Решение № 2-1325/2024 2-1325/2024~М-1020/2024 М-1020/2024 от 15 октября 2024 г. по делу № 2-1325/2024

Дело № 2-1325/2024

УИД 42RS0001-01-2024-001747-91


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Анжеро-Судженский городской суд Кемеровской области в составе:

председательствующего Гурьяновой В.И.,

при секретаре Семеновой И.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Анжеро-Судженске Кемеровской области

15 октября 2024 года

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов, понесенных по уголовному делу частного обвинения, компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ФИО2 о взыскании расходов, понесенных по уголовному делу частного обвинения, компенсации морального вреда,

Свои уточненные требования мотивировала тем, что ФИО2 обратилась в порядке частного обвинения с заявлением о привлечении ее к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Ее высказывание - «Можно добавить, состояние квартиры такое, что опека вообще хотела забрать ребенка, там антисанитария, вот я бы честно сказать напишу в прокуратуру ходатайство, чтобы разрешили этот вопрос, уже поднимался вопрос опека, семья была на контроле, ребенок проживает в не удовлетворительных состояниях, он побирается, мать не работает, но это не имеет отношения к делу. Извините.».

Выше процитированное высказывание было произнесено в репликах судебного заседании <дата> в Анжеро-Судженском городском суде Кемеровской области по гражданскому делу №2-29/2024№ явилось основанием для привлечения ее к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в порядке частного обвинения.

Полагает, что фактические обстоятельства дела свидетельствуют о злоупотреблении правом на осуществление уголовного преследования в порядке частного обвинения, и не являются добросовестным заблуждением ФИО2, так как ФИО2 было известно, что квартира в период, который она озвучила в прениях, находилась в антисанитарном, неудовлетворительном состоянии, что в семью приходили органы опеки, а на ФИО2 были оформлены постановления о привлечении к административной ответственности, ФИО2 не работала.

Приговором мирового судьи 3-го судебного участка Анжеро-Судженского городского судебного района Кемеровской области она была оправдана в совершении преступления, предусмотренного ст. 128.1 ч. 1 УК РФ - за отсутствием в деяниях состава преступления. Приговор обжалован не был, вступил в законную силу 08.05.2024.

В связи с рассмотрением уголовного дела понесены расходы в сумме 69311,39 руб.:

- оплата услуг адвоката - 50000 руб., что подтверждено квитанцией серии АП № к соглашению № от <дата>;

- оплата юридических консультационных услуг - 10000 руб., что подтверждено квитанцией к соглашению №;

- потеря заработной платы, связанной с прибытием на судебные заседания – 7262,39 руб., что подтверждено справками о среднем дневном заработке от <дата>;

- затратами на бензин (проезд <адрес>) 2049 руб., что подтверждено кассовыми чеками.

В результате уголовного преследования, которое было возбуждено по заявлению частного обвинителя ФИО2, ей причинен моральный вред, нравственные и физические страдания, которые подлежат компенсации в порядке ст. 151, 1100 ГК РФ на основании ст. 133, 136 УПК РФ.

Причиненный моральный вред оценивает в 300000 рублей, данная сумма является адекватной компенсацией за причиненные ей нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу возбуждения в отношении нее уголовного дела и ведением уголовного преследования по заявлению частного обвинителя ФИО2 в период с <дата> по <дата>.

За данный период в рамках возбужденного уголовного дела состоялось три судебных заседаний, на которые она, являясь подсудимым, каждый раз была вынуждена являться.

Каждое судебное заседание для нее являлось стрессом. Постоянно переживала как перед судебным заседанием, так и после него. Не могла настроиться на работу, переживала, что если она будет осуждена по уголовному делу, то будет уволена с работы, в связи с чем была вынуждена предъявить копию искового заявления третьим лицам, которым стало известно об обстоятельствах ее личной жизни.

По месту работы все коллеги по работе знали о факте возбуждения уголовного дела. Ранее она никогда к уголовной ответственности не привлекалась.

Просит взыскать с ответчика ФИО2 в ее пользу судебные расходы в размере 69311,39 руб., компенсацию морального вреда в размере в размере 300000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 на заявленных уточненных требованиях настаивала, полностью поддержала доводы, изложенные в заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что обратилась с заявлением к мировому судье о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности с целью защиты своих прав и прав несовершеннолетнего сына, поскольку высказывания истца содержат порочащие сведения и не соответствуют действительности.

Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу:

Судом установлено, что ФИО2, <...> обратилась к мировому судье в порядке частного обвинения с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Высказывание, произнесенное в репликах судебного заседания <дата> в Анжеро-Судженском городском суде Кемеровской области по гражданскому делу № «Состояние квартиры такое, что опека хотела забрать ребенка, там антисанитария. Я напишу в прокуратуру ходатайство, чтобы разрешили этот вопрос. Уже поднимался данный вопрос, опека, семья была на контроле. Ребенок проживает в не удовлетворительном состоянии, он побирается, мать не работает», послужило основанием для обращения ФИО2 с заявлением о привлечении к уголовной ответственности истца.

<дата> мировым судьей судебного участка № Анжеро-Судженского городского судебного района Кемеровской области в отношении ФИО1 вынесен оправдательный приговор, который <дата> вступил в законную силу.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец сослалась на причинение ей имущественного и морального вреда в результате незаконного уголовного преследования по делу частного обвинения, возбужденному по заявлению ответчика.

В обоснование иска ФИО1 указала, что во время рассмотрения уголовного дела по частному обвинению ФИО2 ею понесены расходы на оплату юридической помощи, а также она была вынуждена участвовать в судебных заседаниях и выслушивать в свой адрес обвинения, что причинило ей нравственные страдания.

В связи с рассмотрением уголовного дела понесены расходы в сумме 69311,39 руб.:

- оплата услуг адвоката - 50000 руб., что подтверждено квитанцией серии АП № к соглашению 51-24 от <дата>;

- оплата юридических консультационных услуг - 10000 руб., что подтверждено квитанцией к соглашению №;

- потеря заработной платы, связанной с прибытием на судебные заседания – 7262,39руб., что подтверждено справками о среднем дневном заработке от <дата>;

- затратами на бензин (проезд <адрес>) 2049 руб., что подтверждено кассовыми чеками.

Причиненный моральный вред оценен в 300000 рублей.

В силу части 9 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу. При прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон процессуальные издержки взыскиваются с одной или обеих сторон.

При этом в статье 131 названного кодекса расходы лица, в отношении которого имело место обращение в порядке частного обвинения, на юридическую помощь и специалиста в качестве судебных издержек не указаны.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 2 июля 2013 г. N 1057-О "По жалобе гражданина ФИО7 на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации" подчеркнул, что отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве прямого указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием.

В названном определении указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со статьей 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются статьей 1064 названного кодекса.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. N 1059-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО3 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката), а также компенсации морального вреда. Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 28 мая 2009 г. N 643-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.

Статью 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 указанного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 1). Иными словами, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше определении от 2 июля 2013 г. N 1059-О, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3).

Из изложенного следует, что реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное привело бы к невозможности реализации права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков.

Таким образом, расходы заявителя на оплату услуг адвоката, в системе действующего правового регулирования, в том числе с учетом положений статьи 131 УПК Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя обвиняемого не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 "Возмещение убытков" ГК Российской Федерации. Эти расходы могут быть взысканы на основании и в порядке, которые предусмотрены статьей 1064 "Общие основания ответственности за причинение вреда" того же Кодекса.

Судом установлено, что утраченный заработок истца составил 311,09 руб. за <дата> по месту работы в <...> При этом суд полагает не подлежащими взысканию заявленные истцом суммы потерянной заработной платы за <дата>, <дата> в <...> а также за <дата>, <дата>, <дата> в <...> поскольку как следует из материалов дела, в указанные даты истец находилась в ежегодном основном оплачиваемом отпуске.

Также судом установлено, что истцом понесены транспортные расходы в связи с прибытием в судебные заседания по уголовному делу, которые составили 2049 руб. согласно кассовым чекам. Обоснованность суммы транспортных расходов подтверждается материалами дела, при этом суд учитывает расстояние от <адрес> до <адрес>, средний расход бензина автомобиля, право управления истца автомобилем.

С учетом приведенных норм закона и толкования по их применению, данного Конституционным Судом Российской Федерации, суд приходит к выводу, что расходы на оплату услуг адвоката, транспортные расходы, утраченный заработок, подлежат взысканию с учетом фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении частного обвинителя ФИО2, которая реализовала свое конституционное право на обращение в суд, имела намерение защитить свои интересы и интересы несовершеннолетнего сына, не преследовала цели необоснованного привлечения истца к уголовной ответственности. В то же время, взыскания судебных расходов за консультации, не носят самостоятельный юридический характер и не могут рассматриваться как самостоятельный этап правовой помощи.

Исходя из представленных доказательств, с учетом требований разумности и справедливости, а также материального положения ответчика, суд считает подлежащим взысканию в счет возмещения расходов, понесенных по уголовному делу частного обвинения 25 000,00 рублей.

Частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу причиненного ему необоснованным уголовным преследованием морального вреда.

При взыскании компенсации морального вреда, применяя статьи 151, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагающие возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда, суд учитывает фактические обстоятельств дела, добросовестное заблуждение ответчика, и исходит из требований разумной достаточности и справедливости, и определяет размер компенсации морального вреда 10 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов, понесенных по уголовному делу частного обвинения, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 <дата> года рождения, уроженки <адрес>, паспорт №,

в пользу ФИО1 <дата> года рождения, уроженки <адрес>,

расходы, понесенные по уголовному делу частного обвинения, в размере 25 000 рублей,

компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Анжеро-Судженский городской суд.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено: 21.10.2024.