Апелляционное определение № 33-731/2026 от 3 марта 2026 г.

Судья Ткаченко И.А. Дело № 33-731/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 04 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:

председательствующего Вотиной В.И.,

судей Дегтяренко Е.А., Гончарова А.И.,

при секретаре Краус Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО1 ФИО2 на решение Советского районного суда г. Томска от 3 декабря 2025 г.

по гражданскому делу № 2335/2025 (УИД 70RS0004-01-2024-006698-93) по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя ответчика ФИО1 ФИО2, поддержавшего апелляционную жалобу,

установила:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1, в котором просил возместить ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП), в размере 249 707 руб., взыскать с ответчика в счет возмещения понесенных судебных расходов на оплату государственной пошлины 8 491, 21 руб., на оплату услуг по оценке 7 000 руб.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что 26 сентября 2024 г. в 12.00 час. по адресу /__/, произошло ДТП с участием автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, принадлежащего ему, и автомобиля Renault Duster, государственный регистрационный знак /__/, принадлежащего ФИО1 и под его управлением. В результате ДТП его автомобиль получил механические повреждения. Виновным в ДТП признан ответчик. По договору ОСАГО в порядке прямого возмещения убытков ПАО СК «Росгосстрах» ему произведена страховая выплата в размере 45 200 руб. Полагая, что размер ущерба значительно превышает размер страховой выплаты, он обратился в ООО «Независимая экспертиза и оценка «СТАНДАРТ» за оценкой ущерба. Согласно заключению специалиста № 241021-01 от 22 октября 2024 г., стоимость восстановительного ремонта его автомобиля без учета износа составляет 294 907 руб. Соответственно, разница между выплаченным страховым возмещением и действительным размером ущерба, подлежащая взысканию с ответчика, составляет 249 707 руб.

Определением судьи от 20 мая 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО СК «Росгосстрах».

Протокольным определением от 13 августа 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «АльфаСтрахование».

В судебном заседании истец ФИО3 указал, что является собственником автомобиля Toyota Camry. 26 сентября 2024 г. ему позвонили из диспетчерской ГАИ и сообщили о ДТП с участием его автомобиля, припаркованного по адресу /__/. Ответчик при движении задним ходом совершил наезд на его автомобиль, зацепив крылом своего автомобиля его бампер. В результате ДТП стекло правой фары разбито и повреждено ее крепление, что он обнаружил позже во время движения на автомобиле. Поскольку ему необходимо было пользоваться автомобилем, он самостоятельно с помощью знакомого К. кустарным способом бытовым паяльником отремонтировал крепление, спаяв его. При проведении оценки стоимости восстановительного ремонта автомобиля оценочной компанией ООО «Независимая экспертиза и оценка «СТАНДАРТ» по его заказу и страховой компанией правая блок-фара была учтена в числе деталей, подлежащих замене. Ранее автомобиль в ДТП не попадал, он его купил в 2023 году, при этом провел в специализированной организации подробное исследование автомобиля. После спорного ДТП автомобиль также в аварии не попадал.

Представитель истца адвокат Егорова А.Е. в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании, не оспаривая обстоятельств ДТП и своей вины в причинении в результате него повреждений автомобилю истца, указал, что исковые требования признает лишь в размере 100 000 руб., полагая, что из объема возмещения подлежит исключению стоимость восстановительного ремонта фары, поскольку в момент ДТП лопнуло только стекло фары, крепление могло быть повреждено в другом ДТП. Подтвердил, что он участвовал при проведении экспертом осмотра автомобиля истца в рамках проведения судебной экспертизы, осмотр производился по месту прописки истца. Считает, что между пояснениями истца и показаниями свидетеля имеются расхождения, поскольку в судебном заседании истец сказал, что сам паял фару, свидетель указал, что увидел, как истец ремонтирует фару и решил помочь, а при проведении экспертизы истец сказал, что свидетель предлагал ему паяльник. Полагал, что первые две экспертизы являются не полными, повторная экспертиза лоббирует интересы истца.

Представитель ответчика адвокат Еремченко Е.П. в судебном заседании полагала исковые требования в заявленном размере не подлежащими удовлетворению, а заключение повторной судебной экспертизы - недопустимым доказательством, поскольку оно составлено с нарушением требований закона. В заключении отсутствует указание на место производства экспертизы, отсутствует подписка эксперта об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, отсутствуют сведения об участниках процесса, присутствующих при производстве судебной экспертизы, не указано, какие методики были применены при проведении исследования, нарушены требования статьи 16 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации» в части обязанности эксперта провести полное исследование предоставленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам. Перед экспертом был поставлен вопрос о рыночной стоимости автомобиля без учета износа, однако эксперт по собственной инициативе обосновывает необходимость замены правой блок-фары. Из заключения экспертизы следует, что эксперт самостоятельно собирал материалы для производства судебной экспертизы путем опроса истца, а также давал объяснениям истца оценку, что является недопустимым. Заключение по результатам первоначальной судебной экспертизы отвечает всем требованиям действующих методик. Просила исключить стоимость восстановительного ремонта фары из объема возмещения.

Дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц ПАО СК «Росгосстрах», АО «АльфаСтрахование».

Обжалуемым решением исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, постановлено:

взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 243 100 руб. в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, расходы по уплате госпошлины 8266,19 руб., расходы по проведению оценки 6814,50 руб.

Указано о необходимости Управлению Судебного Департамента в Томской области произвести перечисление денежных средств в сумме 10 000 руб., внесенных 30 июня 2025 г. ФИО1 на счет Управления судебного Департамента в Томской области за проведение судебной экспертизы ООО «Независимая Экспертиза и Оценка»; Управлению Судебного Департамента в Томской области произвести перечисление денежных средств в сумме 10 000 руб., внесенных 11 августа 2025 г. ФИО3 на счет Управления судебного Департамента в Томской области за проведение судебной экспертизы ООО Экспертная Компания «Легенда».

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО1 ФИО2 просит указанное решение отменить, принять новое об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Указывает, что суд первой инстанции, неправильно применив и истолковав закон, допустил ошибку в определении обстоятельств, имеющих значение для дела, не дал оценки доказательствам в их совокупности.

Ссылается на то, что заключение специалиста № 241021-01 от 22 октября 2024 г. является недопустимым доказательством. Экспертом не проводилось исследование по вопросу: какова стоимость восстановительного ремонта автомобиля в соответствии с Методическими рекомендациями, ответ на него не дан, вместо этого экспертом указана рыночная стоимость восстановительного ремонта, что противоречит требованиям действующего законодательства. Экспертом не был определен механизм образования повреждений, перечень повреждений, полученных в ДТП 26 сентября 2024 г., не обоснован. В заключении эксперта отсутствуют сведения о наличии повреждений креплений передней правой фары.

Допустимым доказательством считает заключение эксперта № 5240 от 18 июля 2025 г.

Отмечает, что сторона истца ввела суд первой инстанции в заблуждение, давая противоречивые пояснения в ходе рассмотрения дела, в связи с чем последний пришел к ошибочному выводу о том, что крепление фары было сломано во время рассматриваемого ДТП.

Указывает, что заключение эксперта № 2335/25 от 3 ноября 2025 г., подготовленное по результатам повторной судебной экспертизы, в части вывода об отнесении отрыва креплений правой фары к рассматриваемому ДТП от 26 сентября 2024 г. нельзя признать допустимым. Соответствующий вывод экспертом сделан на основании исследования грязепылевого слоя на торцевых частях разрыва в местах спайки креплений, который, по мнению эксперта, свидетельствует о недавно полученном повреждении. Вместе с тем какая-либо методика определения давности повреждения детали по грязепылевому слою отсутствует, кроме того, отсутствуют сведения об оборудовании, которое использовал эксперт для того, чтобы прийти к указанному выводу.

Обращает внимание на то, что 26 сентября 2024 г. имело место два ДТП, что не было учтено, так как не был определен механизм образования повреждений. Какие именно повреждения были получены в каждом ДТП, экспертами не было определено.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, однако в судебное заседание не явились истец ФИО3, ответчик ФИО1, представители третьих лиц: ПАО СК «Росгосстрах», АО «АльфаСтрахование», в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь статьями 327 и 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрела дело в их отсутствие.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для его отмены или изменения не усмотрела.

Как следует из материалов дела, 26 сентября 2024 г. около 12 час. 00 мин. по адресу /__/, произошло ДТП с участием автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, принадлежащего истцу ФИО3, что подтверждается свидетельством о регистрации /__/ от 5 апреля 2023 г., и автомобиля Renault Duster, государственный регистрационный знак /__/, принадлежащего ответчику ФИО1 и под его управлением.

На момент ДТП гражданская ответственность владельца автомобиля Renault Duster, государственный номер /__/, была застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в АО «АльфаСтрахование», страховой полис серии /__/ сроком по 19 декабря 2024 г., гражданская ответственность владельца автомобиля Toyota Camry, государственный номер /__/, - в ПАО СК «Росгосстрах», страховой полис серии /__/ сроком по 28 марта 2025 г.

Согласно обстоятельствам данного ДТП, водитель ФИО1, управляя автомобилем Renault Duster, в результате движения задним ходом совершил наезд на припаркованный автомобиль Toyota Camry.

В результате ДТП оба автомобиля получили механические повреждения, что следует их сведений об участниках ДТП и письменных объяснений водителей ФИО1 и ФИО3 по факту ДТП, данных 26 сентября 2024 г.

Взаимное расположение автомобилей во время ДТП зафиксировано на схеме ДТП, составленной аварийным комиссаром 26 сентября 2024 г. и подписанной обоими водителями, а также подтверждается результатами фотосъемки, произведенной на месте ДТП, которой также зафиксированы полученные автомобилями внешние повреждения.

В письменном объяснении от 26 сентября 2024 г. ФИО1 указал на признание вины в произошедшем ДТП.

Определением 70 ОП № 193285-9076 от 4 октября 2024 г. в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 отказано на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Вместе с тем Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090 утверждены Правила дорожного движения (далее – ПДД РФ), устанавливающие единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации, соблюдение которых является обязанностью участников дорожного движения.

В силу пункта 8.12 ПДД РФ движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

Согласно пункту 10.1. ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции на основании представленных в материалы дела доказательств установил, что обстоятельства ДТП от 26 сентября 2024 г. свидетельствуют о нарушении водителем ФИО1 вышеизложенных положений ПДД РФ, в связи с чем пришел к выводу о том, что соответствующее ДТП произошло в результате неправомерных действий ответчика ФИО1

В ходе судебного разбирательства сторона ответчика несогласие относительно обстоятельств ДТП и причинения в результате него повреждений автомобилю истца не выражала.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с решением суда в части взысканной с ответчика суммы ущерба.

Так, согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Как следует из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1072 этого же кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Статьей 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» также предусмотрено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным федеральным законом (абзац второй пункта 23).

Как разъяснено в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО). Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, так и специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой.

Таким образом, лицо, застраховавшее свою ответственность, отвечает перед потерпевшим в части ущерба, превышающего страховое возмещение.

Как видно из дела, ФИО3 14 октября 2024 г. обратился с заявлением в ПАО СК «Росгосстрах», которое, признав случай страховым, выплатило истцу страховое возмещение в пределах лимита ответственности страховщика в размере 45 200 руб., что подтверждается актом о страховом случае от 17 октября 2024 г., платежным поручением № 31562 от 18 октября 2024 г. на сумму 45 200 руб., при этом размер страховой выплаты определен на основании экспертного заключения № 0020141091 от 15 октября 2024 г., составленного ООО «Фаворит».

Полагая данную сумму недостаточной для восстановления поврежденного автомобиля, ФИО3 с целью определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства и размера ущерба обратился в ООО «Независимая экспертиза и оценка «СТАНДАРТ».

Согласно заключению № 241021-01 от 22 октября 2024 г., стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составила: без учета износа 294 907 руб., из которой стоимость блок-фары правой - 155 630 руб.

Учитывая изложенное, ФИО3 обратился с настоящим иском в суд, в котором просил о взыскании с ответчика денежной суммы, составляющей разницу между выплаченным ПАО СК «Росгосстрах» страховым возмещением и действительным размером ущерба, определенным в заключении специалиста №241021-01 от 22 октября 2024 г.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции в связи с несогласием ответчика ФИО1 с размером ущерба, предъявленного ко взысканию, по ходатайству его представителя Ерёмченко Е.П. назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Независимая Экспертиза и Оценка».

Согласно заключению эксперта № 5240 от 31 июля 2025 г., стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, возникших в результате ДТП, имевшего место 26 сентября 2024 г., определена без учета износа заменяемых деталей по среднерыночным ценам, сложившимся на территории г. Томска, на момент рассмотрения дела в суде в размере 88 642 руб., с учетом износа поврежденных деталей и в соответствии с Единой методикой определения расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального Банка РФ от 4 марта 2021 г. № 755-П, на момент рассмотрения дела в суде – в размере 39 638 руб. В заключении также указано, что при производстве восстановительного ремонта повреждений данного транспортного средства возможно использование контрактных и нефирменных (дубликатных) запчастей, такой способ восстановительного ремонта является наиболее экономически выгодным; стоимость восстановительного ремонта составляет: с использованием контрактных запчастей 57 266 руб., с использованием нефирменных (дубликатных) запчастей – 44 728 руб.

Экспертом ООО «Независимая Экспертиза и Оценка» М. в судебном заседании 11 августа 2025 г. указано, что в определенные им суммы не была включена стоимость блок-фары правой.

По ходатайству стороны истца, полагавшей, что экспертом при проведении судебной экспертизы необоснованно исключен из стоимости восстановительного ремонта автомобиля ремонт правой фары, суд первой инстанции определением от 1 октября 2025 г. назначил по делу повторную судебную автотехническую экспертизу, проведение которой поручил ООО «Экспертная компания «ЛЕГЕНДА», поставив на разрешение эксперта следующий вопрос: какова рыночная стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, возникших в результате ДТП, имевшего место 26 сентября 2024 г. в 12:00 в /__/, без учета износа заменяемых деталей по среднерыночным ценам, сложившимся на территории г. Томска на момент рассмотрения дела в суде с учетом включения в перечень повреждений блок-фары правой?

Согласно выводам, изложенным в заключении эксперта № 2335/25 от 3 ноября 2025 г., подготовленном ООО «Экспертная компания «ЛЕГЕНДА» по результатам проведения повторной судебной экспертизы, стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля истца без учета износа, исходя из рыночных цен, составила 288 300 руб.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу об определении размера причиненного истцу ущерба на основании заключения эксперта № 2335/25 от 3 ноября 2025 г. ООО «Экспертная компания «ЛЕГЕНДА», в связи с чем, учитывая деликтный характер сложившихся правоотношений сторон и предмет иска о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, исходя из установленного гражданским законодательством принципа полной компенсации причиненного ущерба, установив разницу между страховым возмещением и действительным размером ущерба, подлежащим возмещению лицом, причинившим вред, определил, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 243 100 руб. из расчета 288 300 руб. – 45 200 руб., а также распределил судебные расходы.

Оспаривая данную сумму возмещения, апеллянт ссылается на то, что в размер ущерба, подлежащего взысканию с ответчика ФИО1 в пользу ФИО3, не может быть включена стоимость ремонта правой блок-фары, поскольку полагает, что ее повреждение получено не в ДТП, обстоятельства которого являются предметом настоящего рассмотрения. Как следствие, считает, что в основу принимаемого решения должно быть положено заключение эксперта ООО «Независимая Экспертиза и Оценка» № 5240 от 31 июля 2025 г.

Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с данными доводами апелляционной жалобы.

Так, согласно сведениям об участниках ДТП от 26 сентября 2024 г., автомобиль Renault Duster, государственный номер /__/, получил повреждения: заднего бампера, заднего левого колеса с диском, у автомобиля Toyota Camry, государственный номер /__/, повреждены передний бампер, передняя правая фара и ПТФ, переднее правое крыло с подкрылком, передний партроник, течь жидкостей, защита нижняя двигателя, возможны скрытые повреждения.

Указанное подтверждается также письменными объяснениями водителей ФИО1 и ФИО3, извещением о ДТП.

Повреждения автомобиля Toyota Camry, изложенные выше, были зафиксированы и ПАО СК «Росгосстрах», куда обратился истец с целью получения страхового возмещения по факту произошедшего ДТП, с учетом приложенных им необходимых документов, а также по результатам осмотра транспортного средства.

Из акта осмотра транспортного средства 0020141091 от 14 октября 2024 г. следует, что при его осмотре обнаружены следующие повреждения: бампер п: разрыв материала (РМ) справа, датч пр сист парк: царапина, фара л: царапина, пр-тум фара пр в сб: трещина, крыло п пр: деформация ребра жесткости (ДРЖ) в передней части, подкрылок п пр: разрыв материала (РМ), бачок омывателя: трещина. Указано, что характер описанных повреждений дает основание предварительно установить, что все они могут принадлежать к рассматриваемому ДТП.

При определении размера страховой выплаты в пользу ФИО3, ПАО СК «Росгосстрах» руководствовался экспертным заключением № 0020141091 от 15 октября 2024 г., составленным ООО «Фаворит» по результатам осмотра автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, на основании вышеуказанного акта осмотра транспортного средства № 0020141091, при этом в расчет стоимости восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа включены, в том числе работы по замене переднего правого крыла, правой передней фары.

Согласно заключению № 241021-01 от 22 октября 2024 г., подготовленному ООО «Независимая экспертиза и оценка «СТАНДАРТ», которое послужило основанием для обращения ФИО3 с настоящим иском в суд, специалистом организации в результате визуального осмотра транспортного средства Toyota Camry, государственный номер /__/, с учетом представленных документов, установлены следующие повреждения: бампер передний – разрывы пластика в правой части: замена, окраска; блок-фара правая – царапины и задиры на рассеивателе: замена; крыло переднее правое – деформировано в передней части с образованием вмятины с заломом ребра жесткости, ДРЖ: замена, окраска; подкрылок передний правый – разрывы креплений: замена; ПТФ правая – отрыв фрагмента: замена; бачок омывателя – задиры пластика на корпусе: замена; датчик парктроника правый наружный передний – повреждение слоя ЛКП в виде царапин: окраска, что подтверждается актом осмотра от 21 октября 2024 г.

В ходе настоящего судебного разбирательства истец указывал, что крепление фары было повреждено в результате ДТП 26 сентября 2024 г., что он обнаружил позже во время движения на автомобиле. Для того, чтобы закрепить фару, он самостоятельно с помощью знакомого К. кустарным способом бытовым паяльником отремонтировал крепление, спаяв его.

Указанные пояснения истца подтверждены показаниями свидетеля К., допрошенного в ходе рассмотрения дела в судебном заседании 1 октября 2025 г., который пояснил, что является соседом истца, проживает на 4-м этаже. С балкона увидел, что истец ремонтирует автомобиль и спросил, нужна ли ему помощь. Когда подошел, то увидел, что на автомобиле правая фара разбита, пластиковое крепление сломано, внутренняя часть провалена. Крепеж фары они с истцом паяли паяльником. Ремонт делали в начале октября 2024 г.

Данные показания свидетеля верно не поставлены судом первой инстанции по сомнение, поскольку они последовательны, непротиворечивы, согласуются с пояснениями истца, а также иными представленными в дело приведенными выше доказательствами, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Изложенными обстоятельствами, пояснениями и документами, вопреки доводам апелляционной жалобы, подтверждается повреждение правой блок-фары автомобиля истца в результате ДТП, имевшем место 26 сентября 2024 г. и, как следствие, необходимость ее замены, при этом фара подлежит замене целиком, на что обращено внимание экспертом М., который в судебном заседании 11 августа 2025 г. в ходе допроса пояснял, что отдельно кронштейн крепления не меняется, надо менять всю фару, а также подтвердил, что в связи с ростом цен на запчасти фара может стоить 155 000 руб.

Следовательно, судом первой инстанции правильно сделан вывод о том, что в размер ущерба, подлежащего возмещению с ФИО1 в пользу ФИО3, подлежит включению стоимость правой блок-фары.

Выводы же эксперта М., изложенные в заключении ООО «Независимая Экспертиза и Оценка» № 5240 от 31 июля 2025 г., подготовленного по результатам проведения судебной автотехнической экспертизы, а также его объяснения, полученные ходе допроса в судебном заседании 11 августа 2025 г., согласно которым блок-фара правая не подлежит учету как деталь, поврежденная в результате ДТП с участием автомобилей сторон, так как крепление правой фары имеет признаки кустарного ремонта (пайки), что свидетельствует о получении данного повреждения ранее рассматриваемого ДТП, правомерно не приняты судом во внимание, поскольку ничем не подтверждены.

Соответственно, оснований руководствоваться выводами экспертного заключения № 5240 от 31 июля 2025 г., вопреки доводам апелляционной жалобы, у суда первой инстанции не имелось, таких оснований нет и суда апелляционной инстанции ввиду вышеизложенного.

Ссылка стороны ответчика в обоснование несогласия с изложенным выше выводом на то, что в представленном отчете об истории автомобиля от 20 ноября 2020 г. среди запасных частей, требующих замены, была указана «фара справа 8114533870», однако доказательств ее замены не представлено, а также на то, что в материалах дела отсутствуют сведения по ДТП с участием автомобиля истца по другим регионам, также не указывает на неправильность соответствующего вывода.

Вопреки изложенному, сведения о том, что среди запасных частей, требующих замены, указана «фара справа 8114533870», относятся к расчетам стоимости ремонтных работ от 14 октября 2024 г. и 15 октября 2024 г., расчет от 20 ноября 2020 г. данных о повреждении соответствующей фары не содержит.

Из сведений, предоставленных по запросу суда УМВД России по Томской области в ответе от 20 августа 2025 г. № 38/14999, следует, что, согласно базе данных Автоматизированной информационно-управляющей системы Госавтоинспекции, на территории г. Томска дорожно-транспортные происшествия с участием транспортного средства Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, до 26 сентября 2024 г. не регистрировались.

В отчете об истории автомобиля Toyota Camry, 2012 года выпуска, сформированном 17 августа 2025 г. по VIN /__/ (совпадающему с идентификационными данными автомобиля истца, указанными в свидетельстве о регистрации ТС), отражены сведения о двух владельцах – физических лицах по ПТС, в том числе об истце - с 5 апреля 2023 г. по настоящее время; об одном ДТП с участием данного автомобиля, произошедшем 26 сентября 2024 г.

Ответчиком, предполагающим, что имеет место быть иная информация, в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств тому не представлено, ходатайств об истребовании дополнительных сведений не заявлено.

Учитывая изложенное, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, принадлежащего ФИО3, правильно определена на основании заключения эксперта № 2335/25 от 3 ноября 2025 г., подготовленном ООО «Экспертная компания «ЛЕГЕНДА».

Так, в соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу, по результатам которой эксперт дает письменное заключение.

Соответствующее заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса (части 2 и 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанным требованиям, а также положениям Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» заключение эксперта ООО «Экспертная компания «ЛЕГЕНДА» № 2335/25 от 3 ноября 2025 г. соответствует, поскольку содержит подробное описание проведенного исследования, ответы на поставленные судом вопросы, является четким, ясным, полным, противоречий не содержит, при проведении экспертизы соблюдены требования процессуального законодательства, эксперт обладает необходимой квалификацией и стажем работы для ее проведения, предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

Ввиду изложенного данное заключение эксперта судом первой инстанции правомерно принято в качестве допустимого по делу доказательства.

В жалобе не содержится доводов, объективно указывающих на порочность проведенной экспертизы, и как следствие - на наличие признаков недопустимости доказательства.

Следовательно, оснований сомневаться в выводах эксперта у суда апелляционной инстанции также не имеется, а несогласие с результатом судебной экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения.

Указание в жалобе в качестве обоснования недопустимости соответствующего заключения эксперта на то, что вывод об отнесении отрыва креплений правой фары к рассматриваемому ДТП от 26 сентября 2024 г. является необоснованным, поскольку сделан на основании исследования грязепылевого слоя на торцевых частях разрыва в местах спайки креплений, однако какая-либо методика определения давности повреждения детали по грязепылевому слою отсутствует, кроме того, отсутствуют сведения об оборудовании, которое использовал эксперт для того, чтобы прийти к указанному выводу, судебная коллегия отклоняет, поскольку принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования. Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого.

Из содержания экспертного заключения следует, что эксперт при проведении порученного ему исследования, в результате которого пришел, в том числе к указанному выше выводу, руководствовался методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз в целях определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, применял методы визуального осмотра, сравнения, анализа и другие.

Выводы эксперта о том, что в результате полученных повреждений спаянное крепление фары должно было разрушиться, что не соответствует фотоматериалам с осмотра транспортного средства, а также о том, что имеются следы спайки как правого верхнего крепления правой фары, так и левого верхнего крепления правой фары, также не свидетельствуют в пользу позиции апеллянта ввиду вышеустановленных обстоятельств.

Ссылку в жалобе на то, что 26 сентября 2024 г. имело место два ДТП, однако указанное не было учтено судом первой инстанции, следовательно, экспертами при проведении судебных экспертиз не был определен механизм образования повреждений, что является нарушением, судебная коллегия также отклоняет как необоснованную.

Вопреки изложенным доводам апелляционной жалобы, судебная экспертиза для определения механизма образования повреждений автомобилей сторон судом первой инстанции не назначалась, проведенные экспертами исследования в рамках рассмотрения настоящего спора касались лишь определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля, принадлежащего истцу ФИО3, в связи с чем уполномоченные на проведение экспертизы лица в силу действующего законодательства Российской Федерации не имели оснований для выхода за пределы поставленных вопросов.

Иных доказательств того, что 26 сентября 2024 г. с участием автомобилей истца и ответчика произошло два ДТП, в материалах дела не имеется. При этом судебная коллегия обращает внимание на то, что ранее на указанные обстоятельства ответчик не ссылался.

Пояснения представителя ответчика ФИО2 в суде апелляционной инстанции о том, что в момент столкновения автомобили сцепились определенными частями, в момент разъезда автомобилей, ответчик отъезжая оторвал бампер на автомобиле истца, вопреки его утверждениям не свидетельствуют о произошедших двух самостоятельных дорожно-транспортных происшествиях. Повреждения, причиненные автомобилю истца после ДТП в момент, когда ответчик отъезжал от автомобиля истца, в связи с тем, что автомобили зацепились определенными деталями в момент столкновения, находятся в причинно-следственной связи со столкновением автомобилей, произошедшим по вине ответчика. Повреждения, причиненные при указанных обстоятельствах, также подлежат возмещению ответчиком. При таких обстоятельствах размер вреда, определенный судом к возмещению, является верным.

Вопреки доводам представителя ответчика ФИО2 судебная коллегия не усматривает грубой неосторожности в действиях истца.

Что касается возражений апеллянта относительно заключения специалиста № 241021-01 от 22 октября 2024 г., то они не принимаются во внимание.

Из материалов дела следует, что специалистом даны ответы на поставленные перед ним вопросы. Кроме того, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Toyota Camry, государственный регистрационный знак /__/, принадлежащего ФИО3, определена судом к взысканию на основании заключения эксперта № 2335/25 от 3 ноября 2025 г., подготовленном ООО «Экспертная компания «ЛЕГЕНДА».

Денежное вознаграждение Исполнителя за услуги по договору было определено в размере 7 000 руб. (пункт 1.3 договора).

Актом приема-передачи № 241021-01 выполненных работ от 24 октября 2024 г. стороны подтвердили выполнение услуг по договору № 241021-01 от 21 октября 2024 г. в полном объеме и принятие их Заказчиком без претензий.

Кассовыми чеками от 22 октября 2024 г. на сумму 5 000 руб. и от 24 октября 2024 г. на сумму 2 000 руб. подтверждается факт внесения ФИО3 в кассу ООО «Независимая экспертиза и оценка «СТАНДАРТ» денежных средств в общем размере 7 000 руб. в счет оплаты по указанному выше договору.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ).

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети "Интернет"), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Учитывая изложенное, а также принимая во внимание то, что соответствующие расходы понесены истцом для защиты своего нарушенного права и явились основанием для инициирования судебного процесса о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, суд первой инстанции правомерно расценил их как необходимые и распределил в соответствии с положениями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

Таким образом, судом первой инстанции подробно исследованы основания, на которые стороны ссылались в обоснование заявленных требований, и доказательства, представленные сторонами в подтверждение своих доводов и в опровержение доводов другой стороны, при этом суд привел мотивы, по которым он принял одни доказательства и отверг другие. Оснований для несогласия с указанными мотивами у судебной коллегии не имеется.

При таких обстоятельствах обжалуемое решение является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328, статьей 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Советского районного суда г. Томска от 3 декабря 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 ФИО2 – без удовлетворения.

Кассационная жалоба может быть подана в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 марта 2026 г.

.
.

.
.

.
.

.
.

.
.

.
.

.
.

.
.