Решение № 2-912/2023 2-912/2023~М-481/2023 М-481/2023 от 2 августа 2023 г. по делу № 2-912/2023

УИД 68RS0002-01-2023-000608-73

Дело № 2-912/2023


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

« 02 » августа 2023 года г. Тамбов

Ленинский районный суд г.Тамбова в составе:

судьи Абрамовой С.А.

при секретаре судебного заседания Горнове А.И.,

при участии истца, представителя ответчиков ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации, УФССП России по Тамбовской области, ФИО4 о защите чести и достоинства, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

В ходе судебного заседания 02.03.2023г. по административному делу №2а-636/2023 административный ответчик – должностное лицо УФССП России по Тамбовской области ФИО4 в ходе своего выступления пояснила: «…Ваша Честь, прошу обратить внимание, что здесь ФИО3 на госорган говорит, что кто-то над ним издевается и все тому подобное. Это, я считаю, что это большая глупость и... что порочит тоже достоинство нашей службы. Никто не издевается над людьми, и со стороны руководства к исполнению моих служебных обязанностей нареканий нет, и то, что я там говорю, мстю... мсти... м... вы... какую-то месть я вам там выуживаю или издеваюсь над вами, - это полная глупость. …».

ФИО3 обратился в суд с иском к врио заместителя начальника Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области ФИО4 о защите чести и достоинства, взыскании компенсации морального вреда в размере 2000000 руб., судебных расходов по приобретению CD-R диска в размере 46 руб., в обоснование заявленных требований указав, что считает данные высказывания, содержащиеся на аудиозаписи судебного заседания с 09:41 мин. до 10:0 мин. оскорбительными, унижающими его честь и достоинство. Ему пришлось выражать протест по данному вопросу и протест был принят судом. Поскольку его слова названы «большой глупостью» и «полной глупостью», ему причинен моральный вред, который он оценивает в 2000000 руб., т.к. ему причинена обида, «нервотрепка», физические и нравственные страдания, он является инвалидом *** и имеет право на льготы и преимущества, установленные законодательством для инвалидов ВОв, ему нервничать нельзя.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчиком привлечены ФССП РФ, УФССП России по Тамбовской области.

В судебном заседании истец ФИО3 поддержал предъявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. В дополнение в ходе слушания дела пояснял, что данные исковые требования заявлены им только на основании высказывания ФИО4 в судебном заседании 02.03.2023г., содержащегося на аудиозаписи судебного заседания с 09:41 мин. до 10:0 мин., где его слова названы «большой глупостью» и «полной глупостью».

В Педагогической энциклопедии указано, что глупость – это уровень развития интеллекта, характеризующийся пограничным состоянием между нормой и легкой дебильность. Согласно Энциклопедическому словарю, глупость – это недостаток ума, сообразительности. Согласно Толковому словарю В.И.Даля, глупость – это о человеке неразумном, скудоумном, недалеком, ограниченного ума, непонятливым, тугоумным. Таким образом, усматривает оскорбительность, поскольку в определении значения слова «глупость» встречаются слова, такие как дебильность и т.д.

Считает, что ФИО4 допущено распространение сведений, порочащих его честь и достоинство, осуществленное в устной форме в присутствии судьи. Поскольку ФИО4 является должностным лицом, государственной служащей, но ею в заседании в его отношении было дважды сказано слово «глупость», то ею допущено нарушение Кодекса этики и служебного поведения судебных приставов, норм федерального законодательства и должностной инструкции. Им было подано заявление в адрес руководителя УФССП России по Тамбовской области по данному факту, с ответом на которое он не согласен. Исполнительные производства, где он (истец) является взыскателем, ведутся ФИО4 небрежно, с многочисленными нарушениями, в связи с чем он вынужден обращаться в суд с исковыми требованиями, в его пользу неоднократно взыскивалась компенсация морального вреда в связи с допущением судебным приставом-исполнителем нарушений закона, он много нервничал, из-за чего был доведен ФИО4 несколько раз до госпитализации. Когда в судебном заседании он упрекнул её в этом, ФИО4 выразилась в его отношении негативно, о чем прямо указано в заключении судебной экспертизы.

