Решение № 2-225/2019 2-225/2019(2-2397/2018;)~М-2620/2018 2-2397/2018 М-2620/2018 от 18 февраля 2019 г. по делу № 2-225/2019

Дело № 2-225/2019


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

19 февраля 2019 года г. Феодосия

Феодосийский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Чибижековой Н.В.,

с участием секретаря Аблязовой Э.Р.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО5,

представителя ответчика ФИО7,

третьего лица ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО14 к ФИО13 ФИО15, ФИО9 ФИО16 (третье лицо – ФИО8 ФИО17) о признании договора купли-продажи ничтожной сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки и взыскании убытков,-

УСТАНОВИЛ:

20 ноября 2018 года ФИО1, через организацию почтовой связи, обратился в суд с иском к ФИО13, в котором просил признать договор купли-продажи <адрес> в <адрес> от 02 февраля 2007 года ничтожной сделкой, применить последствия недействительности ничтожной сделки и взыскать с ответчика в его пользу убытки в размере 1815222,70 рублей.

В обоснование требований указал, что на основании договора купли-продажи от 02 февраля 2007 года он приобрел в собственность вышеуказанную квартиру. Согласно расписке за указанную квартиру он уплатил денежные средства в размере 27500 долларов США. Однако решением Феодосийского городского суда Республики Крым от 27 марта 2017 года был частично удовлетворен иск ФИО8, указанная квартира была истребована у него в пользу ФИО8 и прекращено его право собственности на указанную квартиру. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 28 июня 2017 года решение Феодосийского городского суда Республики Крым от 27 марта 2017 года изменено, исключено из резолютивной части указание о прекращении его права собственности на данную квартиру, в остальной части решение оставлено без изменения. Определением Феодосийского городского суда Республики Крым от 05 июля 2018 года разъяснено решение Феодосийского городского суда Республики Крым от 27 марта 2017 года. 19 октября 2018 года исполнительное производство, предметом исполнения которого было истребование у него в пользу ФИО8 спорной квартиры, окончено.

Ссылаясь на вышеприведенное, положения статей 15, 166, 179, 454, 460, 461 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, изложенные в постановлении Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указывая, денежная сумма в размере 27500 долларов США, уплаченная им за покупку квартиры, до настоящего времени ему не возвращена, что послужило основанием для обращения в суд, просил исковые требования удовлетворить.

В соответствии со статьей 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определением Феодосийского городского суда Республики Крым к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО5 (протокол судебного заседания от 17 декабря 2018 года).

В ходе рассмотрения дела ФИО1 неоднократно уточнял исковые требования и в уточненном варианте исковых требований, указав, кроме ФИО13, в качестве ответчика ФИО5, просил признать договор купли-продажи <адрес> в <адрес> от 02 февраля 2007 года ничтожной сделкой, применить последствия недействительности ничтожной сделки и взыскать солидарно с ответчиков ФИО13 и ФИО5 в его пользу убытки в размере 1815222,70 рублей и судебные расходы, указав, в качестве дополнительного обоснования своих требований, положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, регламентирующие обязанность возвратить неосновательное обогащение.

В возражениях на исковое заявление ФИО13 и ФИО5 просили в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, в том числе, ссылаясь на пропуск срока исковой давности, указав, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме и дали суду пояснения, аналогичные изложенным в иске.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании пояснил, что за продажу спорной квартиры действительно получил от ФИО1 27500 долларов США, однако денежные средства в размере 25000 долларов США, им, после выдачи ФИО13 доверенности на его имя на право распоряжения указанной квартирой, были переданы ФИО13, о чем представлен оригинал расписки от 22 декабря 2006 года.

Ответчик ФИО13 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила, направила для участия в судебном заседании своего представителя ФИО7, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности.

Представитель ответчика ФИО13 – ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме, в том числе просил применить срок исковой давности, истечение которого является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Третье лицо ФИО8 не возражал против удовлетворения исковых требований, пояснив, что действительно исполнительное производство, предметом исполнения которого было истребование в его пользу спорной квартиры, окончено 19 октября 2018 года.

Заслушав истца ФИО1, его представитель ФИО2, ответчика ФИО5, представителя ответчика ФИО13 – ФИО7, исследовав материалы данного гражданского дела и гражданских дел № 2-74/2011, № 2/119/256/13 и № 2-664/2017, всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства и оценив представленные доказательства, имеющие значение для рассмотрения дела и разрешения спора по сути, суд полагает, что иск подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, на основании представленных сторонами в порядке статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оцененных судом в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствах.

В силу статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предмет и основания иска определяет истец. При этом к основаниям иска относятся не только нормы права, на которые указывает истец, но и фактические обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований.

В соответствии с требованиями статьи 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела и установление правоотношений сторон, относится к компетенции суда.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей право на обращение в суд, установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Положения части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации предусматривают каждому гарантии на судебную защиту его прав и свобод. Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17, 18; части 1, 2 статьи 46, статья 52 Конституции Российской Федерации).

В статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено положение о судебной защите нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены способы защиты гражданских прав, а также содержится указание на возможность применения иных способов, предусмотренных законом.

Выбор способа защиты нарушенного права должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса, а не быть декларативным.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 02 февраля 2007 года между ФИО9 ФИО18, который действовал от имени ФИО13 ФИО19 по доверенности, удостоверенной частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ, реестр №, как продавцом, и ФИО1 ФИО20, как покупателем, был заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец в лице представителя продала, а покупатель купил в частную собственность принадлежащую продавцу на праве частной собственности <адрес>, которая находится в жилом <адрес>, расположенном по <адрес> в <адрес>.

Как следует из пункта 1.2 указанного договора купли-продажи квартиры от 02 февраля 2007 года, квартира, которая отчуждается по этому договору, принадлежит продавцу на основании договора купли-продажи квартиры, удостоверенного частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ, реестр №, и зарегистрированного в Государственном реестре сделок регистратором – частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО10, 04 декабря 2006 года, согласно Извлечению из Государственного реестра сделок №, номер сделки – 1763551. Право собственности продавца на квартиру зарегистрировано Коммунальным предприятием «Феодосийское межгородское бюро регистрации и технической инвентаризации» и внесено в электронный Реестр прав собственности на недвижимое имущество 06 декабря 2006 года за регистрационным №, согласно Извлечению о регистрации права собственности на недвижимое имущество №.

В пункте 1.4 договора купли-продажи квартиры от 02 февраля 2007 года указано, что квартира, которая является предметом этого договора, на момент его заключения никому другому не продана, не подарена, не отчуждена другим способом, ранее не заложена, в споре, налоговом залоге, под публичным обременением и под запретом (арестом) не находится, по договору найма не передана, судебные споры в отношении нее не ведутся, как юридический адрес она не используется, прав в отношении нее у третьих лиц как в границах, так и за границами Украины нет.

Решением Феодосийского городского Автономной Республики Крым от 08 апреля 2011 года, принятым по иску ФИО8 ФИО21 к ФИО1 ФИО22, ФИО23, ФИО13 ФИО24 (третье лицо – Первая Феодосийская государственная нотариальная контора) о признании недействительными доверенности и договоров купли-продажи квартиры, исковые требования ФИО8 удовлетворены частично. Суд постановил: признать недействительной доверенность, выданную ФИО4 на имя ФИО3, удостоверенную 02 марта 2006 года частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО11, зарегистрированную в реестре под №; признать недействительным заключенный между ФИО3 и ФИО13 ФИО25 договор купли-продажи <адрес> в <адрес> от 04 декабря 2006 года, по реестру №, удостоверенный частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО10; в удовлетворении исковых требований в части признания недействительным договора купли-продажи квартиры от 02 февраля 2007 года – отказать.

Определением Апелляционного суда Автономной Республики Крым от 29 июня 2011 года решение Феодосийского городского Автономной Республики Крым от 08 апреля 2011 года оставлено без изменения.

Решением Феодосийского городского Автономной Республики Крым от 17 мая 2013 года, принятым по иску ФИО8 ФИО26 к ФИО1 ФИО27, ФИО3, (третье лицо – Первая Феодосийская государственная нотариальная контора) о признании завещания недействительным и признании права собственности на недвижимое имущество в порядке наследования, исковые требования ФИО8 удовлетворены частично. Суд постановил: признать за ФИО8 право собственности на <адрес> в <адрес> по праву наследования по закону, как наследника первой очереди после смерти ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

При этом суд первой инстанции в своем решении указал, что исходя из того, что решением Феодосийского городского Автономной Республики Крым от 08 апреля 2011 года отказано в удовлетворении исковых требований ФИО8 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 02 февраля 2007 года, по реестру №, по условиям которого ФИО13 продала <адрес> в <адрес> ФИО1 со ссылкой на то, что не подлежат удовлетворению иски собственников имущества о признании недействительными последующих договоров, касающихся отчуждения этого имущества, которые были заключены после недействительного договора, суд считает, что у истца отсутствуют иные способы защиты его нарушенного права, кроме как путем признания права собственности на спорную квартиру в порядке наследования.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Апелляционного суда Республики Крым от 22 апреля 2014 года решение Феодосийского городского Автономной Республики Крым от 17 мая 2013 года оставлено без изменения.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО4 после смерти своей матери – ФИО12 унаследовал право на <адрес> в <адрес>, принадлежавшую наследодателю на праве собственности.

Право собственности на спорную квартиру за ФИО1 зарегистрировано 06 февраля 2007 года на основании договора купли-продажи от 02 февраля 2007 года, заключенному с ФИО13., от имени которой на основании нотариально удостоверенной доверенности действовал ФИО51

Право собственности ФИО13 на указанную квартиру было зарегистрировано 06 декабря 2006 года без учета того, что определением Феодосийского городского суда Автономной Республики Крым от 08 августа 2006 года на указанную квартиру был наложен арест и определение от 20 ноября 2006 года об отмене ареста не вступило в законную силу, поскольку было отменено определением Апелляционного суда Автономной Республики Крым от 06 февраля 2007 года.

Решением Феодосийского городского Автономной Республики Крым от 08 апреля 2011 года, которым признаны недействительными доверенность от 02 марта 2006 года и договор купли-продажи от 04 декабря 2006 года, подтверждается, что спорное имущество выбыло из собственности ФИО4 без законных оснований. Данным решением восстановлено право ФИО4 на указанную квартиру, право собственности к нему перешло со дня открытия наследства (с даты смерти ФИО12 – ДД.ММ.ГГГГ).

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для признания за истцом (ФИО8), как наследником первой очереди по закону, права собственности на наследственное имущество.

Решением Феодосийского городского суда Республики Крым от 27 марта 2017 года, принятым по иску ФИО8 ФИО28 к ФИО1 ФИО29 об истребовании имущества, прекращении права собственности на квартиру и признании права собственности отсутствующим, иск ФИО8 удовлетворен частично. Суд постановил: истребовать у ФИО1 в пользу ФИО8 <адрес> в <адрес>, прекратив право собственности ФИО1 на указанную квартиру.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 28 июня 2017 года решение Феодосийского городского суда Республики Крым от 27 марта 2017 года изменено. Суд апелляционной инстанции постановил: исключить из резолютивной части указание о прекращении права собственности ФИО1 на <адрес> в <адрес>, в остальной части решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Поскольку при рассмотрении дела установлено, что решениями судов, вступившими в законную силу, доверенность от 02 марта 2006 года и договор купли-продажи от 04 декабря 2006 года, на основании которых спорная квартира была передана в собственность ФИО13, признаны недействительными, учитывая, при этом, что решением суда, вступившим в законную силу, спорная квартира истребована у ФИО1 в пользу ФИО8, суд приходит к выводу, что последующий договор об отчуждении спорной квартиры, а именно договор от 02 февраля 2007 года, является ничтожным, поскольку ФИО13 не вправе была распоряжаться спорной квартирой, и, как следствие, об отсутствии правовых оснований для признания договора купли-продажи спорной квартиры от 02 февраля 2007 года ничтожной сделкой, в связи с тем, что он является ничтожным независимо от такого признания, полагая, что данные исковые требования являются излишне заявленными.

Что касается исковых требований ФИО1 о взыскании солидарно с ответчиков ФИО13 и ФИО5 в его пользу убытков в размере 1815222,70 рублей, что составляет сумму эквивалентную 27500 долларам США, переданную им по расписке за покупку спорной квартиры, по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день по дачи искового заявления, то суд исходит из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 04 декабря 2006 года между ФИО31 ФИО30, от имени которого действовал ФИО3, по доверенности, удостоверенной частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО11, 02 марта 2006 года, по реестру №, как продавцом, и ФИО13 ФИО32, как покупателем, был заключен договор купли-продажи квартиры, предметом которого являлась квартира, которая находится по адресу: <адрес>.

Указанный договор купли-продажи удостоверен частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО10, реестр №, и зарегистрирован в Государственном реестре сделок, что подтверждается извлечением №.

