согласно действующему гражданскому законодательству (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

Согласно пункту 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Согласно пункту 27 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено ли причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого восстановления прав потерпевшего за перенесенные страдания.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истцов, которые лишились близкого человека, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

В соответствии с положениями статьи 151, пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Погибшая являлась матерью ФИО4, ФИО5, супругой ФИО6 которые испытывают и будут испытывать отрицательные эмоциональные переживания, возникшие и не проходящие после травмирующих их психику событий, связанных с обстоятельствами смерти близкого человека, чувством невосполнимой потери, состояние дискомфорта, душевных страданий и боли.

Суд принимает во внимание, что гибель матери супруги для Истцов сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи.

Истцы ФИО2, ФИО10, ФИО1 в результате смерти близкого родственника, безусловно, испытали тяжелые нравственные страдания, поскольку в результате дорожно-транспортного происшествия они лишились супруги, матери, родственные связи были утрачены.

Суд, определяя размер компенсации морального вреда, учитывает, что истцы поддерживали с погибшей крепкие семейные отношения, ФИО2 осталась без попечения матери, которая ей необходима в подростковом возрасте (на момент случившегося).

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Оценив характер и тяжесть перенесенных истцами в результате смерти ФИО9 нравственных страданий, суд считает, что подлежит взысканию с ответчика компенсацию морального вреда в пользу супруга ФИО1 и совершеннолетней дочери ФИО10 по <данные изъяты>, в пользу <данные изъяты>. (на момент случившегося) <данные изъяты>

Компенсация морального вреда в определенном судом размере согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей, от которой истцы были освобождены при обращении с иском в суд.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования прокурора Дрожжановского района Республики Татарстан в интересах ФИО4, ФИО6, ФИО5 к обществу с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» (ИНН <***>) в пользу ФИО4 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» (ИНН <***>) в пользу ФИО6 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Дрожжаное Рассвет Агро» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Дрожжановский районный суд Республики Татарстан.

Председательствующий: Ф.Д. Яфизов

Мотивированное решение суда изготовлено 25.08.2025