Решение № 2-950/2017 2-950/2017~М-617/2017 М-617/2017 от 6 июня 2017 г. по делу № 2-950/2017

Дело №2-950/2017


РЕШЕНИЕ<данные изъяты>

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июня 2017 года г. Тверь

Московский районный суд города Твери в составе:

Председательствующего судьи О.Ю. Тутукиной,

при секретаре А.С. Леоновой

с участием истца В.С. Парфененко, представителя истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, помощника прокурора Московского района г. Твери О.А. Цыкиной, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к УФСИН России по Тверской области о признании действий, связанных с увольнением из уголовно-исполнительной системы, незаконными, признании приказа об увольнении в части указания даты увольнения незаконным, изменении даты увольнения,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с иском к УФСИН России по Тверской области о признании действий, связанных с увольнением из уголовно – исполнительной системы, незаконными, признании приказа об увольнении в части указания даты увольнения незаконным, изменении даты увольнения.

В обоснование иска указано, что она являлась сотрудником уголовно – исполнительной системы, проходила службу в Управлении ФСИН по Тверской области в должности начальника пресс – службы. Приказом начальника Управления ФСИН по Тверской области № от 15 февраля 2017 года истица уволена из уголовно – исполнительной системы 16 февраля 2017 года. На день увольнения истица была освобождена от выполнения служебных обязанностей по причине заболевания. Истец считает, что ответчиком нарушены ее права и законные интересы, в связи с увольнением в период нетрудоспособности.

Истец просит признать действия Управления ФСИН по Тверской области, связанные с увольнением из уголовно – исполнительной системы в период нетрудоспособности, связанной с заболеванием и освобождением от выполнения служебных обязанностей незаконными и необоснованными, признать приказ начальника Управления ФСИН по Тверской области № от 15 февраля 2017 года об увольнении из уголовно – исполнительной системы в части указанной в приказе даты увольнения 16 февраля 2017 года незаконным и необоснованным подлежащим отмене и его отменить, обязав начальника Управления ФСИН по Тверской области внести изменения в оспариваемый приказ о сроке увольнения истца, после её выхода на службу после болезни.

При рассмотрении дела истец неоднократно уточняла исковые требования, согласно последней редакции, истец просит признать действия Управления ФСИН по Тверской области, связанные с нарушением порядка увольнения истца выразившиеся в не объявлении истцу выслуги лет для назначения пенсии и не предоставлении для ознакомления расчета выслуги лет; не проведении с истцом беседы об основаниях увольнения, о льготах и гарантиях, компенсациях, вопросах трудоустройства, материально – бытового обеспечения, о предоставлении отпуска и по другим вопросам; не предоставлении отпуска за 2017 год; не объявлении приказа об увольнении под роспись и не вручение копии приказа об увольнении с предписанием о постановке на воинский учет; увольнении из уголовно – исполнительной системы в период нетрудоспособности, связанной с заболеванием и освобождением от выполнения служебных обязанностей не законными и необоснованными; не выдаче трудовой книжки в день увольнения незаконными и необоснованными, обязав ответчика устранить указанные нарушения. Признать приказ начальника Управления ФСИН по Тверской области № от 15 февраля 2017 года об увольнении из уголовно – исполнительной системы в части указанной в приказе даты увольнения 16 февраля 2017 года незаконным и необоснованным, подлежащим отмене и его отменить в связи с нарушением порядка увольнения, обязав начальника Управления ФСИН по Тверской области внести изменения в оспариваемый приказ о сроке увольнения, применив дату 24 мая 2017 года; выплаты денежной компенсации за неиспользованный в 2017 году очередной ежегодный отпуск за 30 дней незаконным и необоснованным, подлежащим отмене и его отменить, обязав начальника Управления ФСИН по Тверской области внести изменения в оспариваемый приказ, предоставив очередной отпуск за 2017 год в количестве 30 дней с 15 апреля 2017 года. Признать расчет выслуги лет на пенсию (пособие) несоответствующего действительности, в связи с чем, незаконным, подлежащим отмене и его отменить, обязав начальника Управления ФСИН по Тверской области произвести расчёт выслуги лет на пенсию (пособие) повторно на дату 24 мая 2017 года и внести изменения в приказ начальника Управления ФСИН по Тверской области № от 15 февраля 2017 года об увольнении из уголовно – исполнительной системы, в части общей выслуги лет для назначения пенсии. Признать произведенный расчет по вещевому имуществу на 16 февраля 2017 года незаконным и необоснованным, подлежащим отмене и его отменить, обязав начальника Управления ФСИН по Тверской области произвести расчет по вещевому имуществу на 24 мая 2017 года. Обязать начальника Управления ФСИН по Тверской области произвести все причитающиеся в соответствии с законодательством РФ денежные выплаты с 16 февраля 2017 года по 24 мая 2017 года. Обязать начальника Управления ФСИН по Тверской области внести изменения записи в трудовую книжку. Взыскать с Управления ФСИН по Тверской области в пользу истца расходы по уплате госпошлины в размере 300 рублей.

В судебном заседании истец ФИО6 заявленные исковые требования с учетом их уточнения полностью поддержала, обосновав их представленными суду письменными пояснениями, согласно которым в уголовно – исполнительной системе она прослужила более 21 года. За все это время не имела ни одного взыскания, даже устного замечания. Имеет более 15 поощрений ФСИН России, УФСИН России по Тверской области, главы города Твери. Учитывая профессионализм и тот вклад, который она вносила в формирование в обществе позитивного имиджа региональной системы исполнения наказаний, как грамотный специалист и профессионал своего дела, руководство продлевало срок службы сверх достижения предельного возраста. Последние 9 лет состояла в должности начальника пресс – службы УФСИН России по Тверской области, являясь официальным представителем УФСИН. В соответствии с должностной инструкцией истец, как начальник пресс – службы отвечала за достоверность информации, предоставляемой в своей работе с общественностью, с представителями средств массовой информации, в связи с чем, всегда строго следовала принципу – достоверно, объективно, правдиво информировать о деятельности УИС. Ответчиком не соблюдена процедура увольнения, регламентированная п. 17 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел РФ в учреждениях и органах уголовно – исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста РФ от 06 июня 2005 года №76. При этом ответчик проигнорировал п. 17.16 данной инструкции, приказ об увольнении под роспись ей лично не объявлялся, так как в день увольнения истец находилась на листке освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности. Она забрала копию приказа об увольнении 13 марта 2017 года, расписалась не в приказе (с ним не ознакомлена до сих пор, хотя обращалась 13 марта 2017 года в секретариат УФСИН с просьбой ознакомить ее с приказом, но ей было отказано, сотрудники секретариата направили ее в отдел кадров), в итоге расписалась на картонной обложке папки «Личное дело» 13 марта 2017 года за полученные копию приказа и свидетельство о болезни. От получения трудовой книжки отказалась 13 марта 2017 года по причине того, что приняла решение подать иск в суд о неправомерности увольнения и переносе даты увольнения. По этой же причине не подавала заявление в УФСИН о назначении пенсии, поэтому считает нецелесообразным отправление ответчиком 24.03.2017 года письма в ее адрес, которое она не получила, с указанием перечня представляемых документов для оформления пенсии. Представитель ответчика ФИО3 сообщила суду неправду, утверждая, что 14 ноября, в день вручения ей уведомления об увольнении из УИС и направлении на ВВК в направлении была указана выслуга лет в календарном и льготном исчислении, и что с ней было проведено собеседование, полагает, что данные обстоятельства свидетельствуют о корпоративном сговоре. 14 ноября 2016 года у истца был первый и практически последний день работы в УИС, поэтому помнит поминутно, как этот день прошел. Выйдя 14 ноября 2017 года на службу после основного и дополнительного отпуска, она не смогла приступить к исполнению своих служебных обязанностей, так как по устному указанию начальника УФСИН исполнять обязанности начальника пресс-службы был назначен другой сотрудник, и уступить рабочее место этот сотрудник не был намерен, должность понадобилась для другого сотрудника и поэтому она была отстранена от исполнения должностных обязанностей. 14 ноября 2017 года после оперативного совещания в 8:30, посещения и возвращения с базы ОСН «Рысь», где проходило награждение спецназовцев, в 10 часов 50 минут она зашла к начальнику отдела кадров УФСИН России по Тверской области ФИО (в кабинете он был один), на тот момент он временно исполнял обязанности заместителя начальника УФСИН ФИО. На вопросы истца о том, что происходит с ее должностью, предложил обратиться к ФИО. и попросил задержаться, пригласив в кабинет по телефону инспектора отдела кадров УФСИН ФИО как позже выяснилось для вручения уведомления об увольнении. Сотрудника ФИО в тот день она не видела. Через несколько секунд в кабинете начальника ФИО передала ей уведомление и направление на прохождение медицинского освидетельствования, взяв их из журнала, ни в одном из этих документов не содержалась информация о выслуге лет в календарном и льготном исчислении. Инспектор ФИО4 предложила расписаться за них в журнале. В это время раздался телефонный звонок, начальник ФИО7 снял трубку и стал разговаривать. Она присела на стул и расписалась в журнале, когда расписывалась, инспектор ФИО4 сказала, чтобы она спустилась на первый этаж и у секретаря ВВК МСЧ-69 УФСИН взяла все необходимые документы (направления) на прохождения медосвидетельствования в госпитале УМВД России по Тверской области. Таким образом, процедура вручения уведомления об увольнении и направления на ВВК заняла меньше минуты времени. Расписавшись в журнале, она вышла из кабинета начальника ОК, который продолжал разговаривать по телефону. И в этот день больше не видела ни ФИО ни ФИО, а с ФИО не встречалась в этот день вообще (видела ФИО. лишь в июле 2016 года при подготовке отчета за первое полугодие и спустя 8 месяцев - 13 марта 2017 года, когда пришла к ФИО. в кабинет сдать сведения о доходах за 2016 год). Собеседования с ней не проводилось, поэтому не было в этот день и листа собеседования. Она понимала, что настал предельный возраст, а потому увольнение неизбежно, в связи с чем не было никакого умысла отказываться подписывать уведомление об увольнении и она охотно в нем расписалась. Но собеседования не было, при этом было важно получить подробную информацию специалистов (медработника, юриста, представителя пенсионной группы) о гарантиях, льготах, компенсациях и т.д., как будущему пенсионеру. Также ей никто не предложил расписаться в подготовленном листе собеседования, при этом 14 ноября она весь день находилась в Управлении, и именно в кабинете пресс-службы (освобождала ящики стола, шкафов, подготавливала документы для передачи новому сотруднику). Данные о выслуге лет составлены только в феврале 2017 года, потому они не могли попасть в лист собеседования 14 ноября 2016 года и в направление на ВВК. В связи с чем, истец полагает, что лист собеседования ответчик подготовил для первого судебного заседания (к 13 апреля 2017 года), поэтому в нем нет ее подписи. И предоставленный ответчиком акт, который не предусмотрен законодательством, об отказе подписывать лист собеседования, считает сфабрикованным документом. К тому же законодательством не предусмотрено отправление по почте листа собеседования, а ответчик утверждает, что отправил по почте 10 февраля 2017 года, при этом в вернувшемся отправителю письме отсутствует опись вложения документов в письме, отсутствует сопроводительное письмо, которое указывало бы, что в ее адрес отправлялся лист собеседования. В связи с чем, есть основание полагать, что лист собеседования отсутствовал в данном письме, он был подготовлен к первому судебному заседанию 13 апреля 2017 года и приложен к вернувшемуся отправителю письму. С расчетом выслуги лет на пенсию в календарном и льготном исчислении ее не ознакомили. Соответственно, ни в одном из двух предоставленных в суд расчетов выслуги лет на пенсию нет ее подписи. С данным расчётом выслуги лет истец не согласна. К 14 ноября 2016г. расчет не был подготовлен, истец увидела расчёт выслуги лет на первом судебном заседании 13 апреля 2017 года, в самом документе дата подготовки расчета отсутствует. Уведомление о получении трудовой книжки ответчик должен был отправить в ее адрес в соответствии с п. 17. Инструкции в день увольнения 16 февраля 2017 года, а фактически отправил на 5-й день 20 февраля. Это дата значится в реестре отправленной почтовой корреспонденции УФСИН от 20 февраля 2017 года. В данном реестре значится запись - ФИО8 письмо, уведомление о трудовой книжке. Сотрудник УФСИН по отправленной почтовой корреспонденции подтвердил в телефонном разговоре 11 мая 2017 года, что письмо в ее адрес с уведомлением о получении трудовой книжки, отправлено 20 февраля 2017 года, эти данные занесены в реестр отправленной почтовой корреспонденции УФСИН России по Тверской области. По запросу в почтовое отделение - 100 (при почтамте), с которым УФСИН работает на договорной основе, предоставлен ответ, что от УФСИН России по Тверской области никакой почтовой корреспонденции для отправки в ее адрес не поступало в течение февраля 2017 года. О нахождении на лечении, как стационарно, так и амбулаторно она по телефону сообщала начальнику центра медицинской и социальной реабилитации МСЧ-69 УФСИН ФИО., документы на оплату операции и оказанных медицинских услугах во время пребывания в стационаре ГБУЗ ГКБ № 6 города Твери поступили в УФСИН 9 февраля 2017 года. Сотрудники МСЧ – 69 по указанию начальника УФСИН неоднократно звонили в ординаторскую стационара 6-й гор.больницы Твери, и позже в поликлинику УМВД России по Тверской области, где она амбулаторно продолжала долечиваться после операции, с целью уточнить, когда будет закрыт листок освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности. Закрытый листок нетрудоспособности она сдала в УФСИН 16 февраля 2017 года, то есть через день после его закрытия. Тем самым не нарушила нормы права, поскольку ни в каком НПА не прописано, в какой срок необходимо сдать листок освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности. Также 16 февраля она позвонила в отдел кадров УФСИН по телефону З3-24-87, сотруднику ФИО сообщила, что продолжает быть на листке нетрудоспособности, также 16 февраля 2017 года отправила sms-сообщение начальнику ОК ФИО Дочь истцаинспектор отдела кадров УФСИН ФИО9 по просьбе истца 14 февраля 2017 года, а также систематически доводила информацию до руководства о нахождении на листке нетрудоспособности. Таким образом, ответчику было известно о нахождении ее на листке нетрудоспособности на момент увольнения. Если ответчик не знал о ее нахождении на листке нетрудоспособности, тогда необходимо было провести служебное расследование, и уволить ее по другому основанию, отрицательному - за прогулы. В Табеле учёта рабочего времени сотрудников, который в УФСИН составляется на каждого сотрудника старший инспектор пресс-службы ФИО, ответственная за подготовку этих табелей на сотрудников пресс-службы, напротив ее фамилии ставила букву «Б», что означает, болеет (больничный). И эти табеля подписывает начальник ОК ФИО а в его отсутствии заместитель начальника ОК ФИО. Ответчик не предоставил очередной ежегодный отпуск за 2017 год, тем самым нарушив ее права и законные интересы. Статьей 46 Положения о службе в органах внутренних дел РФ, утвержденного Постановлением Верховного Совета РФ от 23 декабря 1992 г. N4202-1 предусмотрено предоставление по желанию сотрудника отпуска при увольнении по достижению предельного возраста. Ее желания ответчик не спросил, тем самым принял решение за нее выплатить денежную компенсацию без согласия на то истца. Данное обстоятельство, в том числе, дополнительно подтверждает факт отсутствия проведения собеседования и листа собеседования. Истец не подавала рапорт на отпуск в связи с тем, что беспрерывно находилась на листках временной нетрудоспособности, и использовать положенный очередной ежегодный отпуск за 2017 год не представилось возможным в январе - феврале, поскольку с 9 января по 16 января 2017 года проходила ВВК на стационаре в госпитале ФКУЗ «МСЧ МВД России по Тверской области». Во время прохождения ВВК было рекомендовано два оперативных лечения, она была направлена на операцию в ГБУЗ ГКБ № 6 г. Твери, в стационаре которого находилась с 17 января по 30 января 2017 года, с 31 января по 28 февраля на амбулаторном долечивании. 01 марта по 07 марта 2017 года была госпитализирована в ГБУЗ ТО "Областной клинический перинатальный центр», где 02 марта была прооперирована, и находилась на листках освобождения от выполнения служебных обязанностей по временной нетрудоспособности по восстановлению после уже 2-й перенесенной операции с 01 марта по 14 апреля 2017 года. В Положении о службе в ОВД РФ не определена категория оснований увольнения «по независящим от сторон обстоятельствам», или «в силу наступления юридического факта (события) - наступления предельного возраста», как утверждает ответчик. В ст. 58 Положения четко определено по чьей инициативе осуществляется увольнение сотрудника «по инициативе сотрудника и по инициативе начальника соответствующего органа внутренних дел». В настоящем случае увольнение осуществлено по инициативе начальника УФСИН, соответственно применима ст. 81 ТК РФ, согласно которой не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске. Просила удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 заявленные исковые требования с учетом их уточнения полностью поддержал, поддержав письменные пояснения и сказанное истцом, а также письменными пояснениями, согласно которым дополнительно указано, что порядок и условия прохождения службы в УИС регламентированы Законом Российской Федерации от 21.07.1993 года №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»; Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденное Постановление Верховного Совета Российской Федерации от 23.12.1992 года №4202-1; Приказом Минюста России от 06.06.2005 года №76 «Об утверждении Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно- исполнительной системы». Ответчиком нарушен порядок увольнения из УИС. В соответствии с п.17.11 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно – исполнительной системы перед представлением истца к увольнению ответчик не уточнял и не объявлял истцу выслугу лет для назначения пенсии и не предоставил для ознакомления расчет выслуги лет. В соответствии с п.17.11 инструкции ответчик не провёл с истцом беседу об основаниях увольнения, о льготах и гарантиях, компенсациях, вопросах трудоустройства, материально – бытового обеспечения, о предоставлении отпуска и по другим вопросам. Ответчик не составил лист собеседования, в котором должны быть отражены вышеуказанные вопросы и должна присутствовать подпись истца, которая в данном документе отсутствует. Истцу не предоставлен отпуск за 2017 год. Сотрудниками УИС, увольняемым по пункту «б» части 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел РФ по их желанию предоставляется очередной ежегодный отпуск. В связи с болезнью с января 2017 года по апрель 2017 года истец не имела возможности воспользоваться данным правом. При этом в соответствии с п.72 приказа ФСИН России от 27.05.2013 года №269 сотрудникам по их желанию выплачивается денежная компенсация за неиспользованный в году увольнения очередной ежегодный отпуск по достижению предельного возраста. Истец не выражала желания на получение указанной компенсации. Ответчик принял решение вместо истца, что полагает недопустимым. Специальным законодательством данный вопрос в полной мере не урегулирован, в связи с чем применению подлежит ст. 127 ТК РФ после выхода истца после болезни на службу. При этом, при увольнении в связи с истечением срока трудового договора отпуск с последующим увольнением может предоставляться и тогда, когда время отпуска полностью или частично выходит за пределы срока этого договора. В соответствии со ст. 5 ТК РФ все изданные НПА в области трудовых отношений должны соответствовать ТК РФ. В связи с чем, специальное законодательство не может не соответствовать ТК РФ. Вопросы трудовых правоотношений не урегулированные специальным законодательством регулируются положениями Трудового кодекса РФ в том числе и в соответствии с ч.2 ст. 3 ФЗ от 30.11.2011 №342-ФЗ (ред. от 03.04.2017) «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». В соответствии с п.17.16 Инструкции истцу не объявлен приказ об увольнении под роспись и не вручена копия приказа об увольнении в двухнедельный срок. В соответствии с п.17.16 Инструкции трудовая книжка увольняемым сотрудникам выдается кадровым подразделением в день увольнения. Истице в день увольнения трудовую книжку не выдали. В направлении на медицинское освидетельствование истца отсутствует указание выслуги лет. При этом из пояснений истца усматривается, что ни каких цифровых символов в п.1.4 направления, при его выдаче не имелось. В представлении, подписанном 14 февраля 2017 года, ответчик ссылается на выслугу лет согласно расчёта на 16 февраля 2017 года, на дату, которая ещё не наступила и расчёт еще не произведен. Истец с представлением не ознакомлена. В двух расчётах выслуги лет на пенсию, представленных ответчиком, в разное время суду имеется противоречие и несоответствие по разделу даты к подписи ФИО. В документе, представленном первоначально, отсутствует дата, а в документе, представленном вторично, появилась дата «16 февраля». Ответчик не предоставил доказательства направления 16 февраля 2017 года уведомления почтовой корреспонденцией в адрес истца. К листу собеседования необходимо отнестись критически, второй текст листа изменен, в показаниях свидетелей имеются разночтения, не принимать во внимание показание свидетеля ФИО10, поскольку они отличаются от показаний свидетеля ФИО7. К пояснениям представителей ответчика также необходимо отнестись критически.

Представители ответчика в судебном заседании против заявленных исковых требований возражали. Просили отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2, поддержав доводы, изложенные в письменном отзыве и дополнении к нему, поясняла, что истец ФИО6 действительно проходила службу в УФСИН России по Тверской области с декабря 1995 года, в должности начальника пресс-службы с февраля 2008 года. Приказом УФСИН России по Тверской области от 15.02.2017 года № подполковник внутренней службы ФИО6 уволена из уголовно-исполнительной системы по п.»б» ч.2 ст.58 (по достижению предельного возраста). Уголовно-исполнительная система как комплекс органов исполнительной власти находится в ведении Минюста России, государственно-служебные отношения сотрудников УИС регулируются Положением о службе в органах внутренних дел РФ и утвержденной Приказом Минюста России от 06.06.2005 №76 на его основе Инструкцией о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел РФ в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы. Сотрудники органов внутренних дел, достигшие предельного возраста установленного п.»б» ст.58, ст.59 Положения о службе в органах внутренних дел РФ, подлежат увольнению. Это обстоятельство не связано с инициативой работодателя и наступает независимо от его воли, а предусмотрена законом. Согласно ст.58 Положения увольнение по п. «б» данной статьи может осуществляться как по инициативе сотрудника, так и по инициативе начальника соответствующего органа внутренних дел, т.к. увольнение по данному основанию не зависит исключительно от воли работодателя. Кроме того, оно является следствием наступления юридического факта (события), наступление определенного возраста. Следовательно, к спорным правоотношениям ст.81 ТК РФ не подлежит применению. Законодательное введение возрастных ограничений при замещении тех или иных должностей означает запрет назначения на эти должности лиц, достигших такового возраста, а также продление срока их нахождения на указанных должностях, в связи с чем у начальника УФСИН возникла обязанность произвести увольнение ФИО6 в связи с достижением предельного возраста прохождения служба 55 лет. 14 ноября 2016 года ФИО6 было вручено уведомление о предстоящем увольнении из уголовно-исполнительной системы в связи с достижением предельного возраста на службе 55 лет. Одновременно с этим выдано направление на медицинское освидетельствование, о чем имеется запись в журнале выдачи направлений на медицинское освидетельствование. Одновременно с выдачей уведомления, с ФИО6 проведена беседа по вопросу увольнения по указанному основанию. В ходе беседы до ФИО6 доведены основания увольнения ее из УИС, возможность прохождения военно-врачебного освидетельствования на предмет годности к службе в УИС, выслуга лет для назначения пенсии, возможность использования очередного ежегодного отпуска до увольнения из УИС, социальные гарантии при увольнении. В ходе собеседования ей было предложено дополнительно прибыть в отдел кадров и ознакомиться с документами об увольнении. ФИО6 не прибыла, что считают отказом от ознакомления. 27 января 2017 года ВВК ФКУЗ МСЧ-69 ФСИН России вынесено заключение в отношении ФИО6 о годности к службе (свидетельство о болезни №26 «Б» - годен к военной службе с незначительными ограничениями). Достижение предельного возраста, установленного для службы, в отсутствие оснований для дальнейшего продления срока службы являются обстоятельствами, не зависящими от воли сторон, по которым служба подлежит прекращению. Поскольку подполковник внутренней службы ФИО6 достигла предельного возраста пребывания на службе, оснований для оставления ее на службе сверх установленного предельного возраста начальник, которому предоставлено право назначения на должность, не усмотрел. Медицинское направление на ВВК истцом было получено, уведомление об увольнении было получено ФИО6 14.11.2016 года, с рапортом о продлении срока службы не обращалась, расчет произведен полностью. Таким образом, порядок увольнения ответчиком нарушен не был. С учетом того, что ФИО6 уволена не по инициативе работодателя, а на основании пункта «б» статьи 58 Положения о службе в органах внутренних дел, следует, что на ФИО6 не распространяется запрет на увольнение работников период временной нетрудоспособности, предусмотренный ст.81 Трудового кодекса РФ, поскольку он относится только к случаям увольнения по инициативе работодателя. Положение о службе в органах внутренних дел, регулирующее отношения, связанные с прохождением и прекращением службы в органах уголовно-исполнительной системы, не содержит норм, запрещающих увольнение сотрудников из органов УИС по достижении предельного возраста в период их болезни или нахождения в отпуске. Листы собеседования не нарушают прав истицы, разночтений в показаниях свидетелей не было. В действиях сотрудников как федеральных государственных служащих при увольнении истца нет никаких сомнений, презюмируется их добросовестность пока не доказано иное. Получается, что у истца только права, а у ответчика только обязанности, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны работника. Оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Представитель ответчика ФИО3 дополнительно также указывала, что порядок увольнения был соблюден. Положительная характеристика увольняемого не влияет на решение об увольнении по достижению предельного возраста. Все бланки, заполненные сотрудниками при увольнении ФИО6, соответствуют приказу № и им регламентированы. Расчет выслуги лет производился ФИО6 неоднократно, о расчете ей было известно, но окончательный расчет производится на дату увольнения, независимо от того когда данный расчет составлен. Представление к увольнению подписано 14.02.2017г., расчет в нем указан на 16.02.2017г., то есть на дату увольнения и наступления предельного 55-летнего возраста истца. Своему непосредственному руководству ФИО6 не сообщала о нахождении на больничном, а также не подавала рапорт об отпуске. По графику истец должна была убыть в отпуск в январе 2017 года. Рапорт, завизированный руководителем, о предоставлении отпуска в отдел кадров не поступал. Оснований для предоставления отпуска истцу не имелось, в связи с чем была выплачена компенсация при увольнении. Даже если рассчитать дату увольнения с учетом предоставления отпуска, то дата, указанная истцом в иске 24 мая 2017 года, является неверной. При беседе 14.11.2016г. истцу было доведено об отпуске, но в январе рапорт от истца на отпуск не поступал, о предстоящем отпуске в январе ее не предупреждали, поскольку на службе она отсутствовала. Табели учета рабочего времени по пресс-службе за спорный период не были сданы и они в бухгалтерии отсутствуют.

Представитель ответчика ФИО4 в письменном отзыве и в судебном заседании поясняла, что выслуга лет ФИО6 была доведена 14 ноября 2016 года при выдаче уведомления и направления на ВВК (составлен акт). В направлении на ВВК обязательно указывается основание для выдачи. В направлении на ВВК, полученном ФИО6, основание «В связи с увольнением из УИС по достижении предельного возраста» с указанием выслуги в календарном и льготном исчислении. Направление на ВВК ФИО6 получила на руки, имеется запись в журнале выдачи направлений. В соответствии с приказом МЮ РФ от 30.12.2005 года № 258 «Об утверждении Инструкции об организации работы по социальному обеспечению сотрудников и их семей в УИС» в нормативном акте не предусмотрена обязанность руководителя ознакомить с расчетом сотрудника под роспись. Оформление документов для назначения пенсии лицам, уволенным со службы в УИС, производится кадровыми подразделениями учреждений и органов УИС по последнему месту службы. Кадровым подразделением по последнему месту службы сотрудника УИС проверяются данные о прохождении службы, уточняются и подтверждаются календарному исчислению и исчислению на льготных условиях. Расчет выслуги лет, согласованный с пенсионным органом на дату увольнения, предоставляется в пенсионный орган с заявлением сотрудника для назначения пенсии. ФИО6 не обратилась в ОК УФСИН с заявлением для назначения пенсии, в день увольнения не прибыла за трудовой книжкой. ФИО6 направлено письмо, в котором указан список представляемых документов для оформления пенсии (№71/ТО/19-63 от 24.03.2017). 13.03.2017 года истец отказалась от ознакомления с расчетом на пенсию, о чем составлен акт от 13.03.2017 года. Заявления от ФИО6 о назначении пенсии не поступало. Беседа с ФИО6 об основаниях увольнения, о льготах и гарантиях, компенсациях, вопросах трудоустройства, материально – бытового обеспечения была проведена 14.11.2016 года, составлен акт. Пунктом 15.12 приказа Минюста России от 06.06.2005 года №76 «Об утверждении инструкции о порядке применения Положения о службе в ОВД» основанием для предоставления очередного ежегодного отпуска и выдачи отпускного удостоверения являются график очередных ежегодных отпусков и рапорт сотрудника с резолюцией непосредственного начальника. В рапорте указывается место проведения отпуска, вид транспорта. Рапорта на предоставление очередного ежегодного отпуска от ФИО6 не поступало. При увольнении доведено, что отпуск может быть предоставлен до 55 лет. Основанием для увольнения является сам факт достижения сотрудником уголовно – исполнительной системы определенного возраста, в связи с чем, необходимость увольнения по достижению предельного возраста не зависит от воли сторон, а предусмотрено непосредственно в законе. Обязанность по продлению срока службы ФИО6 (55 лет), достигшей предельного срока службы, на руководителя не возложена и в данном случае законная возможность продления такого срока отсутствует. Увольнение ФИО6 в связи с достижением предельного возраста пребывания на службе не является увольнением по инициативе работодателя (статья 81 ТК РФ), которое не допускается в период временной нетрудоспособности. Предоставление листка освобождение от служебных обязанностей по временной нетрудоспособности после издания приказа об увольнении достигшего предельного возраста сотрудника по Положению о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденному Постановлением Верховного Совета РФ от 23.12.1992 года № 4202-1, не является основанием для признания такого приказа незаконным. В соответствии с действующим правовым регулированием ТК РФ применяется к правонарушениям, возникшим в связи с прохождением службы в органах внутренних дел, в случаях, предусмотренных специальным законодательством, а Положение о прохождении службы в органах внутренних дел не содержит запрета на увольнение работника по основанию достижения им предельного возраста в период временной нетрудоспособности. Для выдачи трудовой книжки истцу было направлено уведомление от 16.02.2017 года. В январе 2016г. истец обращалась за расчетом выслуги лет, она производила предварительный расчет, который истцу не понравился. В апреле 2016г. Парфененко вновь попросила сделать расчет, который был подготовлен и передан на согласование в пенсионное подразделение, а также были истребованы документы, необходимые для расчета, в частности диплом об образовании. О своей выслуге лет и расчете было известно истцу давно, копии документов у нее оставались. Истец в разговоре сказала, что хотела доработать до 32 лет выслуги, поэтому суть вопроса именно в этом. Знакомить с расчетом выслуги лет сотрудников под роспись они не обязаны.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании дополнительно также пояснила, что расчет выслуги лет в обязательном порядке перед увольнением согласовывается с пенсионным подразделением. В апреле 2016 года Отдел кадров передавал ей личное дело Парфененко для согласования расчета выслуги лет на пенсию, она проверяла данный расчет. Парфененко не один раз считала выслугу лет, выслуга лет ей хорошо известна. В пенсионном отделе ведется журнал передачи личных дел для расчета выслуги лет на пенсию и согласования, в котором имеется отметка о поступлении для согласования расчета личного дела Парфененко. Поскольку Парфененко достигла возраста 55 лет, то у нее возникло право на пенсию не только по выслуге лет, но и на пенсию в общем порядке. Выбор пенсии остается за Парфененко. К ним за получением пенсии истец до сих пор не обратилась.

Выслушав истца и её представителя, представителей ответчиков, заключение прокурора Цыкиной О.А., полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в связи с нарушением процедуры увольнения, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 4 Указу Президента РФ от 08 октября 1997г. N1100 "О реформировании уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации" порядок и условия прохождения службы, а также организация деятельности работников уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, перешедших либо вновь принятых на работу (службу) в уголовно-исполнительную систему Министерства юстиции Российской Федерации, регламентируются Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. N 4202-1 "Об утверждении Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации и текста Присяги сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации", Законом Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, соответствующими федеральными законами и правилами внутреннего распорядка учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания.

В той части, в какой указанные правоотношения не урегулированы вышеперечисленными специальными нормативными актами, применяются нормы Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом "б" статьи 58 названного Положения сотрудники органов внутренних дел могут быть уволены со службы по достижении предельного возраста, установленного статьёй 59 Положения, в частности, сотрудники, имеющие звание рядового и младшего начальствующего состава от младших лейтенантов милиции, младших лейтенантов внутренней службы, младших лейтенантов юстиции до подполковников милиции, подполковников внутренней службы, подполковников юстиции включительно, могут состоять на службе до достижения возраста 45 лет.

В соответствии с частями 3, 4, 5 статьи 59 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утверждённым Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года N4202-1, в интересах службы при положительной аттестации и отсутствии медицинских противопоказаний сотрудники органов внутренних дел в персональном порядке и с их согласия могут быть оставлены на службе сверх установленного предельного возраста на срок до пяти лет начальниками, которым предоставлено право назначения на должности этих сотрудников. В исключительных случаях, срок оставления на службе сотрудников органов внутренних дел из числа лиц среднего, старшего и высшего начальствующего состава может быть продлён в таком же порядке на пять лет.

В силу статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В силу ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (п.5 ст.10 ГК РФ).

Приказом Министерства юстиции РФ от 6 июня 2005г. N 76 утверждена Инструкция о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы.

Пунктами 17.1 и 17.2 указанной Инструкции установлено, что прекращение службы в уголовно-исполнительной системе оформляется приказом, основания для увольнения сотрудников предусмотрены ч. 1 ст. 58 Положения.

Пунктом 17.10 Инструкции предусмотрено, что решения об оставлении сотрудников на службе сверх установленного для них предельного возраста принимаются начальниками, имеющими право назначения этих сотрудников на должность, путем утверждения персональных списков (приложение 20). Списки сотрудников, оставляемых на службе сверх установленного возраста, составляются кадровыми подразделениями ежегодно к 1 марта. Они составляются раздельно для сотрудников, которым срок службы продлевается впервые и повторно, на основании их рапортов и ходатайств непосредственных начальников. В ходатайствах излагаются выводы последней аттестации, краткая характеристика деловых и нравственных качеств сотрудника, иные сведения и обстоятельства, которые могут иметь значение для принятия решения, а также указывается, до какого времени (месяц, год) предлагается оставить сотрудника на службе в уголовно-исполнительной системе. Принятые решения об оставлении сотрудников на службе сверх установленного для них предельного возраста или отказе в этом объявляются сотрудникам лично непосредственными начальниками. Утвержденные персональные списки направляются в кадровые подразделения по месту службы сотрудников и хранятся в установленном порядке. На основании поступивших документов в личных делах сотрудников, оставленных на службе, в раздел 10 послужного списка вносится соответствующая запись. Ходатайства и рапорта приобщаются к личным делам сотрудников.

Судом установлено, что ФИО6 с 04.12.1995 года проходила службу в уголовно-исполнительной системе, на момент увольнения занимала должность начальника пресс-службы УФСИН России по Тверской области, ей присвоено специальное звание «подполковник внутренней службы». После достижения ФИО6 предельного 45-летнего возраста последняя неоднократно оставлялась на службе в соответствии с утвержденными списками, последний из которых от 26.02.2016 года, ФИО6 оставлена на службе на 1 год - до 55 лет, до 16.02.2017г., данные сведения содержатся в личном деле истца и никем не оспариваются.

В соответствии с пунктами 17.12, 17.13 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы о предстоящем увольнении со службы сотрудники ставятся в известность уведомлением, вручаемым сотруднику под расписку с соблюдением сроков, установленных Положением. Кроме того, с сотрудником проводится беседа, в ходе которой ему сообщается об основаниях увольнения, разъясняются льготы, гарантии и компенсации, вопросы трудоустройства, материально-бытового обеспечения и другие вопросы. К участию в беседах с увольняемыми по их просьбе могут быть приглашены представители кадровых, юридических, медицинских и финансовых подразделений. До представления к увольнению сотрудники направляются для освидетельствования на ВВК с целью установления степени годности к военной службе. Заключения ВВК учитываются при определении основания увольнения. На ВВК могут не направляться сотрудники, увольняемые по пункту "б" статьи 58 Положения, а также по другим основаниям, в случае их отказа от освидетельствования на ВВК, оформленного рапортом на имя начальника, имеющего право увольнения этих сотрудников.

Судом также установлено, что 14 ноября 2016 года ФИО6 вручено уведомление об увольнении из уголовно-исполнительной системы по основаниям пункта «б» части 1 статьи 58 Положения и направлении для прохождения военно-врачебной комиссии подписанное начальником УФСИН России по Тверской области 21 октября 2016 года, а также выдано направление на медицинское освидетельствование. Кроме того в тот же день с истцом проведена соответствующая беседа об основаниях увольнения и другим вопросам. Однако от подписи в листе собеседования истец отказался, о чем свидетельствует соответствующий акт, составленный начальником отдела кадров ФИО инспектором отдела кадров ФИО старшим инспектором группы пенсионного обеспечения ФИО., старшим инспектором инспекции по личному составу и по противодействию коррупции ФИО. Проведение соответствующей беседы в указанный день и составление акта подтвердили в судебном заседании также и свидетели ФИО., ФИО., а также это следует и из объяснений представителя ответчика ФИО Вопреки доводам стороны истца, у суда отсутствуют основания не доверять показаниям свидетелей, они не противоречат друг другу и объяснениям представителей ответчика, материалам дела, согласуются также и между собой, их показания последовательны, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Показания свидетелей в совокупности с имеющимся листом собеседования и актом суд считает надлежащим доказательством проведения беседы 14.11.2016г. с увольняемым сотрудником ФИО6 и отказом последней от подписания данного листа собеседования. Доказательства того, что работник просил пригласить на беседу иных сотрудников, не представлено. Более того, работник не лишен права получить любую интересующую ее консультацию по тем направлениям, которые могут интересовать увольняемого сотрудника, не только во время одной беседы, но и в другое время, если остались какие-либо непонятные и не разрешенные вопросы или не были получены ответы. Об этом, как полагает суд, истец, прослужившая в уголовно-исполнительной системы более 20 лет, не могла не знать. Не проведение беседы или проведение беседы в ненадлежащей (не полном объеме) форме при вручении уведомления об увольнении также не могло повлиять на основание увольнения истца по достижению предельного возраста.

Приказом начальника УФСИН России по Тверской области № от 15 февраля 2017 года ФИО6 уволена из уголовно-исполнительной системы по п. «б» ч.1 ст.58 (по достижении предельного возраста) 16 февраля 2017 года. Этим же приказом определено выплатить ФИО6 единовременное пособие в размере семи месячных окладов денежного содержания исходя из должностного оклада и оклада по специальному званию, установленных сотруднику на день увольнения со службы, материальную помощь на день увольнения со службы в размере одного оклада денежного содержания, денежную компенсацию за неиспользованный в 2017 году очередной ежегодный отпуск за 30 дней, а также денежную компенсацию за неиспользованный дополнительный отпуск за стаж службы за 2017 год за 1,25 дня, а также произведен расчёт выслуги лет для назначения пенсии на 16 февраля 2017 года, который составляет в льготном исчислении 31 год 10 месяцев 06 дней, в том числе в календарном исчислении и для выплаты единовременного пособия 23 года 08 месяцев 12 дней.

Денежные средства при увольнении, указанные в приказе №, в том числе компенсация за неиспользованный отпуск получены истцом. Указанные обстоятельства никем не оспариваются, истец подтвердила получение денежных средств путем зачисления на ее зарплатную карту 16.02.2017 года.

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый приказ об увольнении издан уполномоченным лицом, в пределах его компетенции. Приказ содержит реквизиты, установленные п. 115 Инструкции по делопроизводству в Федеральной службе исполнения наказаний, утверждённой Приказом ФСИН от 10.08.2011г. N464. Основание предстоящего увольнения, указанное в уведомлении, а также в приказе, идентичны.

Право продлить срок службы сотрудника уголовно-исполнительной системы сверх установленного срока с учётом названных в Законе обстоятельств или принять решение об его увольнении в связи с достижением предельного возраста предоставлено руководителям учреждений ФСИН России. Обязанность по продлению срока службы сотрудника ФСИН достигшего предельного срока службы, на руководителей не возложена.

При этом данным нормативным правовым актом на начальника службы уголовно-исполнительной системы не возложена обязанность обосновать необходимость увольнения работника, привести причины, подтверждающие невозможность дальнейшего прохождения им службы, равно как и обязанность получить его согласие на увольнение.

Специфическая деятельность, которую осуществляет уголовно-исполнительная система, предопределяет специальный правовой статус сотрудников, работающих в данной системе. Одним из требований, предъявляемых к сотрудникам, является соблюдение возрастных критериев. Достижение предельного возраста службы в органах уголовно-исполнительной системы является основанием для увольнения в силу закона. Желание самого сотрудника продолжить службу не является определяющим в принятии руководителем решения о продлении срока службы или решения об увольнении этого сотрудника.

Положительная аттестация и характеристика сотрудника, отсутствие у него медицинских противопоказаний для службы в уголовно-исполнительной системе является дополнительным условием для принятия руководителем решения о продлении срока службы. При принятии руководителем решения об увольнении сотрудника, достигшего предельного возраста пребывания на службе, аттестация данного сотрудника не требуется, в связи с чем представление к увольнению по основанию достижения сотрудником предельного возраста, с которым истец не была ознакомлена, а также ее положительная характеристика, подтвержденная в данном представлении, не имеют значения для разрешения данного спора и не могли повлиять на существо принятого решения руководителя об увольнении сотрудника по указанному основанию.

Согласно ст. 60 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации сотрудники органов внутренних дел ставятся в известность о предстоящем увольнении непосредственными начальниками не позднее чем за два месяца до увольнения, за исключением сотрудников органов внутренних дел, увольняемых за нарушение условий контракта, а также в соответствии с пунктами "ж", "к", "л", "м", "н", "о", "п" статьи 58 настоящего Положения.

Судом установлено, что на день увольнения ФИО6 достигла возраста 55 лет, дальнейшее продление срока службы для сотрудников, имеющих специальное звание «подполковник внутренней службы» законом не предусмотрено, согласно решению руководства предельный срок службы истцу был установлен соответствующим списком 55 лет, 16.02.2017 года, о чем истец не могла не знать, поскольку оформляла для этого надлежащие документы не один раз. Истцу своевременно вручено уведомление о предстоящем увольнении, предоставлена возможность пройти военно-врачебную комиссию, при увольнении выплачены полагающиеся денежные средства. Поскольку на момент увольнения истица на рабочем месте отсутствовала, находилась на листке освобождения от служебных обязанностей по болезни, что никем не оспаривается, приказ об увольнении и трудовая книжка не могли быть ей быть вручены в этот день. До даты увольнения в адрес последней было направлено письмо от 10.02.2017 года с разъяснением о том, что истица будет уволена с 16.02.2017г. по врученному ранее уведомлению об увольнении и листом собеседования с изложением произошедших изменений в законодательстве, а также в дату увольнения письмо от 16.02.2017г. с предложением явиться за получением трудовой книжки и выписки приказа об увольнении, свидетельства о болезни. Не получение данных писем истцом само по себе не подтверждает нарушение порядка увольнения по указанному основанию, а предоставленный истцом ответ отделения почтовой связи о том, что в феврале 2017 года какая-либо корреспонденция в адрес ФИО6 не направлялась, противоречит кассовому чеку, информации по идентификатору с официального сайта «Почты России», конверту с оформлением всех необходимых реквизитов почтовым отделением, возвратившимся в адрес отправителя УФСИН России по Тверской области в связи с неполучением его адресатом, в связи с чем данный ответ суд полагает ненадлежащим доказательством по делу. Явившись в отдел кадров 13 марта 2017 года, истец отказалась получить трудовую книжку, отказалась от ознакомления с листом собеседования, представлением к увольнению и расчетом выслуги лет, но получила выписку из приказа об увольнении и свидетельство о болезни, о чем был составлен акт. Данные обстоятельства истец не оспаривает. Таким образом, как полагает суд, процедура увольнения в отношении истца соблюдена в полном объеме.

Истец в обоснование доводов иска указал, что его увольнение произведено в период временной нетрудоспособности, чем нарушен п. 17.16 Инструкции, согласно которому не допускается увольнение сотрудников в период нахождения их в отпусках или в период болезни, находящихся в качестве заложника, безвестного отсутствия (до признания в установленном законом порядке безвестно отсутствующим или объявления умершим).

Оценивая в совокупности представленные доказательства, проанализировав нормы действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения, суд приходит к выводу, что запрет на увольнение в период временной нетрудоспособности, содержащийся в пункте 17.16 Инструкции, применяется только при увольнении по инициативе работодателя. Увольнение в связи с достижением предельного возраста не является увольнением по инициативе работодателя, следовательно, запрет на увольнение работника в период временной нетрудоспособности по инициативе работодателя не распространяется на увольнение работника по указанному основанию. Порядок увольнения работника по данному основанию позволяет работодателю уволить его, в том числе, в период временной нетрудоспособности.

Ни Трудовой кодекс РФ, ни Положение о службе в органах внутренних дел РФ не содержат запрета на расторжение контракта в связи с достижением предельного возраста в период временной нетрудоспособности.

Заключая контракт на определенный срок, оформляя документы для продления срока службы сверх предельного возраста на конкретный период, а в данном случае до 55 лет до 16.02.2017 года, истец не могла не знать о его прекращении по истечении заранее оговоренного сторонами периода. Заключение контракта на этот срок предполагает, что по истечении данного срока отношения между сторонами могут быть прекращены. Прекращение контракта в связи с истечением срока его действия соответствует общеправовому принципу стабильности договора.

Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 24.09.2013 N1290-О, окончание срока службы, предусмотренного контрактом, является обстоятельством, наступление которого не зависит от воли лиц, его заключивших, тогда как характерной особенностью оснований расторжения контракта о службе в уголовно-исполнительной системе по инициативе одной из его сторон является наличие явно выраженной ею воли и совершение действий, направленных на прекращение служебного правоотношения.

То обстоятельство, что согласно части второй статьи 58 Положения N 4202-1 увольнение со службы по пункту "б" части первой указанной статьи осуществляется как по инициативе сотрудника, так и по инициативе соответствующего начальника, не влияет на оценку данного основания увольнения как не зависящего от воли сторон контракта, поскольку определяет лишь процедуру увольнения.

В связи с тем, что истец был уволен по п. "б" ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, то есть по обстоятельству, не зависящему от воли сторон, суд считает, что ответчик имел право вынести приказ об увольнении истца в период его временной нетрудоспособности. Доводы стороны истца о том, что она сообщала по телефону сотрудникам о продлении листка нетрудоспособности, нахождении на лечении, само по себе не подтверждает незаконность изданного приказа об увольнении и не влияет на принятое руководителем решение об увольнении сотрудника по указанному в нем основанию, в связи с чем также не влечет признание приказа незаконным.

Согласно ст.46 Положения о службе в органах внутренних дел РФ сотрудникам органов внутренних дел, увольняемым со службы по основаниям, предусмотренным в пунктах "б", "в", "е", "ж", "з" статьи 58 настоящего Положения, по их желанию предоставляется очередной ежегодный отпуск. За неиспользованный в году увольнения очередной ежегодный отпуск выплачивается денежная компенсация в порядке, определяемом Министром внутренних дел Российской Федерации.

Из п.15.12, 15.13 Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной Приказом Минюста России от 06.06.2005г. N76, следует, что основанием для предоставления отпуска и выдачи отпускного удостоверения являются график очередных ежегодных отпусков и рапорт сотрудника с резолюцией непосредственного начальника. Замена отпуска денежной компенсацией не допускается, кроме случаев увольнения сотрудников, не использовавших отпуск. В п.15.17 Инструкции также указано, что при увольнении из органов внутренних дел отпуск предоставляется на общих основаниях. За неиспользованный в году увольнения очередной ежегодный отпуск выплачивается денежная компенсация: сотрудникам, увольняемым со службы по основаниям, предусмотренным в пунктах "б", "в", "е", "ж", "з" статьи 58 Положения, - за весь отпуск, причитающийся в году увольнения.

В судебном заседании установлено и никем не оспаривается, что согласно утверждённому графику отпуск ФИО6 был запланирован на январь 2017 года. С рапортом о предоставлении отпуска в связи с предстоящим увольнением истец к руководству не обращалась, свое право на использование отпуска перед увольнением не реализовала. При этом суд также учитывает, что истец также не обращалась с рапортом о переносе своего отпуска на более позднее время или иными рапортами по поводу даты своего увольнения и в связи с болезнью.

Из материалов дела следует, что при увольнении из органов уголовно-исполнительной системы истцу выплачена компенсация за неиспользованный в году увольнения отпуск и дополнительный отпуск, что не противоречит положениями п.15.13, 15.17 указанной Инструкции, в связи с чем доводы истца в указанной части также подлежат отклонению, поскольку не основаны на законе.

Согласно п. 17.11 Инструкции перед представлением сотрудников к увольнению уточняются данные о прохождении ими службы, подтверждаются периоды, подлежащие зачету в выслугу лет для назначения пенсии в календарном исчислении и отдельно в льготном исчислении. Согласно законодательству исчисляется выслуга лет для назначения пенсии, которая объявляется сотруднику.

Из материалов дела следует, что сотрудниками кадровой службы проводились мероприятия по увольнению ФИО6 по указанному основанию, истребовались для подтверждения периодов документы, в частности диплом об образовании, поскольку период учебы частично подлежит зачету в выслугу лет для назначения пенсии, а также проводились расчеты выслуги лет, которые согласовывались с пенсионным подразделением УФСИН России по Тверской области как требует того законодательство. Данные расчеты доводились и до сотрудника. Данные обстоятельства подтвердила в судебном заседании и истец. Не вручение письменного расчета лично в руки истцу не подтверждает недоведение выслуги лет до сотрудника. Более того, нормативными документами, регламентирующими данный вопрос, на кадровую службу не возложена обязанность письменно знакомить или вручать под роспись расчеты по выслуге лет. При этом, суд отмечает, что сотрудник не лишен возможности обратиться за таким расчетом в письменном виде, получить его, а также ознакомиться со своим личным делом, где ведется учет выслуги лет. Истец своим правом не воспользовалась. Однако данные обстоятельствами сами по себе не подтверждают нарушение процедуры увольнения работника по достижении им предельного возраста.

Из материалов дела также следует, что при получении направления на ВВК 14.11.2016 года до сотрудника во время беседы была доведена информации о ее выслуге лет, также данные сведения содержатся и в самом направлении на ВВК, получение которого в указанную дату истцом не оспаривается, а также подтверждено и другими письменными доказательствами. Доказательств того, что в направлении на ВВК не была указана выслуга лет, истцом суду не представлено. Указание выслуги лет в направлении на ВВК в сокращенном варианте (к. 23-04, л.31-04), что по мнению представителя истца не позволяло, кроме того, истцу понять значение этих символов, суд полагает подлежащим отклонению, поскольку истец, прослужив более 20 лет в уголовно-исполнительной системе не могла не знать значение символов и общепринятые в связи с этим сокращения (к – календарные, л – льготные) и в судебном заседании истец показала об этом осведомленность, при обсуждении вопросов о выслуге лет, значение календарные и льготные периоды ей известны. Более того, не вручение истцу расчета, его корректировка в период до даты увольнения не влияет на основание увольнения истца и не влечет изменение даты увольнения, отмену приказа об увольнении истца.

Истец в своем иске оспаривает расчет выслуги лет на пенсию, заявляя, что он не соответствует действительности и подлежит отмене. Однако доводов, кроме того, что расчет не был ей вручен лично и дата увольнения подлежит изменению, в связи с чем изменится и выслуга лет, истцом не приведено. Доказательства не соответствия действительности расчета выслуги лет стороной истца не представлено. Сопоставив расчет выслуги лет с послужным списком истца, содержащимся в ее личном деле, суд полагает расчет выслуги лет для назначения пенсии обоснованным, не противоречащим материалам дела и не подлежащим изменению. Поскольку истец уволена по достижению ею предельного возраста, расчет произведен именно на дату увольнения, что соответствует и достижению истцом предельного возраста службы, не может являться нарушением прав истца, не подтверждает нарушение процедуры увольнения по указанному основанию.

Учитывая изложенное, исковые требования о признании действий УФСИН России по Тверской области, связанные с нарушением порядка увольнения, не подлежат удовлетворению, а остальные требования истца, вытекающие из основного, о признании приказа об увольнении, признании расчета выслуги лет, произведенных расчетов по вещевому имуществу незаконными, обязании произвести все причитающиеся денежные выплаты, внести изменения записи в трудовую книжку также не подлежат удовлетворению. При таких обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований ФИО6 следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к УФСИН России по Тверской области о признании действий, связанных с увольнением из уголовно-исполнительной системы, незаконными, признании приказа об увольнении в части указания даты увольнения незаконным, изменении даты увольнения, отказать.

Решение может быть обжаловано в Тверской областной суд через Московский районный суд г. Твери в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий <данные изъяты> О.Ю. Тутукина

В окончательной форме решение принято 13 июня 2017 года