Право собственности ФИО13 на указанную квартиру зарегистрировано Коммунальным предприятием «Феодосийское межгородское бюро регистрации и технической инвентаризации», что подтверждается Извлечением о регистрации права собственности на недвижимое имущество № от ДД.ММ.ГГГГ.

21 декабря 2006 года ФИО13 ФИО33 выдала ФИО9 ФИО6 доверенность, которой уполномочила последнего распоряжаться (продать, обменять) по цене и на условиях по его усмотрению принадлежащей ей на праве частной собственности квартирой, которая находится по адресу: <адрес>. Для чего предоставила ему право: подавать от ее имени заявления соответствующего содержания, в том числе заявление о принадлежности ей вышеуказанного имущества на праве личной частной собственности, быть ее представителем в Коммунальном предприятии «Феодосийское межгородское бюро регистрации и технической инвентаризации», учреждениях связи, органах нотариата, и Государственной налоговой инспекции, жилищно-эксплуатационных организациях и так далее, заключать разнообразные сделки, в том числе договоры на установку телефона, установку газового счетчика, подключение и поставку газа и другие, подписываться за нее, подавать и получать необходимые справки и документы, в том числе Извлечение из реестра прав собственности на недвижимое имущество, подписывать договоры купли-продажи, мены, осуществлять необходимые расчеты, вносить надлежащие платежи, в том числе оплачивать государственную пошлину или вносить плату за совершение нотариального действия, налог с доходов физических лиц и другие, получать принадлежащие ей деньги в случае продажи квартиры, или имущество по договору мены. Доверенность выдана сроком на три года и была действительна до 21 декабря 2009 года.

Указанная доверенность удостоверена частным нотариусом Феодосийского городского нотариального округа ФИО10, реестр №, и зарегистрирована в Едином реестре доверенностей, что подтверждается Полным извлечением № от 02 февраля 2007 года.

Также при рассмотрении дела судом установлено, что 22 декабря 2006 года ФИО13 ФИО34 выдала ФИО9 ФИО6 расписку, из содержания которой следует, что она получила от него 25000 долларов США за продажу квартиры, расположенной по адресу: <адрес>; сумма получена в полном объеме; претензий не имеет.

02 февраля 2007 года между ФИО9 ФИО6, который действовал от имени ФИО13 ФИО35 по нотариально удостоверенной доверенности, как продавцом, и ФИО1 ФИО36, как покупателем, был заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец в лице представителя продала, а покупатель купил в частную собственность принадлежащую продавцу на праве частной собственности <адрес>, которая находится в жилом <адрес>, расположенном по <адрес> в <адрес>.

В этот же день – 02 февраля 2007 года ФИО9 ФИО6 выдал расписку, из содержания которой следует, что он получил деньги в сумме 27500 долларов США у ФИО1 ФИО37 за продажу квартиры по адресу: <адрес>; расчет произведен полностью.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к выводу, что в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторонами по делу представлены относимые и допустимые доказательства, бесспорно свидетельствующие о том, что за продажу спорной квартиры ФИО5 получил от ФИО1 27500 долларов США, а ФИО13 передал – 25000 долларов США, доказательств обратного суду не представлено и по делу не добыто.

Проанализировав установленные обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, и правоотношения сторон, суд приходит к выводу, что по данному делу подлежат применению нормы закона, регламентирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии с положениями статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Статьей 128 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что к объектам гражданских прав относятся вещи, включая наличные деньги.

В силу пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Положения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению в случаях, когда лицо действовало с осознанием отсутствия обязательства перед другой стороной, то есть по существу намеревалось одарить другую сторону, что позволяет приравнять последствия таких действий к последствиям договора дарения.

По данному делу с учетом заявленных исковых требований и их обоснования, а также подлежащих применению норм материального права одним из юридически значимых и подлежащих установлению является обстоятельство, касающееся того, в счет исполнения каких обязательств истцом ответчику перечислялись денежные средства.

При этом бремя доказывания этого юридически значимого по делу обстоятельства в силу указанной нормы возлагается на приобретателя имущества, то есть ответчика по делу.

Таким образом, для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения необходимо установить факт неосновательного обогащения в виде приобретения или сбережения ответчиком чужого имущества, отсутствие оснований, дающих приобретателю право на получение имущества потерпевшего (договоры, сделки и иные основания, предусмотренные статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом при доказанности факта приобретения ответчиком имущества за счет другого лица (истца), на ответчике в соответствии со положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежит обязанность доказать наличие у него предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобретения и сохранения такого имущества, а также наличие оснований, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Проанализировав вышеизложенное, установив, что ФИО1 передал ФИО5 27500 долларов США, из которых 25000 долларов последним было передано ФИО13, ответчиками не представлено доказательств правомерности получения денежных средств по существующему обязательству или в дар, от их возврата ответчики уклоняются, суд приходит к выводу, что денежные средства, переданные истцом по расписке составляют неосновательное обогащение ответчиков, и, как следствие о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца с ответчика ФИО13 25000 долларов США, а с ответчика ФИО5 – 2500 долларов США.

Что касается требований ФИО1 о солидарном взыскании с ответчиков денежных средств в его пользу, то суд исходит из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства, однако таких обстоятельств при рассмотрении данного дела не установлено, следовательно, правовые основания для возложения на ответчиков солидарной ответственности отсутствуют.

При этом суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании с ответчиков суммы неосновательного обогащения в рублях, в размере эквивалентном 27500 долларам США, исходя из банковского курса, установленного на день подачи иска – 20 ноября 2018 года, не подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 317 Гражданского кодекса Российской Федерации денежные обязательства должны быть выражены в рублях (статья 140). В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, «специальных правах заимствования» и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 27 и 28 постановления от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснил, что в силу статей 140 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации при рассмотрении споров, связанных с исполнением денежных обязательств, следует различать валюту, в которой денежное обязательство выражено (валюту долга), и валюту, в которой это денежное обязательство должно быть исполнено (валюту платежа). При удовлетворении судом требований о взыскании денежных сумм, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 317 ГК РФ подлежат оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах, в резолютивной части судебного акта должны содержаться: указание на размер сумм в иностранной валюте и об оплате взыскиваемых сумм в рублях; ставка процентов и (или) размер неустойки, начисляемых на эту сумму; дата, начиная с которой производится их начисление, дата или момент, до которых они должны начисляться; точное наименование органа (юридического лица), устанавливающего курс, на основании которого должен осуществляться пересчет иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли; указание момента, на который должен определяться курс для пересчета иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли. Определяя курс и дату пересчета, суд указывает курс и дату, установленные законом или соглашением сторон.

При рассмотрении дела судом установлено, что ответчиками получены денежные средства в иностранной валюте, таким образом, возврат суммы должен быть произведен исходя из валюты, указанной в расписках, по официальному курсу такой валюты на дату фактического платежа.

Учитывая вышеприведенное, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу ФИО1 неосновательного обогащения с ФИО13 в размере 25000 долларов США, а с ФИО5 в размере 2500 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день фактического платежа.

При этом суд считает необходимым обратить внимание на следующее.

По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Пленумы Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 43 постановления от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснили, что в случае, если иск собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен, покупатель чужого имущества вправе в соответствии со статьей 461 Гражданского кодекса Российской Федерации обратиться в суд с требованием к продавцу о возмещении убытков, причиненных изъятием товара по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 461 Гражданского кодекса Российской Федерации при изъятии товара у покупателя третьими лицами по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, продавец обязан возместить покупателю понесенные им убытки, если не докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии этих оснований.

По данному делу установлено, что решениями судов, вступившими в законную силу, право собственности на спорную квартиру признано за ФИО8 ФИО38 в порядке наследования по закону, после смерти ФИО4; указанная квартира истребована у ФИО1 ФИО39 в пользу ФИО8 ФИО40. Данная <адрес> в <адрес> принадлежала на праве собственности матери ФИО4 – ФИО12, умершей ДД.ММ.ГГГГ, после которой он унаследовал данную квартиру.

04 декабря 2006 года ФИО3, действуя на основании доверенности от имени ФИО4, заключил договор купли-продажи спорной квартиры с ФИО13 ФИО41.

02 февраля 2007 года между ФИО13, от имени которой действовал ФИО5, и ФИО1 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры.

Решением Феодосийского городского суда Автономной Республики Крым от 08 апреля 2011 года доверенность, выданная ФИО4 на имя ФИО3, и договор купли-продажи спорной квартиры от 04 декабря 2006 года были признаны недействительными.

Таким образом, очевидно, что спорная квартира была изъята у истца ФИО1 по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, заключенного между ним и ФИО13, от имени которой на основании доверенности действовал ФИО5, при этом ответчиками не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 знал или должен был знать о наличии данных оснований, и таких доказательств по делу не добыто.

