Решение № 2-142/2019 2-142/2019(2-2221/2018;)~М-2344/2018 2-2221/2018 М-2344/2018 от 14 января 2019 г. по делу № 2-142/2019

Дело 2-142/2019


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

С.Шаркан УР 14 января 2019 года

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Макаровой Т.П.,

при секретаре Волковой И.Н.,

с участием:

истца ФИО1,

её представителя - адвоката Сафоновой С.В.,

представителя ответчика - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонного) - ФИО2,

представителя ответчика - Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» - ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонному) о восстановлении пенсионных прав, Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о возложении обязанности по предоставлению уточненных сведений об условиях трудового (страхового) стажа,

установил:

ФИО1 (далее - истец) обратилась в суд с иском к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) по г.Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонному) (далее - Управление) о восстановлении пенсионных прав (на л.д.3-5), указав (с учетом последующих уточнений иска на л.д.91) следующее.

22 августа 2018 года истец обратилась в Управление с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-Ф3 «О страховых пенсиях».

Решением Управления от 03 октября 2018 года в назначении досрочной страховой пенсии истцу было отказано в связи с отсутствием необходимого для назначения досрочной пенсии медицинского стажа.

Стаж, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости, зачтенный Управлением, составил на день обращения истца за назначением пенсии 24 года 07 месяцев 05 дней.

Указанное решение Управления является незаконным, поскольку при подсчете Управлением специального стажа истца в него необоснованно не были включены периоды нахождения ФИО1 на курсах повышения квалификации с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года.

Данные периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации, учитывая нижеследующее, подлежат включению в специальный медицинский стаж.

Так, согласно ранее действовавшему законодательству - Основам законодательства об охране здоровья населения и Положению о порядке допуска к осуществлению профессиональной (медицинской и фармацевтической) деятельности, утвержденному приказом Минздравмедпрома России от 19 декабря 1994 года №286, а также действующим ныне Федеральному закону от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», постановлению Правительства РФ от 16 апреля 2012 года №291 «О лицензировании медицинской деятельности», Положению о порядке допуска к осуществлению профессиональной (медицинской и фармацевтической) деятельности», прохождение курсов повышения квалификации медицинскими работниками являлось и является обязательным условием для осуществления медицинской деятельности.

В соответствии с п.5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года №516, периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом, в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного дополнительных оплачиваемых отпусков.

В силу ст.187 ТК РФ при направлении работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы, за ним сохраняются место работы (должность) и средняя заработная плата по основному месту работы.

Таким образом, периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель производил отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, в связи с чем, отказ Управления включить в стаж работы по специальности, дающей право на назначение досрочной страховой пенсии по старости периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации нельзя признать соответствующим вышеназванным положениям закона.

Продолжительность периодов нахождения истца на курсах повышения квалификации составила 05 месяцев 18 дней.

Таким образом, при сложении данных периодов со стажем, исчисленным Управлением (24 года 07 месяцев 05 дней), медицинский стаж истца составит более 25 лет, что является основанием для назначения истцу досрочной страховой пенсии по старости.

Ссылаясь на изложенное, истец просила признать незаконным решение Управления №336877/18 от 03 октября 2018 года, обязать ответчика включить в её медицинский стаж периоды нахождения на курсах повышения квалификации с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года - всего 5 месяцев 18 дней, назначить ей пенсию со дня обращения за её назначением - с 22 августа 2018 года, взыскать с ответчика судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в сумме 300 руб. и оплатой услуг представителя в сумме 7 000 руб.

Кроме того, истец обратилась в суд с иском к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» (далее - БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР») о возложении обязанности по предоставлению уточненных сведений об условиях трудового (страхового) стажа (на л.д.97-98), указав в обоснование следующее

В соответствии с п.20 ч.1 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст.8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 независимо от их возраста.

22 августа 2018 года истец, полагая, что необходимый для назначения досрочной пенсии по старости стаж ею выработан, обратилась в Управление с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

03 октября 2018 года Управлением вынесено решение № 336877/18 об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии, мотивированное отсутствием необходимого для назначения досрочной пенсии стажа. Зачтенный Управлением стаж, необходимый для назначения досрочной трудовой пенсии по старости, составил на день обращения за назначением пенсии 24 года 07 месяцев 05 дней.

Считая указанное решение Управления незаконным по той причине, что при подсчете специального стажа в него незаконно не были включены периоды её нахождения на курсах повышения квалификации с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года, истец обратилась в суд с иском об оспаривании вышеуказанного решения Управления.

В ходе рассмотрения указанного дела было установлено, что работодатель истца - БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР», передавал сведения в Управление за указанные выше спорные периоды без указания кода льгот, подтверждающего осуществление истцом лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности.

В соответствии с п. 34 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий, утвержденных постановлением Правительства РФ от 02 октября 2014 года №1015, периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются документами индивидуального (персонифицированного) учета.

Как следует из положений Федерального закона от 01 апреля 1996 года №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пеней страхования» обязанность по предоставлению сведений в Пенсионный фонд Российской Федерации лежит на работодателе.

В указанные выше периоды времени истец осуществляла лечебную деятельность в сельской местности.

При таких обстоятельствах непредставление работодателем обязательных сведений о стаже и начисленных страховых взносах влечет за собой нарушение прав истца на пенсионное обеспечение.

Ссылаясь на изложенное, истец просила обязать БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» (с учетом последующих уточнений предмета иска на л.д.138) передать в Управление откорректированные сведения в индивидуальный лицевой счет персонифицированного учета застрахованного лица ФИО1 в системе обязательного пенсионного страхования, отразив сведения о её работе в периоды с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года с учетом нормы выработки - 1 ставка, кода льготы, подтверждающего осуществление ею лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности за периоды с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года - 28-СМ, за период с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года - 27-СМ.

Определением Воткинского районного суда УР от 03 декабря 2018 года (на л.д.95) указанные дела в соответствии с ч.4 ст.151 ГПК РФ объединены в одно производство для совместного рассмотрения и разрешения.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель - адвокат Сафонова С.В. исковые требования к Управлению и БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» поддержали по изложенным выше основаниям, просили их удовлетворить.

Представитель ответчика - Управления - ФИО2, иск не признал, поддержал представленные ранее письменные возражения, где указал следующее. 22 августа 2018 года ФИО1 обратилась в Управление с заявлением о назначении ей досрочной страховой пенсии по старости. Решением Управления №336877/18 от 03 октября 2018 года ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости. На день обращения ФИО1 с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости действовал и действует в настоящее время Федеральный закон от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях». В соответствии с п.20 ч.1 ст.30 данного Федерального закона досрочная страховая пенсия по старости независимо от возраста назначается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах. Управлением не зачтены в стаж истцу, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, как медицинскому работнику, ряд периодов нахождения на курсах повышения квалификации. Периоды в иске указаны верно. Управлением не оспаривается, что в данные периоды истец находилась на курсах повышения квалификации. Однако нахождение на курсах повышения квалификации не может быть включено в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, так как истец не занималась медицинской деятельностью в данные периоды времени. Разъяснение Минтруда РФ от 22 мая 1996 года №5 и п.5 Правил исчисления периодов работы, утвержденных постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года №516, также не предусматривают включение нахождения на курсах повышения квалификации в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Кроме того, согласно п.1 и п.2 ст.14 №400-ФЗ «О страховых пенсиях», при подсчете страхового стажа периоды работы и иной деятельности, которые предусмотрены ст.11 и ст.12 данного Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, а после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица - на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. ФИО1 зарегистрирована в системе государственного пенсионного страхования - 12 января 2000 года. Работодатель БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» представил сведения о спорных периодах работы без кода льготы, т.е. данные периоды учитываются как общий стаж. На момент обращения в Управление с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости (на 22 августа 2018 года) стаж ФИО1, дающий право на досрочное назначение пенсии как медицинскому работнику, составляет 24 года 07 дней 05 месяцев, что менее предусмотренных законом 25 лет. На основании изложенного просил в иске ФИО1 отказать.

Представитель ответчика - БУЗ УР «Шарканская районная больница МЗ УР» - ФИО3, изложенные в иске обстоятельства подтвердила, исковые требования, предъявленные ФИО1 к БУЗ УР «Шарканская районная больница МЗ УР», признала в полном объеме.

Последствия принятия судом признания иска, предусмотренные ч.3 ст.173 ГПК РФ, представителю ответчика ФИО3 разъяснены и понятны.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 1 ст.39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

Федеральный закон от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях», действующий с 01 января 2015 года (далее - Федеральный закон «О страховых пенсиях») (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действовавшей на момент обращения истца в Управление с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости), определяющий основания возникновения и порядок реализации права граждан на страховые пенсии, в качестве условий назначения страховой пенсии по старости закрепляет достижение пенсионного возраста (60 лет для мужчин и 55 лет для женщин), наличие не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (статья 8) и одновременно предусматривает право отдельных категорий граждан на досрочное назначение страховой пенсии по старости (статьи 30, 31, 32).

В соответствии с п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона «О страховых пенсиях» лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, назначается досрочная пенсия по старости независимо от их возраста.

Согласно ч.1 ст.22 Федерального закона «О страховых пенсиях», страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (ч.2 ст.22 ФЗ «О страховых пенсиях»).

Вследствие изложенного, обязательными условиями для назначения досрочной страховой пенсии по старости являются подача заявления о назначении пенсии, наличие необходимой продолжительности соответствующей деятельности, подтвержденной соответствующими документами.

Судом из объяснений истца и её представителя, представителей ответчика, а также представленных материалов дела установлено, что истица обратилась в Управление за назначением досрочной страховой пенсии по старости 22 августа 2018 года (копия заявления на л.д.30-32).

Решением Управления №336877/18 от 03 октября 2018 года ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч.1 ст.30 Федерального закона «О страховых пенсиях» ввиду отсутствия требуемых 25 лет работы в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа (копия на л.д.6-7).

Согласно указанному решению, стаж ФИО1, дающий право на установление досрочной страховой пенсии по старости, на момент её обращения с вышеуказанным заявлением составил 24 года 07 месяцев 05 дней, при этом Управлением зачтены следующие периоды работы истца:

с 21 марта 1994 года по 31 декабря 1998 года - в должности заведующей Тыловыльским фельдшерско-акушерским пунктом Шарканской центральной районной больницы в льготном исчислении 1 год за 1 год и 3 месяца; с 01 ноября 1999 года по 25 февраля 2001 года - в должности заведующей Тыловыльским фельдшерско-акушерским пунктом - фельдшера Шарканской центральной районной больницы в календарном исчислении, с 26 февраля 2001 года по 31 июля 2001 года - период нахождения истца в отпуске по беременности и родам в календарном исчислении; с 01 августа 2001 года по 26 августа 2001 года, с 01 июня 2002 года по 03 октября 2005 года, с 30 ноября 2005 года по 10 октября 2010 года, с 07 декабря 2010 года по 13 октября 2015 года, с 10 декабря 2015 года по 21 августа 2018 года - в должности заведующей Тыловыльским фельдшерско-акушерским пунктом - фельдшера Муниципального бюджетного учреждения здравоохранения «Шарканская центральная районная больница» в календарном исчислении.

Согласно данному же решению, Управлением признаны не подлежащими зачету в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение, следующие периоды: с 27 августа 2001 года по 31 мая 2002 года - период нахождения истца в отпуске по уходу за детьми; с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года - периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации.

Из заявленных исковых требований и объяснений истца, её представителя, следует, что истец не согласна лишь с тем, что ответчиком не включены в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии, вышеуказанные периоды нахождения её на курсах повышения квалификации.

Правильность исчисления остального специального стажа, дающего право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, истцом не оспаривается.

Руководствуясь ч.3 ст.196 ГПК РФ, суд рассматривает требования истца в рамках заявленного иска, то есть дает оценку лишь тем периодам её деятельности, на включении которых в свой специальный медицинский стаж она настаивает, и приходит к следующему.

В соответствии с п.4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11 июля 2002 года № 516, применяемых при исчислении периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 и 31 Федерального закона "О страховых пенсиях", в порядке, установленном Постановлением Правительства РФ от 16 июля 2014 года №665, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Согласно ст. 167, 187 ТК РФ при направлении работника в служебную командировку, на профессиональное обучение или дополнительное профессиональное образование с отрывом от работы, ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой. Работникам, направляемым для повышения квалификации с отрывом от работы в другую местность, производится оплата командировочных расходов в порядке и размерах, которые предусмотрены для лиц, направляемых в служебные командировки.

Таким образом, периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, то есть указанные периоды законодателем приравниваются к выполнению работником своих трудовых обязанностей.

Факт нахождения истца на курсах повышения квалификации в указанные выше спорные периоды времени во время работы в должности заведующей Тыловыльским фельдшерско-акушерским пунктом - фельдшера Муниципального учреждения здравоохранения «Шарканская центральная районная больница», переименованного в 2011 году в Муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Шарканская центральная районная больница», в 2014 году - в БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР», подтверждается представленными в материалы дела копией трудовой книжкой истца (на л.д.8), справкой БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» от 22 августа 2018 года №16, уточняющей характер работы в соответствующих должностях, которые засчитываются в специальный стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, и в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения (на л.д. 9-11), копиями приказов работодателя истца о направлении последней на курсы повышения квалификации (на л.д.19-21), копиями лицевых счетов на имя истца за спорные периоды и карточки-справки за 2015 года (на л.д.12-18), копиями сертификатов специалиста, выданных ФИО1 в подтверждение прохождения курсов повышения квалификации (на л.д.79-84), и ответчиком не оспаривается.

Из указанных выше документов следует, что на курсах повышения квалификации истец находилась на основании приказов работодателя в период работы в должности и учреждении, работа в которых дает право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, за ней сохранялось место работы и в этот период за неё работодателем в Пенсионный фонд РФ перечислялись страховые взносы, до направления на курсы повышения квалификации и по возвращении с них истец работала на полную ставку, была занята в течение полного рабочего дня в режиме нормальной продолжительности рабочего времени, предусмотренного трудовым законодательством.

Согласно ст.196 ТК РФ, необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров для собственных нужд определяет работодатель. В случаях предусмотренных федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, работодатель обязан проводить повышение квалификации работников, если это является условием выполнения работником определенных видов деятельности.

В спорные периоды, в соответствии с действовавшими Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года №5487-1, приказом Минздрава Российской Федерации от 9 августа 2001 года №314 «О порядке получения квалификационных категорий», а позже - Федеральным законом от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказом Министерства здравоохранения РФ от 20 ноября 2002 года № 350, повышение квалификации для медицинского работника является обязательным требованием и имеет целью поддерживать соответствие их профессиональных знаний и профессиональных навыков занимаемой должности.

При изложенных обстоятельствах и, учитывая, что ответчиком не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о прерывании истцом медицинской деятельности в периоды нахождения на курсах повышения квалификации, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требований истца о признании за ней права на включение в стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, указанных спорных периодов нахождения её на курсах повышения квалификации.

Возражения ответчика о том, что указанные спорные периоды не подлежат включению в стаж истицы, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, ввиду того, что сведения в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица ФИО1 о спорных периодах работодателем истца переданы без указания кода льготных условий для досрочного назначения трудовой пенсии, суд отклоняет с учетом нижеследующего.

Действительно, в соответствии с п.2 ст.14 Федерального закона «О страховых пенсиях» при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Обязанность по предоставлению в Пенсионный фонд Российской Федерации сведений о страховых взносах и страховом стаже работников, в том числе, о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, определяемый особыми условиями труда, ст.11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» возложена на работодателя (страхователя).

Данная обязанность, как следует из выписки из лицевого счета застрахованного лица ФИО1, зарегистрированной в системе государственного пенсионного страхования 12 января 2000 года (л.д.38-47), и не оспаривается представителем ответчика ФИО3, БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР», являющимся работодателем истца, до настоящего времени по спорным периодам времени в установленном законом порядке не исполнена, что, в том числе, явилось основанием для принятия Управлением решения об отказе в назначении истцу досрочной страховой пенсии по старости.

Вместе с тем, то обстоятельство, что работодатель, при наличии предусмотренных законом оснований, не представил в Управление необходимые сведения об условиях трудового (страхового) стажа истицы за спорные периоды, в частности сведения о коде льготных условий для досрочного назначения трудовой (страховой) пенсии, не может влиять на объем пенсионных прав истца.

Согласно правовой позиции, отраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 июля 2007 года № 9-П, невыполнение страхователями требований Федерального закона от 01 апреля 1996 года №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» и Федерального закона от 15 декабря 2001 года №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» само по себе не может служить основанием для отказа гражданину в реализации его права на пенсионное обеспечение.

Учитывая изложенное, признание ответчиком БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» иска, которое суд полагает необходимым принять, поскольку оно не нарушает права и законные интересы других лиц, не противоречит закону, право ФИО3 на признание иска в представленной суду доверенности оговорено, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования истца к БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» и возложить на указанного ответчика обязанность предоставить в Управление откорректированные сведения, отраженные в лицевом счете в системе обязательного пенсионного страхования застрахованного лица ФИО1:

- в части указания нормы выработки (1 ставка) по периодам работы с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года;

- в части указания кода льготы (28-СМ) по периодам работы с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года;

- в части указания кода льготы (27-СМ) по периоду работы с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года.

При этом, периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации истца с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года подлежат включению в специальный медицинский стаж истца, дающий ей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

В соответствии с решением Управления от 03 октября 2018 года №336877/18 суд считает установленным, что при оценке пенсионных прав истца ответчиком признано наличие у истца специального стажа - 24 года 07 месяцев 05 дней. При включении спорных периодов, составляющих в совокупности 05 месяцев 18 дней, суд приходит к выводу, что на момент обращения с заявлением, т.е. на 22 августа 2018 года у истицы требуемый 25-летний стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.20 ч.1 ст.30 Федерального закона «О страховых пенсиях», был выработан.

При таких обстоятельствах решение ответчика от 03 октября 2018 года №336877/18 об отказе в установлении истцу вышеуказанной пенсии следует признать незаконным, так как истцом на день обращения за назначением досрочной страховой пенсии по старости выработан необходимый стаж, а иных препятствий для назначения пенсии, как следует из данного решения ответчика, у Управления не имелось.

Таким образом, суд считает необходимым обязать Управление назначить истцу, как лицу не менее 25 лет осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности и поселках городского типа, досрочную страховую пенсию по старости с 22 августа 2018 года.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч.1 ст.88 ГПК РФ).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей (ст.94 ГПК РФ).

Статья 100 ГПК РФ предусматривает, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований (ч.1 ст.103 ГПК РФ).

При подаче иска к Управлению о восстановлении пенсионных прав истцом была уплачена государственная пошлина в размере 300 руб. (л.д.2).

Данные судебные расходы, с учетом удовлетворения иска к Управлению, в силу приведенных выше положений ст.98 ГПК РФ подлежат возмещению истцу путем их взыскания с Управления.

Кроме того, при предъявлении иска к Управлению о восстановлении пенсионных прав истец воспользовалась услугами представителя - адвоката Сафоновой С.В., в подтверждение чего, в материалы дела истцом представлены соглашение об оказании юридической помощи №11 от 19 октября 2018 года (л.д.23), ордер адвокат (л.д.77).

В связи с данным обстоятельством истец просила взыскать с Управления, судебные расходы на оплату услуг данного представителя в размере 7 000 руб. (л.д.5).

Данное требование, учитывая, что представитель истца - адвокат Сафонова С.В., была допущена к участию и участвовала в рассмотрении дела, в соответствии со ст.100, 98 ГПК РФ, суд находит законным, но с учетом того, что документально истцом подтверждено несение расходов лишь в размере 2 500 руб. (л.д.22), подлежащим удовлетворению частично, в указанной сумме - 2 500 руб., уплаченной истцом, согласно корешку квитанции №000278 от 19 октября 2018 года за составление искового заявления.

Указанную сумму судебных расходов, учитывая категорию дела, суд находит разумной и справедливой, оснований для снижения не усматривает.

В силу приведенных выше положений ст.103 ГПК РФ с ответчика - БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР», в доход бюджета муниципального образования «Шарканское» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец при подаче иска к данному ответчику была освобождена. Требований о взыскании с БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» каких-либо иных судебных расходов истцом не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации (государственному учреждению) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонному) о восстановлении пенсионных прав, к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о возложении обязанности по предоставлению уточненных сведений об условиях трудового (страхового) стажа удовлетворить.

Признать незаконным решение Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственного учреждения) по г.Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонного) № 336877/18 от 03 октября 2018 года об отказе в назначении досрочной страховой пенсии ФИО1.

Обязать Бюджетное учреждение здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» предоставить в Управление Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам УР (межрайонное) откорректированные сведения, отраженные в лицевом счете в системе обязательного пенсионного страхования застрахованного лица ФИО1:

- в части указания нормы выработки (1 ставка) по периодам работы с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года;

- в части указания кода льготы (28-СМ) по периодам работы с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года;

- в части указания кода льготы (27-СМ) по периоду работы с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года.

Обязать Управление Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам УР (межрайонное) включить в стаж, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости ФИО1, периоды её нахождения на курсах повышения квалификации с 04 октября 2005 года по 29 ноября 2005 года, с 11 октября 2010 года по 06 декабря 2010 года, с 14 октября 2015 года по 09 декабря 2015 года.

Обязать Управление Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) по г. Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонное) досрочно назначить ФИО1 страховую пенсию по старости с момента возникновения права на пенсию, т.е. с 22 августа 2018 года.

Взыскать с Управления Пенсионного фонда Российской Федерации (государственное учреждение) по г.Воткинску, Воткинскому и Шарканскому районам Удмуртской Республики (межрайонное) в пользу ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей и оплате услуг представителя за составление искового заявления в размере 2 500 рублей, а всего в размере 2 800 (две тысячи восемьсот) руб.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Шарканская районная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Шарканское» в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд УР путем подачи апелляционной жалобы через Воткинский районный суд УР в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья: Т.П.Макарова

Решение в окончательной форме принято 21 января 2019 года