Решение № 2-852/2020 2-852/2020~М-3057/2019 М-3057/2019 от 13 мая 2020 г. по делу № 2-852/2020

Дело № 2-852/20


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 мая 2020 года г. Симферополь

Центральный районный суд г. Симферополя Республики Крым в составе:

Председательствующего судьи – Федоренко Э.Р.,

при секретаре – ФИО7,

с участием истца – ФИО1,

представителя истца – адвоката ФИО8,

ответчиков – ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, исключении сведений о регистрации сделки в ЕГРН, третьи лица – Отдел судебных приставов по Киевскому району г. Симферополя УФССП по Республике Крым, Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки. Мотивирует исковые требования тем, что 11.07.2018 года в Киевский районный суд г. Симферополя истцом ФИО1 было подано исковое заявление к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного вследствие ДТП, и компенсации морального вреда, на основании чего было возбуждено гражданское дело №. Решением Киевского районного суда г. Симферополя от ДД.ММ.ГГГГ были частично удовлетворены требования ФИО1, взыскано в ее пользу с ФИО2 в счет возмещения ущерба 353186,49 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 26520 руб., расходы по дефектовке в размере 1500 руб., и расходы по уплате государственной пошлины в размере 7012 руб., а всего 388218,49 руб. Решение вступило в законную силу 30.12.2018 года. Ответчик ФИО2 принимала участие в данном гражданском деле, присутствовала при вынесении решения, апелляционная жалоба ею не подавалась. 05.02.2019 года ФИО1 обратилась в Отдел судебных приставов по Киевскому району г. Симферополя с заявлением об открытии исполнительного производства по принудительному исполнению вышеуказанного решения суда. О наличии обязательства выплаты взыскания по решению суда ответчику было достоверно известно ввиду участия в вышеуказанном гражданском процессе. С целью уклонения от возмещения ущерба, понимая объективность заявленных требований, 23.08.2018 года ФИО2 заключила договор купли-продажи <адрес>. Ввиду халатности судебного пристава-исполнителя, который своевременно не направил постановление о запрете регистрационных действий в Государственный комитет по государственной регистрации Республики Крым, ответчицей ФИО2 подан на регистрацию договор купли-продажи спорной квартиры, заключенный с ФИО3 В силу ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ. В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). На основании пункта 2 статьи 168 ГК РФ если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна. Исходя из представленной хронологии событий, относительно осведомления ответчицы об объективных исковых требованиях возмещения имущественного вреда ФИО1, просматривается недобросовестность поведения ответчицы, направленная на заключение сделки с порочностью намерений, с целью уклонения от имущественной ответственности за причиненный истице ущерб. В связи с этим сделка купли-продажи квартиры нарушает охраняемые законом интересы ФИО1, связанные с выполнением требований исполнительного документа, в части возмещения имущественного ущерба. Такая сделка в силу вышеуказанных законодательных норм является ничтожной, основана на порочности намерений и злоупотреблении правом. Учитывая изложенное, просит признать договор купли-продажи №, расположенной по <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительным (ничтожным); применить последствия недействительности сделки, привести стороны по договору в первоначальное положение: прекратить право собственности ФИО3 на указанную квартиру, возвратив квартиру в собственность ФИО2; исключить сведения о регистрации права собственности ФИО3 на квартиру в ЕГРН.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали заявленные требования по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против исковых требований, и пояснила, что спорную квартиру она намеревалась продать давно, последнее объявление о продаже было размещено ею на сайте «Авито» еще в марте 2018 года, то есть еще до аварии, в которой она была признана виновной, после чего и возникла обязанность по уплате истцу ФИО1 причиненного ущерба. Кроме того, на денежные средства, полученные от продажи спорной квартиры, она приобрела <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, в которой и проживает до настоящего времени. Спорную квартиру ей подарила ее мать именно для ее проживания в ней, до этого времени она вынуждена была проживать на съемной квартире. Учитывая, что ее не устраивало место расположения квартиры, она подыскала себе другое жилье, и на полученные денежные средства, с учетом стоимости своей доли в другом имуществе, приобрела себе иную квартиру. Таким образом, сделка по продаже спорной квартиры не была совершена с целью уклониться от обязанности по возмещению вреда ФИО1, а с целью приобретения иного, более подходящего жилья.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению. Пояснила, что спорной квартирой она заинтересовалась еще в марте 2018 года, когда впервые увидела объявление, размещенное на сайте объявлений «Авито». Собственник пояснила, что продает давно и рассчитывает переехать в более удобный для себя район. В начале августа 2018 года ее супруг впервые посетил спорную квартиру, остался доволен, и на семейном совете они решили ее приобретать, после чего 15.08.2018 года был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, а 23.08.2018 года заключен основной договор купли-продажи. После заключения договора купли-продажи квартиры приобретенная ею квартира полностью перешла в ее владение, она оплачивает все необходимые платежи, произвела в квартире значительные улучшения, сделала ремонт. В квартире проживает вся ее семья. Доказательств того, что при оформлении спорного договора купли-продажи действительная воля сторон не была направлена на переход права собственности, истцом не представлено. Никакого умысла на допущение противоправных последствий совершенной сделки у сторон договора не имелось. Данный договор сторонами исполнен в полном объеме. О том, что на данное недвижимое имущество могут возникнуть притязания третьих лиц, она не знала и не могла знать. Продавать спорную квартиру ФИО2 собиралась задолго до происшествия, которое повлекло взыскание ущерба. Учитывая изложенное, просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представители третьих лица в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени извещены надлежащим образом.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд рассматривает дело в отсутствие третьих лиц.

Выслушав участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о следующем.

Частью 1 статьи 11 ГК РФ установлено, что суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, если эта сделка может повлиять на его правовое положение, а также, если права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки, а также за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

В соответствии с положениями ст. ст. 153, 154 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Пленум Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25) указано, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, данным в п. 1 указанного Постановления Пленума от 23.06.2015 г. № 25, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Из содержания абз. 2 п. 78 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Пункт 1 статьи 10 ГК РФ устанавливает недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04 марта 2015 г.), злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и ст. 168 ГК РФ.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно абзацам 2 и 4 пункта 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (67ГПК РФ).

Судом установлено, что 25.06.2018 года в г. Симферополе по вине ответчика ФИО2 произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого истцу ФИО1 был причинен имущественный ущерб.

С целью возмещения причиненного вреда истец ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ обратилась в Киевский районный суд г. Симферополя с соответствующим иском (л.д.46-47).

Решением Киевского районного суда г. Симферополя от 27.11.2018 года по гражданскому делу № 2-2430/2018 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, взыскано в ее пользу с ФИО2 в счет возмещения ущерба 353186,49 руб., расходы по оплате экспертизы в размере 26520 руб., расходы по дефектовке в размере 1500 руб., и расходы по уплате государственной пошлины в размере 7012 руб., а всего 388218,49 руб. (л.д.103-105).

Решение вступило в законную силу 30.12.2018 года.

06.02.2019 года Отделом судебных приставов по Киевскому району г. Симферополя в отношении должника ФИО2 возбуждено исполнительное производство №-ИП по принудительному исполнению указанного решения суда по гражданскому делу № (л.д.13).

19.06.2019 года исполнительное производство объединено в сводное исполнительное производство, в котором должником является ответчик ФИО2 (л.д.13).

23.08.2018 года между ответчиками ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи <адрес>, расположенной по <адрес> (л.д.12).

31.08.2018 года произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 на указанную квартиру (л.д.38-43).

Истец ФИО1 считает, что данной сделкой купли-продажи нарушаются ее законные интересы, связанные с выполнением требований исполнительного документа, в части возмещения имущественного ущерба, как основанной на порочности намерений и злоупотреблении правом.

Давая анализ доводам истца с учетом вышеприведенных законоположений, суд учитывает следующее.

В ходе судебного разбирательства установлено, что после заключения указанной сделки купли-продажи от 23.08.2018 года, квартира полностью перешла во владение ФИО3, ею переоформлен на свое имя лицевой счет для оплаты коммунальных услуг, она оплачивает коммунальные платежи, в квартире проживает вся ее семья (л.д.122-131, 155-156).

Таким образом, факт перехода предмета сделки от продавца ФИО2 к покупателю ФИО3, судом проверен.

Также не оспорены в ходе судебного разбирательства обстоятельства передачи и получения денежных средств за покупку квартиры.

Как следует из последующей хронологии действий, 30.09.2018 года ответчиком ФИО2, действующей от своего имени, и от имени ФИО9 и ФИО10, был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, в котором они выступали продавцами указанной квартиры (л.д.151-152).

29.10.2018 года ответчиком ФИО2 был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому она приобрела в собственность <адрес> в <адрес> (л.д.150).

Вышеизложенное подтверждает доводы ответчика ФИО2 о том, что на полученные, в том числе от продажи спорной квартиры денежные средства, она приобрела другое жилье – вышеуказанную <адрес> в <адрес>, с целью своего проживания в ней.

Факт проживания ответчика ФИО2 в <адрес> в <адрес> подтверждается данными из адресного бюро, согласно которым она зарегистрирована в указанной квартире с 07.11.2018 года (л.д.37).

Таким образом, каких-либо доказательств недобросовестности поведения ответчицы, направленной на заключение сделки с порочностью намерений, с целью уклонения от имущественной ответственности за причиненный истице ущерб, судом не установлено.

Кроме того, обязанность ФИО2 по возмещению вреда ФИО1 возникла после вступления решения Киевского районного суда г. Симферополя от 27.11.2018 года в законную силу. Оспариваемая же сделка купли-продажи совершена 23.08.2018 года, то есть еще до вынесения решения суда.

Также в судебном заседании было установлено, что намерение о продаже оспариваемой квартиры у ФИО2 возникло задолго до оспариваемых событий, объявление на сайте объявлений «Авито» о продаже квартиры было размещено в марте 2018 года, то есть еще до аварии, в результате которой истцу ФИО1 был причинен материальный ущерб. Из пояснений ответчика ФИО3 следует, что впервые объявление о продаже данной квартиры она впервые увидела также в марте 2018 года.

Таким образом, доводы истца и ее представителя о злонамеренном совершении ФИО2 сделки с целью уклонения от ответственности по возмещению вреда ФИО1, суд не может признать состоятельными.

Каких-либо оснований полагать, что указанная сделка нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, судом установлено не было.

Также оспариваемый договор купли-продажи от 23.08.2018 года не содержит признаков, позволяющих квалифицировать его в качестве сделки, совершенной с целью противной основам правопорядка или нравственности.

Как разъяснено в п. 86 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Истцом ФИО1 доводов о сохранении ФИО2 контроля за спорным имуществом и осуществлении для вида формального исполнения сделок, не приведено, ссылки на конкретные доказательства, как недобросовестных, либо признаков злоупотребления правом в действиях противоположных сторон соответствующего договора, не представлено.

Также отсутствуют доказательства несоответствия цены сделки на дату ее заключения.

На момент заключения оспариваемого договора купли-продажи отсутствовали какие-либо ограничения (обременения) в отношении продаваемого имущества.

Оценив в совокупности доказательства по делу, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания недействительной (ничтожной) сделки купли-продажи <адрес>, расположенной по <адрес>, заключенной ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3

Требования о применении последствий недействительности сделки, и исключении сведений о регистрации права собственности являются производным от требования истца о признании сделки недействительной, в ввиду чего удовлетворению также не подлежат.

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, исключении сведений о регистрации сделки в ЕГРН – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Центральный районный суд г. Симферополя в течение одного месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Судья Федоренко Э.Р.

Решение суда в окончательной форме принято 20.05.2020 года.