Решение № 2-1054/2020 2-1054/2020(2-6294/2019;)~М-5938/2019 2-6294/2019 М-5938/2019 от 24 сентября 2020 г. по делу № 2-1054/2020

Дело № 2 – 1054/2020 24 сентября 2020 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Гусевой Н.А.

при секретаре Мироновой В.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчикам о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 06 сентября 2019 года, зарегистрированный Управлением Росреестра 16 сентября 2019 года за <№>; недействительным договора купли-продажи квартиры от 24 сентября 2019 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3; применении последствий недействительности сделок.

В обоснование исковых требований истец указывает, что на основании договора № 73457 от 29 мая 2009 года он и его мать Я.. являлись собственниками жилого помещения – двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, - по ? доле каждый. 19 марта 2016 года мать истца умерла и истец, как единственный наследник первой очереди, унаследовал принадлежащую ей ? долю в праве собственности на указанную квартиру, что подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону от 22 сентября 2016 года. Указывает, что он является инвалидом второй группы, с 1998 года состоит на учете в психоневрологическом диспансере по месту жительства в связи с наличием у него психического заболевания. 12 ноября 2019 года от оперуполномоченного ОУР МВД России по Центральному району Санкт-Петербурга ему стало известно, что с 26 сентября 2019 года собственником указанной квартиры является ФИО3 В подтверждение ему выдали выписку из ЕГРП и копию договора купли-продажи квартиры от 24 сентября 2019 года, из которой следует, что ответчик ФИО3 купила квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, у незнакомого ему гражданина – ответчика ФИО2, который, якобы являлся собственником указанной квартиры на основании договора купли-продажи от 06 сентября 2019 года. Указывает, что с ответчиками он не знаком, никогда с ответчиками не встречался, каких-либо договоров купли-продажи квартиры он не заключал. Данная квартира является его единственным местом жительства, проживает в ней, зарегистрирован в квартире, несут бремя содержания квартиры, оплачивает коммунальные услуги. Указывает, что оспариваемые им сделки по продажи квартиры недействительны в силу положений ст. ст. 166, 167, 168 ГК РФ.

Истец и его представитель – адвокат Сомов С.В., действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержали по доводам, изложенным выше, и просят суд исковые требования удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом – заказным письмом с уведомлением.

О причинах своей неявки в судебное заседание не сообщил, ходатайство об отложении рассмотрения дела либо о рассмотрении дела в своё отсутствие не заявил.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, пояснила, что о продажи спорной квартиры она узнала от своих знакомых. Перед покупкой спорной квартиры она квартиру не смотрела, не проверяла зарегистрирован ли кто в спорной квартире, правоподтверждающие документы на спорную квартиру также не смотрела. Сделку проверял нотариус и специалисты Росреестра. Просит в удовлетворении иска отказать.

Выслушав пояснения истица и его представителя, пояснения ответчика ФИО3, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительная с момента её совершения.

Статьёй 168 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать своё имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передан собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 39 Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суд Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истцу принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

Как следует из материалов дела, 06 сентября 2019 года между ФИО1, именуемый в дальнейшем Продавец, и ФИО2, именуемый в дальнейшем Покупатель, был заключен договор купли-продажи квартиры, в соответствии с пунктом 1 которого, продавец продал и передал, а покупатель купил и принял в частную собственность, принадлежащую продавцу на праве частной собственности двухкомнатную квартиру, находящуюся в городе <адрес>, общей площадью 46,3 кв. м, кадастровый номер объекта: <№> (л. д. 57 – 58).

Отчуждаемая квартира принадлежит продавцу на основании Свидетельства о праве на наследство по закону от 22 сентября 2016 года № 3-2588, договора передачи квартиры в собственность № 73457 от 29 мая 2009 года.

Договор купли-продажи квартиры от 06 сентября 2019 года прошёл государственную регистрацию в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 16 сентября 2019 года, номер регистрации <№>.

Как следует из материалов дела, 24 сентября 2019 года между ФИО2, именуемый в дальнейшем Продавец, и ФИО3, именуемая в дальнейшем Покупатель, был заключен договор купли-продажи спорной квартиры (л. д. 53 – 54).

Истец оспаривает заключение договора купли-продажи квартиры от 06 сентября 2019 года.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации в число основных начал гражданского законодательства входит приобретение и осуществление гражданских прав субъектами гражданских правоотношений своей волей и в своем интересе.

В силу пункта 1 статьи 2 названного Кодекса гражданские правоотношения основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников.

Исходя из смысла пункта 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательным условием совершения двусторонней (многосторонней) сделки, влекущей правовые последствия для её сторон, является наличие согласованной воли таких сторон.

С целью всестороннего и полного установления обстоятельств дела, по ходатайству истца, определением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 02 марта 2020 года по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «ПетроЭксперт».

Согласно заключению эксперта ООО «ПетроЭксперт» № 20-71-Ю-2-1054/2020 от 20 апреля 2020 года, исследуемый рукописный текст «Яковлев Василий Евгеньевич», расположенный на оборотной стороне договора купли-продажи квартиры от 06 сентября 2019 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, выполнен не ФИО1, а другим лицом.

Исследуемая подпись от имени ФИО1, расположенная на оборотной стороне договора купли-продажи квартиры от 06 сентября 2019 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, вероятно, выполнена не ФИО1, а другим лицом. Ответить на вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам изложенным в исследовательской части заключения.

Исследуемая подпись от имени ФИО1, расположенная в строке «(подпись)» третьего листа заявления о государственной регистрации прав от 10 сентября 2019 года, вероятно, выполнена не ФИО1, а другим лицом. Ответить на вопрос в категорической форме не представилось возможным по причинам изложенным в исследовательской части заключения (л. д. 128 – 150).

Кроме того, факт того, что подпись от имени ФИО1, расположенная в строе «(подпись)» третьего листа заявления о государственной регистрации прав от 10 сентября 2019 года, выполнена не ФИО1, а другим лицом, подтверждается тем, что в указанном заявлении указанные в качестве паспортных данных ФИО1, паспортные данные иного лица.

Как следует из ответа УМВД по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга, на листе 2 заявления о государственной регистрации прав от 10 сентября 2019 года указаны паспортные данные Г., <дата> рождения.

Принимая во внимание экспертное заключение и в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами, суд приходит к выводу о том, что истец, являясь собственником спорной квартиры, участия в сделке 06 сентября 2019 года по купле-продаже квартиры не принимал, свою волю по её отчуждению на условиях, указанных в договоре, как того требует закон, не выражал и не согласовывал.

В пункте 35 постановления Пленума № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ); когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь ввиду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Из указанных разъяснений постановления Пленума № 10/22, а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П о соотношении положений статей 167 и 301, 302 ГК РФ, о применении последствий недействительности сделки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ; такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьёй 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

В пунктах 37, 38 и 39 постановления Пленума № 10/22 разъяснено следующее: в соответствии со статьёй 301 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель); ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всём, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества; по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать своё имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика относительно того, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июня 2017 года № 16-П указано, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. В соответствии с позицией Европейского Суда по правам человека, если речь идет об общем интересе, публичным властям надлежит действовать своевременно, надлежащим образом и максимально последовательно; ошибки или просчеты государственных органов должны служить выгоде заинтересованных лиц, особенно при отсутствии иных конфликтующих интересов; риск любой ошибки, допущенной государственным органом, должно нести государство, и ошибки не должны устраняться за счет заинтересованного лица.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению и оценке по данному делу, являются, в частности, обстоятельства, связанные с выбытием имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли, а также обстоятельства, свидетельствующие о наличии у ответчика ФИО3 статуса добросовестных приобретателей.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец должен доказывать выбытие имущества из его владения помимо воли.

Ответчик – добросовестный приобретатель имущества вправе предъявить доказательства выбытия имущества из владения собственника по его воле.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, ФИО2 приобрёл право собственности на спорную квартиру на основании договора купли-продажи квартиры от 06 сентября 2019 года, который истец не подписывал.

Кроме того, как следует из материалов дела, заявление в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 10 сентября 2019 года подавал не ФИО1, а другое лицо.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что квартира выбыла из собственности истца помимо его воли.

Добросовестность ФИО3 при таких обстоятельствах не имеет значения, поскольку выбытие имущества из владения собственника помимо его воли является основанием для истребования такого имущества от добросовестного приобретателя.

Вместе с тем, следует отметить, что действующее законодательство требует от приобретателя при совершении сделки проявления осторожности, разумности и осмотрительности, поскольку в определенных случаях приобретатель может с достоверностью предположить об отсутствии у отчуждателя прав в отношении отчуждаемого имущества, а также о наличии правопритязаний третьих лиц на данное имущество.

Сделка с квартирой между ФИО2 и ФИО3 24 сентября 2019 года после непродолжительного времени приобретения спорной квартиры ФИО2 06 сентября 2019 года не могла не вызвать у приобретателя ФИО3 сомнений в действительности совершённой с квартирой сделки при должной осмотрительности и разумности покупателя в выборе спорного объекта недвижимости с целью его приобретения.

Поскольку надлежащим способом защиты интересов собственника является виндикационный иск, предъявляемый к последнему приобретателю имущества, и в данном деле спор о праве собственности на спорную квартиру подлежит рассмотрению только путем предъявления виндикационного иска, у суда не имеется правовых оснований для удовлетворения требований о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, заключенного между ФИО2 и ФИО3 24 сентября 2019 года.

Учитывая, что спорная квартира выбыла из владения собственника помимо его воли, квартира подлежит истребованию в порядке статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации из незаконного владения ФИО3

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать договор купли-продажи квартиры от 06 сентября 2019 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2, недействительным.

Истребовать квартиру по адресу: <адрес>, из незаконного владения ФИО3.

В остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированной части решения.

Судья Н.А. Гусева

Мотивированная часть решения изготовлена 01 октября 2020 года