Апелляционное определение № 33-1115/2026 от 29 марта 2026 г.

Судья Гришина Л.В. № 33-1115/2026

40RS0004-01-2025-000445-24


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело №2-768/2025
30 марта 2026 года
город Калуга
Судебная коллегия по гражданским делам

Калужского областного суда в составе:

председательствующего Романовой В.В.,

судей Клюевой С.А., Квасовой О.В.,

при секретаре Захаровой Д.И.,

с участием прокурора Островской М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу Квасовой О.В. дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Боровского районного суда Калужской области от 12 августа 2025 года по иску ФИО1 к ГБУЗ КО «ЦРБ Боровский район», министерству здравоохранения Калужской области, страховой компании АО «Макс-М» о взыскании затрат на медицинские препараты и компенсацию морального вреда, причиненного в связи с отказом в предоставлении медицинской помощи,

УСТАНОВИЛА:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ КО «ЦРБ Боровский район», министерству здравоохранения Калужской области, страховой компании АО «Макс-М», просила взыскать со страховой компании АО «Макс-М» затраты на оплату медицинских препаратов и шприцов на сумму 1 399 руб., с ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области» - компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что 15 июля и 18 июля 2024 года истец находилась на приеме у врача поликлиники г.Ермолино ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области» ФИО2, которая неверно определила диагноз заболевания. В результате действий врача истец переживала, испытывала душевные страдания. 18 ноября 2024 года на приеме у врача ФИО8 истец попросила выдать ей направление на дневной стационар, где оказывают бесплатные процедуры в виде уколов и капельниц по назначению врача. Врач ФИО8 выдала истцу направление и сделала соответствующие назначения с которыми истец обратилась к медицинской сестре поликлиники ФИО3, которая сообщила, что прием истца на дневной стационар возможен с 18 декабря 2024 года, поскольку расписание дневного стационара расписывается на будущее время, кроме того, ФИО3 уходит в отпуск. Истец полагает, что своими действиями ФИО3 чинит препятствия в получении бесплатной медицинской помощи, о чем указала ФИО3 и пояснила, что уколы истец должна получать срочно. ФИО3 предложила приобрести лекарственные препараты и шприцы и бесплатно получать уколы с 18 ноября 2024 года. В связи с отказом оказания услуг в дневном стационаре поликлиники истец вынуждена была приобрести лекарственные препараты и шприцы на сумму 1 399 руб.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала.

Представитель ГБУЗ КО «ЦРБ Боровский район» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала.

Представители ответчиков министерства здравоохранения Калужской области, страховой компании АО «Макс-М» в судебное заседание не явились.

Третьи лица ФИО2, ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований.

Решением Боровского районного суда Калужской области от 12 августа 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить и принять по делу новое решение.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, выслушав заключение прокурора Островской М.А., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела видно, что 15 июля 2024 года при посещении поликлиники г.Ермолино ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области» ФИО1 врачом ФИО2 был поставлен диагноз <данные изъяты>».

Установлено, что заключение врача ФИО2 от 15 июля 2024 года не являлось окончательным диагнозом и должно быть уточнено по результатам обследования.

04 сентября 2024 года на приеме диагноз установлен «<данные изъяты>», после консультации травматолога 16 сентября 2024 года диагноз дополнен <данные изъяты>.

18 ноября 2024 года ФИО1 врачом терапевтом ФИО16 было выдано направление на госпитализацию в терапевтическое отделение дневного стационара поликлиники г.Ермолино ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области».

С указанным направлением ФИО1 обратилась к медицинской сестре поликлиники ФИО3, которой истцу была предложена госпитализация через 30 дней в стационар в порядке плановой очереди - 18 декабря 2024 года, от которого истец отказалась.

После чего по согласованию с лечащим врачом истец была направлена в процедурный кабинет для получения инъекций.

Для проведения указанных инъекций ФИО1 приобрела медицинские препараты и шприцы на сумму 1 399 руб.

18 декабря 2024 года истец на госпитализацию в дневной стационар не явилась.