Представитель ответчиков Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации и УФССП России по Тамбовской области ФИО2 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в представленных возражениях (л.д.50-53), исходя из которых, использованное ФИО4 слово «глупость» в употребленном контексте не является оскорблением, не было выражено в неприличной форме, без намерения унизить честь и достоинство истца; было применено в значении «неправда», «несоответствие действительности», а не как характеристика истца; данное слово является литературно приемлемым, само по себе его применение в разговорной речи не может быть признано употреблением в неприличной форме при отсутствии доказательств непристойности высказывания; «Толковый словарь русского языка» под редакцией ФИО5 допускает употребление слова «глупость» для выражения несогласия с чем-то, возражения против чего-то; использованное выражение не противоречит общепринятым правилам поведения и требованиям человеческой морали, не несет в себе пренебрежительного отношения, что не требует подтверждения с помощью специальных познаний; истцом не доказано причинение ему обиды, физических или нравственных страданий, нарушения его личных неимущественных прав. Сам по себе тот факт, что истец является инвалидом, не свидетельствует о нарушении его нематериальных благ. Данная инвалидность была им получена задолго до судебного заседания 02.03.2023г.

В состоявшемся ранее заседании представитель тех же ответчиков Д. поясняла, что служебных проверок, заседаний комиссии по соблюдению требований к служебного поведению государственных гражданских служащих ФССП России в отношении ФИО4 не проводилось. ФИО3 часто обращается в суд с административными исками об оспаривании действий судебных приставов-исполнителей Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области, подает много жалоб на данных должностных лиц. ФИО3 полагает, что по исполнительным производствам судебными приставами-исполнителями умышленно допускается бездействие. Но никой предвзятости в отношении него не допускается. Слова ФИО4 охарактеризовали саму ситуацию, а не личность истца.

Ответчица ФИО1 Е.А. в судебное заседание не явилась, надлежащим образом извещена о времени и месте слушания дела; заявленное ею ходатайство об отложении слушания дела судом отклонено в связи с отсутствием доказательств наличия уважительных причин неявки в суд. В ходе судебного разбирательства не оспаривала, что в аудиопротоколе звучит её голос. Слово «глупость» было употреблено ею не в качестве характеристики личности истца, а как оценка ситуации. Слово «глупость» согласно словарю означает, в том числе, возражения против чего-либо. Данное слово употребляется политиками, используется в СМИ, является обиходным. Считает, что не нарушила нормы делового общения.

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Положения части 1 статьи 21, статей 23 и 34, статьи 45 и части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантируют каждому право на судебную защиту своей чести и доброго имени.

В силу предписания части 3 статьи 17, статьи 29 Конституции Российской Федерации устанавливается возможность выражения каждым своего мнения и убеждения любым законным способом, не нарушающим права и свободы других лиц.

По смыслу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, достоинство личности, честь и доброе имя, деловая репутация, являющиеся нематериальными благами, защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктами 1, 2, 5, 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет".

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" (далее - постановление Пленума о защите чести и достоинства) разъяснено, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Таким образом, судебная защита чести и достоинства гражданина может осуществляться только при совпадении трех факторов, а именно: оспариваемые сведения должны быть порочащими, распространенными и не соответствовать действительности. Отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

При этом обязанность доказать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (абзац 1 пункта 9 постановления Пленума о защите чести и достоинства).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума о защите чести и достоинства, в соответствии со статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, они не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разграничивая такие категории как "утверждения о фактах" и "оценочные суждения" необходимо учитывать, что условиями гражданско-правовой защиты чести, достоинства и деловой репутации являются: распространение (как противоправное действие) несоответствующих действительности сведений, порочащий характер сведений.

Юридическое содержание понятий "порочащие сведения" и "несоответствующие действительности" определено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 года N 3.

Так, не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В основу оценки сведений как порочащих и не соответствующих действительности положен не субъективный, а объективный критерий.

По смыслу ст.152 ГК РФ, сведение - утверждение о факте, которое можно проверить на предмет соответствия его действительности.

В противоположность этому во мнении выражается соответствие оцениваемого факта не действительности, не объективным фактам, а субъективным понятиям (критериям) и представлениям отдельного человека, выражающего мнение. Оценка не констатирует факт, а выражает отношение лица к тому или иному явлению или отдельной личности. Поэтому к оценкам неприменимы характеристики истинности - ложности.

По общему правилу, предположительные высказывания не опровергаются по суду, поскольку не констатируют факты. Суждение (мнение, высказывание) представляет собой умственный акт, носящий оценочный характер, выражающий отношение лица к содержанию высказанной мысли, отдельной личности и сопряженный с психологическими состояниями сомнения, убежденности или веры.

В соответствии состатьей 150Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (пункт 1).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящимКодексоми другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151ГК РФ).

Как разъяснено в п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например,право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения), либо нарушающими имущественные права гражданина.

При причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается. В указанных случаях компенсация морального вреда взыскивается судом независимо от вины причинителя вреда (абзац четвертый статьи 1100Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными впункте 50постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" право на компенсацию морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, на основаниистатьи 152Гражданского кодекса Российской Федерации возникает в случае распространения о гражданине любых таких сведений, в том числе сведений о его частной жизни. Истец по делу о компенсации морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, а ответчик - соответствие действительности распространенных сведений (пункт 1 статьи 152Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении дел по спорам о компенсации морального вреда, причиненного в связи с распространением о гражданине сведений, порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию, или иных сведений, распространение которых может причинить моральный вред, судам надлежит обеспечивать баланс между такими гарантированнымиКонституциейРоссийской Федерации правами и свободами, как право граждан на защиту чести, достоинства, деловой репутации, свобода мысли, слова, массовой информации, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23,29,33Конституции Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся впункте 51постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца.

Как установлено судом и следует из материалов дела, общедоступных сведений, размещенных на сайте суда, с 2020г. по настоящее время в производстве Ленинского районного суда г.Тамбова находилось около 13 гражданских и административных дел по искам (административным искам) ФИО3 с участием должностного лица Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области ФИО4, при этом по некоторым делам исковые требования были удовлетворены, по некоторым – в удовлетворении заявленных им требований судом отказано.

12.12.2022г. ФИО3 обратился в суд с административным иском к заместителю начальника Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области ФИО4 о признании незаконным действия, выразившееся в длительном не отнесении ответа на почтамт, а также о взыскании морального вреда в размере 100000 руб., в обоснование указав, что 01.11.2022г. он письменно обратился к руководителю УФССП России по Тамбовской области ФИО8, 03.11.2022г. его обращение перенаправлено для разрешения по существу в Тамбовское РОСП УФССП России по Тамбовской области. Рассмотрение его обращения осуществляла заместитель начальника Тамбовского РОСП – ФИО4 и 30.11.2022г. ею был подписан ответ на обращение, который был отнесен на почтамт лишь 08.12.2022г., что следует из почтового штампа на конверте. Кроме того, срок рассмотрения его обращения не продлевался. Таким образом, ответ на его обращение был дан за пределами установленного Федеральным законом №59-ФЗ от 02.05.2006г. срока, что незаконно и нарушает его права, в связи с чем, ему, как инвалиду 2-ой группы, были причинены нравственные и физические страдания.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г.Тамбова от 02.03.2023г. административный иск ФИО3 оставлен без удовлетворения.

Приходя к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из того, что обращение административного истца от 01.11.2022г., поступившее в Тамбовское РОСП 03.11.2022г., по существу рассмотрено, по результатам которого дан ответ и в установленный Федеральным законом от 2 мая 2006г. N59-ФЗ срок. То обстоятельство, что ответ от 30.11.2022г. был сдан Тамбовский РОСП УФССП России по Тамбовской области в службу почтовой связи 06.12.2022г., не свидетельствует о нарушении срока рассмотрения обращения административного истца, установленного Федеральным законом от 2 мая 2006г. N59-ФЗ.

В ходе судебного заседания 02.03.2023г. одним из административных ответчиков – должностным лицом Тамбовского РОСП ФИО4 даны, в том числе, следующие объяснения, в сокращенном виде отраженные в протоколе судебного заседания от 02.03.2023г. (л.д.23), протоколе предварительного судебного заседания по настоящему делу (л.д.19), содержащиеся на аудиозаписи судебного заседания 02.03.2023г. (л.д.17), примерно с 08:00 мин. до 10:10 мин.:

«На основании статьи федерального закона 59 в течение три.., по общему правилу ответ должен дать в течение 30 дней. Данный срок мной не нарушен, 30 ноября мной был дан ответ на данное обращение и направлен в канцелярию для отправки данному почтовому корреспонден(ции). Считаю... 6 декабря данное письмо направлено ФИО3. По поводу доводов, то что... Ваша Честь, прошу обратить внимание, что здесь ФИО3 на госорган говорит, что кто-то над ним издевается и все тому подобное. Это, я считаю, что это большая глупость и... что порочит тоже достоинство нашей службы. Никто не издевается над людьми, и со стороны руководства к исполнению моих служебных обязанностей нареканий нет, и то, что я там говорю, мстю... мсти... м... вы... какую-то месть я вам там выуживаю или издеваюсь над вами, - это полная глупость, У меня в отделе 17 000 испол. производств. Вот, поверьте мне, обязанностей полно. … То что затронули, извините, мои достоинства и... мою сл... мои служебные обя..., исполнение служебных обязанностей. И то что кто-то там издевается и мстит, это, поверьте, не в моих интересах, я никому не мщу. И не издеваюсь. И с данным исковым заявлением я полностью не согласна».

В ходе судебного разбирательства ответчиком ФИО4 не оспаривалось, что ею были публично в зале суда даны приведенные выше объяснения.

Заявляя исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, ФИО3 считает данные высказывания умаляющими его честь и достоинство, оскорбляющими и унизительными, т.к. его слова названы «большой глупостью» и «полной глупостью».

28.06.2023г. ФИО3 обратился в УФССП России по Тамбовской области с жалобой на действия должностного лица Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области ФИО4

Письмом УФССП России по Тамбовской области от 30.06.2023г. данное обращение было направлено на рассмотрение в Тамбовский РОСП (л.д.81).

Согласно ответу на обращение врио начальника отделения-старшего судебного пристава Тамбовский РОСП (л.д.87), обращение рассмотрено, при этом каких-либо дисциплинарных или иных мер в отношении должностного лица не принято.

Как установлено судом, служебной проверки в отношении должностного лица Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области ФИО4 не проводилось, к дисциплинарной (или иной) ответственности она не привлечена.

С целью установления характера распространенной информации по делу по ходатайству истца назначалась и проведена ФБУ «Пензенская ЛСЭ» Минюста России судебная лингвистическая экспертиза.

Согласно заключению судебной экспертизы ФБУ «Пензенская ЛСЭ» Минюста России №993/4-2 от 22.06.2023г., в аудиопротоколе судебного заседания (л.д.17, фрагмент аудиозаписи примерно с 09:41 мин. до 10:00 мин) и в протоколе предварительного судебного заседания (л.д.19, оборот), содержащих выступление в судебном заседании 02.03.2023 г. должностного лица УФССП России по Тамбовской области ФИО4, содержится негативная информация о ФИО3, выраженная в форме мнения.

В аудиопротоколе судебного заседания (л.д.17, фрагмент аудиозаписи примерно с 09:41 мин. до 10:00 мин) и в протоколе предварительного судебного заседания (л.д.19, оборот), содержащих выступление в судебном заседании 02.03.2023 г. должностного лица УФССП России по Тамбовской области ФИО4, не содержится унизительной оценки личности ФИО3

В исследовательской части заключения судебной экспертизы указано, что из развернутого контекста (содержания всех представленных на диске аудиозаписей) понятно, что ФИО3 обратился в суд, поскольку посчитал, что сотрудники Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области нарушили законодательство об обращениях, а именно: отправили ответ на его жалобу позже положенного срока, о чем, по его мнению, свидетельствует почтовый штемпель, где указана дата отправления. Истец расценивает данный факт как результат намеренных действий, поскольку с ответчиком у него сложились «сложные», неприязненные отношения: по словам ФИО3., ранее он уже обращался в суд с иском к ФИО4 и выиграл его. Он считает, что посредством задержки отправления документации ответчик мстит ему, издевается, хочет, чтобы он нервничал.

ФИО4 сообщает, что ответ на обращения должен быть дан в течение 30 дней, что она не нарушала установленный срок, составив ответ 30 ноября и передав его в канцелярию для отправки. ФИО3 письмо было направлено 06 декабря. Ответчик опровергает мнение истца о том, что она, сотрудник государственного учреждения, сводит с ним личные счеты. ФИО4 отмечает, что имеет на службе большую загрузку и много обязанностей, а также что со стороны руководства в ее адрес нет каких-либо замечаний. В завершение своей речи женщина выражает несогласие с предъявленным ей иском. Небольшие различия в представленных на исследование текстах не влияют на понимание смысла; они связаны с неподготовленностью, спонтанностью речи диктора, зафиксированной на аудиозаписи, и «оптимизации» звучащего текста при его протоколировании.

С учетом развернутого контекста в указанных фрагментах сообщается, что ФИО3 выражает мнение, согласно которому, сотрудники государственно организации издеваются над ним, то есть обращаются с ним крайне оскорбительно, грубо, подвергают всевозможным унижениям; мучают; измываются. Данные сведения излагаются говорящим на основании произнесенной ранее речи ФИО3 (которая также зафиксирована в аудиопротоколе судебного заседания) и носят нейтральный характер.

Высказывание «Это, я считаю, что это большая глупость и„, что порочит тоже достоинство нашей службы», с учетом развернутого контекста, исходя из презумпции осмысленности, содержит следующую информацию: приводимые ФИО3 доводы, что ФИО4 пыталась ему отомстить, говорящий оценивает как «глупость» (глупый поступок, глупые слова, мысли; вздор, пустяки (по Современному толковому словарю русского языка), глупый поступок, глупые слова (по Новейшему большому толковому словарю русского языка), глупый поступок; глупая мысль, речь (по Малому академическому словарю), где «глупый» - не обнаруживающий ума, лишённый разумной содержательности, целесообразности (по Толковому словарю русского языка ФИО6), а также выражает мнение, согласно которому сведения, изложенные ФИО3, способны негативно отразиться на репутации службы судебных приставов («порочить» - распространять предосудительные сведения о ком-либо, чем-либо; позорить, навлекать позор на кого-, что-нибудь, бесчестить).

Контекст указывает на то, что характеристика «глупость» относится не к личности (личным качествам) истца, а к содержанию его высказываний, с которыми говорящий не согласен и считает их лишенными целесообразности и разумности. Сведения о том, что слова, доводы ФИО3 порочат достоинство службы судебных приставов, косвенно характеризуют деятельность истца как негативную (он сказал нечто такое, что оценивается говорящим как опорочение). Выражение «я считаю» является маркером мнения и указывает на его носителя. Это позволяет заключить, что негативная информация о ФИО3 в представленном материале выражена в форме мнения.

Высказывание «Никто не издевается над людьми, и со стороны руководства к исполнению моих служебных обязанностей нареканий нет, и то, что я там говорю, мстю... мсти... м... вы... какую-то месть я вам там выуживаю или издеваюсь над вами, - это полная глупость», зафиксированное на аудиозаписи, частично дублируют высказывания, рассмотренные выше: приводимые ФИО3 доводы, что ФИО4 пыталась ему отомстить за понесенное из-за его действий наказание, говорящий оценивает как «глупость». Значение существительного «глупость» приведено выше. С учетом развернутого контекста, исходя из презумпции осмысленности, можно заключить, что характеристика «глупость» относится не к личности (личным качествам) истца, а к содержанию его высказываний, с которыми говорящий не согласен, оценивая их как лишенные целесообразности и разумности.

В подлежащих исследованию фрагментах текста не содержится негативной оценки личных качеств ФИО3, понижающей его социальный статус, которая выражает эмоциональное отношение осуждения, неодобрения, презрения со стороны говорящего. Это позволяет заключить, что в представленном материале не реализуется значение унизительной оценки лица.

Анализируя выводы и порядок экспертного исследования экспертом ФБУ «Пензенская ЛСЭ» Минюста России, суд приходит к выводу, что указанное заключение основано на действующей нормативной базе, полно и всесторонне отражает вопросы, связанные с проведением судебной лингвистической экспертизы, выводы экспертизы научно аргументированы, обоснованы и достоверны. Старший государственный судебный эксперт ФИО7 имеет высшее педагогическое образование по специальности «Филология», высшее педагогическое образование по специальности «Культурология», квалификацию судебного эксперта по специальности 26.1 «Исследование продуктов речевой еятельности», стаж экспертной работы по экспертной специальности с 2014г., квалификацию судебного эксперта по специальности 7.1 «Исследование голоса и звучащей речи», стаж экспертной работы по специальности с 2015г., общий стаж экспертной работы с 2014г., предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Ходатайство о назначении дополнительной (либо повторной) судебной экспертизы истцом не заявлено, у суда также отсутствуют какие-либо сомнения в правильности или обоснованности заключения судебной экспертизы ФБУ «Пензенская ЛСЭ» Минюста России.

При таких обстоятельствах, суд принимает во внимание в качестве надлежащего доказательства по вопросу установления характера распространенной информации, заключение судебной экспертизы, исходя из которого, в выступлении ответчика в судебном заседании 02.03.2023 г. содержится негативная информация о ФИО3, выраженная в форме мнения; не содержится унизительной оценки личности ФИО3

Таким образом, в ходе судебного разбирательства не нашли подтверждения доводы истца о распространении должностным лицом УФССП России по Тамбовской области ФИО4, сведений, порочащих его честь и достоинство и деловую репутацию, также не нашли подтверждения доводы о высказывании (распространении) ответчицей оценочных суждений, мнений, убеждений, в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из того, что вышеприведенные высказывания должностного лица Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области ФИО4 по своему характеру содержат субъективное мнение, по сути, являются ее оценочными суждениями, которые не высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца, либо в неприличной форме, и проверить эти сведения на соответствие их действительности не представляется возможным; данные оценочные суждения, по смыслу пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005г. "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" предметом судебной защиты в порядке, предусмотренном ст.152 ГК РФ, не являются, так как выступают результатом реализации лица, их высказавшего, своего права на свободу слова, выражения мнения.

Доводы истца об обратном, и о том, что независимо от формы выражения негативной информации, которую он считает оскорбительной, его права подлежат судебной защите, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права.

Суд критически оценивает доводы ФИО3 о том, что ФИО4, являясь должностным лицом Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области, государственным гражданским служащим, и высказывая в отношении него в судебном заседании в качестве административного ответчика негативную и информацию, нарушила положения Кодекса этикии служебного поведения федерального государственного гражданского служащего Федеральной службысудебныхприставов, нормы Федерального закона от 21.07.1997 N 118-ФЗ "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации", Федерального закона от 2 октября 2007г. N229-ФЗ "Об исполнительном производстве", и свою должностную инструкцию, что считает достаточным основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, - по следующим основаниям.

Вопреки доводам истца, Федеральный закон от 2 октября 2007г. N229-ФЗ "Об исполнительном производстве", Федеральный закон от 21.07.1997 N 118-ФЗ "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации" не регламентирует этические нормы поведения федеральных государственных гражданских служащих Федеральной службысудебныхприставов.

Свод общих принципов профессиональной служебнойэтикии основных правил поведения, которым должен руководствоваться федеральный государственный гражданский служащий Федеральной службы судебных приставов регламентирован Кодексомэтикии служебного поведения федерального государственного гражданского служащего Федеральной службы судебныхприставов, утв.приказомФедеральной службы судебных приставов от 12 апреля 2011г. N124 (далее – Кодекс этики и служебного поведения).

Согласно п.2.1 Кодекса этики и служебного поведения, моральный, гражданский и профессиональный долг государственного гражданского служащего ФССП России - руководствоваться государственными интересами и отстаивать их в процессе осуществления своих должностных полномочий.

Согласно п. 5.3 Кодекса этики и служебного поведения, государственному гражданскому служащему ФССП России следует вести любую публичную дискуссию в корректной форме, не подрывающей авторитет государственной службы, уважительно относиться к деятельности представителей средств массовой информации по информированию общества о деятельности Службы.

Как установлено судом на основании собранных по делу доказательств, включая заключение судебной экспертизы, вышеприведенные высказывания ФИО4 относятся не к личности (личным качествам) истца, а к содержанию его высказываний, с которыми говорящий не согласен и считает их лишенными целесообразности и разумности.

При этом слово «глупость» не относится к бранным словам и выражениям, употребление которых не допускается общественной моралью.

