Решение № 2-508/2019 2-508/2019~М-331/2019 М-331/2019 от 7 августа 2019 г. по делу № 2-508/2019

66RS0008-01-2019-000472-52

Дело № 2-508/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 августа 2019 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего Охотиной С.А..

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Половинкиной Н.Н.,

с участием истца по первоначальному иску и ответчика по встречному иску и иску третьего лица ФИО1 (далее по тексту истец); ее представителя ФИО4,

ответчика по первоначальному иску, третьего лица и истца по встречному иску ФИО5 (далее по тексту ответчик); ее представителя ФИО6,

третьего лица с самостоятельными требованиями и ответчика по иску третьего лица ФИО8,

третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

по искам ФИО1 и третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО8 к ФИО5 о признании распоряжения об отмене завещания и завещания недействительными, признании права собственности в порядке наследования по завещанию и по закону,

по встречному иску ФИО5 к ФИО1 о признании права собственности на долю жилого помещения в порядке наследования по закону,

и по иску третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО9 к ФИО1, ФИО5, ФИО8 о признании права собственности в порядке наследования по завещанию,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5 о признании недействительным завещания, составленного ее бабушкой ФИО10 в пользу ФИО5, и признании права собственности на ? доли <Адрес> в городе Нижний Тагил в порядке наследования по завещанию.

08.04.2019 к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, на стороне истца ФИО8 и на стороне ответчика - нотариус ФИО11.

23.04.2019 определением суда изменен процессуальный статус третьего лица ФИО8 в связи с предъявлением самостоятельных исковых требований на третье лицо, заявляющее самостоятельные требования; а также принято уточненное исковое заявление ФИО1 к ФИО5.

Согласно уточненным требованиям ФИО1 и третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО8, указанные лица просят:

- признать недействительным распоряжение ФИО2 об отмене завещания от 12.11.2004, удостоверенное 20.01.2012 нотариусом ФИО13 и зарегистрированное в реестре нотариуса за <№>.

- признать недействительным завещание ФИО2, удостоверенное 23.04.2012 нотариусом ФИО11 и зарегистрированное за <№>.

- признать за ФИО1 право собственности на 3/8 доли в праве собственности на квартиру по <Адрес> в г.Н.Тагиле в порядке наследования по завещанию от 12.11.2004 после смерти ФИО2

- признать за ФИО8 право собственности на ? доли в праве долевой собственности на <Адрес> в г.Н.Тагил в порядке наследования по закону после смерти ФИО2 в связи с достижением на момент смерти наследником 50-лего возраста в соответствии со ст. 1149 ГК РФ.

В обоснование заявленных требований с учетом уточненных исковых требований и требований, заявленных третьим лицом ФИО8, указано, что: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ в возрасте 88 лет. После ее смерти открылось наследство в виде квартиры по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>. 12.11.2004 ФИО2 составляла завещание в нотариальной конторе, согласно которому ? доли указанной квартиры было завещано ФИО1, ? доля ФИО9. Также в 2004 году истец ФИО1 была зарегистрирована в спорном жилом помещении. После смерти ФИО2 истец обратилась к нотариусу ФИО13, где было установлено, что 20.01.2012 ФИО2 составлено распоряжение об отмене завещания от 12.11.2004; впоследствии 23.04.2012 ФИО2 составила новое завещание, согласно которому все ее имущество, в том числе и спорная квартира были завещаны ФИО5. Истец считает, что распоряжение от 20.01.2012 и завещание от 23.04.2012 является недействительными, поскольку ФИО2 вследствие тяжелого заболевания на момент составления и подписания распоряжения и завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО2 умерла в возрасте 88 лет. На 82-году жизни ФИО2 заболела, из медицинской документации следует, что ее беспокоили <данные изъяты>. 12.10.2011 у ФИО2 был диагностирован <данные изъяты>, приехавшая бригада скорой медицинской помощи не нашла оснований для ее госпитализации и посоветовала обратиться к участковому врачу. 14.10.2011 по направлению участкового врача ФИО2 был госпитализирована в <данные изъяты>. Однако были вынуждены забрать ФИО2 из больницы, по настоянию заведующей отделения, <данные изъяты>, о данном факте была сделана соответствующая запись в медицинской карте. По прибытию домой ФИО2 также <данные изъяты>. 16.12.2011 врачом <данные изъяты> ФИО2 были выписаны <данные изъяты>; на протяжении около двух лет по рецептам участкового врача <данные изъяты>. В августе 2012 года участковый врач фиксировал в медицинских документах <данные изъяты> у ФИО2, и рекомендовал консультацию <данные изъяты>. Именно в этот период ФИО2, по мнению истцов, не могла понимать значение своих действий и руководить ими, соответственно оспаривают распоряжение об отмене завещания от 2004 года и последующее завещание на имя ответчика. В 2015 году участковый врач также фиксирует со слов родственников, в частности ФИО12, жалобы ФИО2 <данные изъяты>. 19.03.2015 ФИО2 осмотре <данные изъяты>. Данное поведение ФИО2, а также стойкое ухудшение здоровья на протяжении трех лет свидетельствует о том, что в момент оформления завещания 23.04.2012 она не понимала значение своих действий и не могла руководить ими. В связи с чем, просят их требования удовлетворить.