Согласно объяснениям третьего лица ФИО2, данных в суде первой инстанции, следует, что у нее на приеме была ФИО1 с жалобами на боли в суставах. В целях ознакомления она сообщила пациенту информацию о различных заболеваниях, которые могут вызывать указанные истцом суставные боли, в том числе и о <данные изъяты>. Указанный диагноз не был установлен ФИО1, а ее состояние требовало уточнения, в связи с чем ей были выданы направления для проведения исследований. В последующем ФИО1 был установлен диагноз - <данные изъяты> и назначено лечение. ФИО1 было сообщено, что срок ожидания госпитализации на дневной стационар составляет 30 дней. Количество коек в дневном стационаре ограничено, запись на госпитализацию ведется по назначению врача. 18 ноября 2024 года мест для госпитализации ФИО1 не было. Ей было предложено получить медицинские услуги в дневном стационаре 18 декабря 2024 года, однако она отказалась. Экстренной госпитализации состояние ФИО1 не требовало, в связи с чем ей было предложено пройти курс терапии в процедурном кабинете. Медицинские услуги ей были оказаны.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции пояснила, что 18 ноября 2024 года к ней обратилась ФИО1 с направлением на госпитализацию в дневной стационар.

В соответствии с положением об организации деятельности дневного стационара поликлиники г.Ермолино ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области» срок ожидания госпитализации составляет до 30 дней. В ближайшее время запись в дневной стационар была полной. Затем у врача начинался ежегодный отпуск, в связи с чем она предложила ФИО1 начать проходить лечение в дневном стационаре с 18 декабря 2024 года. Истцу не было отказано в получении медицинских услуг. Однако ФИО1 сообщила, что ей нужно начать процедуры 18 ноября 2024 года, тогда ей врачом был предложен вариант бесплатного получения терапии в процедурном кабинете, она согласилась и стала осуществлять процедуры с 18 ноября 2024 года. 18 декабря 2024 года ФИО1 на госпитализацию в дневной стационар поликлиники не явилась.

Как следует из материалов дела, ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области» определено положение об организации деятельности дневного стационара поликлиники г.Ермолино ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области».

Согласно указанному положению срок ожидания госпитализации в дневной стационар поликлиники г.Ермолино ГБУЗ КО «ЦРБ Боровского района Калужской области» составляет до 30 дней.

Установлено, что состояние истца не требовало экстренной госпитализации, истец не была лишена возможности проведения лечения в плановом порядке бесплатно в системе ОМС.

Обращаясь с настоящим иском, в его обоснование ФИО1 ссылалась на то, что врачом ФИО2 ей был озвучен неверно поставленный диагноз - <данные изъяты>, который в дальнейшем не подтвердился. В результате чего ей причинены физические и нравственные страдания. Истец полагает, что своими действиями врач ФИО3 чинит препятствия в получении бесплатной медицинской помощи. Полагала, что ей в рамках договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию медицинской организацией некачественно оказана медицинская помощь, выразившаяся в ненадлежащей ее организации из-за невозможности своевременного получения назначенного лечения (госпитализация в дневной стационар), что рассматривается пациентом как отказ в получении назначенного лечения и, как следствие, нарушение личных неимущественных прав и причинение ущерба.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Из норм Конституции Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Из изложенного следует, что в случае причинения работниками медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинской организации или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда и взыскании затрат на медицинские препараты, суд первой инстанции дал оценку представленным доказательствам в их совокупности, правильно истолковав и применив к спорным отношениям нормы материального права, пришел к обоснованному выводу, что доказательств причинения нравственных и физических страданий истцом не представлено, а также отсутствуют доказательства, подтверждающие, что при оказании медицинских услуг имели место недостатки, повлекшие причинение вреда здоровью истца, и что ФИО1 была лишена возможности на получение лечения бесплатно и своевременно.

При этом судом было установлено, что ответчиком ГБУЗ КО «ЦРБ Боровский район» оказаны услуги, которые, согласно статье 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», представляют собой комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий.

Доводов, основанных на доказательствах, которые могли бы служить основанием для отмены решения суда, в жалобе не содержится, в связи с чем она удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Боровского районного суда Калужской области от 12 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 2 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи