Решение № 2-1850/2017 2-1850/2017 ~ М-1740/2017 М-1740/2017 от 17 октября 2017 г. по делу № 2-1850/2017

Дело № 2-1850/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 октября 2017 года Белореченский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Волковой Н.А.,

с участием представителя истца - адвоката Кусакиной Е.А., представившей удостоверение № 3174 и ордер № 555289,

при секретаре Гладких А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО4 и ФИО2 о признании права собственности в силу приобретательной давности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 просит суд погасить запись № от 31.05.2017 года в Едином государственном реестре недвижимости о зарегистрированном праве ФИО2 на 1/6 долю в праве общей долевой собственности и запись № от 31.05.2017 года в Едином государственном реестре недвижимости о зарегистрированном праве ФИО4 на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; признать за нею право собственности в силу приобретательной давности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.

Истица ФИО1 и ее представитель - Кусакина Е.А. в судебном заседании на исковых требованиях настаивали, в обоснование чего пояснили, что ФИО1 и ее супруг ФИО3 в начале 1998 года решили приобрести в собственность квартиру для проживания. В марте 1998 года подходящая квартира была найдена, она была расположена по адресу: <адрес>. Они связались с ее владельцем ФИО2, с которым согласовали стоимость квартиры в размере 12 000 рублей. По договоренности с И. истица ФИО1 в марте 1998 года с семьей вселилась в указанную квартиру, стали делать там ремонт. На тот момент ФИО2 оформлял документы по приватизации квартиры. 07.05.1998 года оговоренная сумма по сделке - 12 000 рублей была передана И. в полном объеме. 21.05.1998 года ФИО2 сообщил истице, что получил договор о передаче в собственность квартиры, в котором собственниками значились также жена ФИО4 и дочь ФИО2 Оформить данную сделку надлежащим образом сразу не представилось возможным, так как ФИО2 была несовершеннолетней, а со слов супругов И-вых согласие на сделку от органа опеки могло быть получено только при одновременном оформлении доли дочери в праве собственности на приобретенную недвижимость. При оформлении купленного жилого дома у последних также возникли проблемы, из-за чего они просили подождать с оформлением. 22.08.2006 года после достижения ФИО2 совершеннолетия, истица и семья И-вых обратились в ООО «Консалтинговую компанию «Консул», где заключили договор об оказании услуг по сбору документов и составлению договора купли-продажи данной квартиры за 12 000 рублей. Однако через несколько дней И. умер, поэтому заключить договор купли-продажи и зарегистрировать переход права истица не успела. ФИО2 и ФИО4 пообещали истице, что после вступления в наследство переоформят безвозмездно квартиру, однако в течение нескольких лет они к нотариусу не обращались. С момента вселения в данную квартиру с 1998 года истица вместе с супругом и детьми проживают в спорной квартире непрерывно, открыто владеют и пользуются квартирой как своей собственной до настоящего времени, то есть в течение 19 лет. В период с 2004 по 2005 год истица занималась проведением газификафии в данной квартире. С 2004 года истицей также был заключен договор на газоснабжение данной квартиры, который действует до настоящего времени. В 2005 году был заключен договор на техническое обслуживание газового оборудования. Кроме того, в 2004 году муж истицы заключил договор на отпуск электрической энергии в данную квартиру. Истица является потребителем данных услуг в указанной квартире с 2007 года по 2011 год, а позже в квартире было проведено автономное водоснабжение.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО5 возражал против исковых требований, пояснил в судебном заседании, что ФИО2 и ФИО4 являются законными собственниками квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Полагает, что никаких оснований для признания за истицей права собственности на данное недвижимое имущество в силу приобретательной давности не имеется, при том, что есть законные собственники указанной квартиры. При этом никакой договоренности о продаже квартиры между истицей и ответчиками никогда не было. Даже если такая договоренность и имела место между истицей и И., квартира не могла быть продана, поскольку договор приватизации квартиры был оформлен только 21.05.1998 года, при этом квартира по договору была передана в собственность по 1/3 доле каждому из членов семьи как И., ФИО4, так и их несовершеннолетней дочери ФИО2. Таким образом, истица, вселяясь в спорную квартиру, знала, что собственником квартиры также является несовершеннолетняя ФИО2, следовательно никакие сделки по отчуждению квартиры без участия органа опеки и попечительства не могли быть заключены. Кроме того, представленная истицей расписка от 07.05.1998 года свидетельствует лишь о получении И. у ФИО3 беспроцентной ссуды, в расписке не указана, что денежная сумма 12 000 рублей передается в счет оплаты за продажу квартиры. Таким образом, удовлетворение исковых требований повлечет незаконное лишения ответчиков права собственности на квартиру, которую они получили в собственность на законных основаниях, на основании договора приватизации, а также в порядке наследования после смерти И.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, в представленном суду заявлении просила дело рассмотреть в ее отсутствие, возражала против удовлетворения исковых требований.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований отказать по следующим основаниям.

Согласно Выписке из ЕГРН от 03.08.2017 года ФИО2 и ФИО4 имеют в общей долевой собственности по 1/6 доле квартиры, расположенной в <адрес> (л.д.18-22).

Из справки администрации Южненского сельского поселения Белореченского района от 01.08.2017 года следует, что ФИО1 согласно записям в похозяйственных книгах действительно проживает в вышеуказанной <адрес> в <адрес> с супругом Е., детьми Е. и Е.К. с 1998 года по настоящее время (л.д.23).

В обоснование заявленных требований, истица указала в судебном заседании, что 07.05.1998 года между нею, ее супругом Е. и ФИО2 была достигнута договоренность о продаже им вышеуказанной квартиры за 12 000 рублей, которые были переданы последнему в этот же день.

В соответствии с ч.1 ст.234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности.

Однако истица ФИО1 не оспаривала того факта, что вселяясь в спорную квартиру со всей семьей она знала, что у нее отсутствуют законные основания возникновения права собственности на указанное имущество, поскольку договор купли-продажи квартиры, договоренность о заключении которого якобы имела место, так и не был заключен. Несмотря на это, зная о том, что И-вы являются законными собственниками квартиры, ФИО1 с семьей вселилась в квартиру и продолжала в ней проживать на протяжении длительного времени, хотя истица знала, что после смерти И. его супруга - ФИО4 и дочь - ФИО2 не выразили намерения заключить договор купли-продажи квартиры, то есть продолжали оставаться ее собственниками.

Свидетель С.И. подтвердила в судебном заседании, что работала в консалтинговой компании «Консул», занималась сделками с недвижимостью. В 2006 году к ней обратилась ФИО1 по поводу заключения договора купли - продажи недвижимости с И. Свидетель составила с ними анкету. Документы для осуществления сделки были готовы не все. Был только договор приватизации. Решено было привести документы в порядок и зарегистрировать договор. И. выражал свою волю на продажу квартиры. После смерти И. к ней пришли две женщины, родственницы умершего, забрали документы и пояснили, что намерены вступать в наследство.

Кроме того, следует учесть, что согласно договору передачи жилого помещения в совместную собственность граждан от 21.05.1998 года в собственность И., ФИО4 и ФИО2 в порядке приватизации по 1/3 доле за каждым была передана квартира, расположенная в <адрес> (л.д. 101).

При этом, по указанному договору собственником 1/3 доли спорной квартиры стала и несовершеннолетняя ФИО2, следовательно на момент вселения истицы в квартиру, никаких сделок по отчуждению данной квартиры не могло быть совершено без участия органа опеки и попечительства и без оформления в собственность несовершеннолетней иного жилого помещения.

Истица ФИО1 подтвердила в судебном заседании, что была осведомлена обо всех указанных обстоятельствах, следовательно знала, что на момент вселения в квартиру она не могла оформить ее в собственность в установленном законом порядке и заключить договор купли-продажи, поскольку собственником 1/3 доли квартиры являлась несовершеннолетняя ФИО2.

Свидетель С. показала в судебном заседании, что с 1999 года по 2000 год она жила с родителями в п. Заречном Белореченского района. Примерно в это время в поселке появились девочка ФИО6, которая рассказала, что переехала жить с родителями в связи с продажей квартиры в п. Южном. В пос. Заречном они купили дом.

Однако показания указанного свидетеля указывают лишь на то обстоятельство, что несовершеннолетняя ФИО2 какой-то период времени проживала в пос.Заречном, при этом подтверждений того, где в указанный период проживала семья И-вых, находилось ли указанное жилое помещение в собственности несовершеннолетней ФИО2, суду предоставлено не было.

Из показаний свидетелей П.Е. и П. следует, что ранее они проживали <адрес>А. И-вы жили рядом с ними в многоквартирном доме. И-вы очень хотели продать квартиру в п. Южном, потому что хотели купить частный дом. Затем свидетели узнали от ФИО7, что квартира ими продана семье Е-ных, которые с 1998 года постоянно проживают в данной квартире в п. Южном.

Действительно, из показаний указанных свидетелей, а также из представленных истицей фотографий, договоров, квитанций и справок, следует, что с момента вселения в данную квартиру с 1998 года истица вместе со своей семьей проживают в спорной квартире до настоящего времени, пользуются ею, оплачивают коммунальные платежи (л.д. 15-67).

В качестве наличия законных оснований для вселения в спорную квартиру и проживания в ней истица ссылается на заключенный с И. договор купли-продажи квартиры, по которому И. было передано 12 000 рублей.

Свидетель И. показала в судебном заседании, что проживала в <адрес>, в начале 1998 года. Весной она познакомилась с ФИО1, которая предложила ей присутствовать при передаче денежных средств И. Передача денежных средств осуществлялась во дворе вышеуказанного дома. В присутствии свидетеля ФИО3 передал И. 12 000 рублей, была составлена расписка, они в ней расписались. То, что эти деньги передавались за продажу квартиры, она поняла со слов присутствующих. При этом, расписку она не читала, не знает и не помнит, что конкретно там было написано.

Однако расписка от 07.05.1998 года, подписанная И., не содержит указания на заключение договора купли - продажи недвижимого имущества, а лишь указывает на получение И. от ФИО3 беспроцентной ссуды в размере 12 000 рублей на срок с 07.05.1998 года по 08.07.1998 года (л.д. 91).

Таким образом, доводы истицы о том, что в марте 1998 года она с семьей въехала в спорную квартиру с разрешения собственника ФИО8, поскольку ему было передано в счет приобретения квартиры 12 000 рублей, также не нашли подтверждения в судебном заседании.

Вместе с тем, после смерти И. 03.09.2006 года (л.д. 102), его дочь ФИО2 и супруга ФИО4 вступили в наследство, получив свидетельства о праве на наследство по закону по 1/3 доле на спорную квартиру (л.д.105, 106).

При этом, доказательства, подтверждающие намерение ответчиц продать спорную квартиру, суду не представлены.

Суд полагает, что истица не может приобрести право собственности в силу приобретательной давности на недвижимое имущество, имеющее собственников, только на основании того, что истица и члены ее семьи на протяжении длительного времени пользовались спорным имуществом.

Добросовестное давностное владение предполагает, что лицо, владеющее имуществом, должно считать себя не только собственником имущества, но и не знать, что у него отсутствуют основания для возникновения права собственности.

Применительно к спорным отношениям следует отметить, что с момента вселения в спорную квартиру истица ФИО1 достоверно знала, что у нее отсутствуют основания для возникновения права собственности на квартиру, поскольку договор купли-продажи так и не был заключен.

Данные обстоятельства свидетельствуют о необоснованности требований ФИО1 о признании за нею права собственности на квартиру в силу приобретательной давности, вследствие чего в удовлетворении указанных требований следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО4 и ФИО2 о признании права собственности в силу приобретательной давности отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Белореченский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Н.А. Волковая