Апелляционное определение № 33-3591/2025 33-3591/2026 33-3591/26 от 18 марта 2026 г.

Судья Амиров М.И. УИД 16RS0051-01-2024-015851-11

дело № 2-403/2025

№ 33-3591/2025

учет № 186


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе: председательствующего судьи Валишина Л.А., судей Камаловой Ю.Ф., Галимова Р.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ткач П.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Галимова Р.Ф. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Советского районного суда города Казани от 8 июля 2025 года, которым постановлено:

иск ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1 об исключении из наследственного имущества, признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером .... по адресу: <адрес>, заключенный 30 июля 2021 года между ФИО2 и ФИО3

Применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером .... по адресу: <адрес>.

Настоящее решение является основанием для аннулирования в ЕГРН записи о праве собственности ФИО3 на квартиру с кадастровым номером 16:50:060509:2374 по адресу: <адрес>, восстановления записи о праве собственности ФИО2 на квартиру с кадастровым номером .... по адресу: <адрес>.

Исключить квартиру с кадастровым номером .... по адресу: <адрес> из состава наследства, открывшегося после смерти ФИО3, умершего <дата>.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав объяснения представитель ответчика ФИО1 - ФИО6 и представителя истца ФИО2 - ФИО7, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратилась в суд с иском к наследственному имуществу ФИО3 об исключении имущества из состава наследства, признании сделки недействительной, признании права собственности.

В обоснование иска указано, что истец ранее являлась собственником квартиры с кадастровым номером .... по адресу: <адрес>. В последующем ей стало известно, что квартира с 8 августа 2021 года принадлежит другому лицу.

При жизни ФИО3 предложил сдавать истцу квартиру другим лицам, на что истец согласилась. ФИО3 возил истца по учреждениям, где ФИО2 подписывала какие-то документы. При этом все документы находились у ФИО3 Таким образом, истец полагает, что ФИО3, используя состояние здоровья истца, переоформил квартиру на себя. 9 января 2024 года ФИО3 умер, открыто наследственное дело.

С учетом уточнения исковых требований представитель ФИО2 просил: 1) исключить из наследственного имущества после смерти ФИО3, умершего 9 января 2024 года, квартиру с кадастровым номером .... по адресу: РТ, <адрес>; 2) признать недействительным передаточный акт от 30 июля 2021 года, составленный между ФИО2 и ФИО3; 3) признать недействительными условия пункта 4 договора купли-продажи от 30 июля 2021 года; 4) признать договор купли-продажи от 30 июля 2021 года по отчуждению указанной квартиры недействительной, применить последствия недействительности в виде односторонней реституции; 5) аннулировать в ЕГРН в запись о регистрации перехода права собственности на квартиру ФИО3; 6) восстановить право собственности ФИО2 на квартиру с кадастровым номером .... по адресу: <адрес>.

В ходе рассмотрения дела в качестве ответчиков были привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО1

В судебном заседании представитель ФИО2 – ФИО7 исковые требования поддержал.

Представитель ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО4, – ФИО8 в судебном заседании иск не признал, просил назначить по делу повторную судебную психолого-психиатрическую экспертизу, просил применить последствия пропуска истцом срока исковой давности.

Иные ответчики в судебное заседание не явились, извещены.

Третье лицо нотариус ФИО9 в судебное заседание не явился.

Третье лица Управление Росреестра по РТ, Филиал ППК Роскадастр по РТ в судебное заседание представителей не направили.

Судом постановлено решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, принять новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО1 - ФИО6 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда отменить.

В суде апелляционной инстанции представитель истца ФИО2 - ФИО7 доводы апелляционной жалобы не поддержал, возражал против ее удовлетворения и просил оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в суд не явились, представителей не направили.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

По смыслу требований статей 421, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации свобода граждан в заключении договора означает свободный выбор стороны договора, условий договора, свободу волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п.1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п.2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п.3).

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, ФИО10, <дата> года рождения, умерла <дата>.

ФИО11, <дата> года рождения, является сыном умершей ФИО10

Согласно свидетельству о смерти IV-КБ .... от 28 апреля 2020 года ФИО11 умер <дата>.

ФИО2 (истец) и ФИО11 состояли в зарегистрированном браке с <дата>, что подтверждается свидетельством о заключении брака II-КБ .....

При жизни ФИО10 на праве собственности принадлежало жилое помещение, общей площадью 45,8 кв.м, расположенное по адресу: <адрес>.

После смерти ФИО11 по заявлению ФИО2 нотариусом ФИО12 открыто наследственное дело .....

29 октября 2020 года ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на наследство, состоящее из: 1/2 доли в праве собственности на денежные вклады, хранящиеся в ПАО «Сбербанк Волго-Вятский банк Подразделение №8610/0055 на счетах №...., с причитающимися процентами и компенсациями.

Решением Советского районного суда города Казани от 3 декабря 2020 года в удовлетворении заявления ФИО2 об установлении факта принятия ФИО11, умершим <дата>, наследства после смерти ФИО10, умершей <дата>, отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан решение Советского районного суда города Казани от 3 декабря 2020 года отменено, по делу принято новое решение, которым установлен факт принятия ФИО11, умершим <дата>, наследства после смерти ФИО10, умершей <дата>.

В последующем ФИО2 стала собственником спорной квартиры с кадастровым номером ....

Из реестрового дела на квартиру следует, что <дата> между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи, на основании которого ФИО3 приобрел у ФИО2 квартиру с кадастровым номером .... по адресу: РТ, <адрес>.

Согласно пункту 3 договора цена квартиры составила 2 150 000 руб.

Пунктом 4 установлено, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

30 июля 2021 года между ФИО2 и ФИО3 подписан передаточный акт.

По сведениям ЕГРН квартира с кадастровым номером .... по адресу: <адрес> принадлежит ФИО3 с 6 августа 2021 года.

Реестровое дело на квартиру не содержит каких-либо документов о передаче покупателем продавцу денежных средств. Сам договор содержит условие о том, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

<дата> умер ФИО3 Наследниками, принявшими наследство, являются: отец ФИО3; мать ФИО5; сын ФИО4, <дата> года рождения; супруга ФИО1

О том, что квартира истцу не принадлежит, ей стало известно из налогового уведомления от 10 января 2024 года, поступившего 3 февраля 2024 года, о необходимости оплаты налога на прибыль от продажи квартиры в размере 159 901 руб. 12 коп.

Согласно ответу РКПБ на запрос суда первой инстанции, ФИО2 находится под диспансерным наблюдением врачей-психиатров с 1990 года с диагнозом: «Шизофрения, параноидная форма, непрерывный тип течения, выраженный эмоционально-волевой дефект».

Определением Советского районного суда города Казани от 14 октября 2024 года по делу назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО13 Министерства здравоохранения Республики Татарстан», перед экспертами поставлены вопросы:

1. имелось ли у ФИО2 какое-либо психическое, неврологическое, наркологическое или иное соматическое расстройство на момент заключения (подписания) договора купли-продажи квартиры, заключенного 30 июля 2021 года между ФИО2 и ФИО3, в силу которых она не могла понимать значение своих действий и руководить ими?

2. Могла ли ФИО2 понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения (подписания) договора купли-продажи квартиры от 30 июля 2021 года?

Заключением экспертов ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО13 Министерства здравоохранения Республики Татарстан» даны следующие ответы на вопросы:

- на момент заключения (подписания) договора купли-продажи 30 июля 2021 года между ФИО2 и ФИО3 у ФИО2 обнаруживались <данные изъяты> (ответ на вопрос 1).

- в связи с имеющимся <данные изъяты> ФИО2 в момент подписания договора купли-продажи квартиры от 30 июля 2021 года, не могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос 2).

Также установлено, что ранее ФИО2 обращалась в суд с иском к ФИО14 о признании договора купли-продажи квартиры и расписки недействительными.

Решением Авиастроительного районного суда города Казани от 16 сентября 2022 года по делу №2-234/2022, вступившим в законную силу, исковые требования удовлетворены, признан недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес> от 15 октября 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО14, признана недействительной расписка между ФИО2 и ФИО14, по условиям которой ФИО2 получила от ФИО14 денежные средства в размере 2 500 000 руб.

В ходе рассмотрения указанного гражданского дела была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Согласно заключению комиссии экспертов, при подписании договора купли-продажи у истца обнаруживались <данные изъяты> Установлено, что в момент подписания договора купли-продажи от 15 октября 2018 года ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Допрошенная в суде эксперт ФИО15 (врач судебно-психиатрический эксперт) пояснила, что исследование состояния ФИО2 проводилось опросом, беседой, исследовались материалы дела. Лечение ФИО2 получала стабильно. <данные изъяты>

Согласно показаниям свидетеля ФИО16 (тети истца), истец не отдавала отчет своим действиям при заключении договора и не понимала, что подписывает. При этом о наличии договора истец узнала только после смерти ФИО3 и получения налогового уведомления. Также пояснила, что ФИО3 сдавал квартиру истца в аренду, но при этом денег истцу не давал. Истец является доверчивым человеком. Для истца ФИО3 был человеком, который решал все организационные вопросы. При этом свидетель пояснила, что между истцом и ФИО3 были фактические брачные отношения. Также пояснила, что ФИО2 осуществляет уход за собой самостоятельно. К врачу истца возит дочь свидетеля.

