Апелляционное определение № 33-936/2026 от 20 мая 2026 г.Забайкальский краевой суд (Забайкальский край) - Гражданское Председательствующий по делусудья ФИО1 Дело №33-936/2026(в суде первой инстанции №2-4744/2025)УИД 75RS0001-02-2025-005193-49 Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе: председательствующего судьи Радюк С.Ю., судей краевого суда Казакевич Ю.А., Епифанцевой С.Ю. при секретаре Балагуровой А.Г. рассмотрела в открытом судебном заседании в г.Чите 21 мая 2026 г. гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Заслушав доклад судьи Радюк С.Ю., судебная коллегия УСТАНОВИЛА: ФИО2 28 июля 2025 г. обратился с вышеназванным иском, мотивируя его тем, что приговором Черновского районного суда г.Читы от 4 июня 1997 г. ему ошибочно было назначено отбывание наказания в колонии строгого режима. Только спустя четыре года ему заменили строгий режим отбывания наказания на общий. Его жизнь была сломана, так как четыре года он провел в колонии с рецидивистами и криминальными авторитетами. Все жизненные невзгоды истца в последующем произошли от данной судебной ошибки. Просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 50.000.000 руб. (л.д.6). Определением суда от 12 сентября 2025 г. к участию в деле в качестве ответчика привлечена Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации (л.д.2). Решением Центрального районного суда г.Читы от 4 декабря 2025 г. исковые требования удовлетворены частично. Постановлено взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в размере 50.000 руб. (л.д.91-94). Гражданское дело поступило в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой истца ФИО2 (л.д.98). Определением судебной коллегии по гражданским делам Забайкальского краевого суда, занесенным в протокол судебного заседания от 11 марта 2026 г., постановлено перейти к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. К участию в деле в качестве третьего лица привлечена прокуратура Забайкальского края (л.д. 122-123). Изучив материалы дела, обсудив доводы иска, которые поддержал истец ФИО2, частично признали представитель ответчика ФИО3 и представитель третьего лица ФИО4, судебная коллегия приходит к следующему. Из материалов дела следует, что приговором Черновского районного суда г.Читы от 4 июня 1997 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по уголовным делам Читинского областного суда от 18 августа 1997 г., ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации. По совокупности приговоров ему назначено наказание в виде <данные изъяты> лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима, с конфискацией имущества (л.д.7-19). Постановлением президиума Читинского областного суда от 8 февраля 2001 г. вышеуказанный приговор и определение изменены. ФИО2 постановлено отбывать наказание в исправительной колонии общего режима в связи с совершением преступления, за которое он осужден, в несовершеннолетнем возрасте, в связи с чем ему не мог быть назначен вид исправительного учреждения – строгий (л.д.20). Ссылаясь на причинение морального вреда в результате неправильного определения режима отбывания наказания, ФИО2 обратился с вышеназванным иском в суд. Разрешая спор, судебная коллегия исходит из следующего. В силу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. В соответствии со статьей 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1). Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (пункт 2). В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина, что следует из статьи 1071 ГК РФ. Согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.). Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, действующее законодательство в системном единстве его предписаний не исключает принятия судом в порядке гражданского судопроизводства решения о компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и в соответствии с принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина. Установленный законодателем механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации (определения от 18 января 2011 г. №47-О-О, от 28 февраля 2019 г. №552-О, постановление от 15 марта 2023 г. №8-П, определение от 26 сентября 2024 г. №2147-О). Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) должностных лиц государственных органов при исполнении ими служебных обязанностей его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет соответствующей казны (казны Российской Федерации или казны субъекта Российской Федерации). Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, причиненного незаконными действиями или бездействием государственного органа или его должностного лица, по правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью действий причинителя вреда, вина причинителя вреда. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда, в том числе за вред, причиненный гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (пункт 1 статьи 1070, статья 1100 ГК РФ). Компенсация морального вреда осуществляется в таких случаях независимо от вины причинителя вреда. Незаконность осуждения, незаконность привлечения к уголовной ответственности, незаконность применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконность наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ должна быть подтверждена принятыми в установленном законом порядке соответствующими постановлениями (определениями) о полной реабилитации гражданина (например, оправдательный приговор, постановление следователя о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям). Вместе с тем, при отсутствии таких постановлений не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла). Признание судом в рамках гражданского судопроизводства доказанным факта причинения гражданину морального вреда в связи с его незаконным уголовным преследованием, незаконным применением к нему мер процессуального принуждения влечет за собой обязанность суда при определении размера денежной компенсации морального вреда исходить из установленных обстоятельств конкретного дела и учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33). Из изложенного следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Такой вред может быть причинен, в том числе и при неправильном определении судом вида исправительного учреждения, в котором осужденному назначается к отбыванию наказание в виде лишения свободы. Так, вышеназванным постановлением президиума Читинского областного суда от 8 февраля 2001 г. установлено, что при определении вида исправительного учреждения нижестоящими судами не было учтено, что ФИО2 совершил преступления в несовершеннолетнем возрасте, поэтому ему не могло быть назначено лишение свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, это ухудшило положение осужденного. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что нарушение личных неимущественных прав истца нашло свое подтверждение, это выразилось в назначении ФИО2 более строго вида исправительного учреждения. В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета (государственного внебюджетного фонда Российской Федерации), бюджета субъекта Российской Федерации (территориального государственного внебюджетного фонда), бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту. В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. №13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ). Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ). Неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определяет в судебном акте ответчиком Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде. При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации. Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Министерство финансов России, поскольку эта обязанность гражданским и бюджетным законодательством или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ). При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов России за счет казны Российской Федерации. Таким образом, поскольку в результате неправильного определения судом вида исправительного учреждения истцу причинен моральный вред, надлежащим ответчиком по исковым требованиям будет Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия исходит из следующего. Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33). Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Пунктом 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 предусмотрено, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий. Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. В судебном акте должны быть приведены достаточные и убедительные мотивы, обосновывающие сумму компенсации морального вреда, присуждаемой исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных потерпевшим физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. Оценка судом таких обстоятельств не может быть формальной. Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. Требуя взыскать компенсацию морального вреда в размере 50.000.000 руб. истец сослался на то, что первые четыре года после постановления приговора он провел с рецидивистами и криминальными авторитетами, что отрицательно сказалось на его формирование как личности, ему были привиты криминальные навыки общения. При дальнейшем отбывании наказания против него работала вся правоохранительная система, он был характеризован негативно, в том числе и в последующем администрацией учреждений при отбытии наказаний в виде лишения свободы. Существенно пострадало его здоровье, в связи с чем он, в том числе, в период незаконного отбывания наказания в учреждении строго режима, обращался за медицинской помощью. Проверяя приведенные истцом доводы, судебная коллегия учитывает, что по сведениям УФСИН России по Забайкальскому краю ФИО2 был взят под стражу 29 октября 1996 г. (<данные изъяты> лет). После вступления приговора в законную силу 18 августа 1997 г. (<данные изъяты> лет) отбывал наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Забайкальскому краю. После изменения приговора 8 февраля 2001 г. с 4 апреля 2001 г. убыл отбывать наказание в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Забайкальскому краю. 18 марта 2004 г. освобожден в связи с условно-досрочным освобождением на неотбытый срок 1 год 11 месяцев 10 дней (л.д.73). Медицинская документация осужденных до 2014 года приобщалась к их личным делам и хранилась в исправительных учреждениях (л.д.167), личное дело ФИО2 по месту отбывания им наказания в ИК-3, ИК-5 уничтожено за истечением сроков хранения (л.д.161, 162), поэтому проверить информацию о негативной характеристике ФИО2 и обращении его за медицинской помощью не представилось возможным. При изложенных обстоятельствах доводы истца о его пошатнувшемся в связи с незаконным помещением в строгие условия содержания здоровье, вовлечении в криминальное сообщество, что в дальнейшем негативно отразилось на его характеристиках как в быту, так и в периоды отбывания наказаний, не подтверждены за давностью сроков. Доводы истца о том, что неправильным определением режима отбывания наказания вся его дальнейшая жизнь была загублена, опровергаются данными учетов МВД России, согласно которым к уголовной ответственности истец впервые был привлечен в <Дата> году, когда ему исполнилось <данные изъяты> лет, и за совершенное преступление было назначено наказание в виде лишения свободы, которое он отбывал в воспитательной колонии. Затем последовало осуждение по исследованному в настоящем деле приговору 1997 года, когда истцу уже исполнилось 18 лет. После отбытия наказания истец также привлекался к уголовной ответственности в <Дата> годах (л.д.158-160). Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия учитывает, что в связи с назначением по приговору от 4 июня 1997 г., вступившему в законную силу 18 августа 1997 г., ФИО2 наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, которое 8 февраля 2001 г. было заменено на отбывание в исправительной колонии общего режима, истец провел в таких условиях 3 года и 5 месяцев. Приведенные обстоятельства не могли не причинить ему нравственных страданий. Вместе с тем, судебная коллегия учитывает длительное необращение ФИО2 за защитой своего нарушенного права на протяжении более 20 лет с момента вынесения постановления президиума Читинского областного суда от 8 февраля 2001 г. Как указал истец, он не знал о возможности защиты своих гражданских прав до 2025 года, когда ему разъяснили такое право. Тем не менее, это не является уважительной причиной столь длительного необращения для защиты своего нарушенного права. Такое поведение истца создало ситуацию, при которой установить условия его содержания в более строгих условиях и, в связи с этим, степень и характер нарушения его нематериальных благ, примененные к нему ограничений не представляется возможным ввиду уничтожения части документов, относящихся к спорному периоду. Судебная коллегия считает необходимым указать, что от срока обращения лица, чьи гражданские права нарушены, в суд зависит соблюдение правовой стабильности и того, чтобы дела, затрагивающие вопросы применения норм гражданского законодательства о возмещении вреда, рассматривались в разумный срок. Оно также призвано защищать заинтересованных лиц от любой неопределенности в течение длительного времени. Скорейшее обращение лица в суд за защитой нарушенного права обеспечивает возможность установления фактов дела до того, как такая возможность уменьшится и сделает справедливое рассмотрение данного вопроса почти невозможным. Следует также учитывать, что течение разумного срока начинается с момента, когда заявитель узнал или должен был узнать о нарушенном праве с учетом эффективности использованных средств защиты своего нарушенного права. При этом судебная коллегия также принимает во внимание, что ФИО2 был освобожден из ФКУ ИК-3 УФСИН по Забайкальскому краю 18 марта 2004 г., вновь осужден по приговору Краснокаменского городского суда от <Дата>, содержался под стражей с <Дата> То есть, до <Дата>, как и в последующем, после отбытия наказания, ФИО2 имел возможность обратиться с подобным иском, но не сделал этого. Потеря времени в настоящем деле вызывает сомнение в действительном причинении ФИО2 моральных страданий в размере 50.000.000 руб., вызванных незаконным содержанием в более строгих условиях. Правило скорейшего обращения в суд указывает на то, что иски о восстановлении нарушенных прав должны предъявляться с безотлагательностью, необходимой для обеспечения эффективного и справедливого рассмотрения дела. Исключения и возможность отказа от этого правила должны получить свое обоснование со стоны истца. При обстоятельствах настоящего дела судебная коллегия не усматривает причин, которые могли бы заставить истца выжидать столь длительный срок до обращения в суд первой инстанции, кроме его собственного убеждения в бессмысленности такого иска. Судебная коллегия приходит к выводу о том, что иск был подан с существенной задержкой после того, как имело место быть само нарушение неимущественного права истца, обоснованности которому ФИО2 не привел. Безусловно, статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Вместе с тем, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права и разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33, для разрешения исковых требований ФИО2 о компенсации морального вреда применительно к спорным правоотношениям в качестве юридически значимых необходимо установить: повлекло ли отбывание истцом наказания в виде лишения свободы в более строгих условиях в виде нарушения его личных неимущественных прав, какие; причинило ли это нарушение нравственные страдания ФИО2, в чем они выразились; имелась ли причинная связь между нравственными страданиями ФИО2 и нахождением в колонии строгого режима. При этом истец должен доказать как факт причинения ему физических и (или) нравственных страданий, так и характер и степень этих страданий. Эти обстоятельства в соответствии с частью второй статьи 56 и части первой статьи 196 ГПК РФ было предложено доказать ФИО2, в целях проверки его доводов были истребованы дополнительные доказательства, приведенные выше. Каких-либо других доказательств истцом представлено не было, из его объяснений однозначно установить, что ему были причинены физические и нравственные страдания, которые могут быть оценены в 50.000.000 руб., не возможно. При изложенных обстоятельствах судебная коллегия полагает, что компенсация морального вреда в размере 30.000 руб., подлежащая взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, будет соразмерной последствиям нарушения прав истца, способной компенсировать потерпевшему перенесенные им нравственные страдания, устранить их, а также будет соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, способной обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, на оказание социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия ОПРЕДЕЛИЛА: Решение Центрального районного суда г.Читы от 4 декабря 2025 г. отменить. Исковые требования ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично. Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в пользу ФИО2 в размере 30.000 руб. В остальной части в удовлетворении иска отказать. Апелляционное определение вступило в законную силу и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции – Центральный районный суд г.Читы. Председательствующий Судьи Апелляционное определение изготовлено 27 мая 2026 г. Суд:Забайкальский краевой суд (Забайкальский край) (подробнее)Ответчики:Министерство финансов Российской Федерации (подробнее)Управление Федерального казначейства по Забайкальскому краю (подробнее) Судьи дела:Радюк Светлана Юрьевна (судья) (подробнее)Судебная практика по:Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вредаСудебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ |