Решение № 2-2-9745/2018 2-2-9745/2018~М0-2-8809/2018 М0-2-8809/2018 от 18 ноября 2018 г. по делу № 2-2-9745/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19.11.2018 года Автозаводский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Тарасюк Ю.В.,

с участием прокурора ФИО28

при секретаре ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к МБОУ г.о. Тольятти «Школа 81» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Автозаводский районный суд <адрес> с исковым заявлением к МБОУ г.о. Тольятти «Школа 81» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, указав при этом на следующее.

На основании приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ и трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работала в МБУ "Школа №" в должности учителя начальных классов. В период работы нареканий в ее адрес относительно исполнения должностных обязанностей от руководства не поступало, взысканий за нарушение трудовой дисциплины за весь период работы не имела. С ДД.ММ.ГГГГ она была уволена по основанию, предусмотренному пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ согласно приказу № л/с от "31" августа 2018 года.

Истец полагает, что произведенное увольнение является незаконным, так как прогула она не совершала, работодателем на нее оказывалось психологическое давление с целью понуждения уволиться по собственному желанию, чего она, в свою очередь, делать не хотела. В случае отказа от увольнения по собственному желанию, директор МБУ "Школа №" ФИО7 неоднократно угрожал ей увольнением по статье, что в итоге и произошло.

В связи с потерей работы, ухудшилось состояние ее здоровья, на почве нервных переживаний произошло кровоизлияние в области глаза после операции, она испытала сильное унижение, большие переживания по поводу крайне несправедливого к ней отношения со стороны работодателя и по поводу незаконного увольнения по одному из самых неприятных для трудовой биографии работника оснований. Кроме того, при увольнении руководитель ответчика ФИО7 вел себя с ней крайне грубо, допуская в ее адрес нелицеприятные высказывания и характеристики, которые она никак не заслуживает. Моральный вред, причиненный ей в результате незаконного увольнения, оценивает в 10 000 рублей.

На основании изложенного ФИО1 была вынуждена за защитой своих нарушенных прав и охраняемых законом интересов обратиться в Автозаводский районный суд <адрес> с соответствующим исковым заявлением, в котором просит:

- восстановить ее на работе в муниципальном бюджетном общеобразовательном учреждении городского округа Тольятти "Школа №" в должности учителя начальных классов;

- взыскать с муниципального бюджетного общеобразовательного учреждения городского округа Тольятти "Школа №" в ее пользу средний заработок за все время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на работе;

- взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями, сумму в размере 10 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, воспользовалась своим правом, предусмотренным ч. 1 ст. 48 ГПК РФ, на участие в деле через представителя.

Представитель истца ФИО8, действующий на основании доверенности <адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 28), в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме, дополнительно пояснил следующее.

За все время работы ФИО1 у нее не было ни одного взыскания, случаев нарушения трудовой дисциплины и внутреннего распорядка она не допускала. Истец не могла приступить к работе, поскольку ее не допускали до работы. Она приходила и сидела на первом этаже школы рядом с вахтой. Доказательства этому отсутствуют. Работодателем нарушен порядок применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения. Кроме всего, примененное к ФИО1, дисциплинарное взыскание в виде увольнения является несоразмерной мерой ответственности. Руководством МБУ "Школа №" от ФИО1, в установленный срок, объяснений, по основанию увольнения затребовано не было, что является нарушением права истицы на самозащиту её трудовых прав. Из представленного приказа № лс от ДД.ММ.ГГГГ «О прекращении действия трудового договора с работником» не представляется возможным установить, когда именно, по мнению работодателя, был совершен прогул, кроме того, указание на акты носит формальный характер (без указания номеров актов, их дат и т.д.), что свидетельствует об отсутствии каких либо актов на момент вынесения указанного приказа. Уведомление № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором содержится требование о том, чтобы ФИО1 в течение 2-х рабочих дней явилась в кабинет директора, не содержит сведений о том, когда оно было вручено ФИО1 В нем, также не предусмотрено пропечатанного поля для росписи истицы, при таких обстоятельствах также нельзя считать соблюденным работодателем, срок затребования у работника объяснений. Доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 категорически отказывалась подписывать документы, исходящие от работодателя, опровергаются материалами дела, так как ФИО1 подписывала уведомление № от ДД.ММ.ГГГГ, приказ № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, в котором выразила свое мнение о несогласии с данным документом, заявление о направлении трудовой книжки от ДД.ММ.ГГГГ. Просит обратить внимание суда на положительные характеристики, которые были даны в отношении ФИО1 всеми допрошенными лицами, за исключением ФИО13, которая является дочерью директора ФИО7 Полагает, что поскольку факт отсутствия истца на работе без уважительной причины ответчиком не доказан, доказательств, свидетельствующих о том, что при наложении дисциплинарного взыскания учитывалась тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду, суду не представлено, принимая во внимание допущенные нарушения порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, увольнение истицы за прогулы, не может быть признанно законным.

Кроме того, представитель истца предоставил письменные дополнения к исковому заявлению (л.д. 119-122).

Представитель ответчика МБОУ г.о. Тольятти «Школа №» ФИО9, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 126), в судебное заседание явилась, исковые требования не признала в полном объеме, дополнительно пояснила следующее.

Каждый учитель школы имеет свой рабочий кабинет и ключи от кабинета. ФИО1 вышла из отпуска 27 июля. После беседы с директором она ушла домой и на работу не приходила, о чем есть докладные вахтера. Пока школа не знала где истец, ее в правах никто не ущемлял, пытались все выяснить. Ей в письменном виде писали письмо с уведомлением с просьбой сообщить причину отсутствия на работе. Такое письмо было одно. Но кроме этого просили учителей сходить к ФИО1 домой и узнать, почему она не ходит на работу. Директор также просил ее позвонить ФИО1 и узнать, почему она не приходит на работу. Она лично несколько дней дозванивалась до нее. ФИО1 сказала, что она не на больничном, попросила не ставить ей в табеле ни рабочие дни, ни больничные, сказала, что она не выйдет. В следующий раз, когда она дозвонилась до ФИО1, она сказала, что на работу не выйдет. По телефону ФИО1 также сказала, что ей дали распоряжение о сокращении, значит, ее должны сократить. Она ждала сокращения. Ее, действительно, предполагалось сократить. Но, так как детей в июне-июле было уже более 60, они решили открыть три класса по 20 человек. Истец была поставлена в известность о том, что она не будет сокращена, это было тогда, когда она вышла из отпуска. В августе ее никто увольнять не собирался. За июнь месяц ей даже выплатили аванс. Перед 1 сентября, она снова позвонила ФИО1 и сказала о том, что на работу нужно выйти и решать вопрос с директором. На тот момент приказа об увольнении не было. Истцу сообщили по телефону о том, что приказа ни о сокращении, ни об увольнении нет.

Перед 1 сентября у них проходят встречи учителей с детьми и родителями, на которую ФИО1 также не явилась. Кабинет ее не был подготовлен к 1 сентября.

ФИО1 пришла 3 сентября, написала заявление с просьбой считать ее вышедшей на работу.

О конфликте директора и истца ей ничего не известно.

Судом в ходе судебного разбирательства по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований в соответствии с ч. 1 ст. 43 ГПК РФ была привлечена Администрация г.о. Тольятти (л.д. 30-31).

Представитель 3-го лица Администрации г.о. Тольятти ФИО10, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 36), в судебное заседание не явилась. О дате, времени и месте судебного разбирательства извещалась надлежащим образом лично под роспись (л.д. 118). Об уважительных причинах неявки суду не сообщила и не просила суд о рассмотрении дела в ее отсутствие либо об отложении судебного разбирательства.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание отсутствие оснований для отложения судебного разбирательства по делу, которое может повлечь за собой нарушение сроков его рассмотрения, предусмотренных процессуальным законодательством, суд в соответствии с ч. 3 ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие неявившегося представителя 3-го лица.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО11, показал суду следующее.

Он состоит в трудовых отношениях с ответчиком с января 2018 года, работает учителем музыки. Истицу знает как коллегу. Неприязненных отношений нет. Истца может охарактеризовать с положительной стороны, ее класс относился к ней с уважением. Одного ее присутствия и нескольких ее слов было достаточно для того, чтобы навести порядок в классе. Дети к ней хорошо относились.

В июле 2018 года он работал в школе, исполнял обязанности секретаря. ФИО2 была исполняющей обязанности директора. В один из этих дней бывший директор школы пришел примерно к обеду, подошла и ФИО1 Они пообщались у него в кабинете, вышли. Он пригласил ФИО3, попросил составить акт. Он не помнит, читал ли он акт от ДД.ММ.ГГГГ перед подписанием или нет, но такой акт, действительно, составлялся ФИО3 О.В. Ситуация его не интересовала, так как на тот момент он собирался в отпуск. Ему не известно было ли какое-то уведомление и вручали ли его ФИО1

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО12, показала суду следующее.

с ДД.ММ.ГГГГ она состоит в трудовых отношениях с ответчиком, так как работает в школе бухгалтером. С ФИО1 знакома по работе. Неприязненных отношений нет. Она подписывала акт о том, что ФИО26 не было на работе. Ей не известно, кто составлял акт, но просила его подписать ФИО3 О.В. Она в этот день работала, ее рабочее место в бухгалтерии, на одном этаже с кабинетом ФИО1 Она ее в этот день на рабочем месте не видела, ее кабинет был закрыт. Зам.директора сказала, что истец позвонила и сообщила, что не выйдет на работу. После 22 августа она ее не видела, ее кабинет так и стоял закрытый.

ФИО1 хорошая, добрая женщина. По ее мнению истец является добросовестным педагогом. Один раз, где-то 26 июля она видела, что ФИО1 сидела на вахте. Она не знает, пускали ее или нет, но она там сидела с утра и в обед, вечером ее уже не было.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО13, показала суду следующее.

С 2007 года она состоит в трудовых отношениях с ответчиком, так как работает в школе делопроизводителем. ФИО1 знает, неприязненных отношений нет. В отношении ФИО1 составлялось множество актов по поводу отсутствия ее на рабочем месте, о том, что она отказывалась ознакомиться и подписать приказы, распоряжения, а также о том, что она отказывалась писать объяснительные. По какой причине ФИО1 не ходила на работу, ей не известно. Они пытались выяснить, писали истцу письма. После отпуска она вышла на работу в середине августа. Ни разу не видела, чтобы ФИО1 сидела внизу на вахте. С 20 по 24 августа, 27 августа, 28 августа и 3 сентября все дни она работала с 8 до 17.00 часов. Если истица и приходила, она приходила минут на 5-10, отказывалась знакомиться с документами и уходила. Акт от 28 августа подписывала она. ФИО1 всегда приходила с утра. Она присутствовала, когда ее 28 августа знакомили с уведомлением. Кроме нее тоже были люди, кто, не помнит. Акт этот печатала она. Бывший директор предлагал ФИО1 ознакомиться с распоряжением № от ДД.ММ.ГГГГ в 09.50 часов. Она отказалась, сказала, ничего подписывать не будет, сказала, чтобы ее сократили. Ей объяснили, что это невозможно. 3 сентября она пришла в приемную в районе 10 часов. Директор ознакомил ее с приказом об увольнении и предложил забрать трудовую книжку. ФИО1 отказывалась знакомиться с приказом об увольнении. Позже, она с ним ознакомилась. Дату в приказе с 11 на 12 исправила сама ФИО1

Написанные от руки акты, составляла ФИО3 О.В. Подписывали акты в день их оформления. Подписание актов происходило в разных кабинетах, либо в кабинете директора, либо в приемной – они смежные. В августе акты подписывали: Комисаренко, Тимофеевская, Троицкая. Она не помнит, в какие дни, кто, какие акты подписывал. Акт об отсутствии на рабочем месте составлялся ответственным лицом – исполняющим обязанности директора. ФИО3 О.В. исполняла обязанности до 1 августа, а ФИО14 - после 1 августа. Напечатанные акты составляла она. Директор говорил ей составлять, она составляла. У ФИО1 требовали объяснения по причинам отсутствия на рабочем месте, она отказалась, по данному факту тоже был составлен акт. Сколько раз она приходила, ей все время говорили, что она должна ходить на работу. Истцу направляли уведомление с просьбой сообщить причины отсутствия на работе.

Изначально ФИО1 была нормальная, но потом родители детей из ее класса начали жаловаться на нее, не хотели, чтобы она была классным руководителем.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО15, показала суду следующее.

Она работает в школе № <адрес> учителем математики, ФИО1 знает, неприязненных отношений нет. Летом она была в отпуске с 9 июня по 30 июля и с 18 августа до конца августа. Тот период, когда она работала в августе, она на работе ФИО1 не видела, поскольку та не ходила на работу. ФИО1 должна была работать с 8 часов утра, как и весь коллектив. Она со сто процентной гарантией может сказать, что ФИО1 на работу не ходила, поскольку летом учителей работает мало и работающие ходят по кабинетам, проверяют, поливают цветы. Она также ходила по кабинетам, поливала цветы, ФИО1 не было.

Она подписывала несколько актов о том, что истец не посещала работу. Акты она подписывала в период времени, когда работала между отпусками. Эти акты составлялись разными лицами. Она тоже писала текст некоторых актов. Поручение писать акты давал директор устно. Текст актов составляла она и ФИО16 Акты она писала на своем рабочем месте. При составлении актов были все, кто подписывал эти акты.

По работе непосредственно с ФИО1 она не сталкивалась, так как она работает с детьми постарше, а истец - учитель начальных классов. Ничего о ней сказать не может. Ей не известно, был ли конфликт у директора с ФИО1

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО17, показала суду следующее.

С ответчиком состоит в трудовых отношениях с 2012 или 2013 года, работает учителем математики в школе № <адрес>. ФИО1 знает, неприязненных отношений нет. В отпуске она была со 2 июля по 27 августа. С момента, как она вышла в августе на работу, ФИО1 сидящую на вахте или работающую не видела. Она подписывала акты об отсутствии истца на работе, числа не помнит. Количество актов, в которых она подписывалась, не помнит. Ее кабинет находится на одном этаже с кабинетом ФИО1 На работе она ФИО1 не видела, у них небольшая школа, если человек в школе на работе, его видно.

28 августа был составлен акт о том, что ФИО1 не было на работе. Акт от 28 августа был составлен в конце рабочего дня, они пришли, расписались. Она расписалась последняя, другие подписи уже стояли. При составлении самого акта она не присутствовала.

ФИО1 она считает добросовестным работником. Она не слышала о том, имелся ли конфликт у директора с ФИО1

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО18, показала суду следующее.

С ДД.ММ.ГГГГ она состоит в трудовых отношения с ответчиком, работает учителем русского языка и литературы в школе № <адрес>. С ФИО1 знакома. Неприязненных отношений нет.

С 1 июня до 2 августа она была в отпуске. После отпуска она ни разу не видела ФИО1, сидящую на первом этаже на вахте или работающую.

Она вышла на работу 2 августа и по просьбе директора писала от руки акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте и там же расписывалась.

При входе в школу у вахтера есть журнал, в котором расписываются работники, ставят время, когда пришли и ушли.

28 августа у них было общее собрание коллектива. ФИО19 попросила ее и ФИО20 сходить к ФИО1 домой узнать причины ее отсутствия на работе. Дверь им никто не открыл, о чем был составлен акт, который она подписала.

ФИО1 может охарактеризовать как хорошего человека. Ей не известно, почему она не выходила на работу.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО21, показала суду следующее.

В трудовых отношениях с ответчиком состоит уже 12-й год, работает учителем начальных классов в школе № <адрес>. ФИО1 знает, неприязненных отношений нет.

28 августа она вышла на работу из отпуска. Она ни разу не видела ФИО1, сидящую на первом этаже на вахте или работающую.

Она случайно заглянула в кабинет секретаря, где находились директор и ФИО1, они разговаривали на повышенных тонах. Ее попросили войти и подписать акт о том, что ФИО1 отказывается что-то подписать. Что конкретно не хотела подписывать истец, она не помнит. Она расписалась в акте в тот день, который и указан в акте. На тот момент, это для нее была незначительная информация, она ей не придала значения. Сколько еще подписала актов, не может сказать, забыла.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО22, показала суду следующее.

Она с марта 1993 года состоит в трудовых отношениях с ответчиком, работает замдиректора по учебной части в школе № <адрес>. С ФИО1 знакома, неприязненных отношений нет.

В летний период времени она была в отпуске, из отпуска вышла 28 августа. С 28 августа, выйдя на работу, она не видела ФИО1 на первом этаже возле вахты или работающую. На работе истца она не наблюдала. ФИО1 нужна была ей по работе, она подходила несколько раз к кабинету, но кабинет всегда был закрыт.

Она подписывала акты от 28, 29, 30, 31 августа о том, что ФИО1 не было на работе.

ФИО1 нормальный человек, общительный. Профессиональные обязанности она выполняет качественно. Она не вникала во взаимоотношения директора и истца.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО16, показала суду следующее.

В школе она работает уже 5 лет учителем начальных классов. ФИО1 знает, неприязненных отношений нет.

В летний период она была в отпуске. Вышла из отпуска 6 августа. С 6 по 10 августа работала, а потом ушла в отгулы и вышла 27 августа. В те дни, в августе, в которые она работала, ФИО1 на работе не видела ни разу.

Она составляла и подписывала несколько актов о том, что ФИО1 отсутствует на работе. Акты от 6 и 9 августа она подписывала. Исполняющий обязанности директора ФИО14 сказал, что ФИО1 не вышла на работу и поручил ей составить акты. В эти дни, она ФИО1 в школе не видела. Она сидела в секретарской, отвечала на телефонные звонки, ходила по кабинетам поливала цветы. Если бы истец была на работе, она бы ее увидела.

У них на вахте есть журнал, где они расписываются, когда пришли на работу и когда и ушли.

ФИО1 - хороший человек. Они с ней делились опытом, никогда не ругались, ей не известно, был ли конфликт у истца и директора.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО19, показала суду следующее.

Она работает в школе № замдиректора по учебной и воспитательной работе. С 2011 года знает ФИО1, неприязненных отношений нет.

27 августа она вышла из отпуска, ФИО1 не видела. Так как ФИО1 не было на работе, директор поручил им с ФИО18 и ФИО20 пойти к ФИО1 домой. Это было примерно в 11 часов утра. Дверь им не открыли. Затем она уже одна, часов в 15 пошла снова домой к ФИО1, набрала в домофон номер квартиры, никто не ответил. Она попробовала набрать соседям, также никто не ответил. В итоге, ей так и не стало известно, почему ФИО1 не ходила на работу.

В начале сентября она видела истца на крыльце школы. В школу ФИО1 не заходила, просто стояла.

Она не слышала о конфликте ФИО1 с директором. ФИО1 -нормальный человек.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО23, показала суду следующее.

В школе она работает с ДД.ММ.ГГГГ в должности бухгалтера. С ФИО1 знакома поверхностно, видела ее несколько раз, когда она заходила к ним в бухгалтерию. Неприязненных отношений нет.

Летом она в отпуске не была, ФИО1, сидящую на первом этаже у вахты или работающую, не видела.

Она в августе 2018 года подписывала акты об отсутствии ФИО1 на работе. Составляла акты ФИО18 Акты составлялись и подписывались день в день

Допрошенный в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО24 показал суду следующее.

Он в школе № <адрес> работает главным бухгалтером. С ФИО1 знаком, неприязненных отношений нет.

Летом он был в отпуске с 20 августа. 30 июля он видел ФИО1 Больше он ее не видел. Акты о том, что ФИО1 отсутствует на работе он подписывал, их составлялось несколько, количество актов не помнит.

Подписи в актах от 31 июля, 1 августа, 2 августа, 3 августа, 6 августа, 7 августа, 8 августа, 9 августа, 10 августа, 13 августа, 14 августа, 15 августа - его. Кто составлял эти акты, не знает, он подписывал их день в день уже составленные.

В его присутствии 30 июля ФИО1 предлагали ознакомиться с распоряжением №. Его вызвал директор, сказал, что ФИО1 отказывается подписывать распоряжение, которое лежало на столе.

3 сентября его вызвал директор, в его присутствии ФИО1 отказалась забрать трудовую книжку, ознакомиться с приказом, отказалась писать объяснительную. Охарактеризовать ФИО1 не может.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО20, показала суду следующее.

Она состоит в трудовых отношениях с ответчиком с 1992 года, работает учителем начальных классов в школе № <адрес>. С ФИО1 знакома. Неприязненных отношений нет.

С 1 июля по 26 августа она была в отпуске. Вышла на работу 27 августа. Когда она вышла, ФИО1 вообще не видела на работе.

27 августа она с ФИО19 и ФИО18 ходили по месту жительства ФИО1, дверь им не открыли.

Она подписывала 2 акта в отношении ФИО1, один акт был о том, что она ходила к ней домой, а второй акт она подписывала 28 августа. ФИО4 28 августа приходила к директору, ей предложили подписать какой-то документ, она отказалась, о чем она и расписалась. Не помнит, чем истец мотивировала свой отказ.

ФИО1 не ходила на работу, т.к. считала, что ее должны уволить по сокращению. Она не замечала конфликтов между ФИО1 и директором.

ФИО1 очень хороший учитель, дети и родители ее уважали.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства по делу в качестве свидетеля ФИО25, показала суду следующее.

Она работает вахтером в школе № <адрес>. ФИО1 знает, неприязненных отношений нет.

В школе имеется журнал прибытия на работу и ухода с работы, лежит он у нее на вахте. Журнал выдачи ключей отсутствует. Каждый сотрудник обязан расписываться о приходе на работу и об уходе с работы каждый день.

В какие-то дни ФИО26 приходила на работу, они отмечены в журнале. А в те дни, в которые она не приходила, ей сказали написать докладные. Докладные она писала. Один или два раза ФИО26 приходила в школу и сидела в фойе.

Директор дал ей устное распоряжение не выдавать ФИО1 ключ от кабинета. Он объяснил это тем, что она не работает больше в школе. Это было летом, скорее всего в конце июля.

Ключ ФИО1 у нее просила один раз. Иногда она ходила к директору, они общались.

В августе ФИО1 каждый день не приходила на работу, не сидела она с ней и в фойе каждый день.

Она слышала о конфликте директора и ФИО26 по поводу ее увольнения, что ее собираются сокращать.

Она видела, что дети к ней хорошо относятся, и как человек она добрая, хорошая женщина.

Не может вспомнить, были ли дни, когда ФИО1 проходила в школу, но в журнале не расписывалась. Раньше, до отпуска, ФИО1 всегда себя записывала, каждый день.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетель ФИО14, показал суду следующее.

Он работает в школе № методистом по ИКФИО27 Г.И. знаком. Неприязненных отношений нет.

С 1 по 17 августа он исполнял обязанности директора школы. В период его работы ФИО1 не приходила на работу, ему сообщалось об этом вахтером, поэтому он попросил вахтера составить докладные и сообщил об этом в бухгалтерию, чтобы эти сведения внесли в табель учета рабочего времени. Вахтером было доложено, что ФИО1 вообще не появлялась на работе.

Секретаря он попросил составить акт, о том, что человек не посещает рабочее место. Он сам ходил и проверял кабинет истца.

Ему не известно, по какой причине ФИО1 отсутствовала на работе.

Вахтеру распоряжений о том, чтобы не выдавать ключи ФИО1 он не давал. Ему не известно о том, планировалось ли ранее сокращение ФИО1, а также о том, был ли у ФИО1 конфликт с директором.

28 августа было общее собрание в школе, оно длилось от полутра до 2 часов. Во сколько оно было, не может сказать, в первой половине дня, ориентировочно с 9 до 12 часов.

Прокурор ФИО28, давшая заключение по настоящему делу в порядке ч. 3 ст. 45 ГПК РФ, полагает, что исковые требования ФИО1 к МБОУ г.о.Тольятти «Школа №» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат

Увольнение истицы произведено согласно пп.а п.6 ст.81ТК РФ, то есть за прогул, в соответствии с требованием трудового законодательства. Факт прогула с 31 июля по ДД.ММ.ГГГГ нашел подтверждение в судебном заседании, так как подтверждается табелем учета рабочего времени, журналом учета, актами, предоставленными ответчиком, допрошенными свидетелями. Из отчета отслеживания отправления с почтовым идентификатором видно, что 28 августа истице было направлено предложение обьяснить причины отсутствия на работе. Истица, придя в учебное заведение 3 сентября, объяснения не представила, отказалась забирать трудовую книжку и расписаться в акте. В акте от 28 августа ей было предложено расписаться об ознакомлении с распоряжением об отмене распоряжения от 24 июля, она отказалась. При указанных обстоятельствах, у истицы не было оснований не являться на работу, и доводы ее о том, что ее не пускали на рабочее место надлежащими допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждаются. Отсутствие на рабочем месте около месяца является существенным проступком, поэтому увольнение соразмерно совершенному проступку. Остальные требования также не подлежат удовлетворению.

Выслушав пояснения представителя истца, возражения представителя ответчика, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

Судом в ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу было установлено, что стороны состояли в трудовых отношениях с ДД.ММ.ГГГГ, поскольку как следует из трудовой книжки истца, а также трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была принята на должность учителя начальных классов в МБУ «Школа №» <адрес> (л.д. 14, 17-18).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была уволена на основании приказа директора МБУ «Школа №» ФИО7 № от ДД.ММ.ГГГГ «О прекращении действия трудового договора с работником» по инициативе работодателя за прогулы в соответствии с п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (л.д. 16).

Поименованный приказ в качестве такого основания прекращения трудового договора с ФИО1 содержит указание на Акты об отсутствии сотрудника на рабочем месте.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя предусмотрены в ст. 81 ТК РФ. В частности, в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей.

Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела и какой стороне надлежит их доказывать.

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции "О защите прав человека и основных свобод".

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно руководящих разъяснений, содержащихся в п. 38 Постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами РФ ТК РФ», работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в п. 6 ст. 81 ТК РФ. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 ТК РФ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В соответствии с п. 39 Постановления Пленума ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами РФ ТК РФ», если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено:

а) за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены);

б) за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места;

в) за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на неопределенный срок, без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения (часть первая статьи 80 ТК РФ);

г) за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на определенный срок, до истечения срока договора либо до истечения срока предупреждения о досрочном расторжении трудового договора (статья 79, часть первая статьи 80, статья 280, часть первая статьи 292, часть первая статьи 296 ТК РФ);

д) за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный). При этом необходимо учитывать, что не является прогулом использование работником дней отдыха в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в их предоставлении и время использования работником таких дней не зависело от усмотрения работодателя (например, отказ работнику, являющемуся донором, в предоставлении в соответствии с частью четвертой статьи 186 ТК РФ дня отдыха непосредственно после каждого дня сдачи крови и ее компонентов).

Как указывалось ранее, ФИО1 была уволена по основанию, предусмотренному п.п. а). п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, то есть за прогул - отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по делу является установление факта отсутствия работника на рабочем месте без уважительных причин в течение более четырех часов подряд.

По смыслу закона уважительность причин отсутствия работника на рабочем месте, в силу требований ст. 60 ГПК РФ, может подтверждаться только определенными средствами доказывания, такими как распоряжениями работодателя о предоставлении соответствующему работнику оплачиваемых, либо неоплачиваемых отпусков, иных дней отдыха предусмотренных трудовым законодательством, документами, подтверждающими временную нетрудоспособность данного работника и т.п.

Кроме того, в соответствии со ст. 192 ТК РФ увольнение по указанному основанию является дисциплинарным взысканием. Поэтому на ответчике также лежит обязанность доказать то обстоятельство, что им был соблюден порядок применения дисциплинарного взыскания, предусмотренный ст. 193 ТК РФ.

В силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Аналогичная правовая позиция отражена в п. 53 руководящих разъяснений Постановления Пленума Верховного суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ».

Суд полагает, что ответчиком предоставлены достаточные и убедительные доказательства, соответствующие принципам относимости, допустимости и достоверности, совокупность которых позволила суду прийти к выводу о том, увольнение истца было произведено законно и обоснованно.

Судом установлено, что ФИО1 находилась в очередном ежегодном отпуске с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 40), по окончании которого должна была приступить к исполнению своих трудовых обязанностей.

В качестве доказательств совершения истцом прогулов в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, представителем ответчика предоставлены докладные вахтера школы ФИО25 (л.д. 61-70), докладные заместителя директора по УВР ФИО9 (л.д. 70 оборот-72), комиссионные акты (л.д. 73-83, 84-85), журнал учета рабочего времени, из которого следует, что в указанный выше период ФИО1 приходила на работу лишь ДД.ММ.ГГГГ и находилась на работе с 9 часов 30 минут до 10 часов (л.д. 154-163), акт от ДД.ММ.ГГГГ о посещении истца по месту жительства (л.д. 86), а также табели учета использования рабочего времени и расчета заработной платы за июль, август 2018 года (л.д.57, 58, 59).

Кроме того, факт отсутствия истца на работе подтвердили свидетели, допрошенные в ходе судебного разбирательства по делу, ставить показания которых под сомнение у суда отсутствуют основания, так как их показания в своей совокупности являются логичными, последовательными, не противоречат друг другу и письменным материалам дела. Свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, неприязни к ФИО1 не испытывают, характеризуют ее положительно.

Обеспечить явку в качестве свидетелей ФИО7 и ФИО3 О.В., которые также подписывали акты об отсутствии истца на работе, у ответчика возможность отсутствовала в связи с увольнением указанных лиц.

Представитель истца, в свою очередь, не предоставил ни одного доказательства, опровергающего доказательства ответчика и подтверждающего позицию истца.

То обстоятельство, что вахтер ФИО25 в один из дней периода прогулов истца не дала ФИО1 ключ от ее кабинета, не свидетельствует о том, что ФИО1 имела препятствия приступить к работе во все другие дни.

То обстоятельство, что ФИО1 ждала своего сокращения, о чем была уведомлена (л.д. 41) не освобождает ее от выполнения трудовой функции до момента сокращения. Кроме того, распоряжением директора школы № от ДД.ММ.ГГГГ уведомление о предстоящем увольнении истца в связи с сокращением численности или штата было признано недействительным (л.д. 42), от ознакомления с которым ФИО1 отказалась, о чем ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ составлены соответствующие акты (л.д. 42 оборот, 43).

Таким образом, суд считает установленным то обстоятельство, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ совершила прогулы.

При этом, вопреки доводам представителя истца, у суда отсутствуют основания полагать, что ответчиком был нарушен порядок наложения дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Судом установлено, что истцу, когда она ДД.ММ.ГГГГ пришла в школу, было предложено написать объяснение о причинах ее отсутствия на рабочем месте, от чего она отказалась, что подтверждается актом (л.д. 88).

В тот же день - ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 заказным письмом работодателем было направлено уведомление № с просьбой предоставить объяснения относительно причин отсутствия на рабочем месте (л.д. 87), которое ДД.ММ.ГГГГ было истцом получено (л.д. 124).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в школу пришла, однако, вместо объяснения причин своего отсутствия на работе, написала заявление о том, что она ДД.ММ.ГГГГ выходит на работу (л.д. 94).

Оценивая собранные по делу доказательства по правилам, предусмотренным ст. 67 ГПК РФ, в их совокупности, учитывая конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что у работодателя имелись достаточные основания для наложения на истца дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, поскольку факт совершения прогулов ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ нашел свое подтверждение, срок и порядок применения дисциплинарного взыскания были соблюдены.

Суд приходит к убеждению в том, что действия ответчика по увольнению истца находятся в полном соответствии с требованиями закона, так как взыскание в виде увольнения соответствует тяжести проступка истца, поскольку ФИО1 месяц без уважительных причин отсутствовала на работе. Поэтому, независимо от наличия документов, свидетельствующих об исключительно положительной профессиональной характеристике истца (л.д. 127-153), при наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодатель учел тяжесть совершенного истцом проступка и обоснованно избрал этот вид взыскания.

Поскольку основное требование истца оставлено без удовлетворения, не подлежат удовлетворению и производные требования от основного в виде компенсации морального вреда и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Учитывая то обстоятельство, что в силу требований ст.ст. 89 ГПК РФ, ст. 33336 НК РФ истец при подаче искового заявления была освобождена от уплаты государственной пошлины, то возмещение судебных расходов, понесенных судом в связи с рассмотрением дела должно осуществляться по правилам ст. 103 ГПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 21, 76, 81,192, 193 ТК РФ ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к МБОУ г.о. Тольятти «Школа 81» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд <адрес> с момента изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено в окончательной форме в течение пяти рабочих дней ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: Ю.В. Тарасюк