Использование разговорного стиля русского литературного языка (к которому относится «глупость» в употребленном значении по толковому словарю О.С.ИБ. как «о чем-нибудь явно неразумном, неверном») само по себе Кодексом этики и служебного поведения не запрещено.

В силу п.7 ст.6 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, одним из принципов административного судопроизводства является состязательность и равноправие сторон административного судопроизводства при активной роли суда.

Согласно ч.4, ч.6 ст.144 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебное разбирательство происходит в условиях, обеспечивающих надлежащий порядок в судебном заседании и безопасность участников судебного разбирательства. К лицам, нарушающим порядок в судебном заседании или не подчиняющимся законным распоряжениям председательствующего в судебном заседании, после устного замечания могут быть применены меры процессуального принуждения, предусмотренные настоящимКодексом.

То есть, законом вопрос о нарушении порядка в зале суда оставлен на усмотрение председательствующего в судебном заседании.

Как следует из протокола судебного заседания (л.д.23), определения об отклонении замечаний ФИО3 на протокол судебного заседания от 13.03.2023г. (л.д.27) председательствующий в судебном заседании каких-либо устных замечаний административному ответчику не делал, меры процессуального принуждения к ней не применялись, то есть, надлежащий порядок в судебном заседании ею нарушен не был. Значит, требование о корректности формы ведения публичной дискуссии, являющейся способом реализации принципа состязательности сторон административного судопроизводства, в зале суда не нарушено.

Кроме того, в силу п.1 ст.7 Кодекса этики и служебного поведения, нарушение государственным гражданским служащим ФССП России положений Кодекса подлежит моральному осуждению на заседании комиссий по соблюдению требований к служебному поведению государственных гражданских служащих ФССП России, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, нарушение положений Кодекса влечет применение к государственному служащему мер юридической ответственности.

Таким образом, вопрос о наличии (либо отсутствии) в действиях (высказываниях) государственного гражданского служащего ФССП России нарушения Кодекса этики и служебного поведения относится к исключительной компетенции комиссии по соблюдению требований к служебному поведению государственных гражданских служащих ФССП России исуднеобладаетправомна его разрешение.

Как следует из материалов дела, на заседании комиссии по соблюдению требований к служебному поведению государственных гражданских служащих ФССП России данный вопрос не обсуждался, к дисциплинарной или иной ответственности ФИО4 не привлечена.

Более того, ФИО3 не доказан факт причинения ему морального вреда по вине должностного лица Тамбовского РОСП УФССП России по Тамбовской области ФИО4, а также наличие причинно-следственной связи между допущенными ею высказываниями и причиненным ущербом. Сам по себе факт нарушения Кодекса этики и служебного поведения (в случае выявления подобного) не свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав истца.

При таких обстоятельствах, не подлежат удовлетворению исковые требования ФИО3 к Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации, УФССП России по Тамбовской области, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса.

В соответствии со ст. 94, ч. 1 ст. 98, ч. 1 ст. 100 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, государственная пошлина, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, иные признанные судом необходимыми расходы.

Исход из ч.6 ст.98 ГПК РФ, если стороны не произвели оплату экспертизы или оплатили ее не полностью, денежные суммы в счет выплаты вознаграждения за проведение экспертизы подлежат взысканию с одной стороны или с обеих сторон и распределяются между ними в порядке, установленномчастью первойст.98 ГПК РФ.

Определением от 20.04.2023г. по делу назначалась судебная экспертиза в ФБУ «Пензенская ЛСЭ» Минюста России, оплата которой возложена на истца, заявившего ходатайство о её назначении. Стоимость проведения экспертизы составила 28160 руб., однако до настоящего времени денежные средства не выплачены. Таким образом, в порядке ст.ст.96, 103 ГПК РФ с истца ФИО3 в пользу ФБУ «Пензенская ЛСЭ» Минюста России надлежит взыскать расходы на производство судебной экспертизы в сумме 28160 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

*** 6829010040), ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФБУ «Пензенская ЛСЭ» Минюста России (ИНН ***) судебные расходы по оплате проведения судебной экспертизы – 28160 руб.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Ленинский районный суд г.Тамбова в течение месяца с момента составления его в окончательной форме.

Судья С.А.Абрамова

Решение суда в окончательной форме составлено 10 августа 2023 года.

Судья С.А.Абрамова