Апелляционное определение № 22-1640/2025 от 10 декабря 2025 г.

Судья Дзех К.А. № 22-1640/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Калининград 11 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего Долгих Т.Н.,

судей Барановой Н.А., Булгаковой Ю.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ждановой Н.С., секретарем Зориной Т.В.,

с участием прокурора Ядыкиной А.А.,

оправданного ФИО1,

его защитника Слатвицкого С.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя на приговор Центрального районного суда г. Калининграда от 1 августа 2025 года, которым

ФИО1, родившийся <данные изъяты> года в г<данные изъяты>, несудимый,

оправдан по ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава каждого из указанных преступлений с признанием за ним права на реабилитацию в порядке гл. 18 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Долгих Т.Н., выступления прокурора, поддержавшего апелляционное представления, оправданного и его защитника о законности приговора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся по ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ в совершении путем обмана и злоупотребления доверием хищений в крупном размере 900 000 рублей, в особо крупном размере 21 120 000 рублей соответственно, в каждом случае с причинением ущерба Министерству Обороны РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Чернышева А.В. просит приговор суда отменить, дело направить в суд первой инстанции для рассмотрения. Полагает, что вывод суда о том, что стороной обвинения не доказаны умысел, наличие у ФИО1 корыстного мотива, безвозмездность изъятия, обманные действия последнего противоречит установленным в ходе судебного следствия фактическим обстоятельствам.

Судом при оценке показаний свидетелей ХКВ СИА КАН САП ПАЕ. не учтено, что согласования между заказчиком и подрядчиком (субподрядчиком) изменений в документацию по изменению вида работ, связанных с поставкой вместо готовой смеси ЩПГС отдельных ее компонентов не было, хотя оно является обязательным, поскольку такое изменение влечет снижение стоимости данного вида работ, так как стоимость по смешиванию компонентов для смеси включена в цену госконтрактов и договоров поставки; свидетель ПАЕ. пояснял, что деловые отношения между ним и ФИО1 начались с 2014 года, он доверял последнему и не проверял качество поставляемой им смеси, в каком виде она поставлялась ему известно не было, ФИО1 не согласовывал с ним возможность и необходимость изменения условий договора поставки и не ставил в известность о поставке инертных материалов отдельными компонентами; документов, подтверждающих внесение изменений в документацию по согласованию с заказчиком, уведомлений в адрес заказчика об одностороннем изменении условий контракта не представлено.

Судом не дана надлежащая оценка тому, что ФИО1 намеревался скрыть свое фактическое участие в руководстве финансово-хозяйственной деятельностью ООО «<данные изъяты>», факт такого руководства подтвержден результатами прослушивания переговоров, показаниями свидетелей ПАЕ., САП КАН а также сотрудников этого ООО, пояснивших, что по вопросам поставки инертных материалов в рамках госконтрактов они общались только со ФИО1; тому, что договоры поставки между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» заключались в целях исполнения требований госконтракта, что подтверждено показаниями самого ФИО1, свидетелями ПАЕ ВНВ.

Указав в приговоре, что инициатором заключения договоров поставки являлся ПАЕ., суд пришел к выводу об отсутствии у ФИО1 умысла на хищение денежных средств Министерства Обороны РФ и обмана ПАЕ Однако суд не учел, что приведенная в приговоре переписка между указанными лицами велась с ноября 2018 г. по февраль 2019 г., что свидетельствует об осведомленности ФИО1 о наличии госконтрактов до заключения не только договоров поставки с ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», но и до заключения госконтрактов. Не оценена часть переписки в которой ФИО1 сообщает ПАЕ о надлежащем исполнении со своей стороны договоров поставки путем поставки надлежащего качества готовой смеси ЩПГС, что не соответствует действительности. Факт исходящих сообщений от ПАЕ в адрес ФИО1 сам по себе не является доказательством инициативы заключения госконтрактов со стороны ПАЕ., поскольку госконтракты были заключены после общения со ФИО1, после заключения с ним договора поставки и после указания значительно заниженных цен на поставку готовой смеси ЩПГС на территорию Калининградской области.

Выводы суда о невиновности ФИО1 основаны на подписании актов со стороны представителей <данные изъяты>, на принятии инертных материалов, на отсутствии претензий к поставленному материалу, на ответственности заказчика в силу ст. 513 ГК РФ. Однако сам по себе факт подписания актов о приемке работ должностными лицами со стороны заказчика не может свидетельствовать об отсутствии состава инкриминируемых преступлений, поскольку документы были подписаны под воздействием злоупотребления их доверием и обмана.

Ссылаясь на товарную накладную № 5 от 27 сентября 2019 года и акт приема-передачи № 20 от 1 марта 2019 года, суд указал, что ВНВ СИА и ААА. материал в виде смеси для устройства дорожного покрытия ЩПГС объемом 500 м3 был принят в полном объеме без замечаний, т.е. как соответствующий условиям госконтракта, был оплачен, а также что к документам прилагался паспорт № 3 от 10 января 2019 года о результатах испытаний, проведенных ООО «Базальт», о том, что ЩПГС соответствует ГОСТ 25607-2009.

Кроме того, аналогично суд установил, что по результатам выполнения договора ООО «<данные изъяты>» поставленный материал, как следует из товарных накладных №№ 14, 15 от 30 июня 2019 года, материал в виде смеси объемом 7 200 м3 и 3 120 м3 был принят без замечаний по объему и по качеству материала о чем ООО «<данные изъяты>» подписаны товарные накладные №№ 18, 19 от 30 июня 2019 года и акты №№ 36, 37 от 28 июня 2019 года, что к данным актам приложены документы, подтверждающие качество товара - паспорта № 18 от 15 мая 2019 года, № 19 от 17 мая 2019 года, № 21 от 13 мая 2019 года, № 17 от 16 мая 2019 года о его соответствии ГОСТ 25607-2009. В рамках контракта от 21 мая 2019 года аналогичное испытатение проводилось со стороны заказчика ФКУ <данные изъяты>» испытательной лабораторией ООО <данные изъяты>».

Устанавливая данные обстоятельства, судом не приняты во внимание показания свидетелей ВНВ., СИА о том, что они подписали акт от 1 марта 2019 года по указанию САП убедившего их в надлежащем качестве материала, при этом сами они качество поставленного материала не проверяли, документы о составе инертных материалов не видели, приемкой материалов занимался ААА, а ответственным на площадке был КАН

Вывод суда о том, что стороной обвинения не опровергнуто качество поставленного материала требованиям ГОСТ, противоречит материалам уголовного дела, поскольку было представлено заключение экспертов от 14 декабря 2020 года, оснований не доверять выводам которого и признавать недопустимым доказательством у суда не имелось. Комиссией экспертов было установлено, что пробы песка, щебня и гравия не относятся к ЩПГС и не соответствуют предъявленным к ней требованиям, пробы песка не соответствуют требованиям ГОСТ, предъявляемым к песку.

Вопреки выводам суда заключение экспертов соответствует требованиям закона, содержит полные ответы на поставленные вопросы, анализ проведенных исследований, ссылки на методики, подписи экспертов, после разъяснения им прав и предупреждения об ответственности. Представленные на исследование материалы были достаточными для формулирования ответов, квалификация экспертов сомнений не вызывает, выводы подтверждены допросом эксперта ДМВ о том, что 5 испытаний было достаточно, приобщившей акты отбора проб, содержащие места их отбора, ход и способ их получения. Допрошенный следователь ФИО2 пояснил, что в ходе выемки материала он удостоверился, что материал, в отношении которого было проведено исследование, является материалом, поставленным ФИО1, поскольку выемка производилась на основании инвентаризационных документов, иных насыпей на площадке хранения не имелось, сотрудники ДЭУ № 7 указали на изымаемый материал, как на материал, поставленный ФИО1

При принятии в качестве доказательств протоколов испытаний, проведенных ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», судом не учтено, что они выполнялись по заказу ООО «<данные изъяты>» на возмездной основе, что свидетельствует о заинтересованности заказчика, из данных исследований невозможно установить, какие материалы были предметом исследования, где они располагались, они содержат противоречия, поскольку ФИО1 указывалось, что готовая смесь не завозилась, работы по смешиванию отдельно поставленных материалов им не производилось.

В ходе судебного следствия на основании показаний самого ФИО1, а также свидетелей СВВ БНГ., ГЮЮ КАН., САП ШАА., ВТП., ПДВ., ПЕА., МЮА, ЗЮП ИБИ., ШГГ., достоверно установлено, что материал завозился ФИО1 отдельными компонентами.

Выводы суда о том, что ФИО1 добросовестно заблуждался относительно способа поставки смеси, в том числе возможности осуществления перевозки поставляемого материала отдельными компонентами и последующем его смешивании, поскольку какие-либо особенности перевозки и транспортировки материалов ни госконтрактами, ни договорами поставки не предусмотрены, а запрета на производство смеси путем смешивания условиями заключенных договоров предусмотрено не было, ошибочны.

Так, приходя к такому выводу, суд не принял во внимание то обстоятельство, что смешивание силами ФИО1 не производилось. Показаниями свидетелей, в том числе КАН установлено, что смешивание отдельно поставленных компонентов производилось силами и за счет средств <данные изъяты>. Однако изготовление ЩПГС предусмотрено заводом-изготовителем.

Из товарно-транспортных накладных с карьеров, а также путевых листов следует, что закупались и поставлялись только компоненты - песок, гравий и щебень. Свидетель КАН. пояснил в суде, что ФИО1 поставлял инертные материалы отдельными компонентами, при этом смешиванием занимался сам свидетель КАН., однако технологической картой при смешивании он не руководствовался. Свидетель также показал, что в ходе поставки периодически возникали вопросы к качеству и объемам поставляемых инертных материалов, о чем он непосредственно сообщал ААА, а тот ФИО1 Данные обстоятельства ФИО1 в суде не отрицались.

Полагает, что невозможно говорить о добросовестном заблуждении ФИО1 относительно вида поставляемого материала, поскольку договорами поставки и госконтрактами прямо предусмотрена поставка готовой смеси ЩПГС, отвечающей предъявляемым к ней требованиям ГОСТ. При этом материалы дела не содержат достоверных сведений о том, что в условия госконтрактов и контрактов вносились изменения относительно поставки отдельных компонентов. Письменных указаний со стороны САП ААА., ПАЕ либо иных лиц материалы дела также не содержат. Неправомерно говорить и об устной договорённости об изменении условий госконтрактов и договоров поставки в части необходимости поставки инертных материалов отдельными компонентами, а не готовой смесью ШПГС, поскольку указанные судом должностные лица такими полномочиями не обладали, а условиями договоров поставки и госконтрактов, в том числе п. 8.3 договора поставки от 08 мая 2019 года, предусмотрено лишь письменное внесение изменений в договор. САП в ходе своего допроса факт дачи указания ФИО1 поставлять материал отдельными компонентами не подтвердил, об устной договоренности такой поставки суду не сообщал. Между тем ААА в качестве свидетеля допрошен на следствии не был, достоверных сведений о даче им указаний ФИО1 поставлять материалы отдельными компонентами, в ходе судебного следствия не добыто.

Обращает внимание на то, что суд, ссылаясь в приговоре на телефонные переговоры между ФИО1, ААА. и САП установил факт поставки ФИО1 отдельных компонентов, однако оценка этим телефонным переговорам между указанными лицами в части осведомленности о поставке материала ненадлежащего качества судом не дана.

Считает, что совокупность представленных стороной обвинения доказательств подтверждает предъявленное ФИО1 обвинение о наличии умысла на предоставление заведомо ложных сведений об использовании им материала, не соответствующего требования госконтрактов, поскольку для ФИО1 было очевидным, что предоставляя товарные накладные и акты о поставке готовой смеси ЩПГС, отраженные в них сведения не соответствуют действительности. При этом представителем заказчика акт выполненных работ был подписан под влиянием доверия к оправданному и представленным им документам.

Принимая решение об оправдании ФИО1 в совершении инкриминированных преступлений, суд первой инстанции не дал оценку одному из условий госконтрактов и договоров поставки, согласно которому товар, не соответствующий условиям договора, считается не поставленным (п. 5.4 договора поставки от 08 мая 2019 года).

Приходит к выводу о том, что сознательное представление фиктивных документов, подтверждающих использование готовой смеси ЩПГС и соответствие ее требованиям ГОСТа, указывают на то, что ФИО1 обманул потерпевшего с целью хищения денежных средств, злоупотребляя доверием представителя заказчика, добился подписания акта о приемке выполненных работ, послужившего основанием для перечисления денежных средств на расчетный счет возглавляемого им Общества.

Кроме того полагает, что не подтверждены материалами дела выводы суда об отсутствии в действиях ФИО1 такого признака хищения, как безвозмездные изъятие и (или) обращение чужого имущества, поскольку расходование денежных средств на поставку материалов согласно исследованным выпискам по счетам ООО «<данные изъяты>» значительно меньше, чем перечисленные суммы денежных средств по договорам поставки.

Не соглашается с выводами суда об отсутствии в действиях ФИО1 составов преступлений, предусмотренных ч. 3 и ч. 4 ст. 159 УК РФ, об отсутствии ущерба уголовно-правовым интересам общества и государства в результате действий оправданного, поскольку такими действиями причинен ущерб Министерству Обороны РФ.

Возражения на апелляционное представление от ФИО1 содержат доводы о том, что он не имел отношения к ООО «<данные изъяты>», что поставки подтверждены накладными, контрагенты и Министерство Обороны РФ претензий не имеют, поставленные материалы соответствовали ГОСТ, что подтверждено аккредитованными лабораториями, экспертиза проведена с нарушениями УПК РФ.

Из возражений защитника на апелляционное представление следует, что из показаний свидетеля ПАЕ видно, что для заказчика не имело значения в каком виде поставлялись компоненты и где они смешивались до готовой смеси ЩПГС, так как главным условием было передача заказчику смеси, соответствующей ГОСТ, претензии от Министерства Обороны РФ отсутствуют, выводы суда обоснованы, представленное стороной обвинения заключение экспертов от 14 декабря 2020 года не отвечает требованиям УПК РФ.

Изучив уголовное дело, проверив и обсудив доводы апелляционного представления, выслушав пояснения сторон, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 7 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и мотивированным.

Каждое из доказательств, представленное стороной обвинения, в соответствии со ст. 87 УПК РФ должно быть судом проверено путем сопоставления его с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

В силу ст. 88 УПК РФ, каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таким признается приговор, постановленный в соответствии с требованиями УПК РФ, основанный на правильном применении уголовного закона. Исходя из требований уголовно-процессуального закона, суд при постановлении приговора должен дать объективную оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, как подтверждающим выводы по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим им.

Согласно ч. 1 ст. 305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

По настоящему делу эти требования закона судом соблюдены.

На основании полного, всестороннего и объективного исследования в судебном заседании представленных по делу доказательств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии объективных данных, свидетельствующих о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений.

В ходе судебного заседания суд исследовал и подробно привел в приговоре как доказательства, представленные стороной обвинения, в том числе те, на которые указано в представлении, так и доказательства, представленные стороной защиты.

Доводы апелляционного представления сводятся к иной оценке исследованных судом доказательств, которые, по мнению его автора, в достаточной степени подтверждают вину ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений, с которой судебная коллегия согласиться не может.

Приходя к выводу о невиновности ФИО1 в инкриминируемых преступлениях, суд указал, что представленные стороной обвинения доказательства свидетельствуют лишь о наличии между подсудимым, действующим от имени ООО «<данные изъяты>», и ПАЕ., действующего от имени ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», договорных отношений, направленных на поставку инертного материла в виде смесей ЩГПС на объект <данные изъяты>, от имени которого действовало <данные изъяты>, что из материалов уголовного дела и показаний свидетелей следует, что работы по поставке материалов приняты заказчиком без предъявления претензий и исков.

При этом суд сослался на договоры поставки от 21 декабря 2018 года, от 8 мая 2019 года, 14 мая 2019 года, установил, что они были заключены для исполнения государственных контрактов от 24 декабря 2018 года и 21 мая 2019 года, товарные накладные, акты приема-передачи о принятии смеси для устройства дорожного покрытия ЩГПС разных классов, соответствующих ГОСТ 25607 – 2009/08.

Как следует из содержания указанных договоров и государственных контрактов ООО «<данные изъяты>», деятельность от лица которой, как установил суд, фактически осуществлял ФИО1, должно было поставить инертные материалы в виде различного класса смесей ЩПГС, соответствующих ГОСТ 25607 – 2009/08 на площадки хранения инертных материалов <данные изъяты> по <адрес> – 500 м3, стоимостью 900 000 рублей, 3 120 м3, на площадку в <адрес> – 7 200 м3, стоимостью 21 120 000 руб.

Оспаривая выводы суда об отсутствии у ФИО1 умысла и корыстной цели на совершение хищений, государственный обвинитель в представлении ссылается на отсутствие в приговоре оценки показаний потерпевшего ХКВ свидетелей СИА КАН., САП ПАЕ эксперта ДМВ из которых следует, что согласования между заказчиком и подрядчиком по изменению вида работ, связанных с поставкой вместо готовой смеси ЩПГС отдельных ее компонентов не было.

Однако показания указанных лиц приведены и правильно оценены судом, как не указывающие на наличие вины ФИО1, поскольку согласно заключенным контрактам, тексты которых проанализированы судом, смесь ЩПГС должна была быть поставлена для нужд Министерства Обороны РФ, на указанные им площадки для хранения, расположенные в г. <адрес> и <адрес>, и принята представителями Министерства, имеющими возможность не принимать предмет договора в случае его ненадлежащего качества, на что прямо указано в контрактах.

Более того, САП неоднократно пояснялось о том, что для проверки качества поставляемого материала с ООО «<данные изъяты>» заключен договор, представители указанной организации проводили исследования, не выявившие недостатка в качестве поставленной смеси.

Техник-лаборант ООО «<данные изъяты>» РДВ указанные обстоятельства в суде подтвердил, указав, что отбирал пробы ЩПГС из материла, находящегося уже в смешанном состоянии, проводил их исследование, составлял соответствующие протоколы испытаний, которые показали соответствие смеси требованиям ГОСТ.

Данные показания согласуются с протоколом испытаний № 03.07.2019-1, подписанным РДВ. и начальником отдела лабораторного контроля ООО «<данные изъяты>».

Факты подписания представителями <данные изъяты> актов выполненных работ, товарных накладных без замечаний подтверждены содержанием указанных актов, приведенными в приговоре показаниями свидетелей. Обстоятельств, указывающих на то, что подписывающие их лица находились под воздействием обмана, не имеется, поскольку, как правильно указал суд, неотъемлемой частью пакета документов являлись паспорта о качестве поставляемого материала.

О проведении в рамках заключенного с ООО «<данные изъяты>» испытаний качества смеси ЩПГС поясняла свидетель НЕН., сотрудник ООО «<данные изъяты> о том, что по заказу ФИО1 она проводила исследования которые показали соответствие смеси ЩПГС требованиям ГОСТ 25607-2009.

Данные показания согласуются с исследованными в судебном заседании паспортами качества №№ 3, 17, 18, 19, 21 и протоколами испытаний от 10 января, 13, 15, 17 мая 2019 года о соответствии смеси ЩПГС требованиям ГОСТ.

При этом суд правильно исходил из того, что достоверность и действительность результатов указанных выше испытаний качества государственным обвинителем не опровергнуто. Выполнение исследований по заказу ООО «<данные изъяты> на возмездной основе само по себе не порочит приведенные в них данные. Вопреки доводам представления в данных протоколах имеются сведения о том какие материалы были предметом исследования и где они располагались.

Поставка ФИО1 смеси ЩПГС отдельными компонентами для последующего смешивания, стороной обвинения не оспаривается, подтверждается приведенными в приговоре показаниями свидетелей, в том числе показаниями КАН осуществлявшего непосредственную приемку и смешивание поставляемых материалов по указанию ААА., непосредственно общавшегося с САП докладывавшего последнему о приемке материалов отдельными компонентами, несмотря на ненадлежащее качество, что подтверждено результатами прослушивания телефонных переговоров, правильно оцененных судом.

В апелляционном представлении имеется ссылка на то, что судом не дана оценка обстоятельствам известным из телефонных переговоров об осведомленности САП о поставке материалов отдельными компонентами ненадлежащего качества и процессе смешивания компонентов, что, по мнению судебной коллегии, лишь подтверждает доводы стороны защиты о том, что принятые материалы по качеству изготовленной из них смеси устроили заказчика со стороны которого по доверенности выступал САП подписав документы, необходимые для оплаты услуг по государственному контракту.

Вопреки доводам апелляционного представления, при таких обстоятельствах, отсутствие документов об изменении условий контрактов, наличие деловых отношений между ФИО1 и ПАЕ до заключения договоров поставки, фактическое руководство ФИО1 ООО «<данные изъяты>», показания свидетелей ВНВ СИА. о том, что они качество смеси не проверяли, само по себе не опровергает выводов суда об отсутствии в действиях ФИО1 составов преступлений.

Вопреки доводам представления суд правильно оценил заключение экспертов от 14 декабря 2020 года, как недостоверное, приведя мотивы выводов об этом, с которыми судебная коллегия согласна, поскольку, в том числе, экспертиза была проведена через значительный промежуток времени после инкриминируемых событий,

Как следует из показаний эксперта ДМВ из исследованных ими образцов не соответствовал требованиям ГОСТ только песок. При этом эксперт пояснила, что соответствующий ГОСТу песок в результате его хранения в течение длительного периода времени на открытом грунте может перестать соответствовать требованиям ГОСТ, что при проведении экспертизы ими учтено не было.

О том, что условия хранения и погодные факторы влияют на состав исследуемого материла, подтвердила эксперт ПАВ

Таким образом, установив, что приготовленная из поставленных ФИО1 по согласованию с заказчиком смесь ЩПГС по качественным характеристикам устроила заказчика и была использована для нужд Министерства Обороны РФ, в том числе для отсыпки дороги до воинской части, расположенной в <адрес>, которая была отсыпана и принята, суд пришел к правильному выводу об отсутствии достаточных доказательств для бесспорного вывода о виновности ФИО1 в инкриминируемых преступлениях.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ не может быть основан на предположениях обвинительный приговор суда, который постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Нарушений уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников судопроизводства, несоблюдении процедуры судопроизводства или иных обстоятельств, которые повлияли либо могли повлиять на постановление законного и справедливого приговора, судом апелляционной инстанцией при рассмотрении дела также не выявлено.

При изложенных обстоятельствах судебная коллегия полагает, что приговор суда является законным и обоснованным. Оснований для отмены оправдательного приговора и направления дела на новое судебное разбирательство по доводам, изложенным в апелляционном представлении государственного обвинителя, не имеется.

Таким образом, оценив совокупность всех представленных стороной обвинения доказательств, и учитывая, что ни в отдельности, ни в совокупности, они не подтверждают предъявленное обвинение, и в целом являются недостаточными для формирования бесспорного вывода о виновности, суд обоснованно пришел к выводу о недоказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлениях и оправдал его в связи с отсутствием состава преступлений в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Центрального районного суда г. Калининграда от 1 августа 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня его вынесения.

Председательствующий:

Судьи: