Решение № 2-162/2017 2-162/2017~М-87/2017 М-87/2017 от 21 марта 2017 г. по делу № 2-162/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 марта 2017 года город Радужный

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Студеникиной Н.В., с участием помощника прокурора г. Радужный Гизатуллина М.З., при секретаре Кондратьевой Л.В., истца ФИО1, представителя истца Артамонова В.С., представителя ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-162/2017 по иску ФИО1 ФИО8 к Бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Радужнинская городская больница» о взыскании морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Радужнинская городская больница» (далее – БУ «Радужнинская городская больница») о взыскании морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование иска указала, что 27 августа 2016 года в 11 часов 15 минут на территории БУ «Радужнинская городская больница», расположенной по ул. Новая г. Радужный, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителя автомобиля ГАЗ 33023, гос. рег. знак №, собственником которого является БУ «Радужнинская городская больница», ФИО3, который в нарушение п.п. 8.1 и 8.2 Правил дорожного движения совершил наезд на неё, в результате чего ей был причинен тяжкий вред здоровью, выразившийся в виде <данные изъяты>. В результате полученных повреждений она испытала сильную физическую боль и нравственные страдания. Приговором Радужнинского городского суда ХМАО-Югры от 16.11.2016, вступившим в законную силу 27.11.2016, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. На момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ответчиком. Согласно выписке из медицинской карты, после дорожно-транспортного происшествия 27.08.2016 она была доставлена в неотложном порядке в травматологическое отделение БУ «Радужнинская городская больница», где находилась на лечении до 11.10.2016, с 12.10.2016 и по настоящее время она находится на амбулаторном лечении. Полученные в результате дорожно-транспортного происшествия повреждения очень сильно отразились на её состоянии здоровья. В результате аварии ей причинен вред, связанный с душевным переживанием, стрессом, страхом, волнением, душевным дискомфортом. Со ссылкой на ст.ст. 151, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 32 Постановления Пленума Верхового Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., а также расходы на оплату юридических услуг в сумме 30 000 руб. (л.д. 5-7).

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика БУ «Радужнинская городская больница» ФИО2 указала на несогласие с доводами искового заявления по тем основаниям, что 27 августа 2016 года являлся для истца рабочим днем в рамках основного трудового договора и трудового договора по совместительству. В 11 часов 15 минут ФИО1 нарушила правила внутреннего трудового распорядка и самовольно покинула рабочее место, не имея на то уважительных причин и не известив работодателя о своем отсутствии на рабочем месте, в результате чего наступило неблагоприятное для неё событие. Если бы она не ушла со своего рабочего места в рабочее время, то вероятность наступления неблагоприятных событий для неё была бы низка или вовсе исключена. Говоря о физических и нравственных страданиях, истец не указывает их степень, а также степень вины причинителя вреда. Характер причиненных ей физических и нравственных страданий и его подтверждение также не нашли своего отражения в заявлении. Кроме того, исходя из выписки из амбулаторной карты № от 10.02.2017, не установлена причинно-следственная связь рекомендованных участковым терапевтом препаратов с характером перенесенных в результате дорожно-транспортного происшествия травм. Затраты, понесенные истцом по договору об оказании юридической помощи от 14.11.2016, считает необоснованными, поскольку истец могла обратиться с гражданским иском в рамках уголовного дела по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и получить дополнительную консультацию по данному вопросу у адвоката, с которым у неё уже было заключено соглашение и договор, что исключило бы дополнительные сборы доказательств и дополнительные затраты истца на услуги адвоката. Кроме того, в настоящее время адвокатом выполнены услуги не в полном объеме. Просит в удовлетворении исковых требований отказать (л.д. 53-55).

Письменных возражений на иск от третьего лица ФИО3 не поступило.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала доводы искового заявления, дополнительно пояснила, что до настоящего времени находится на больничном, <данные изъяты>, она до сих пор испытывает боль и чувство страха перед движущимися транспортными средствами. Просит иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель истца Артамонов В.С. поддержал требования истца, просил иск удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 с исковыми требованиями не согласилась по основаниям, изложенным в возражениях на иск, просила в иске отказать.

В судебном заседании третье лицо ФИО3 не оспаривал свою вину в имевшем место дорожно-транспортном происшествии, пояснил, что уже понес наказание, вопрос о компенсации морального вреда потерпевшей оставил на усмотрение суда.

Выслушав объяснения сторон, третьего лица, заключение прокурора, полагавшего, что имеются основания, предусмотренные ст.ст. 151, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, размер которой подлежит определению с учетом требований разумности и справедливости в размере 100 000 руб., исследовав материалы гражданского дела, судом установлены следующие обстоятельства.

Приговором Радужнинского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 16 ноября 2016 года, вступившим в законную силу 27 ноября 2016 года, третье лицо ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 2 месяца, без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (л.д. 10-11).

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором суда установлено, что ФИО3 27 августа 2016 года, примерно в 11 часов 15 минут, управляя закрепленным за ним технически исправным автомобилем марки «ГАЗ 33023», государственный регистрационный знак №, двигаясь по территории БУ «Радужнинская городская больница», расположенной по ул. Новая г. Радужного, в нарушение требований п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ), согласно которому при выполнении маневра не должен создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, и п. 8.12 ПДД РФ, согласно которому движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения, при необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц, проявляя небрежность, начал движение задним ходом, в результате чего задней частью управляемого им автомобиля совершил наезд на пешехода ФИО1

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 причинены телесные повреждения в виде <данные изъяты> Установленные телесные повреждения в совокупности, как имеющие единую общность механизма давности образования, вызвали значительную стойкую утрату общей трудоспособности, не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30%), и по этому признаку квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью.

Изложенные последствия дорожно-транспортного происшествия находятся в прямой причинной связи с допущенными водителем ФИО3 нарушениями п. 8.1, п. 8.12 Правил дорожного движения Российской Федерации (л.д. 10).

Таким образом, суд находит установленным факт причинения истцу тяжкого вреда здоровью в результате противоправных действий третьего лица.

Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к следующему.

Как указал в своем Определении Конституционный Суд Российской Федерации от 19.05.2009 № 816-О-О, к числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (ст. 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (п. 3 указанного Постановления).

В силу п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником (п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, как указано в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1), учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу вышеприведенных законоположений, истец ФИО1, получившая в результате дорожно-транспортного происшествия телесные повреждения, причинившие тяжкий вред её здоровью, имеет право на компенсацию морального вреда владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

При этом согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из материалов дела следует, что владельцем транспортного средства ГАЗ 33023, гос. рег. знак №, является БУ «Радужнинская городская больница» (л.д. 28).

На основании приказа № от 10.11.2015 ФИО3 принят в БУ «Радужнинская городская больница» <данные изъяты> с 17 ноября 2015 года (л.д. 13). 10 ноября 2015 года с ФИО3 заключен трудовой договор №, который, согласно п. 7.1, вступил в силу с 17 ноября 2015 года (л.д. 14-16).

Таким образом, на момент совершения дорожно-транспортного происшествия владельцем транспортного средства марки ГАЗ 33023, гос. рег. знак №, был ответчик, с которым ФИО3 состоял в трудовых отношениях.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1, ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Таким образом, с учетом изложенного, компенсация морального вреда в пользу истца подлежит взысканию с ответчика БУ «Радужнинская городская больница». Доказательств противоправного завладения ФИО3 транспортным средством ГАЗ 33023, гос. рег. знак №, в материалах дела не имеется.

Довод представителя ответчика о наступлении для истца неблагоприятных для неё событий в связи с её отсутствием на рабочем месте без уважительных причин, суд находит несостоятельным, поскольку работодатель не был лишен возможности привлечь работника к ответственности за нарушение правил внутреннего трудового распорядка в рамках трудового законодательства.

В соответствии с п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1, при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Суд не согласен с доводом ответчика о том, что истец не указывает на степень физических и нравственных страданий и степень вины причинителя вреда, а также на отсутствие причинно-следственной связи между характером перенесенных в результате дорожно-транспортного происшествия травм и рекомендованными участковым терапевтом препаратами. Как следует из материалов дела, вследствие полученных травм истец длительное время находилась на стационарном и на амбулаторном лечении, что подтверждается копиями листков нетрудоспособности и выписками из медицинских карт (л.д. 17-27, 83). Кроме того, согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности, то компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда. При этом в случаях причинения вреда здоровью потерпевшего, факт причинения ему морального вреда предполагается.

При определении размера компенсации вреда суд принимает во внимание обстоятельства, при которых был причинен вред, длительность лечения и связанных с этим физических и нравственных страданий, при которых истец была вынуждена испытывать и до настоящего времени испытывает соответствующие ограничения в своей жизнедеятельности, степень тяжести причиненного вреда, требования разумности и справедливости. При этом суд учитывает, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита в соответствии со ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 20 Конституции Российской Федерации должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, то предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшему за перенесенные страдания, в связи с чем суд полагает, что заявленный истцом размер денежной компенсации морального вреда является завышенным, не соответствующим требованиям разумности и справедливости, при соблюдении которых размер компенсации, с одной стороны, должен максимально возместить причиненный моральный вред, с другой стороны, не допускать неосновательного обогащения потерпевшего и не ставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда. Кроме того, при разрешении указанного спора и определении размера денежной компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что ответчиком по делу является бюджетное учреждение, собственником имущества которого, в соответствии с п. 9 ст. 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 N 7-ФЗ (ред. от 19.12.2016) "О некоммерческих организациях", является соответственно Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование.

При установленных по делу обстоятельствах, суд считает возможным определить размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации морального вреда в пользу истца в сумме 200 000 руб., что, по мнению суда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации), а также будет отвечать принципу разумности и справедливости, обеспечит восстановление нарушенных прав истца, и не нарушит баланс прав и законных интересов сторон по делу.

В силу ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Интересы истца ФИО1 на основании договора № об оказании юридической помощи от 14 ноября 2016 года, на основании ордера № от 14 ноября 2016 года, выданного филиалом № 18 Коллегии адвокатов ХМАО –Югры представлял адвокат Артамонов В.С. (л.д. 30-31, 32).

В обоснование расходов на оплату услуг представителя заявителем суду представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № от 14 нояброя 216 года на сумму 30 000 руб. (л.д. 29).

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.

Ответчик, заявляя возражения относительно взыскания расходов на оплату услуг представителя, каких-либо доказательств чрезмерности таких расходов не представил. При этом ссылку ответчика на то, что истец могла воспользоваться правом на предъявление гражданского иска в уголовном процессе, суд находит несостоятельной, поскольку граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В связи с изложенным, оснований для признания заявленного к взысканию размера расходов на оплату услуг представителя неразумным либо чрезмерным суд не усматривает, поскольку при сравнимых обстоятельствах плата за аналогичные услуги обычно взимается в таком же размере, который соотносится с объемом защищаемого права, сложностью дела и объемом оказанных представителем услуг, в связи с чем суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца судебных расходов по оплате услуг представителя в заявленном истцом размере в сумме 30 000 руб.

В соответствии с п.п. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобождена от уплаты государственной пошлины.

Между тем при подаче иска истец ФИО1 произвела уплату государственной пошлины в размере 300 руб. (л.д. 8), и в дальнейшем истец не лишена права на обращение с заявлением о возврате государственной пошлины в порядке п.1.ч.1 ст. 333.40 НК РФ.

На основании п.п. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере, установленном п.п. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, что составляет 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО9 к Бюджетному учреждению Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Радужнинская городская больница» о взыскании морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, – удовлетворить частично.

Взыскать с Бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Радужнинская городская больница» в пользу ФИО1 ФИО10 компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) руб.

Взыскать с Бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Радужнинская городская больница» в пользу ФИО1 ФИО11 расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 (тридцать тысяч) руб.

Взыскать с Бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа-Югры «Радужнинская городская больница» государственную пошлину в бюджет муниципального образования Ханты-Мансийского автономного округа - Югры городской округ город Радужный в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме 27 марта 2017 года, путем подачи апелляционной жалобы, представления прокурора через Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Судья (подпись) Н.В. Студеникина