Решение № 2-315/2019 2-315/2019~М-235/2019 М-235/2019 от 12 июня 2019 г. по делу № 2-315/2019

Дело № 2-315/2019


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

13 июня 2019 года г. Советск

Советский городской суд Калининградской области в составе

председательствующего судьи Ганага Ю.Н..

при секретаре Соколовой И.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Советске Калининградской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в Советский городской суд с исковым заявлением к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (УПФР) в городе Советске Калининградской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца, в обоснование требований которого указал следующее. В настоящее время он проходит обучение в <данные изъяты> и является студентом 1 курса очной формы обучения. Срок обучения с 01.09.2018 по 31.08.2022. Его родители мама: ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и отец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ его отец ФИО1 умер <данные изъяты>. Отец был основным кормильцем в их семье, так как приносил доход достаточный для содержания семьи. В связи с чем им было подано заявление в УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) о начислении ему указанной пенсии. Пенсия ему начислялась до 31.01.2019, когда решением № от 31.01.2019 УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) ему было отказано в установлении данной пенсии на основании п.4 ст. 10 Федерального закона №400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях», что факт нахождения на иждивении у умершего отца установить по предъявленным документам не возможно. С данным решением он не согласен, так как это противоречит нормам закона и ссылка УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонная) на п.4 ст. 10 Федерального закона №400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях» не законна и необоснованна. Он проходит очное обучение после смерти своего отца (кормильца), не достиг возраста 23 лет и не имеет источника дохода, то есть является нетрудоспособным согласно закона и не совершал уголовно-наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца. Полагает, что все требования закона соблюдены. На момент смерти отца он находился на его иждивении. Отец имел случайные заработки не менее 30 тысяч рублей в месяц. Наличие у отца денежных средств подтверждается выпиской с лицевого счета в отделении <данные изъяты>. На момент смерти своего отца ему уже исполнилось 18 лет, однако он только что окончил обучение в школе и с 24.06.2018 по 31.08.2018 находился в каникулярном отпуске. Ссылаясь на п.1 ст. 10 Федерального закона №400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях», уточнив исковые требования просит установить факт его нахождения на иждивении у ФИО1 на дату его смерти ДД.ММ.ГГГГ, обязать УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) производить начисление пенсии по случаю потери кормильца ФИО2 с 01.02.2019.

Истец ФИО3, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился. Представил заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие. В предыдущем судебном заседании пояснял, что у него постоянно были деньги на карманные расходы, которые ему давал отец. Он ездил на концерты, покупал вещи по необходимости. На момент смерти отца банковской карточки у него еще не было, отец давал деньги наличными. Проживали они вместе с отцом, у них двухкомнатная квартира. Есть еще старшая сестра.

В судебном заседании представитель истца ФИО4, действующий на основании ордера № от 24.05.2019, в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования в полном объеме по основаниям указанным в исковом заявлении и просил удовлетворить. Дополнительно пояснил, что отец его доверителя работал с отопительной системой, у него был микроавтобус, в котором он возил необходимый для работы инструмент. В газетах были объявления, по которым люди обращались к нему. Ранее отец доверителя работал официально, но заработная плата была около 8 000 рублей, уволился и продолжил работать с отоплением, заказов было 2-3 в месяц, стоимость которых составляла около 70 000 рублей. 26.06.2018 был выпускной, ребенок на момент смерти отца нигде не работал, готовился к поступлению в высшее учебное заведение. Отец купил ему телефон, планшет, ноутбук. Мама работала в <данные изъяты> заработная плата составляла около 7 000 рублей.

Представитель ответчика УПФР в городе Советске Калининградской области (межрайонное) ФИО6, действующая на основании доверенности № от 20.02.2019, в судебном заседании с требованиями искового заявления не согласилась. Пояснила, что факт нахождения ФИО3 на иждивении умершего отца ФИО1 по представленным документам в Управление и в суд установить не возможно. Помощь должна быть основной, они не имеют права делать выводы по свидетельским показаниям. Пенсия ФИО3 была назначена с 11.07.2018, потом была проведена проверка, найдена ошибка специалиста, который не проверил сведения о ребенке, а именно возраст ребенка. Был каникулярный период, подросток не работал, поэтому пенсия была назначена. Единственная причина, по которой они не могут продолжить выплачивать пенсию по потери кормильца - это отсутствие сведений о том, что он действительно находился на иждивении у отца. Помощь умершего ребенку должна быть постоянной и соразмерной. Обязывать их не нужно назначать пенсию с 01.02.2019, они ее назначат сами, если суд установит факт нахождения на иждивении.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, свидетелей, исследовав представленные доказательства по делу и дав им оценку, суд приходит к следующим выводам.

Право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом, относится к основным правам и свободам гражданина и гарантируется статьёй 39 Конституции Российской Федерации.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 01.01.2015.

На основании пункта 10 названного выше Федерального закона право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 данной статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.

Исходя из пунктов 2, 3, 6 статьи 10 вышеуказанного Федерального закона нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе: дети умершего кормильца не достигшие 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения, по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность.

Пунктом 3 статьи 10 того же Федерального закона предусмотрено, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

При этом иждивение детей умерших родителей презюмируется и не требует доказательств. Однако дети, объявленные полностью дееспособными или достигшие возраста 18 лет, должны подтвердить факт нахождения на иждивении умершего кормильца (пункт 4 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Презумпция нахождения ребенка до достижения возраста 18 лет на иждивении родителей следует из норм семейного права. Согласно Семейному кодексу Российской Федерации ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители, что освобождает детей, не достигших 18 лет, от необходимости доказывать факт нахождения на иждивении родителей при назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Согласно пунктов 10 и 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по случаю потери кормильца устанавливается независимо от продолжительности страхового стажа кормильца из числа застрахованных лиц, а также от причины и времени наступления его смерти.

В то же время, в случае полного отсутствия у умершего застрахованного лица страхового стажа либо в случае совершения нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца уголовно наказуемого деяния, повлекшего за собой смерть кормильца и установленного в судебном порядке, устанавливается социальная пенсия по случаю потери кормильца в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

При решении вопроса о праве ФИО3 на получение пенсии по случаю потери кормильца, подлежат применению положения ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ, предусматривающие необходимость доказывания факта нахождения совершеннолетних детей на иждивении умерших родителей, поскольку законодательно предоставленная гражданину, достигшему возраста 18 лет, возможность работать и получать заработную плату, осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход, т.е. иметь собственный источник средств к существованию и самостоятельно распоряжаться им, влечет необходимость проверки этих фактов при принятии решения о праве на получение пенсии по случаю потери кормильца.

Как указано выше, право на страховую пенсию по случаю потери кормильца, по общему правилу, имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ,); вместе с тем, исходя из того что нетрудоспособность, как правило, определяется на основании возрастных критериев либо обусловливается наличием инвалидности, нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в частности, его дети, братья, сестры и внуки, не достигшие 18 лет, или старше этого возраста, если они стали инвалидами до достижения 18 лет, а также его дети, братья, сестры и внуки, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет (п. 1 ч. 2 ст. 10).

Само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (ч. 2 ст. 7; ч. 1 ст. 39), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения, нормы которых предусматривают, что термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, - при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу, в связи с чем страховая пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая детям умершего кормильца, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, по своей правовой природе представляет собой особую меру государственной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.

Согласно правовым позициям, изложенным в судебных актах Конституционного Суда Российской Федерации, при освоении лицом образовательной программы в очной форме - в отличие от обучения по очно-заочной (вечерней) и заочной формам - устанавливается максимальный объем аудиторной учебной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица; исходя из этого, специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения детьми умершего кормильца, обучающимися по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности, а потому отнесение их к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства. При этом, реализация гражданином Российской Федерации права выбора образовательного учреждения предполагает возможность обучения как в российском, так и в иностранном учебном заведении, причем действующее законодательство об образовании не препятствует самостоятельному (без направления на учебу) поступлению российских граждан в иностранные образовательные организации и обучению в них, в том числе при отсутствии соответствующего международного договора Российской Федерации о сотрудничестве в области образования (Постановление от 27.11.2009 № 18-П, Определение от 17.12.2008 № 1071-О-О).

Как установлено судом и следует из материалов дела, родителями истца ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходятся ФИО1 и ФИО5 (свидетельство о рождении серии №, выдано <данные изъяты>).

Согласно свидетельству о смерти серии №, выданному ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС администрации Советского городского округа Калининградской области ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Решением УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) № от 23.10.2018 ФИО3 с 11.07.2018 была назначена страховая пенсия по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 10 Федерального закона №400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях»

Решением УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) № от 28.01.2019 ФИО3 была прекращена выплата страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п.3 ч.1 ст. 25 Федерального закона №400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях», по тем основаниям, что факт нахождения ФИО3 на иждивении умершего отца ФИО1 установить по представленным документам не возможно.

Из доказательств в материалах дела усматривается, что истец ФИО3 с момента рождения был зарегистрирован по месту жительства и проживал вместе со своими родителями: отцом ФИО1 и матерью ФИО5 по адресу: <адрес>, что подтверждается сведениями, содержащимися в поквартирной карточке (форма 17), копия которой выдана управляющей организацией, справкой от 28.09.2018, выданной МУП «Коммунальник». Соответственно с рождения ФИО3 находился на иждивении у своих родителей, предоставлявших ему полное содержание.

Приказом от 03.08.2018 № 2754 ФИО2 с 01.09.2018 был зачислен в состав студентов <данные изъяты> на 1 курс, очной формы обучения по основным образовательным программам на бюджетной основе, по специальности «Информационная безопасность (бакалавриат). Срок обучения по 31.08.2022.

Как установлено в судебном заседании на день смерти ФИО1, истец ФИО3, приходящийся ему сыном, в <данные изъяты> не учился, а согласно справки № от 08.02.2019, выданной МБОУ «Славская СОШ» по 23.06.2018 обучался в МБОУ «Славская СОШ» г. Славска, Калининградской области, каникулярный период с 24.06.2018 по 31.08.2018, достиг совершеннолетия, соответственно мог претендовать на социальную пенсию по потере кормильца, доказав нахождение на иждивение у умершего родителя.

Для признания наличия иждивения подлежит установлению одновременно наличие двух признаков: постоянность источника средств к существованию и установление факта того, что такой источник является основным для существования лица.

Как установлено в судебном заседании по состоянию на 11.07.2018 отец истца ФИО3 – ФИО1 официально нигде не работал, однако осуществлял предпринимательскую деятельность по установлению газового оборудования, занимался установкой и ремонтом отопления. Данный факт работы подтвердили в судебном заседании свидетели ФИО8, ФИО9, которые указали, что лично обращались к ФИО1 за выполнением определенных работ и оплачивали ему денежные средства за проделанную работу наличными, в размере от 15 000 рублей до 40 000 рублей. Ставить под сомнение показания данных свидетелей у суда оснований не имеется, свидетели суду подтвердили, что действительно по день смерти ФИО1 работал, получал заработную плату, часть которой шла на содержание сына ФИО3.

Таким образом, ФИО1 имел ежемесячный доход, размер которого с точностью установить в судебном заседании не удалось.

Наличие у ФИО1 денежных средств подтверждается также выпиской по счетам с 01.07.2017 по 11.07.2018 в <данные изъяты> от 22.04.2019.

ФИО1 имел страховой стаж, что не оспаривается ответчиком УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное).

Мать истца, ФИО5, на момент смерти ФИО1 работала в <данные изъяты>, ее средняя заработная плата за 2018 год составляла 9 934 рубля, что подтверждается справкой о доходах и суммах налога физического лица Форма 2-НДФЛ.

Сам по себе факт отсутствия официального размера дохода умершего кормильца не свидетельствует об отсутствии у него фактического дохода, позволяющего ему оказывать сыну помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию. Заработная плата матери истца не свидетельствует о нахождении ФИО3 на содержании своей матери.

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суду истец пояснил, что на момент смерти отца ему только исполнилось 18 лет, он готовился поступать в Университет, находился на каникулах после окончания школы, обеспечивать себя сам он не имел возможности, нигде не был трудоустроен, его полностью содержал отец, у которого был свой бизнес, по мере необходимости отец давал ему деньги на карманные расходы, давал деньги на покупку одежды, покупал дорогостоящую технику. Мама ему денежные средства не давала, поскольку получала мало и у него имеется еще старшая сестра, которую необходимо содержать.

Кроме того, ФИО1, как указал в судебном заседании истец и подтверждается чеком ООО «Сохо Плюс», гарантийным талоном, в июне 2018 года приобрел для сына ноутбук, которым он пользуется.

Действующее законодательство определяет понятие иждивения в пункте 2 статьи 9 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», согласно которой членами семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Под полным содержанием умершим кормильцем членов семьи понимаются действия умершего кормильца, направленные на обеспечение членов семьи всеми необходимыми жизненными благами (питание, жилье, одежда, обувь и другие предметы жизненной необходимости).

Понятие основной источник средств к существованию предполагает, что помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи. Она должна по своим размерам быть такой, чтобы без нее члены семьи, получившие ее, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Судом установлено, и данное обстоятельство не опровергнуто ответчиком и сомнений у суда не вызывает, что достигнув восемнадцатилетнего возраста, ФИО3 продолжал находиться на иждивении своих родителей, в том числе отца ФИО1, помощь которого продолжала носить для ФИО3 постоянный характер и являлась основным источником его существования, который использовался для приобретения питания, одежды, других предметов жизненной необходимости. При этом, как было указано выше, у ФИО3 не было собственного дохода, учиться он еще не поступил и находился на каникулярном периоде после окончания школы.

При вынесении решения суд учитывает тот факт, что 18 лет истцу наступило только за месяц до смерти отца.

При этом суд учитывает разъяснения, содержащиеся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 21.06.1985 № 9 «О судебной практике по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение», согласно которым установление факта нахождения лица на иждивении умершего имеет значение для получения наследства, назначения пенсии или возмещения вреда, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию. В тех случаях, когда заявитель имел заработок, получал пенсию, стипендию и т.п., необходимо выяснять, была ли помощь со стороны лица, предоставлявшего содержание, постоянным и основным источником средств к существованию заявителя.

То есть, исходя из названного Постановлениями Пленума Верховного Суда СССР, при установлении факта нахождения на иждивении необходимо учитывать не только наличие полного содержания лица умершим кормильцем, но и получение от него содержания, являющегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключается наличие у лица (члена семьи умершего кормильца) какого-либо собственного дохода.

Кроме того, суд отмечает, что, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пенсионным органом не было представлено суду достаточных доказательств опровергающих доводы заявителя, как и доказательства того, что заявитель находился на иждивении иного лица, либо не находился на иждивении вовсе.

Пенсионным органом не опровергалось то обстоятельство, что заявитель на момент смерти отца не получал стипендию и нигде не был трудоустроен, доход в виде заработной платы отсутствовал, в связи с чем у суда отсутствуют основания полагать, что содержание ФИО3 осуществлялось иным лицом.

В соответствии с ч.2 ст.264 и ст.265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан.

При таких обстоятельствах, суд признает установленным тот факт, что ФИО10 оказывал своему сыну ФИО3 помощь, которая была для него основным источником для существования, и эта помощь носила длительный и постоянный характер. Следовательно, судом установлен факт нахождения истца ФИО3 на иждивении отца ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, соблюдены необходимые условия для назначения ФИО3 страховой пенсии по случаю потере кормильца — ФИО1, который имел страховой стаж.

Суд с учётом обстоятельств, установленных посредством оценки представленных сторонами доказательств, применив положения вышеприведённых законоположений, приходит к выводу о необоснованности решения УПФР в г. Советске о прекращении выплаты пенсии ФИО3 от 28.01.2019 и возражений ответчика в отношении исковых требований ФИО3

В соответствии со статьёй 22 Федерального закона от 28.12.2013 № 400 «О страховых пенсиях», страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случае, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона.

С учетом изложенного, учитывая вышеуказанные правовые нормы, установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что ФИО3, являющийся сыном умершего кормильца ФИО1, несмотря на достижение совершеннолетия ко дню смерти отца, обучающийся на очной форме обучения и не имеющий самостоятельного источника дохода, до дня смерти кормильца ФИО1 получал от него постоянную материальную помощь, которая была для ФИО3 постоянным и основным источником средств к существованию, тем самым находился на его иждивении, в связи с чем, имеет право на назначение страховой пенсии по случаю смерти кормильца на период обучения по очной форме до окончания обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет.

Принимая во внимание, что ФИО3 выплата пенсии по случаю потери кормильца была прекращена с 01.02.2019, в связи с чем пенсия подлежит назначению именно с этой даты, то есть с 01.02.2019.

Поскольку признание за ФИО3 права на назначение пенсии по случаю потери кормильца зависело от доказанности и установления судом факта его нахождения на иждивении умершего кормильца, понесённые им судебные расходы в виде оплаченной государственной пошлины в размере 300 рублей возмещению за счёт ответчика УПФР в г. Советске Калининградской области (межрайонное) не подлежат.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление ФИО3 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Советске Калининградской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца, удовлетворить.

Признать факт нахождения на иждивении ФИО3 у его отца ФИО1 на момент его смерти ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать Государственное учреждение - Управление пенсионного фонда Российской Федерации в городе Советске Калининградской области (межрайонное) установить (назначить) ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, страховую пенсию по случаю потери кормильца на основании статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», с 01.02.2018.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Советский городской суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Резолютивная часть решения вынесена в совещательной комнате.

Мотивированное решение суда в окончательной форме принято 17.06.2019.

Судья Ю.Н. Ганага