Апелляционное определение № 33-603/2026 от 27 апреля 2026 г.

УИД 17RS0017-01-2025-013794-21

дело № 2-905/2026 (33-603/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кызыл 28 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Кандана А.А.,

судей Кочергиной Е.Ю., Ойдуп У.М.,

при секретаре Бичике Ю.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Кандана А.А. гражданское дело по иску ФИО1 к Негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Республики Тыва» о признании незаконными заключения Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Тыва, решения Совета Адвокатской палаты Республики Тыва, восстановлении статуса адвоката по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Кызылского городского суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к Негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Республики Тыва» (далее - Адвокатская палата Республики Тыва). Указала на то, что решением Совета Адвокатской палаты Республики Тыва № от ДД.ММ.ГГГГ по материалам дисциплинарного производства было установлено наличие в действиях (бездействии) нарушений пп. 1,4 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», пп. 1,2,3 ст. 5, пп. 1,2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката (далее также - КПЭА). Применены меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката и установлении в отношении неё срока, по истечении которого она допускается к сдаче квалификационного экзамена на повторное приобретение статуса адвоката продолжительностью 1 (один) год. Названное решение принято на основании заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ. Дисциплинарные производства возбуждены распоряжениями президента Адвокатской палаты Республики Тыва № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.

Полагает, что при применении к ней столь строгой меры дисциплинарной ответственности и при рассмотрении дисциплинарного производства нарушены процедурные основы. Не учтено, с какого времени она осуществляет адвокатскую деятельность, применялись ли ранее к ней меры дисциплинарного взыскания, имеет ли она какие-либо поощрения.

По итогам сдачи экзамена с ДД.ММ.ГГГГ стала осуществлять адвокатскую деятельность в юридической консультации города Кызыла – Коллегии адвокатов Республики Тыва. В 2002 году Коллегия адвокатов Республики Тыва была реорганизована в Адвокатскую палату Республики Тыва на основании принятого 31 мая 2002 года Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре». С ДД.ММ.ГГГГ стала осуществлять адвокатскую деятельность в Коллегии адвокатов Республики Тыва «Правозащитник», в которой также являлась председателем. С ДД.ММ.ГГГГ год избиралась в квалификационную комиссию Адвокатской палаты Республики Тыва. С ДД.ММ.ГГГГ год состояла в Совете Адвокатской палаты Республики Тыва. В период с ДД.ММ.ГГГГ год являлась вице-президентом Адвокатской палаты Республики Тыва. Имеет награды Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации: **.

Просила признать незаконными заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты (Республики Тыва) от ДД.ММ.ГГГГ по дисциплинарному производству в отношении неё, решение Совета Адвокатской палаты (Республики Тыва) от ДД.ММ.ГГГГ по дисциплинарному производству в отношении неё, восстановить статус адвоката.

В письменных объяснениях суду первой инстанции истец ФИО1 поясняла, что, анализируя предоставленное в отношении нее дисциплинарное производство, в отношении неё была нарушена процедура привлечения к дисциплинарной ответственности, а именно имело место следующие нарушения.

Нарушение принципа презумпции добросовестности и обвинения. Суть нарушения: презумпция добросовестности адвоката. Данный принцип не требует «опровержения» со стороны адвоката. Бремя доказывания вины лежит на обвиняющей стороне (в данном случае – на Квалификационной комиссии и Совете). Решение основано на предположениях. При этом за основу было взято то, что не подан иск в Верховный Суд Республики Тыва. Но согласно предмету заключенного договора данному действию предшествовали дополнительные услуги: консультация и обсуждение вопросов по объему доказательств, без которых невозможно инициировать обращение в суд, тем более вопрос касался также сведений ограниченного пользования (ограничения по государственной тайне). Правовое основание: п. 2 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката гласит, что «бремя доказывания вины адвоката в совершении дисциплинарного проступка лежит на лице, инициировавшем дисциплинарное производство». Вина должна устанавливаться исходя из совокупности всех доказательств, в том числе адвокатского производства, которое квалификационной комиссией в нарушение пункта 6 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката не запрашивалось.

Несоблюдение процедуры предоставления времени для защиты: она заявляла ходатайство о предоставлении времени для примирения и предоставления дополнительных доказательств, которое отклонено Квалификационной комиссией как «необоснованное». Это лишило её реальной возможности полноценно подготовить защиту против серьезных обвинений. Правовое основание: п. 5 ст. 23 КПЭА гарантирует участнику дисциплинарного производства право «представлять доказательства, заявлять ходатайства». Отказ в предоставлении разумного времени для подготовки, особенно с учетом сложности обвинений, можно расценить как нарушение права на защиту.

Несоответствие тяжести проступка избранной мере наказания. В качестве наказания применена крайняя мера – прекращение статуса адвоката. Однако даже если допустить, что нарушения были, их квалификация как неисполнение заключенного договора носит спорный характер, выполнение других пунктов по договору. Совет не рассмотрел адекватно возможность применения более мягких мер дисциплинарного воздействия (например, предупреждение, ограничение статуса), сославшись на то, что это «подорвало бы доверие к адвокатуре». Это субъективная оценка, не подкрепленная достаточным анализом и без учета характеризующих данных, а также стаж работы.

Статья 17.1 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и статья 18 КПЭА предусматривают различные меры ответственности. Выбор наиболее строгой меры должен быть особо мотивирован. В решении мотивация сводится к риторике о «подрыве доверия», что недостаточно для такого сурового решения.

В решении Совета Адвокатской палаты Республики Тыва отсутствуют сведения о прекращении статуса со ссылкой на статью 17 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Процессуальные нарушения при рассмотрении ходатайства. Доказательств разъяснения ей прав, предусмотренных ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, при возбуждении второго дисциплинарного производства не было представлено. Согласно материалам дела о возбуждении второго дисциплинарного производства она не извещена и узнала о нем только из заключения квалификационной комиссии. С учетом отсутствия доказательств предоставления истцу возможности ознакомления со всеми материалами второго дисциплинарного производства, указывает на допущенное ответчиком нарушение ст. ст. 21, 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, лишившее истца возможности подготовится к заседанию комиссии и надлежащим образом реализовать свое право на защиту.

Принцип недопустимости вмешательства в адвокатскую деятельность, который закреплён в статье 18 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»: вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются. Этот принцип является одной из ключевых гарантий независимости адвокатуры, которая, согласно закону, действует на основе принципов законности, независимости, самоуправления, корпоративности и равноправия адвокатов.

В частности, Фонд поддержки вместо того, чтобы разъяснить ФИО2 возможность письменного обращения в Коллегию адвокатов «Правозащитник» и в Адвокатскую палату Республики Тыва помогли ему составить в свой адрес жалобу и получив документы, относящиеся к адвокатской тайне: договор, квитанции.

С учетом изложенного просила её требования удовлетворить в полном объеме.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ привлечено к участию в деле третьим лицом Управление Министерства юстиции по Республике Тыва.

Решением Кызылского городского суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ исковое заявление ФИО1 оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, истец ФИО1 в апелляционной жалобе просит решение суда отменить и принять новое решение. Полагает, что дисциплинарное производство в отношении неё было проведено с нарушением процедурных основ, о соблюдении которых в обязательном порядке указывает Кодекс профессиональной этики адвоката, который не содержит сведений о необходимости освобождать органы управления Адвокатской палаты субъектов от его соблюдения, в том числе о порядке разъяснений адвокатам их прав и обязанностей только из одного лишь факта, что адвокат является профессиональным юристом. Игнорирование установленных требований свидетельствует о предвзятом отношении квалификационной комиссии и Совета Адвокатской палаты Республики Тыва к ней при рассмотрении дисциплинарного производства в отсутствие достаточных доказательств о, якобы, допущенных с её стороны нарушений. Презумпция её добросовестности не опровергнута, её опровержение незаконно было переложено на неё. Полномочия Президента Адвокатской палаты заканчиваются на стадии возбуждения дисциплинарного производства. Кодекс профессиональной этики адвоката не предусматривает каких-либо полномочий президента Адвокатской палаты субъекта на второй стадии дисциплинарного производства, а именно извещать адвоката о дате заседания в квалификационной комиссии, разъяснение прав и обязанностей. На её электронный адрес направлено извещение, подписанное не председателем или секретарем квалификационной комиссии, а президентом Адвокатской палаты Республики Тыва ФИО9 Иные документы не направлялись, как и не направлялись в адрес по месту нахождения ее адвокатского образования - Коллегии адвокатов Республики Тыва «Правозащитник». Полагает, что ей должны были обязательно направляться представление вице-президента от ДД.ММ.ГГГГ, представление Управления Минюста России по Республике Тыва от ДД.ММ.ГГГГ, распоряжения о возбуждении дисциплинарного производства № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ. Допрошенному в ходе судебного заседания ФИО2 не предлагалась и не разъяснялась возможность примирения с ней, что свидетельствует о подлоге протокола заседания квалификационной комиссии. Сам ФИО2 не являлся участником дисциплинарного производства, так как оно было возбуждено по представлению вице-президента, тем самым её лишили возможности примирения в соответствии со ст. 23 Кодекса этики. Суд не имел права вмешиваться в компетенцию коллегиального органа – квалификационной комиссии и самостоятельно давать оценку содержания адвокатского производства. Заблаговременно не менее чем за 10 дней до заседания квалификационной комиссии её не знакомили с дополнительно предоставленными документами, в том числе о новом возбужденном дисциплинарном производстве, о существовании которого узнала только из заключения квалификационной комиссии. Решение основано на предположениях. Вина должна устанавливаться исходя из совокупности всех доказательств, в том числе адвокатского производства, которое квалификационной комиссией в нарушение п. 6 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката не запрашивалось. Ее ходатайство о предоставлении времени для переноса необоснованно отклонено, тем самым нарушено ее право на защиту. Полагает, тяжесть проступка не соответствует избранной мере наказания. Совет не рассмотрел возможность применения более мягких мер дисциплинарного воздействия. В Решении Совета Адвокатской палаты Республики Тыва отсутствуют сведения о прекращении статуса со ссылкой на ст. 17 Закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Доказательств разъяснения ей прав, предусмотренных ст. 23 КПЭА, при возбуждении второго дисциплинарного производства не было представлено.

В возражении на апелляционную жалобу Президент Адвокатской палаты Республики Тыва ФИО9 просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В возражении на апелляционную жалобу и.о. начальника Управления Министерства юстиции России по Республике Тыва ФИО10 просит оставить решение суда без изменения как законное и обоснованное.

Истец ФИО1, её представитель ФИО3, действующий по ордеру, поддержали доводы апелляционной жалобы, просили отменить решение суда.

Представитель третьего лица Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Тыва ФИО12 просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ответчика Адвокатской палаты Республики Тыва ФИО13 в судебное заседание не явился, представил письменное ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

Выслушав участвующих в деле лиц, проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы.

Адвокатура является профессиональным сообществом адвокатов и, как институт гражданского общества, действует на основе принципов законности, независимости, самоуправления, корпоративности, а также принципа равноправия адвокатов (пункты 1 и 2 статьи 3 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации").

Согласно Федеральному закону "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" адвокат обязан: честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами (пп. 1 п. 1 ст. 7); соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции (пп. 4 п. 1 ст. 7).

Соглашения об оказании юридической помощи в коллегии адвокатов заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации коллегии адвокатов (п. 15 ст. 22 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации").

Из пп. 1, 2, 4, 6 ст. 25 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" следует, что адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем, которое представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу. Вознаграждение, выплачиваемое адвокату доверителем, и (или) компенсация адвокату расходов, связанных с исполнением поручения, подлежат обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

31 января 2003 г. I Всероссийским съездом адвокатов принят Кодекс профессиональной этики адвоката (далее - Кодекс профессиональной этики адвоката).

Кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, основанные на нравственных критериях и традициях адвокатуры, на международных стандартах и правилах адвокатской профессии, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности.

Адвокат при всех обстоятельствах должен сохранять честь и достоинство, присущие его профессии (п.1 ст. 4 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Профессиональная независимость адвоката, а также убежденность доверителя в порядочности, честности и добросовестности адвоката являются необходимыми условиями доверия к нему (п. 1 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Адвокат в силу прямого указания пункта 2 статьи 5 Кодекса профессиональной этики адвоката должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия к нему или к адвокатуре.

Злоупотребление доверием несовместимо со статусом адвоката (п. 3 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Согласно пункту 1 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат обязан при осуществлении профессиональной деятельности честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и настоящим Кодексом.

В силу подп. 1, 2 п. 2 ст. 17 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" статус адвоката может быть прекращен по решению совета адвокатской палаты, членом которой является адвокат, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 7.1 статьи 37 настоящего Федерального закона, на основании заключения квалификационной комиссии при неисполнении или ненадлежащем исполнении адвокатом своих профессиональных обязанностей; нарушении адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно п. 1 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом.

В силу положений п. 4 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства в соответствии с процедурами, предусмотренными разделом 2 настоящего Кодекса. Применение к адвокату мер дисциплинарной ответственности, включая прекращение статуса адвоката, является предметом исключительной компетенции Совета, за исключением случаев, когда дисциплинарное дело рассматривается в Федеральной палате адвокатов.

При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения.

Мерами дисциплинарной ответственности являются замечание; предупреждение; прекращение статуса адвоката (п. 6 ст. 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Порядок рассмотрения и разрешения жалоб, представлений, обращений в отношении адвокатов (в том числе руководителей адвокатских образований, подразделений) устанавливается данным разделом Кодекса (п. 1 ст. 19 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Пунктом 2 статьи 19 Кодекса профессиональной этики адвоката предусмотрено, что поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными настоящим Кодексом.

Дисциплинарное производство должно обеспечить своевременное, объективное и справедливое рассмотрение жалоб, представлений, обращений в отношении адвоката, их разрешение в соответствии с законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящим Кодексом, а также исполнение принятого решения (пункт 3 статьи 19 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Поводами для возбуждения дисциплинарного производства являются жалоба, поданная в адвокатскую палату другим адвокатом, доверителем адвоката или его законным представителем; представление, внесенное в адвокатскую палату вице-президентом адвокатской палаты либо лицом, его замещающим; представление, внесенное в адвокатскую палату органом государственной власти, уполномоченным в области адвокатуры; обращение суда (судьи), рассматривающего дело, представителем (защитником) по которому выступает адвокат, в адрес адвокатской палаты, (подпункты 1, 2, 3, 4 пункта 1 статьи 20 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Согласно пункту 1 статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвоката Президент адвокатской палаты субъекта Российской Федерации либо лицо, его замещающее, по поступлению документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 20 настоящего Кодекса, своим распоряжением возбуждает дисциплинарное производство не позднее десяти дней со дня их получения и не позднее десяти дней с момента возбуждения передает дисциплинарное дело в квалификационную комиссию. В необходимых случаях срок возбуждения дисциплинарного производства может быть продлен до одного месяца президентом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации либо лицом, его замещающим. Участники дисциплинарного производства заблаговременно извещаются о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела квалификационной комиссией, им предоставляется возможность ознакомления со всеми материалами дисциплинарного дела.

Статья 22 Кодекса профессиональной этики адвоката устанавливает, что дисциплинарное производство включает следующие стадии: 1) возбуждение дисциплинарного производства; 2) разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта Российской Федерации; 3) разбирательство в Совете адвокатской палаты субъекта Российской Федерации.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта Российской Федерации осуществляется на основе принципов состязательности и равенства участников дисциплинарного производства, в том числе с использованием систем видеоконференц-связи.

Разбирательство в комиссии осуществляется в пределах тех требований и по тем основаниям, которые изложены в жалобе, представлении, обращении. Изменение предмета и (или) основания жалобы, представления, обращения не допускается (пункт 4 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В силу пункта 9 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката по результатам разбирательства квалификационная комиссия вправе вынести, в том числе следующие заключения: о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса, или о неисполнении (ненадлежащем исполнении) им своих обязанностей перед доверителем, или о неисполнении решений органов адвокатской палаты (подпункт 1); о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса либо вследствие надлежащего исполнения адвокатом своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой (подпункт 2).

Пунктом 14 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката предписано, что заключение комиссии должно быть мотивированным и обоснованным и состоять из вводной, описательной, мотивировочной и резолютивной частей. В мотивировочной части заключения должны быть указаны фактические обстоятельства, установленные комиссией, доказательства, на которых основаны ее выводы, и доводы, по которым она отвергает те или иные доказательства, а также правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, настоящим Кодексом, которыми руководствовалась комиссия при вынесении заключения.

Согласно пункту 4 статьи 24 Кодекса профессиональной этики адвоката Совет при разбирательстве не вправе пересматривать выводы комиссии в части установленных ею фактических обстоятельств, считать установленными не установленные ею фактические обстоятельства, а равно выходить за пределы жалобы, представления, обращения и заключения комиссии.

Решение Совета должно быть мотивированным и содержать конкретную ссылку на правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, настоящим Кодексом, в соответствии с которыми квалифицировались действия (бездействие) адвоката (пункт 6 статьи 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В пункте 1 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката перечислены решения, которые Совет вправе принять по дисциплинарному производству. В их числе решение о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса, или о неисполнении (ненадлежащем исполнении) им своих обязанностей перед доверителем или о неисполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных статьей 18 настоящего Кодекса (подпункт 1); решение о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката вследствие отсутствия в его действиях (бездействии) нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) этого кодекса либо вследствие надлежащего исполнения им своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой, на основании заключения комиссии или вопреки ему, если фактические обстоятельства комиссией установлены правильно, но ею сделана ошибка в правовой оценке деяния адвоката или толковании закона и настоящего Кодекса (подпункт 2); решение о прекращении дисциплинарного производства вследствие малозначительности совершенного адвокатом проступка с указанием адвокату на допущенное нарушение (подпункт 7).

Указом Президента Российской Федерации от 3 апреля 2023 N 232 создан Государственный фонд поддержки участников специальной военной операции "Защитники Отечества".

Деятельность Фонда направлена на организацию и оказание поддержки и помощи, в том числе ветеранам боевых действий, принимавшим участие (содействовавшим выполнению задач) в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины с ДД.ММ.ГГГГ, на территориях Запорожской области и Херсонской области с ДД.ММ.ГГГГ, уволенным с военной службы (службы, работы) (подп. «в» пункта 2).

Фонд также организует реализацию других мероприятий, которые направлены на оказание поддержки и помощи лицам, названным в подпункте "в" настоящего пункта, путем взаимодействия с благотворительными и иными организациями (подпункт «е» пункта 2).

Негосударственная некоммерческая организация "Адвокатская палата Республики Тыва» создана в соответствии с Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", представляющей собой профессиональное сообщество, основанное на обязательном членстве адвокатов Республики Тыва.

Как следует из материалов гражданского дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1, являлась адвокатом коллегии адвокатов «Правозащитник», регистрационный № внесен в Единый государственный реестр адвокатов распоряжением Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Тыва от ДД.ММ.ГГГГ №.

Квалификационной комиссией Адвокатской палаты Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ по результатам рассмотрения дисциплинарного производства в отношении адвоката ФИО1, вынесено заключение о наличии в действиях (бездействии) адвоката ФИО1 нарушения п.п. 1,4 ч.1 ст.7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п.п. 1,2,3 ст.5, п.п. 1,2 ст.8 Кодекса (т.1, л.д. 74-77).

ДД.ММ.ГГГГ Советом Адвокатской палаты Республики Тыва вынесено решение № о наличии в действиях (бездействии) адвоката ФИО1, нарушения ч. 1, 4 статьи 7 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ, п. 1,2,3 ст. 5 и п. 1, 2 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката и применении меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката. Установлен срок 1 год, по истечении которого ФИО1 допускается к сдаче квалификационного экзамена на приобретения статуса адвоката (т.1, л.д. 89-93).

Из содержания заключения следует, что поводом для возбуждения дисциплинарного производства в отношении адвоката ФИО1 явилось заявление ветерана боевых действий, принимавшего ** ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, поступившее в Адвокатскую палату Республики Тыва от филиала Государственного фонд поддержки участников специальной военной операции "Защитники Отечества" по Республике Тыва. Заявитель просил привлечь к ответственности адвоката Артемьеву О.В. в связи с неисполнением условий договора об оказании юридической помощи, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ним и ФИО1, по факту получения военной травмы и выплаты страховки. При этом оплата за оказание юридической помощи им произведена в полном объеме в сумме ** рублей.

Согласно распоряжению № от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено дисциплинарное производство на основании указанной жалобы ФИО2 в отношении адвоката ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ в Адвокатскую палату Республики Тыва поступило представление Управления Министерства юстиции России по Республике Тыва о применении мер дисциплинарной ответственности в отношении адвоката Артемьевой О.А. по обращению ФИО2, поступившее из филиала Государственного фонда поддержки участников специальной военной операции «Защитники отечества» по Республике Тыва, на действия (бездействие) адвоката ФИО1 в части неисполнения условий договора на оказание юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ.

Распоряжением президента Адвокатской палаты Республики Тыва ФИО9 № от ДД.ММ.ГГГГ по данному представлению также возбуждено дисциплинарное производство. Поскольку оно касалось тех же обстоятельств, ДД.ММ.ГГГГ оно передано в Квалификационную комиссию для объединения с первоначальным производством в одно, в соответствии с п. 2.1 ст.20 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Из материалов дисциплинарного производства также следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился с заявлением руководителю филиала Государственного фонда поддержки участников специальной военной операции «Защитники Отечества» по Республике Тыва о том, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 заключено соглашение на оказание юридической помощи по факту полученной военной травмы и выплаты страховки, за оказание юридической помощи адвокату ФИО1 им оплачено ** рублей. Однако по настоящее время условия договора адвокатом не исполнены. На основании изложенного, просит привлечь к ответственности адвоката Артемьеву О.В. в связи с неисполнением обязательств по договору. Является ветераном боевых действий, **, однако не получил квалифицированной юридической помощи от адвоката.

Согласно договору на оказание юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между адвокатом Коллегии адвокатов «Правозащитник» ФИО1 и ФИО2, адвокат принимает на себя обязательство оказать юридическую помощь по составлению рапорта о проведении служебной проверки по факту получения военной травмы, составлению иска в Верховный Суд Республики Тыва по защите прав, связанных со службой (п.1). В рамках договора адвокат обязуется: составить рапорт о проведении служебной проверки; изучать представленные доверителем документы и проинформировать о возможных вариантах решения проблемы; подготовить исковое заявление о защите прав, связанных со службой; подготавливать необходимые документы для судебного разбирательства; оказывать консультативную помощь по указанному в п.1 настоящего соглашения вопросу (п.2). Стоимость услуг по договору за консультацию, составление рапорта по проведению служебной проверки, изучение документов, составление искового заявления в размере ** рублей. За участие в суде в Верховном Суде Республики Тыва, с учетом того, что дело будет рассматриваться в особом порядке, связанным с государственной тайной, ** рублей. Оплата за участие в суде второй и третьей инстанции будет согласовываться дополнительно. Оплата производится путем перечисления денежных средств на счет коллегии адвокатов либо через адвоката наличными денежными средствами. В день заключения договора оплачено ** рублей. Остальная сумма оплачивается в следующие сроки: до ДД.ММ.ГГГГ – ** в срок до ДД.ММ.ГГГГ (п.3). Адвокат приступает к исполнению поручения по настоящему соглашению со дня его подписания (п.5). Доверитель предоставляет адвокату в течение трех дней после подписания соглашения всю имеющуюся информацию и документы, необходимые для выполнения обязательств (п.6). В случае досрочного расторжения договора по инициативе доверителя уплаченные им суммы подлежат возврату за вычетом оказанных услуг (п.8). Стороны освобождаются от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору при возникновении непреодолимых препятствий, под которыми понимаются стихийные бедствия, массовые беспорядки, запретительные действия властей и иные форсмажорные обстоятельства (п.9). Стороны обязуются все возникающие разногласия решать путем переговоров. При не урегулировании сторонами возникших разногласий спор разрешается в судебном порядке (п.10). Адвокат принимает меры к обеспечению выполнения поручения в установленные сроки и качественно (п.11).

Оплата по договору произведена ФИО2 в сумме ** рублей согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ за составление документов, искового заявления о защите прав, связанных со службой, в сумме ** рублей согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ за составление искового заявления, участие в Верховном Суде Республики Тыва по защите служебных прав в сумме ** рублей согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ за представительство в Верховном Суде Республики Тыва по защите служебных прав по характеру травмы.

ФИО2 является ветераном боевых действий, что подтверждено удостоверением **.

Также ФИО2 принимал участие в ** от ДД.ММ.ГГГГ.

Истцом представлены суду материалы адвокатского производства от ДД.ММ.ГГГГ, в котором имеются следующие данные: сведения о доверителе ФИО2, **

Также в материалах адвокатского производства имеется копия платежного поручения ДД.ММ.ГГГГ № о возврате ФИО2 денежных средств, в связи с расторжением договора об оказании юридических услуг с адвокатом ФИО1 на сумму ** рублей.

Истец в материалы дела представила: копию своей трудовой книжки, согласно которой она принята членом коллегии адвокатов Республики Тыва, место работы – юрконсультация г. Кызыла, с ДД.ММ.ГГГГ (запись под № на стр.10), а с ДД.ММ.ГГГГ избрана председателем коллегии адвокатов «Правозащитник» (запись № на стр.12);

**

**

**

**

**

**

**

**

**

**

В судебном заседании в качестве свидетеля ФИО2 показал, что действительно он обратился за юридической помощью к адвокату ФИО1, поскольку её рекомендовали как квалифицированного юриста. Поэтому, даже когда она потом предложила обратиться к другому юристу, он отказался и они заключили договор ДД.ММ.ГГГГ. Она сказала, что документы ДСП, запросы нужны. Запросы по больницам собирать надо и приносить ей. Потихоньку собирал. После заключения соглашения, встречались 3-4 раза. Документы она не показывала. Потом она перестала отвечать на его телефонные звонки, он даже несколько раз ожидал её у офиса, кабинет её был закрыт. Он не знал, как с ней связаться, в офисе ему не давали сведений о ней. Тогда он обратился в Фонд (Государственный фонда поддержки участников специальной военной операции "Защитники Отечества"), где ему предложили, обратиться с жалобой, на что он тогда отказался. О расторжении договора к ней он не обращался. Его вызвали в здание на **, где он рассказал, как все было, сказал, что «Зла не держит». Денежные средства, которые он уплатил адвокату, ему вернули позже. Она написала смс «о возврате денежных средств» и все, на что ему стало обидно. Денежные средства для оплаты по договору были с его кредитной карты. Затем он сам начал обращаться по своему вопросу, читал в интернете и сам подал иск. Страховую выплату в сумме около ** рублей он получил после увольнения **, а иных страховых выплат он не получал. **

Отказывая в удовлетворении исковых требований, исходя из приведенных в заключении Квалификационной комиссии и решении Адвокатской палаты Республики Тыва данных, проверив их с учётом доводов сторон и имеющихся в деле доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при осуществлении адвокатской деятельности ФИО1 допущены нарушения пп.1 и 4 ч.1 ст.7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», пп. 1,2,3 ст.5 и пп. 1, 2 ст.8 Кодекса профессиональной этики адвоката, что явилось основанием для прекращения статуса адвоката.

При этом суд первой инстанции усмотрел наличие оснований для возбуждения дисциплинарного производства, что порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности соблюден.

С указанными выводами и их правовым обоснованием судебная коллегия соглашается, поскольку юридически значимые обстоятельства дела судом первой инстанции определены правильно, выводы должным образом мотивированы и основаны на установленных фактических обстоятельствах дела, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

При разрешении спора суд первой инстанции подробно исследовал обстоятельства и факты вмененных ФИО1 нарушений норм Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и правил Кодекса профессиональной этики адвоката, изложенные в заключении квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Тыва по дисциплинарному производству, а также в решении Совета Адвокатской палаты Республики Тыва о применении меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

Обстоятельствами, имеющими значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании решения совета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации о прекращении статуса адвоката и подлежащими доказыванию адвокатским образованием, являются: - установление факта умышленного или по грубой неосторожности неисполнения или ненадлежащего исполнения адвокатом профессиональных обязанностей перед доверителем или нарушение адвокатом норм Кодекса профессиональной этики адвоката, умаляющее авторитет адвокатуры и повлекшее причинение существенного вреда доверителю или адвокатской палате; - соблюдение советом адвокатской палаты субъекта Российской Федерации при проведении процедуры дисциплинарного производства и применении к адвокату дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях адвокатской палате, принявшей решение о прекращении статуса адвоката, необходимо представить в суд доказательства, свидетельствующие не только о том, что адвокат умышленно или по грубой неосторожности совершил дисциплинарный проступок при исполнении профессиональных обязанностей, но и о том, что при применении к адвокату меры дисциплинарной ответственности учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее отношение адвоката к исполнению своих профессиональных обязанностей, данные о личности адвоката.

При постановлении обжалованного решения суд первой инстанции выполнил приведенные требования правового регулирования возникших правоотношений.

Вопреки доводам апелляционной жалобы процедура привлечения адвоката ФИО1 к дисциплинарной ответственности соблюдена.

Как установлено квалификационной комиссией Адвокатской палаты Республики Тыва, подтвердился факт совершения адвокатом ФИО1 проступка – ею не были надлежащим образом приняты меры для исполнения обязательств по договору оказания юридической помощи по факту получения военной травмы доверителя от ДД.ММ.ГГГГ в течение длительного времени. При этом доверитель ФИО2 неоднократно безуспешно пытался связаться и встретиться с адвокатом и ДД.ММ.ГГГГ обратился к филиалу Государственного фонд поддержки участников специальной военной операции "Защитники Отечества" по Республике Тыва о привлечении адвоката к ответственности, денежные средства адвокатом возвращены доверителю ДД.ММ.ГГГГ.

Из выписки из протокола № заседания Совета Адвокатской палаты Республики Тыва следует, что на вопрос президента Адвокатской палаты Республики Тыва о наличии необходимости предоставления времени для примирения с адвокатом ФИО2 выразил нежелание, сославшись на отсутстве оснований для примирения (т.1, л.д.86-88).

Тем самым доводы истца о том, что ей не дали возможности примириться с доверителем несостоятельны.

Доводы апелляционной жалобы о ненадлежащем извещении о том, что наряду с извещением адвокату должны направляться и иные документы, которые явились поводом для возбуждения дисциплинарного производства, и эти документы должны направляться не только на адрес электронной почты, а по почте, несостоятельны.

Абзац второй пункта 1 статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвокатов определяет, что извещения и иные документы, направляемые адвокату в соответствии с настоящим Кодексом, направляются по адресу адвоката.

В силу пункта 5 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвокатов при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан обеспечивать адвокатскую палату субъекта Российской Федерации актуальной информацией об адресе адвоката, в том числе электронном, для уведомлений и извещений.

Из указанных положений следует, что извещение по адресу адвоката может осуществляться как посредством услуг почтовой связи, так и посредством направления извещений и иных документов по адресу электронной почты адвоката. Поскольку Кодекс профессиональной этики адвокатов не содержит каких-либо ограничений, связанных с таким извещением, то любой из указанных способов является надлежащим уведомлением.

При этом в случае, если адвокат исполнил обязанность, предусмотренную пунктом 5 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката, и сообщил адвокатской палате субъекта Российской Федерации свой адрес, в том числе электронный, для осуществления связи, то для извещения адвоката должен использоваться указанный им адрес (Разъяснение Комиссии по этике и стандартам о порядке уведомления адвокатов о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела, утв. Решением Совета Федеральной палаты адвокатов от 25.12.2020).

Поскольку ФИО1 сообщила свою электронную почту Адвокатской палате Республики Тыва и ею пользовалась, то обязанности Адвокатской палаты Республики Тыва по дублированию извещения посредством услуг почтовой связи не имелось.

При этом извещение по электронной почте истец подтверждает.

Доводы жалобы об ознакомлении с дисциплинарным производством, обязательном направлении адвокату документов дисциплинарного производства, не основаны на абз. 3 п. 1 ст. 21 Кодекса профессиональной этики адвокатов, согласно которому по поступлению документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 20 настоящего Кодекса, адвокат обязан по запросу квалификационной комиссии представить в соответствующую адвокатскую палату субъекта Российской Федерации адвокатское производство, в том числе соглашение об оказании юридической помощи и документы о денежных расчетах между адвокатом и доверителем.

Эта норма касается только обязанности адвоката представить адвокатское производство.

Причем такая обязанность возникает у адвоката не с момента, когда адвокат получит документы дисциплинарного производства, как ошибочно полагает истец, а по поступлению документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 20 настоящего Кодекса, в адвокатскую палату.

То есть, по смыслу закона, обязанность возникает не до того, как будет повод (и не в зависимости от получения адвокатом этих документов), а после него — как только соответствующие документы фактически оказались в распоряжении палаты. Иное толкование означало бы, что адвокат мог бы бесконечно откладывать представление производства, ссылаясь на неполучение документов, что противоречит целям своевременного рассмотрения дисциплинарных дел.

Доводы жалобы о том, что Кодекс профессиональной этики адвокатов не предусматривает полномочия президента Адвокатской палаты субъекта извещать адвоката о дате заседания квалификационной комиссии и разъяснять права и обязанности, нельзя признать состоятельными.

Статья 21 Кодекса профессиональной этики адвокатов возлагает на Адвокатскую палату две обязанности: заблаговременно известить участников дисциплинарного производства о месте и времени заседания квалификационной комиссии, а также предоставить им возможность ознакомиться со всеми материалами дела. При этом Кодекс профессиональной этики адвокатов не устанавливает, какой именно сотрудник или орган палаты должен совершать эти действия.

В соответствии с пунктом 7 статьи 31 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» президент адвокатской палаты действует от её имени без доверенности.

Следовательно, президент палаты, направляя адвокату извещение и разъясняя его процессуальные права, действует от имени Адвокатской палаты, выполняя её обязанности, предусмотренные статьёй 21 Кодекса профессиональной этики адвокатов. В данном случае указанные обязанности Адвокатской палатой Республики Тыва были исполнены в полном объёме.

Полномочия президента палаты как её руководителя не могут зависеть от стадии дисциплинарного разбирательства, поскольку они производны от полномочий самой палаты и действуют на всех этапах — от возбуждения производства до его завершения.

Доводы жалобы о том, что каждое дисциплинарное производство должно проводиться по самостоятельной процедуре, являются ошибочными.

Каждое дисциплинарное производство рассматривается по самостоятельной процедуре только до момента его объединения с другим. После объединения они составляют единое производство, по результатам которого выносится одно заключение квалификационной комиссии и одно решение Совета Адвокатской палаты Республики Тыва.

Поскольку представление Управления Министерства юстиции по Республике Тыва содержало те же обстоятельства, что и первоначальное производство, то производство, возбужденное по нему, было правомерно передано в квалификационную комиссию для объединения с первым в строгом соответствии с пунктом 2.1 статьи 20 Кодекса профессиональной этики адвоката - при поступлении в отношении одного адвоката нескольких жалоб, представлений, обращений президент адвокатской палаты субъекта Российской Федерации либо лицо, его замещающее, вправе возбудить по ним объединенное дисциплинарное производство, а квалификационная комиссия и Совет вправе объединить в одно несколько дисциплинарных производств, возбужденных в отношении одного адвоката.

После объединения производств они стали единым разбирательством, о времени и месте рассмотрения которого адвокат ФИО1 была надлежащим образом уведомлена. Объединение не изменило предмета разбирательства, а лишь присоединило к нему нового участника — Управление Министерства юстиции по Республике Тыва. О сути же претензий (событии, обстоятельствах и инкриминируемых нарушениях) адвокат была надлежаще уведомлена в рамках первоначального производства. Представление Управления Министерства юстиции по Республике Тыва не содержало новых фактов, а основывалось на тех же обстоятельствах.

Как уже указывалось, из статьи 21 Кодекса профессиональной этики адвоката следует, что Кодекс возлагает на Адвокатскую палату обязанность извещать участников о месте и времени заседания, что в данном случае было выполнено (т.1, л.д. 80).

Требований об отдельном извещении о факте возбуждения нового производства по тем же обстоятельствам или о его последующем объединении с имеющимся Кодекс профессиональной этики адвоката не содержит.

Кодекс профессиональной этики адвоката также не требует отдельно извещать адвоката о появлении в уже известном ему производстве новых участников или дополнительных документов, а также специально разъяснять ему его права.

Ссылка на несоблюдение 10-дневного срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, является несостоятельной. В силу пункта 2 статьи 24 Кодекса профессиональной этики адвоката квалификационная комиссия вправе принимать от участников дисциплинарного производства дополнительные материалы непосредственно в процессе разбирательства. В этом случае комиссия по ходатайству участников может отложить разбирательство для ознакомления с вновь представленными материалами.

Вместе с тем, как следует из выписки из протокола № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1, зная о дате и времени заседания, сама приняла решение отсутствовать на заседании квалификационной комиссии и, следовательно, взяла на себя все риски, связанные с не ознакомлением с документами. При этом ходатайства адвоката относительно отложения заседания и рассмотрения вопроса в её отсутствие разрешены.

Доводы о несоответствии тяжести проступка избранной мере наказания и об отсутствии прямых доказательств вины являются необоснованными.

Пункт 2 статьи 17 Федерального закона № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» прямо предусматривает, что одним из оснований для прекращения статуса адвоката является неисполнение либо ненадлежащее исполнение им своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также нарушение норм Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно материалам дела, в рассматриваемом случае адвокат ФИО1 получила по договору об оказании юридической помощи денежные средства в размере ** рублей. Однако после получения вознаграждения она надлежащим образом не предприняла действия в интересах доверителя, не довела завершения своей юридической помощи – до получения доверителем соответствующих выплат, предусмотренных при получении военной травмы участником специальной военной операции, что указывает на отсутствие с её стороны квалифицированной юридической помощи. Такое поведение представляет собой умышленное неисполнение профессиональных обязанностей, которое наносит урон репутации всей адвокатуры.

Указанное бездействие прямо нарушает обязанность адвоката – честно, разумно и добросовестно защищать права и законные интересы доверителя, закреплённую в пункте 1 части 1 статьи 7 Федерального закона № 63-ФЗ.

В ходе разбирательства дисциплинарного производства доверитель ФИО2, который пояснял, что доверился адвокату, из кредитной карты оплатил гонорар адвоката, ** (т.1, л.д.86-88).

При изложенных обстоятельствах факт неисполнения обязательств со стороны адвоката по соглашению с доверителем является установленным и неоспоримым.

Заслуживает внимание то обстоятельство, что на момент принятия решений квалификационной комиссией (ДД.ММ.ГГГГ) и Советом Адвокатской палаты Республики Тыва (ДД.ММ.ГГГГ) денежные средства доверителю возвращены не были, адвокатом они возвращены доверителю ДД.ММ.ГГГГ.

Сам характер допущенного нарушения — длительное бездействие адвоката, причинение доверителю материального неудобства (для оплаты юридической помощи он был вынужден обратиться к кредитным средствам) — свидетельствует о пренебрежении профессиональными обязанностями и в полной мере оправдывает применение строжайшей меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката.

По тем же обстоятельствам являются несостоятельными и доводы апелляционной жалобы о том, что при определении меры дисциплинарной ответственности ответчиком не учтен принцип соразмерности избранной меры тяжести совершенного проступка, данные о личности истца и его отношении к исполнению профессиональных обязанностей, поскольку в оспариваемом решении Совета Адвокатской палаты Республики Тыва прямо указано об учете характера совершенного проступка, тяжести совершенного проступка, обстоятельств его совершения, формы вины, оснований для вывода об избрании несоразмерной меры дисциплинарной ответственности не установлено, тогда как решение вопроса о выборе вида дисциплинарного взыскания относится к компетенции профессионального сообщества адвокатов, которое компетентно давать оценку наличию либо отсутствию события дисциплинарного проступка, а также избирать вид дисциплинарного взыскания, адекватный характеру допущенного нарушения.

Судом первой инстанции рассмотрен довод истца о том, что при вынесении оспариваемых заключения и решения Адвокатской палаты Республики Тыва не учтены личные данные истца – **, длительный стаж её адвокатской деятельности и наличие поощрений – благодарностей, почетной грамоты и наград. При этом суд указал, что данный довод не может являться безусловным основанием для признания незаконными заключения Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ и решения Совета Адвокатской палаты Республики Тыва № от ДД.ММ.ГГГГ и восстановления статуса адвоката. С таким выводом суда первой инстанции соглашается судебная коллегия, исходя из обстоятельств дела, в том числе установленного в ходе дисциплинарного производства проступка адвоката ФИО1, которая допустила ненадлежащее исполнение условий договора оказания юридической помощи по факту получения военной травмы ветерану боевых действий, принимавшему участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Херсонской и Запорожской областях ФИО2, что и было основанием для применения к адвокату такого вида дисциплинарного взыскания – прекращение статуса адвоката, со сроком одного года ограничения допуска к сдаче квалификационного экзамена на приобретение статуса адвоката.

С учетом приведенных обстоятельств доводы истца в целом на выводы суда первой инстанции не влияют, отмену оспариваемого решения не влекут, не имеется предусмотренных статьей 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований о признании незаконными заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Республики Тыва и решения Совета Адвокатской палаты Республики Тыва в отношении адвоката о прекращении статуса адвоката и восстановлении в статусе адвоката, а также для принятия нового решения об удовлетворении этих исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кызылского городского суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его вынесения, может быть обжаловано в кассационном порядке через Кызылский городской суд Республики Тыва в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (**) в течение трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение будет изготовлено в течение десяти рабочих дней.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.