Определением суда от 08.08.2019 к производству принято для совместного рассмотрения встречное исковое заявление ФИО5 к ФИО1 о признании права собственности в порядке наследования по закону после смерти ФИО10 на ? долю в <Адрес> в г.Н.Тагиле. В обоснование встречного иска указано, что она является дочерью наследодателя, на момент смерти последней достигла возврата 50-лет, в связи с чем, в соответствии со ст.1149 ГК РФ имеет право на обязательную долю в наследстве.

Также определением суда от 08.08.2019 изменен процессуальный статус третьего лица ФИО9 в связи с предъявлением самостоятельных исковых требований на третье лицо, заявляющее самостоятельные требования; и принято к рассмотрению его исковое заявление к ФИО1, ФИО5 и ФИО8 о признании за ним права собственности на 1/8 долю в праве собственности на <Адрес> в г.Н.Тагиле после смерти ФИО2. В обоснование своих требований указал, что является наследником после смерти <данные изъяты> ФИО2, принял наследство и на основании завещания от 12.11.2004 соответственно имеет право на долю в указанном жилом помещении, соответствующую подлежащей компенсации стоимости в соответствии с завещанием, а также учитывая и размер обязательных долей <данные изъяты> наследодателя ФИО5 и ФИО8.

С согласия лиц, участвующих в деле, учитывая их позицию по делу, определением суда от 08.08.2019 было принято решение о рассмотрении дела без проведения дополнительной подготовки по встречному иску и по иску третьего лица с самостоятельными требованиями; в том числе принимая во внимание и проведенную ранее по делу подготовку, выход в судебное заседание и опрос лиц, участвующих в деле по существу требований, исследование доказательств по делу; отсутствие необходимости с учетом первоначально заявленных требований изменять предмет доказывания по делу. Также судом учитывались и установленные законом сроки рассмотрения дела, право участников на своевременное судопроизводство.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала свои требования и основания, указанные в исковом заявлении и уточненном исковом заявлении, а также данные ею пояснения в ходе рассмотрения дела. Указала, что согласна со всеми требованиями иных участников процесса о признании за ними права собственности на названные в исках доли. Так, согласно оглашенным пояснениям ФИО1, последняя указывала, что на момент составления завещания ФИО2 не могла отдавать отчет своим действиям и руководить ими, так как с лета 2011 года ее состояние здоровья стало ухудшаться. Так, примерно с 2011 года ее <данные изъяты> ФИО2 начали беспокоить <данные изъяты>. С конца 2011 года ФИО5 запретила ей, ФИО1 и ФИО8, обращаться с ФИО2, приходить к ней домой. Через год она вновь стала общаться с ФИО2, но она <данные изъяты>. Примерно раза два в месяц для <данные изъяты> вызывали врача на дом. У ФИО2 были поставлены диагнозы – <данные изъяты>, была рекомендована консультация <данные изъяты>

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании поддержал мнение своего доверителя по указанным основаниям, дополнив, что есть основания для удовлетворения заявленных истцом и третьим лицом требований, с учетом представленных и исследованных судом доказательств, показаний свидетелей и пояснений лиц, участвующих в деле, а также учитывая заключение проведенной по делу психолого-психиатрической посмертной экспертизы в отношении ФИО2. Поддержал позицию своего доверителя относительно фактического признания требований ФИО8, ФИО5 и ФИО9, указав, что истец не оспаривает наличие обязательной доли в связи с возрастом у детей наследодателя, а также согласна с тем, что ФИО9 принял наследство после смерти ФИО2 и подлежит включению в состав наследников, желает выделить последнему долю в жилом помещении в целях исполнения завещания, поскольку наследует квартиру не в полном объёме и полагает данное разрешение вопроса наиболее соответствующим интересам сторон.

Третье лицо ФИО8 заявленные исковые требования поддержала, просила удовлетворить их по основаниям указанным в иске и поддержала ранее данные пояснения в судебном заседании; а также указала, что согласна со всеми требованиями иных участников процесса о признании за ними права собственности на названные в исках доли. Согласно оглашенным пояснениям ФИО8 пояснила, что ФИО2 является ее <данные изъяты>. С ФИО2 с 2011 года случилась «беда», ее стали беспокоить <данные изъяты>. Впоследствии вызвали скорую помощь, которая диагностировала <данные изъяты>, и через день по направлению участкового врача ФИО2 была госпитализирована в больницу. Пока ФИО2 находилась в больнице, она и ФИО1 убрали из квартиры все зеркала, так как последняя <данные изъяты>. ФИО2 перепутала день с ночью, днем спала, а ночью бодрствовала, двигала мебель. Другим родственникам ФИО2 говорила, что <данные изъяты>. Потом <данные изъяты> ФИО5 запретила им общаться с конца 2011 года и стала сама ухаживать за <данные изъяты>. После чего она стала <данные изъяты>, после примерно 3 лет снова стала ухаживать за <данные изъяты>, но болезнь прогрессировала, последовали обращения в 2015 года и последующие, постоянно принимали лекарственные препараты.

Ответчик ФИО5 в настоящем судебном заседании поддержала встречные требования по указанным в иске основаниям, и полагая, что за ней подлежит признанию право собственности в порядке наследования после смерти <данные изъяты> ФИО2 на ? долю в спорной квартире, поскольку имеет в силу возраста право на обязательную долю в наследстве. В случае удовлетворения первоначальных требований просила учесть ее встречные требования и их удовлетворить. Также указала, что признает требования иных лиц о признании за ними права собственности в названных в исках долях, в случае признания завещания на ее имя недействительным.

Представитель ответчика ФИО14 поддержала ранее данные пояснения, возражала против первоначального иска, однако в случае признания завещания на имя ФИО5 недействительным, просила удовлетворить встречный иск. Согласно оглашенным пояснениям представителя, данным суду ранее, последняя возражала против заявленных требований, полагая, что не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО2 каких-либо <данные изъяты> расстройств, которые не позволяли бы ей оценить свои действия; она нотариусу указала основания для составления завещания только на <данные изъяты>, и это объяснение нотариусом представлено. На момент составления завещания ФИО2 на учете нигде не состояла. Полагает, что истцом не представлено доказательств, что на момент составления спорного завещания ФИО2 страдала каким-либо <данные изъяты> расстройством, этого не отражено в медицинских документах и данная позиция строится только на неподтвержденных ничем пояснениях истца и третьего лица. В амбулаторной карте нет записей о наличии у ФИО2 каких-либо <данные изъяты> расстройств, указано только на жалобы на <данные изъяты>. Не предоставлено таких доказательств и от <данные изъяты>. Доводы стороны истца в данной части полагала надуманными; при этом возражений против проведенной по делу экспертизы сторона ответчика не представила.

Также оглашены и пояснения представителя ответчика ФИО15, данные при рассмотрении дела ранее, в которых последняя указала, что ФИО2 работала на одном из предприятий и всегда была на хорошем счету. В 2011 году у нее был <данные изъяты>, но в ее <данные изъяты> состоянии ничего не поменялось. ФИО2 всегда была общительная, проблем в поведении не было, от общения с родственниками не отгораживалась, двери не закрывала. <данные изъяты> ФИО2 мучали всегда, она принимала <данные изъяты> он продавался безрецептурно, а после его стали ей прописывать врачи. Она, ФИО15, часто ходила к ФИО2 в дневное время, гуляли с ней на улице. Родственники поставили в квартире ФИО2 пластиковые окна и сейф-дверь, поэтому ФИО2 и не могла открыть входную дверь, не понимая как обращаться с такими замками. ФИО2 всегда мало ела, так как у нее были проблемы с <данные изъяты>. О том, что ФИО2 проходила лечение в <данные изъяты> ей, ФИО15, ничего не известно; таких сведений и нет в медицинских документах. В <данные изъяты> отделение ФИО2 была госпитализирована, но ее очень быстро выписали, так как она не любила общаться в бабушками, домашний человек. У ФИО2 был тревожный сон, но агрессивного поведения за ней никогда не было замечено, ФИО29 также не было. Сторона истца запрещала стороне ответчика общаться с ФИО2. Со слов родственников ей известно, что в 2011 году была ситуация, что когда ФИО2 с родственниками были в гостях в г. Пермь, ФИО2 хотела домой, поэтому пришлось прервать отдых. О том, что ФИО2 убежала, а также что ей была рекомендована консультация ФИО30, сведений у нее и у ответчика не имелось; полагает, что ФИО31 не мог выписать лекарственные средства без осмотра пациента, а имеющийся в деле рецепт не подтверждается медицинской организацией. В период с 2011 по 2014 год она, ФИО15, и ФИО2 сблизились, а со стороной истца ФИО32 наоборот стала меньше общаться. В этот же период ФИО2 проходила лечение в стационаре кардиологического отделения. ФИО2 была очень любознательная, читала газеты, делала на газетах заметки, обсуждала выборы. Она всегда выглядела опрятной, чистенькой, спокойной, радовалась, когда к ней приходили. Готовить себе не любила, говорила, что проще выпить чай. ФИО5 следила за <данные изъяты> ФИО2, постоянного <данные изъяты>, и давала лекарства. По поводу завещания, ей, ФИО15, известно, что ФИО2 сама изъявила желание для его оформления, и по ее просьбе они возили ее к нотариусу.

Третье лицо ФИО9 заявленные требования не признал; однако в случае удовлетворения первоначальных требований ФИО1 просил удовлетворить заявленные им самостоятельные требования, указав, что именно таким образом видит исполнение завещание и со стороны ФИО1. Также пояснил, что согласен с требованиями всех участников, полагал их обоснованными. Суду по обстоятельствам дела, согласно оглашенным пояснениям, пояснял, что является <данные изъяты> ФИО2; периодически он общался с ФИО2 на общечеловеческие темы, помогал ей по ее просьбе по мелкому ремонту квартиры. ФИО2 была улыбчивым, светлым, позитивным человеком, много читала и много знала, в газетах делала пометки, интересовалась, что происходит в мире. С 2011 года с ФИО2 он общался не часто, встречались на праздниках. Она всегда интересовалась его работой, выражала свое мнение по разным ситуациям. ФИО2 походила лечение в <данные изъяты> отделении <данные изъяты>. Ему известно про первое завещание, про второе ничего не известно, но он его не оспаривает, считает <данные изъяты> адекватным, нормальным человеком.

Нотариус ФИО13 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещена надлежащим образом, в деле имеется заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие. Также ранее направлен письменный отзыв на исковое заявление, где указано, что 20.01.2012 ФИО2 лично обратилась к ФИО13, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО16, с просьбой отменить завещание ФИО2, удостоверенное ФИО16 ФИО13 личность ФИО2 была установлена, дееспособность проверена. Проводилась подробная беседа, в результате которой ФИО2 совершенно адекватно и конкретно выразила свою волю, а именно, намерение отменить указанное завещание. В случае если у нотариуса возникает сомнения в дееспособности клиента, то клиенту предлагается пройти освидетельствование у <данные изъяты>. При удостоверении распоряжения об отмене завещания от имени ФИО2, сомнений в ее дееспособности у ФИО17, не возникло, пройти освидетельствование у психиатра ФИО2 не предлагалось.

Нотариус ФИО11 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещена надлежащим образом, направила заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие. Направила также отзыв на исковое заявление в адрес суда, где указала, что процедура оформления завещания для всех одинаковая и была соблюдена. ФИО2 она, ФИО11, не помнит, ввиду того, что завещание составлялось в 2012 году, но с ней также проводилась беседа и предоставлялись письменные объяснения ФИО2, где она указала, что у нее есть <данные изъяты> ФИО7, с которой у нее сложились плохие отношения, в связи с чем завещание составлено на <данные изъяты>.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, их представителей, огласив показания допрошенных ранее свидетелей ФИО24, ФИО20, ФИО21, ФИО18, ФИО22, изучив материалы дела, приходит к следующему.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Согласно статье 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается смертью гражданина.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Согласно статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно пункта 1 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включить в завещание иные распоряжения, предусмотренные правилами настоящего Кодекса о наследовании, отменить или изменить совершенное завещание.

Завещатель может совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц, как входящих, так и не входящих в круг наследников по закону (пункт 1 статьи 1121 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ в городе Нижний Тагил (свидетельство о смерти IV-АИ <№> от 24.08.2018).

После ее смерти открылось наследство в виде жилого помещения – <Адрес> в г.Н.Тагиле, что подтверждается представленными документами и сведениями БТИ и РН (регистрационное удостоверение с 06.05.1995); не оспаривалось участниками процесса. Прав иных лиц на данный объект не заявлено, в частности учитывая отсутствие соответствующих сведений в ЕГРП.

При жизни ФИО2 составлялось два завещания: 12.11.2004, удостоверенное нотариусом ФИО16 и зарегистрированное в реестре за <№>, в соответствии с которым завещала вышеуказанную квартиру истцу ФИО19 (в настоящее время в связи с вступлением в брак ФИО3); с возложением на последнюю обязанности по выплате ФИО9 ? доли от ее стоимости.

Распоряжением от 20.01.2012 ФИО2 отменила вышеуказанное завещание за <№>; распоряжение удостоверено нотариусом ФИО13 и зарегистрировано в реестре за <№> (л.д.62).

Впоследствии, 23.04.2012 ФИО33 вновь составлено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО11, согласно которому все свое имущество завещает ФИО5 (л.д. 41).

Нарушений действующего законодательства, при составлении и удостоверении завещаний, правил, касающихся формы и порядка совершения завещания, судом не установлено. Завещания составлены в письменной форме, подписаны завещателем и удостоверены нотариусом.

Наследниками после смерти ФИО2, принявшими наследство, являются: дочери наследодателя ФИО5 и ФИО8 (первая очередь), которые обратились с соответствующими заявлениями к нотариусу в установленный срок и имеют обязательную долю в наследстве, поскольку на день смерти являлись нетрудоспособными – пенсия по старости. Указанное подтверждается представленными документами, в частности материалами наследственного дела <№>, не оспаривается лицами, участвующими в деле; а кроме того соответствует положениям ст. 1148, 1149 ГК РФ, ФЗ РФ от 26.11.2001 № 147-ФЗ «О введении в действие части 3 ГК РФ», и разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного суда РФ № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании». Также наследниками, согласно первоначально представленного завещания от 12.11.2004 являются <данные изъяты> наследодателя ФИО1 и ФИО9, которые приняли наследство, о чем свидетельствует заявление ФИО1, поданное в установленный в законе срок нотариусу; а в части ФИО9 все наследники письменно с учетом положений ст. 1155 ГК РФ выразили согласие с принятием им наследства, несмотря на не обращение данного лица к нотариусу с заявлением в установленный в законе срок. Так, в соответствии с ч.2 ст. 1155 ГК РФ наследство может быть принято наследником по истечении срока, установленного для его принятия, без обращения в суд при условии согласия в письменной форме на это всех остальных наследников, принявших наследство. Кроме того принимая данное согласие, не имеющее нотариальное удостоверение, суд исходит из положений ст. 39 и ч.2 ст. 68 ГПК РФ, учитывая признание всеми лицами данных обстоятельств, на которых свои требования основывает ФИО9.

Иных наследников первой очереди и наследников, имеющих обязательную долю в наследстве, судом не установлено.

Таким образом, в судебном заседании установлена заинтересованность истца, третьих лиц, с самостоятельными требованиями, в оспаривании завещания ФИО2, как наследников.

В обоснование требований о признании распоряжения об отмене завещания от 20.01.2012 и завещания ФИО2 от 23.04.2012 недействительными истец ФИО1 и третье лицо с самостоятельными требованиями ФИО8, ссылаются на то обстоятельство, что наследодатель ФИО2 в момент их составления не понимала значения своих действий и не могла ими руководить, что выражалось в неадекватном поведении наследодателя, о котором в решении в пояснениях приведено выше.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений Гражданского кодекса Российской Федерации, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно положениям ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать основания своих требований и возражений.

Изучив все представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства нашли подтверждение доводы стороны истца о наличии оснований для признания распоряжения и завещания от 2012 года недействительными ввиду того, что ФИО2 не понимала в юридически-значимый по делу период значение своих действий, в полной мере руководить ими не могла.

Так, по делу установлено, что на момент составления оспариваемых распоряжения и завещания в 2012 году ФИО2 уже достигла преклонного возраста, ей было более 80 лет; часто обращалась за медицинской помощью.

Судом был допрошен ряд свидетелей, которые пояснили по обстоятельствам жизни ФИО2, ее поведении в быту в юридически-значимый период времени (20.01.2012 и 23.04.2012).

Допрошенный в ходе судебного заседания 08.05.2019 свидетель ФИО20 суду пояснил, что он является соседом истца ФИО1, проживают в одном доме с 1998 года. ФИО2 знает как соседку, ранее живущую в квартире над его квартирой, общались с ней не часто, всего около 3-4 раз. Однажды ФИО2 обратилась к нему за помощью, сказав, что у нее в квартире сидят посторонние мужичины, он поднялся в ее квартиру, но там никого не было. Больше ФИО2 он не видел. Очень часто по ночам ФИО2 разговаривала, что-то двигала в своей квартире, так как слышимость в квартирах хорошая, это всегда было слышно. <данные изъяты> ФИО2 по имени И., сказала, что ФИО2 перепутала день с ночью, поэтому ночью она бодрствует. Сам свидетель лично с ФИО2 не общался.

Допрошенная в ходе судебного заседания 08.05.2019 свидетель ФИО21 суду пояснила, что ФИО1 и ФИО8 знает как соседок по дому. ФИО2 также соседка, знакомы с 1998 года. В 2010 году, когда из квартиры ФИО2 затопило их квартиру, родственники ФИО2 пояснила, что она болеет. ФИО2 была «голубятницей» - кормила голубей с балкона постоянно. Был случай, что ФИО2 прибежала к ним в квартиру, и просила о помощи, так как в ее квартире якобы были посторонние мужчины. Ее муж поднялся к ФИО2 в квартиру, но посторонних в ней не было. При этом ФИО2 стала уверять их, что мужчины вошли через окно. Через некоторое время, но в этот же день ФИО2 вновь около трех раз приходила, и говорила, что у нее в квартире посторонние мужчины, и просила их выгнать. Эти все случаи были в 2011 году.

В судебном заседании свидетель ФИО22 суду пояснила, что ФИО1 является ее соседкой, проживают в одном доме с 1992 года. С ФИО2 она общалась, ФИО2 даже ранее оставалась присматривать за ее детьми. Но с 2011 года ФИО2 стала странно себя вести, заходила в ее, ФИО22, квартиру и искала двух девочек, у одной из которых был большой бант и утверждая, что они у нее ушли. Были случаи, что ФИО2 жаловалась, что у нее в квартире находятся посторонние мужчины, говорила, что у нее на кровати дети сидят, хотя в это время никого в квартире не было. В зимнее время ноябре-декабре выходила раздетая на балкон и кричала, что ей страшно. ФИО2 боялась зеркал, поэтому родственники сняли их по всей квартире. ФИО5 неоднократно жаловалась, что ФИО2 плохо ест. С 2011 года ФИО2 перестала выходить на улицу, по ночам стала часто двигать мебель. Жаловалась, что у нее за шкафом мужчина, а на кровати спят мальчик с девочкой, и ей неприятно с ними спать. Хотя на самом деле этого не было. В связи со странным поведением ФИО2 ее родственники вызывали ей скорую медицинскую помощь. Сама же ФИО2 жаловалась на сильную головную боль, на давление.

Оснований не доверять показаниям допрошенных по делу свидетелей у суда не имеется, они согласуются с иными представленными суду доказательствами, в том числе письменными и пояснениями истца и третьего лица ФИО8; ответчиком не опровергнуты в нарушение ст. 56 ГПК РФ. В частности, доводы стороны ответчика, приведенные в обоснование возражений и пояснения третьего лица ФИО9 о том, что ФИО2 на юридически значимый период поддерживала адекватное общение, самостоятельно себя обслуживала, какими-либо доказательствами не подтверждены и не опровергают показания допрошенных и указанных выше свидетелей.

Так, при оценке показаний допрошенных по делу свидетелей, пояснений стороны истца, суд исходит из фактически установленных обстоятельств, в частности о проявлении психических расстройств в основном в вечернее и ночное время, при том, что ответчик, ее <данные изъяты> и третье лицо ФИО26 в данное время с ФИО2 в квартире не находились. Показания свидетеля ФИО18, которая близко с ФИО2 не общалась, также не могут исключить проявление психических расстройств в вечернее и ночное время при нахождении дома; этот свидетель по факту не опровергает показания иных свидетелей. Также суд учитывает и заключение комиссии экспертов от 21.06.2019 <№>, принимавших во внимание и пояснения стороны ответчика наряду с медицинской документацией, в котором эксперты указали, что таковые пояснения не исключают наличие у ФИО2 <данные изъяты>. Иного в данной части не представлено, при этом учитывается и то, что ответчик ФИО5, ее <данные изъяты> (представитель по делу) ФИО15 и ФИО9 являются членами одной семьи, семейные отношения с истцом и ее семьей не поддерживают; у сторон по делу сложились неприязненные отношения.

Судом также обстоятельно выяснялся вопрос о состоянии здоровья ФИО2 из медицинских документов в более близком к указанной дате временном интервале; допрашивался врач-терапевт.

Согласно справке <данные изъяты><№> от 26.03.2019 ФИО2 на учете <данные изъяты> не состояла, на лечении в данном учреждении не находилась (л.д. 36).

Из медицинских карт Поликлиники № 1 ГБУЗ СО «ГБ <№>» следует, что ФИО2 до 2011 года и впоследствии с 2011 года регулярно осматривалась участковым врачом; в частности с июля 2002 года обращалась с жалобами на <данные изъяты>; с мая 2005 года жаловалась на почти постоянные <данные изъяты>; с октября 2010 года по январь 2013 года осматривалась фельдшером ФИО23 на дому, фиксировались жалобы на <данные изъяты>. В июле 2011 года осмотрена на дому, зафиксированы жалобы на <данные изъяты> Поставлен диагноз: <данные изъяты>. 13.10.2011 осмотр на дому, зафиксированы жалобы на артериальное давление, при измерении 200/100, фельдшером ФИО27 поставлен диагноз: артериальная гипертония II степени кризовое течение, направлена в <данные изъяты> отделение. 14.10.2011 поступила в <данные изъяты> отделение и 15.10.2011 ушла из больницы с родственником. С мая 2012 года - <данные изъяты>, и с июля 2012 года прописан <данные изъяты>. 14.05.2013 осмотр на дому, жалобу на <данные изъяты>, фельдшером <данные изъяты> поставлен диагноз: <данные изъяты>, рекомендована консультация <данные изъяты>, <данные изъяты> с целью осмотра больной и корректировки лечения. 21.01.2015 осмотр на дому, жалобы на <данные изъяты>.

Из стационарной карты кардиологического отделения ГБУЗ СО «ГБ № 1 города Нижний Тагил» следует, что 14.10.2011 в 11:30 ФИО2 госпитализирована в экстренном порядке с диагнозом: <данные изъяты>. 15.10.2011 в 11:40 зафиксировано <данные изъяты>. Согласно выписного эпикриза: ФИО2, возраст 81 год, находилась на стационарном лечении в <данные изъяты> отделении с 14 по 15.10.2011, диагноз: <данные изъяты>. Поступила в связи с клиникой <данные изъяты>. 15.10.2011 пациентка стала <данные изъяты>. При выписке рекомендовано наблюдение участкового терапевта на дому, консультация <данные изъяты>.

Также представлена медицинская карта стационарного больного за 2010 год, в период госпитализации жаловалась на <данные изъяты>.

Допрошенная в ходе судебного заседания 23.04.2019 свидетель ФИО24 суду пояснила, что работает участковым терапевтом на участке <№> поликлиники № 1 ГБУЗ СО «Городская больница № 1». Стаж работы с 1995 года. ФИО2 ей знакома как пациент, проживающий на территории поликлиники. Однако постоянного врача-терапевта на участке ФИО2 не имелось, поэтому она периодически осматривала ФИО2, выходила на дом по вызову. Саму ФИО2 она, ФИО24, видела около двух раз, была приглашена к пациенту в связи с ее <данные изъяты>. При посещении ФИО2 вела себя спокойно, утверждала, что чувствует себя хорошее, но только беспокоят головные боли, больше приходилось общаться с дочерью. При общении с пациентом, ФИО2 понимала, что она разговаривает с врачом, отвечала на вопросы. Сама ФИО2 при обращениях жаловалась на <данные изъяты>, ей была рекомендована <данные изъяты> терапия, прописан «<данные изъяты>. Второй раз на прием ФИО2 приходила в 2018 году, также с жалобами на <данные изъяты>, была рекомендована консультация <данные изъяты>. После обозрения медицинской карты дополнила, что согласно записям ФИО2 она же посещала в октябре 2017 года, мае-июне-июле 2014 года, 23.03.2012 и 25.04.2013 приемы на дому. По другим записям ФИО2 выписывались рецепты на обезболивающие препараты, имелись назначения невропатолога. В 2012 году посещения были обусловлены наличием у ФИО2 таких диагнозов как <данные изъяты>.

Оснований не доверять показаниям данного свидетеля не имеется, они согласуются с представленной медицинской документацией, заинтересованности в рассмотрении дела не установлено. Иных сотрудников поликлиники опросить не представилось возможным ввиду того, что либо не работают в настоящее время в поликлинике, либо работали и осматривали ФИО2 не в юридически значимый период времени; суду иных ходатайств участниками в данной части не заявлено.

Показания допрошенной по делу ФИО25, которая суду пояснила, что доставляла ФИО2 пенсию на дом до 2012 года и при общении с ФИО2 ее психическое состояние сомнения не вызывало, суд оценивает наряду с другим доказательствами, полагая, что они не опровергают наличие <данные изъяты> расстройства у ФИО2, поскольку данный свидетель специальными познаниями не обладает, не оценивала <данные изъяты> состояние ФИО2 в момент <данные изъяты> и общалась с ней не продолжительное время во время <данные изъяты>, а также оценивая и фактические обстоятельства о проявлении заболевания в большинстве случаев именно в ночной период времени, когда свидетель не наблюдала ФИО2.

Представленные газеты, на которых пометки делала ФИО2, по мнению суда, также не свидетельствуют об отсутствии <данные изъяты> расстройства; иного суду не представлено.

Определением суда от 15.05.2019 по делу назначено проведение экспертизы по ходатайству стороны истца. По заключению проведенной по делу посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2 комиссией экспертов установлено, что по данным представленным на экспертизу, в том числе медицинской документации с 2002 года на фоне <данные изъяты> появились жалобы <данные изъяты> характера, с июля 2011 года к клинической картине заболевания присоединились <данные изъяты> нарушения <данные изъяты> уровней, такие, как <данные изъяты>, в связи с чем, ей в декабре 2011 года назначалась <данные изъяты>; с 2011 года выявлялись <данные изъяты>.

Выводы комиссии судебно-психиатрических экспертов: ФИО2 к 2012 году и в последующем, в том числе на момент составления распоряжения от 20.01.2012 и завещания 23.04.2012 страдала хроническим <данные изъяты> расстройством в форме органического <данные изъяты> расстройства в связи с <данные изъяты>. Эксперты пришли к выводу, что у ФИО2 к периоду юридически-значимых событий обнаруживались такие, в том числе связанные с установленным <данные изъяты> расстройством нарушения, как <данные изъяты>, которые нарушали ее способность к осознанному принятию решения и лишали ее возможности понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления распоряжения от 20.01.2012 и завещания от 23.04.2012 (л.д.191-200).

Суд признает вышеуказанное заключение комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы относимым и допустимым доказательством по делу, поскольку оно соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к такому виду доказательств как заключение судебной экспертизы. Кроме того, экспертное заключение научно обосновано, удостоверено подписями проводивших его экспертов, имеющих длительный стаж экспертной работы в области судебной психиатрии и психологии, и согласуется с иными доказательствами.

Доводы стороны ответчика в ходе рассмотрения дела о том, что ряд заболеваний и соответственно жалоб не относились к психическим диагнозам и не могли свидетельствовать о наличии психического расстройства, суд не принимает, поскольку оценка данных обстоятельств и медицинской документации дана в заключении экспертов, а стороны специальными познания в области медицины не обладают и соответственно давать оценку поставленным диагнозам и жалобам лица не могут. В связи с чем, по делу и проводилась экспертиза. Исследованные судом медицинские документы представлены за длительный период времени: с 2002 по 2018 годы жизни ФИО2, при этом выводы об эмоциональном состоянии больного и диагноз установлен и подтвержден медицинскими работниками различной специализации и из разных медицинских учреждений, что не дает суду оснований сомневаться в правильности таких выводов.

При этом суд не принимает во внимание довод представителя ответчика о том, что ФИО2 подтвердила свою волю, изложенную в завещании, в письме к нотариусу, поскольку, как указано в заключении экспертизы, это не исключает <данные изъяты>, вывод экспертов однозначный и не требующий иного толкования; соответственно сделать однозначный вывод о всестороннем учете им всех значимых условий ее выбора и прогнозе последствий данного выбора не возможно и суду.

Таким образом, на основании совокупности исследованных в суде доказательств – показаний свидетелей, медицинской документации, заключения экспертизы, суд приходит к выводу, что ФИО2 на период совершения распоряжения от 20.01.2012 и завещания от 23.04.2012 в силу имевшихся у нее заболеваний, находилась в таком состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, что дает основания для применения положений ст. 177 ГК РФ и соответственно исковые требования ФИО1 и ФИО8 подлежат удовлетворению.

В связи с признанием завещания и распоряжения недействительными, у суда имеются основания для разрешения требований всех участников процесса о признании за ними права собственности на указанные ими доли, с учетом вышеприведенных в решении доводов о круге наследников, наличия не оспоренного участниками завещания от 12.11.2004, и оснований наследования каждым из них (обязательная доля в наследстве у ФИО5 и ФИО8; наследование по завещанию ФИО1 и ФИО9 с учетом добровольного наделения истцом – наследником по завещанию долей в наследстве ФИО9 в целях исполнения условия завещания о выплате стоимости такой доли).; а также и положений ст.39 ГПК РФ о том, что стороны вправе признать заявленные требования в части.

Оснований для не принятия признания иска в указанной части у суда не имеется, это соответствует вышеприведенным положениям закона и установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Кром этого, учитываются следующие положения: ст. 1122, 1133 и 1165 ГК РФ согласно которым, имущество, завещанное двум или нескольким наследникам без указания их долей в наследстве и без указания того, какие входящие в состав наследства вещи или права кому из наследников предназначаются, считается завещанным наследникам в равных долях. Указание в завещании на части неделимой вещи (статья 133), предназначенные каждому из наследников в натуре, не влечет за собой недействительность завещания. Такая вещь считается завещанной в долях, соответствующих стоимости этих частей. Порядок пользования наследниками этой неделимой вещью устанавливается в соответствии с предназначенными им в завещании частями этой вещи. Исполнение завещания осуществляется наследниками по завещанию, за исключением случаев, когда его исполнение полностью или в определенной части осуществляется исполнителем завещания (статья 1134). Наследственное имущество, которое находится в общей долевой собственности двух или нескольких наследников, может быть разделено по соглашению между ними.

В связи с чем, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО1 о признании за ней права на 3/8 доли в праве собственности на квартиру по <Адрес>, за ФИО8 и ФИО5 по ? доле за каждой и за ФИО9 1/8 доли в праве собственности на это же жилое помещение. Доли между сторонами определены в соответствии с положениями закона и согласно завещанию.

Требований о взыскании судебных расходов не заявлено.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 и третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО8 к ФИО5 о признании распоряжения об отмене завещания и завещания недействительными, признании права собственности в порядке наследования по завещанию и по закону – удовлетворить.

Признать недействительными распоряжение ФИО2 от 20 января 2012 года об отмене завещания в реестре за <№>, удостоверенное нотариусом ФИО13; и завещание ФИО2 от 23 апреля 2012 года в пользу дочери ФИО5, удостоверенное нотариусом ФИО11 и зарегистрированное в реестре за <№>.

Признать за ФИО1 право собственности на 3/8 доли в праве собственности на <Адрес> в городе Нижний Тагил в порядке наследования по завещанию от 12 ноября 2004 года после смерти ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ в городе Нижний Тагил.

Признать за ФИО8 право собственности на 1/4 доли в праве собственности на <Адрес> в городе Нижний Тагил в порядке наследования по закону после смерти ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ в городе Нижний Тагил.

Встречные исковые требования ФИО5 к ФИО1 о признании права собственности на долю жилого помещения в порядке наследования по закону – удовлетворить.

Признать за ФИО5 право собственности на 1/4 доли в праве собственности на <Адрес> в городе Нижний Тагил в порядке наследования по закону после смерти ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ в городе Нижний Тагил.

Исковые требования третьего лица с самостоятельными требованиями ФИО9 к ФИО1, ФИО5, ФИО8 о признании права собственности в порядке наследования по завещанию – удовлетворить.

Признать за ФИО9 право собственности на 1/8 доли в праве собственности на <Адрес> в городе Нижний Тагил в порядке наследования по завещанию после смерти ФИО2, умершей ДД.ММ.ГГГГ в городе Нижний Тагил.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: С.А.Охотина

Решение изготовлено в окончательной форме 12 августа 2019 года.

Судья: С.А.Охотина