Ссылка ответчиков ФИО13 и ФИО5 на пропуск истцом срока исковой давности, установленного для защиты нарушенного права, как на основание для принятия решения об отказе в иске, суд не принимается во внимание, как основанная на ошибочном толковании норм материального и процессуального права, исходя из следующего.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснил, что исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности во всяком случае не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства (при этом, десятилетний срок, начинает течь с 01 сентября 2013 года).

Таким образом, в силу положений пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается не со дня нарушения права, а с того дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В гражданском праве действует презумпция, согласно которой пользоваться своими правами участники гражданских правоотношений должны добросовестно и разумно, проявляя необходимую степень заботливости и осмотрительности (статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), и не допускать злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), следовательно бремя негативных последствий того, что правообладатель не воспользовался правом надлежащим образом, несет он сам.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как следует, из текста расписки, выданной истцом 02 февраля 2007 года, денежные средства были переданы истцом в счет существующего, как предполагалось на то время, обязательства по договору купли-продажи спорной квартиры.

Таким образом, течение срока исковой давности по требованию о возврате неосновательного обогащения, полученного, как впоследствии было установлено, по ничтожной сделке, начинается не ранее момента, когда истец узнал или, действуя разумно и с учетом складывающихся отношений сторон, должен был узнать о нарушении своего права.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, установив, что о нарушении своего права истцу ФИО1 стало известно только 28 июня 2017 года, после принятия судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым апелляционного определения, которым решение Феодосийского городского суда Республики Крым от 27 марта 2017 года об истребовании у ФИО1 в пользу ФИО8 спорной квартиры и прекращении права собственности ФИО1 на указанную квартиру, было изменено, в связи с чем, истец, действуя с разумной осторожностью и добросовестно, обоснованно полагал, что спорная квартира, за которую им осуществлена передача денежных средств, будет и в дальнейшем принадлежать ему на праве собственности, суд приходит к выводу, что на момент обращения в суд с настоящим исковым заявлением – 20 ноября 2018 года, установленный законом срок для защиты своих нарушенных прав истцом не пропущен, и доказательств обратного ответчиками не представлено и по делу не добыто.

Проанализировав вышеизложенное, приняв во внимание вышеприведенные правовые нормы и их системное толкование, руководящие указания Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлении от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», дав надлежащую юридическую оценку правоотношениям по настоящему гражданскому делу, исследовав имеющиеся в деле доказательства, оценив их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимосвязь в их совокупности, установив фактические обстоятельства дела, а именно, что за продажу спорной квартиры, которая впоследствии была истребована у ФИО1 по решению суда, вступившему в законную силу, ФИО5 получил от ФИО1 27500 долларов США, передав ФИО13 за продажу указанной квартиры 25000 долларов США, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для защиты гражданских прав истца путемя взыскания в пользу ФИО1 неосновательного обогащения с ФИО13 в размере 25000 долларов США, а с ФИО5 в размере 2500 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день фактического платежа, и, как следствие, о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Определяя размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчиков, суд исходит из того, что с ответчика ФИО13 в пользу истца подлежит взысканию задолженность в рублях эквивалентная 25000 долларам США, а с ответчика ФИО5 – эквивалентная 2500 долларам США, что на день подачи иска, то есть на 20 ноября 2018 года, согласно курсу Центрального Банка Российской Федерации – 66,00 рублей за один доллар США, в общем составляет 1815000 рублей.

Таким образом, с ответчика ФИО13 в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 15703 рубля, а с ответчика ФИО5 – в размере 1572 рубля, понесенные истцом при подаче искового заявления в суд.

Мотивированное решение изготовлено 25 февраля 2019 года.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд -

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 ФИО42 – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО13 ФИО43 в пользу ФИО1 ФИО44 25000 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день фактического платежа.

Взыскать с ФИО9 ФИО6 в пользу ФИО1 ФИО45 2500 долларов США в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на день фактического платежа.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 ФИО46 – отказать.

Взыскать с ФИО13 ФИО47 в пользу ФИО1 ФИО48 государственную пошлину в размере 15703 рубля.

Взыскать с ФИО9 ФИО49 в пользу ФИО1 ФИО50 государственную пошлину в размере 1572 рубля.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Феодосийский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: (подпись) Чибижекова Н.В.