Решение № 2-3826/2017 2-3826/2017~М-3067/2017 М-3067/2017 от 17 июля 2017 г. по делу № 2-3826/2017

Дело № 2 –3826 /2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Вологда 18 июля 2017 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе судьи Колодезного А.В., с участием представителя истца адвоката по ордеру ФИО7, представителя ответчика адвоката по ордеру ФИО8, третьего лица ФИО9, представителя третьего лица ФИО9 по устному ходатайству ФИО10, при секретаре Дойниковой К.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО11 к ФИО12 о признании сделки недействительной,

установил:

Истец обратился в суд с иском к ФИО12 о признании сделки недействительной, в обоснование своих требований указав, что он, на основании договора купли-продажи от 10.04.2013, который фактически являлся договором залога, стал собственником недвижимого имущества: 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилые помещения № второго этажа (лит А10), назначение нежилое (основное помещение), общей площадью 334,6 кв.м., с кадастровым номером №, 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение № первого этажа в торгово-офисном блоке кирпичного жилого дома переменной этажности, назначение нежилое (подсобное помещение) общей площадью 11,2 кв.м., с кадастровым номером №, 1/6 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение № первого этажа в торгово-офисном блоке кирпичного жилого дома переменной этажности, назначение нежилое (подсобное помещение), общей площадью 53,4 кв.м., с кадастровым номером №, 1/8 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение № первого этажа в торгово-офисном блоке кирпичного жилого дома переменной этажности, назначение нежилое (подсобное помещение) общей площадью 15,2 кв.м., с кадастровым номером №. Данные объекты расположены по адресу: <адрес>. 25.04.2014 ФИО11 заключил договор купли-продажи данных объектов недвижимости с ФИО12 ФИО12 передал денежные средства за ФИО9, в счет погашения его долговых обязательств по договору займа, заключенному с истцом. Между тем в мае 2014 года договор купли-продажи был расторгнут, ФИО11 возвратил ФИО12 денежные средства в размере 3 000 000 рублей. Просит суд признать недействительным договор купли-продажи от 25.04.2014, заключенный между ФИО11 и ФИО12, взыскать с ФИО12 денежные средства в размере 3 000 000 рублей.

В дальнейшем истец требования изменил, просил признать ничтожной сделку по расторжению договора купли-продажи от 22.05.2014, взыскать с ответчика денежную сумму в размере 3 000 000 рублей.

В судебном заседании истец не присутствовал, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, направил в суд своего представителя.

В судебном заседании представитель истца адвокат по ордеру ФИО7 измененные исковые требования поддержал в полном объеме, пояснил, что истец никаких денег от ФИО12 не получал,

В судебном заседании ответчик не присутствовал, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, направил в суд своего представителя.

В судебном заседании представитель ответчика адвокат по ордеру ФИО8 измененные исковые требования не признал, считал, что оснований для признания соглашения о расторжении договора купли-продажи нет.

В судебном заседании третье лицо ФИО9 и его представитель по устному ходатайству ФИО10 возражали против удовлетворения исковых требований.

В судебном заседании представитель третьего лица УФСГРКиК по Вологодской области не присутствовал, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Пунктом 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Пленум Верховного суда Российской Федерации в своем Постановлении от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указал, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны, например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 1).

Недобросовестным поведением будет считаться, в частности, если лицо после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки, то есть вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий, но впоследствии обратилось в суд с требованием о признании сделки недействительной.

Таким образом, при установлении обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении участника сделки, его непоследовательности, выраженном в изменении своей правовой позиции относительно совершенной сделки, суд вправе применить правила эстоппеля, то есть отказать лицу в защите его права.

Из материалов дела следует, что 25.04.2014 между ФИО11 и ФИО12 был заключен договор купли-продажи недвижимости, в соответствии с которым истец передавал в собственность ответчику имущество: 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилые помещения № с кадастровым номером №, 1/2 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение № с кадастровым номером №, 1/6 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение № с кадастровым номером №, 1/8 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение № с кадастровым номером №, которые расположены по адресу: <адрес>, а ответчик обязался уплатить установленную договором цену в размере 3 000 000 рублей.

Документы на регистрацию перехода права собственности ФИО11 и ФИО12 были переданы в УФСГРКиК по Вологодской области, но в дальнейшем, на основании заявления ФИО11, государственная регистрация была приостановлена, что подтверждается материалами регистрационного дела.

23.05.2014 от ФИО11 и ФИО12 в УФСГРКиК по Вологодской области поступило заявление о прекращении государственной регистрации перехода права собственности в связи с тем, что стороны расторгли договор купли-продажи от 25.04.2014.

Согласно расписке от 22.05.2014 ФИО12 получил от ФИО11 3 000 000 рублей в связи с расторжением договора купли-продажи нежилых помещений, расположенных по адресу: <адрес>.

Анализируя указанные выше обстоятельства, суд приходит к выводу, что как у истца, так и у ответчика имелось намерение расторгнуть договор купли-продажи от 25.04.2014, о чем свидетельствуют их действия направленные на совместную подачу заявления о прекращении государственной регистрации перехода права собственности, а также расписка, выданная ФИО12, которая подтверждает возврат сторон в первоначальное состояние, существовавшее до заключения договора купли-продажи.

При этом суд не усматривает в данной ситуации наличия у истца порока воли, что могло бы служить основанием для признания сделки недействительной по основаниям, установленным в статьях 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, а вместе с ним оснований для неприменения правила эстоппеля, поскольку при наличии порока воли недобросовестность стороны сделки исключается.

Согласно объяснениям ФИО11, данных им в рамках расследования уголовного дела №, между ним и ФИО12 действительно был заключен договор купли-продажи нежилых помещений от 25.04.2014, который был расторгнут в связи с тем, что ни ФИО12, ни ФИО9, который являлся арендатором передаваемых ФИО12 нежилых помещений, не желали уплачивать коммунальные платежи. Денежные средства, уплаченные ответчиком в размере 3 000 000 рублей, были ему возвращены, а право собственности на нежилые помещения было сохранено за ФИО11

Данные обстоятельства также подтверждаются объяснениями, данными ФИО12 в рамках уголовного дела №.

Кроме того, сохранив за собой право собственности на нежилые помещения, поскольку договор купли-продажи с ФИО12 был расторгнут, ФИО11 продал принадлежащее ему имущество ФИО1, что, в условиях недействительности соглашения о расторжении договора купли-продажи, было бы невозможным.

Представленные суду доказательства свидетельствуют о направленности действий ФИО11 на расторжение договора купли-продажи, осознание правовой природы данной сделки, а также указывают на отсутствие оснований у второй стороны договора полагать, что действия ФИО11 были направлены на достижения иных последствий, чем те, которые наступают при расторжении договора купли-продажи.

Обращаясь с иском о признании соглашения по расторжению договора купли-продажи недействительной сделкой, истец, по сути, изменил свою правовую позицию относительно данной сделки, что свидетельствует о его недобросовестности и наличии оснований для применения пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы истца о том, что денежных средств по договору купли-продажи нежилых помещений от 25.04.2014 он от ФИО12 не получал, опровергаются исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела №, в частности протоколами допросов ФИО11 от 15.04.2015, ФИО12 от 17.04.2015, ФИО2 от 17.04.2015., ФИО3 от 17.04.2015, ФИО4 от 17.04.2015 и самим договором купли-продажи нежилых помещений от 25.04.2014, согласно пункту 2.5 которого стороны в момент подписания настоящего договора произвели расчеты по договору в полном объеме наличными денежными средствами и претензий не имеют.

Ссылки истца на решение Вологодского городского суда от 17.08.2015 не являются основанием для признания соглашения о расторжении договора купли-продажи недействительным, напротив, данным решением договор купли-продажи, заключенный между ФИО5, ФИО6 и ФИО11 от 10.04.2013 и договор купли-продажи от 20.05.2014, заключенный между ФИО11 и ФИО1 были признаны недействительными, так как сделка от 20.05.2014 была признана притворной, прикрывающей иную сделку – договор залога, следовательно ФИО11 не является титульным владельцем нежилых помещений и не имеет права отчуждать данное имущество по договору купли-продажи, признание же соглашения о расторжении договора купли-продажи по сути повлечет за собой возобновление правоотношений между продавцом и покупателем, что в сложившейся ситуации недопустимо.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО11 к ФИО12 о признании сделки недействительной отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.В. Колодезный

Мотивированное решение изготовлено 21.07.2017.