Ответчиками в ходе рассмотрения дела заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Договор был заключен 30 июля 2021 года. С иском ФИО2 обратилась 15 июля 2024 года.

Истец, оспаривая договор купли-продажи, указывает, что о наличии договора купли-продажи и о том, что она не является собственником, ей стало известно из налогового уведомления 3 февраля 2024 года.

В ходе рассмотрения дела ответчикам было предложено представить сведения об источнике происхождения денежных средств у наследодателя на приобретение квартиры. Из пояснений ответчика ФИО3 (отца наследодателя) следует, что ФИО3 (наследодатель) познакомился с истцом в 2019 году, он помогал ФИО2 в процедуре вступления в наследство в виде квартиры по ул. Зорге. В 2021 году истец была намерена продать квартиру. Однако желающих приобрести квартиру не было, в связи с чем истец предложила ФИО3 (наследодателю) приобрести квартиру для сына. ФИО3 (наследодатель) обратился к ФИО3 (ответчику) с просьбой о помощи, в связи с чем родители одолжили ФИО3 (наследодателю) денежную сумму на приобретение квартиры в размере 1 400 000 руб. Указанные денежные средства были получены от продажи квартиры брата ответчика и хранились у ответчика в наличной форме дома.

В подтверждение данного довода ответчиком представлен договор купли-продажи квартиры от 28 ноября 2017 года, согласно которому ФИО17 приобрел у ответчика ФИО3 квартиру по адресу: <адрес> стоимостью 2 090 000 руб.

Свидетель ФИО18 в суде первой инстанции пояснила, что ею были частично предоставлены денежные средства в размере 350 000 руб. на приобретение квартиры сестренке ФИО1.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 166, 167, 177, 181, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, включая заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО13 Министерства здравоохранения Республики Татарстан», медицинскую документацию истца, показания свидетелей, материалы реестрового дела, а также вступившее в законную силу решение Авиастроительного районного суда города Казани от 16 сентября 2022 года по делу №2-234/2022, установив, что истец ФИО2 в момент заключения договора купли-продажи квартиры от 30 июля 2021 года находилась в таком состоянии, <данные изъяты> при котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими, а также учитывая, что ответчиками не представлено доказательств получения истцом денежных средств по сделке и пропуска срока исковой давности, о применении которого было заявлено стороной ответчика, пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований: признал недействительным договор купли-продажи квартиры, применил последствия недействительности сделки, прекратив право собственности наследодателя ФИО3 на спорную квартиру, исключил ее из состава наследственного имущества, открывшегося после его смерти, а также указал, что решение является основанием для аннулирования записи о праве собственности ФИО3 и восстановления записи о праве собственности ФИО2 на квартиру, при этом отказал в удовлетворении требований о признании недействительными передаточного акта и пункта 4 договора в отдельности в связи с признанием всей сделки недействительной.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они являются законными и обоснованными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Довод представителя подателя жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в назначении повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы, является несостоятельным. Как усматривается из материалов дела, судом была назначена и проведена судебная экспертиза в ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО13 Министерства здравоохранения Республики Татарстан». Заключение экспертов является полным, мотивированным, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимую квалификацию и значительный стаж работы. Оснований сомневаться в правильности и обоснованности данного заключения у суда первой инстанции не имелось. Предусмотренных частью 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для назначения повторной экспертизы судом обоснованно не установлено, ходатайство ответчика не содержало мотивированных возражений относительно выводов экспертов.

Доводы представителя ответчика о том, что одним из членов экспертной комиссии при производстве судебной экспертизы по данному делу являлась эксперт ФИО15, участвовавшая при проведении судебной экспертизы по делу № 2-234/2022 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры по адресу: РТ, <адрес> от 15 октября 2018 года, заключенного между ФИО2 и ФИО14, судебной коллегией отклоняются с учетом того, что экспертизы по данным делам проводились в составе комиссий, которые рассматривали психическое состояние ФИО2 в отличные периоды времени, участие в производстве судебных экспертиз в составе комиссии эксперта ФИО15 не свидетельствует о какой-либо предвзятости с ее стороны, либо наличия нарушений законодательства об экспертной деятельности.

С учетом данных обстоятельств судебная коллегия также не нашла оснований для удовлетворения ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы.

Ссылка на пропуск истцом срока исковой давности также подлежит отклонению. В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Из материалов дела следует, что о нарушении своего права истец узнала только 3 февраля 2024 года из налогового уведомления о необходимости уплаты налога на доход от продажи квартиры. Из искового заявления следует, что при жизни ФИО3 предложил сдавать истцу квартиру другим лицам, на что истец согласилась. ФИО3 возил истца по учреждениям, где ФИО2 подписывала какие-то документы. При этом все документы находились у ФИО3 Истец полагает, что ФИО3, используя состояние здоровья истца, переоформил квартиру на себя в указанный период. Доказательств того, что истец знала или должна была знать о заключении оспариваемого договора ранее указанной даты, ответчиками в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. Факт обращения истца с заявлением об отмене судебного приказа в январе 2023 года о взыскании недоимки по налогам сам по себе не свидетельствует о том, что истцу было известно о продаже именно спорной квартиры, так как из текста судебной приказа данной не следует. Исковое заявление подано 15 июля 2024 года, то есть в пределах годичного срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспоримых сделок.

Доводы апеллянта о несогласии с примененными судом последствиями недействительности сделки и исключением квартиры из состава наследственного имущества не могут быть приняты во внимание. Поскольку судом установлено, что в момент совершения сделки истец не могла понимать значение своих действий и руководить ими, договор купли-продажи обоснованно признан недействительным на основании статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом факт получения ФИО2 денежных средств по договору ответчиками не доказан, в связи с чем применение односторонней реституции и возврат квартиры истцу соответствует положениям пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Соответственно, квартира правомерно исключена из состава наследственного имущества ФИО3, поскольку не принадлежала наследодателю на законных основаниях.

Доводы представителя ответчика о том, что исковое заявление от имени ФИО2 было подписано ее представителем по доверенности от 25 июня 2024 года, выданной в период, когда он не могла понимать значения своих действий и отдавать им отчет, что следует из заключений судебно-психиатрических экспертов, и является нарушением положений части 4 статьи 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2).

Статья 16 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (утв. ВС РФ 11 февраля 1993 года № 4462-1) предусматривает обязанность нотариуса оказывать физическим и юридическим лицам содействие в осуществлении их прав и защите законных интересов, разъяснять им права и обязанности, предупреждать о последствиях совершаемых нотариальных действий, с тем чтобы юридическая неосведомленность не могла быть использована им во вред.

В соответствии со статьей 59 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус удостоверяет доверенности от имени одного или нескольких лиц, на имя одного или нескольких лиц.

Согласно статье 43 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, при удостоверении сделок нотариусом осуществляется проверка дееспособности граждан и правоспособности юридических лиц, обратившихся за совершением нотариального действия.

Из материалов дела следует, что исковое заявление по данному делу в интересах ФИО2 подписано ФИО19, действующей на основании доверенности, выданной <дата> нотариусом ФИО20 (т.1 л.д.17).

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

В силу статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно статье 185 Гражданского кодекса Российской Федерации, доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу для представительства перед третьими лицами. Письменное уполномочие на совершение сделки представителем может быть представлено представляемым непосредственно соответствующему третьему лицу. Доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии со статьей 188 Гражданского кодекса Российской Федерации действия доверенности прекращается вследствие отмены лицом, выдавшим ее, или одним из лиц, выдавших доверенность совместно, при этом отмена доверенности совершается в той же форме, в которой была выдана доверенность, либо в нотариальной форме. Лицо, которому выдана доверенность, во всякое время может отказаться от полномочий, а лицо, выдавшее доверенность, может отменить доверенность или передоверие, за исключением случая, предусмотренного статьей 188.1 настоящего Кодекса. Соглашение об отказе от этих прав ничтожно.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Учитывая положения статей 16, 43 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, судебная коллегия исходит из того, что в обязанности нотариуса не входит процедура проверки с медицинской точки зрения психического состояния лица, оформляющего доверенность в установленном законодательством о нотариате порядке, поскольку специальными знаниями в области медицины, психиатрии нотариус не обладает, и установление диагноза выходит за пределы его обязанностей и полномочий.

По смыслу статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенность представляет собой одностороннюю сделку, из которой возникает право поверенного выступать от имени доверителя.

Судебная коллегия исходит из того, что ответчиком вышеуказанная доверенность не оспорена, законодателем не возлагается на суд обязанность разрешать вопросы о недействительности доверенности без заявления о том заинтересованных лиц. Также суду не представлено доказательств нарушения каких-либо прав ответчика выдачей доверенности.

Иные доводы апеллянта не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судебной коллегией несостоятельными.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оснований для отмены или изменения решения суда, постановленного в соответствии с фактическими обстоятельствами дела и требованиями закона, не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда города Казани от 8 июля 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 20 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи