Апелляционное определение № 33-1236/2026 от 24 февраля 2026 г.

Председательствующий: Вихман Е.В. № 33-1236/2026

55RS0001-01-2025-002854-50


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 25 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Магденко И.Ю.,

судей Калининой К.А., Перфиловой И.А.,

при секретаре Павленок Е.И.,

с участием прокурора Матузовой А.Е.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3272/2025

по апелляционной жалобе ответчика общества с ограниченной ответственностью «АкваРио»

на решение Кировского районного суда г. Омска от 7 октября 2025 года

по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «АкваРио» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение.

Заслушав доклад судьи Перфиловой И.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «АкваРио» (далее также – ООО «АкваРио») о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, в обоснование требований указав, что <...> при посещении аквапарка «АкваРио», при перемещении по лестнице водного аттракциона, она упала, получив травму <...>

С учетом уточнений просила взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, расходы, связанные с арендой медицинской палаты, в размере 12000 рублей, расходы на приобретение лекарственных препаратов в размере 7982 рублей 89 копеек.

Истец ФИО1, ее представители ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования поддержали, отрицали факт нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения в момент посещения аквапарка.

Представитель ответчика ООО «АкваРио» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения требований истца возражала, указав, что территория аквапарка и имеющееся в нем оборудование соответствует предъявляемым к данного вида сооружениям требованиям безопасности. Ссылалась на то, что истец в момент посещения аквапарка находилась в состоянии алкогольного опьянения. Отметила, что услуга истцу оказана безвозмездно как члену семьи участника специальной военной операции.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах», Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Омской области участия в судебном заседании не принимали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Судом постановлено решение о частичном удовлетворении исковых требований. С ООО «АкваРио» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 70000 рублей, расходы на лечение в размере 7273 рублей 52 копеек, штраф в размере 38636 рублей 76 копеек. В удовлетворении требований в оставшейся части отказано. С ООО «АкваРио» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 4440 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ответчика с решением суда не соглашается, просит его отменить, указав, что суд первой инстанции не дал должной оценки доводам стороны ответчика о том, что ФИО1 посетила аквапарк через месяц после <...> без надлежащего лечения, в состоянии алкогольного опьянения, что могло спровоцировать головокружение при подъеме и спуске с высоты 3 этажа. При этом ответчик предпринял все необходимые действия, чтобы предотвратить спуск истца в указанном состоянии с водного аттракциона. Кроме того, истец была ознакомлена с информацией о том, что водные аттракционы аквапарка «АкваРио» относятся к экстремальным видам развлечений и посещение аквапарка не рекомендуется лицам, имеющим различные заболевания.

Указывает на то, что судом первой инстанции был неверно применён государственный стандарт ГОСТ Р52024-2024, вместо 52604-2012.

Полагает, что ответчик надлежащим образом исполняет все требования, установленные соответствующими государственными стандартами, в том числе используемое ответчиком оборудование соответствует предъявляемым к его техническому состоянию требованиям.

Прокурором Кировского административного округа города Омска представлены возражения на апелляционную жалобу представителя ответчика, согласно которым полагает, что решение суда является законным и обоснованным.

Представитель ответчика ООО «АкваРио», извещенный надлежащим образом о месте и рассмотрения апелляционной жалобы, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО1 – ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании полагал, что решение суда является законным и обоснованным.

В своем заключении помощник прокурора Матузова Е.А. полагала, что при рассмотрении дела судом первой инстанции нарушений норм материального и процессуального права допущено не было, в связи с чем просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Истец ФИО1, представитель ответчика ООО «АкваРио», представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах», Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Омской области участия в судебном заседании не принимали, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сочла возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на них, заслушав представителя истца, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалоб, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, в частности, являются нарушение или неправильное применение норм материального права (статья 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таких нарушений судом первой инстанции при рассмотрении исковых требований истца допущено не было.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 8 сентября 2024 года ФИО1 как руководитель группы, состоящей из 3 несовершеннолетних детей и трех сопровождающих посещала аквапарк «АкваРио» (л.д. 100).

При перемещении по лестнице водного аттракциона, она упала, получив травму <...>, в связи с чем в период с 8 по 20 сентября 2024 года она находилась на стационарном лечении (л.д. 17), а в последующем на амбулаторном лечении (л.д. 82).

23 мая 2025 года ФИО1 направлена претензия в адрес общества с ограниченной ответственностью «Супер Тур» с требованием о возмещении ей материальных издержек в размере 12000 рублей, компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, ввиду получения ею травмы 8сентября 2024 года при посещении аквапарка «АкваРио» (л.д. 31).

Поскольку услуги аквапарка и термальной зоны на основании агентского договора, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Супер Тур» и ООО «АкваРио», предоставляет непосредственно ООО «АкваРио», претензия истца была перенаправлена в ООО «АкваРио» (л.д. 35).

Рассмотрев претензию, 5 июня 2025 года ООО «АкваРио» дан ответ о том, что грубое нарушение ФИО1 правил техники безопасности, выразившееся в нахождении её на момент падения в состоянии алкогольного опьянения, не является причиной считать услугу некачественной и не может быть основанием для выплаты компенсации (л.д. 38-39).

Полагая, что причиненная ей травма явилась следствием ненадлежащего оказания ответчиком развлекательных услуг, истец обратилась в суд с настоящим иском.

Разрешая требования истца, суд первой инстанции исходил из того, что руководство аквапарка должно было обеспечить безопасность нахождения посетителей на территории аквапарка, однако указанная обязанность ответчиком надлежащим образом исполнена не была, в связи с чем районный суд пришел к выводу о наличии оснований для возложения на ООО «АкваРио» ответственности за вред, причиненный здоровью ФИО6

Судебная коллегия с указанными выводами районного суда соглашается, в связи со следующим.

В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Согласно требованиям пункта 2 статьи 1096, статьи 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем). Продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Аналогичные положения содержатся в пунктах 1, 2 и 5 статьи 14 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее также – Закон «О защите прав потребителей»).

В силу статьи 4 Закона «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

Пунктом 1 статьи 7 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» установлено, что потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

В соответствии со статьями 8, 11 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 5 «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализацию населению. Граждане имеют право на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью или имуществу, вследствие нарушения другими гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарного законодательства.

Разрешая требования истца, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что ответчиком оказаны развлекательные услуги ненадлежащего качества, поскольку не было обеспечено безопасное нахождение посетителей на территории аквапарка.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что оказываемые ООО «АкваРио» развлекательные услуги соответствовали требованиям, установленным действующим законодательством, судебная коллегия исходит из следующего.

Общие требования безопасности при эксплуатации водных аттракционов, установленных в аквапарках, расположенных в здании, сооружении или на открытом воздухе, а также в бассейнах всех типов, кроме домашних установлены ГОСТ Р 52604-2012 «Национальный стандарт Российской Федерации. Аттракционы водные. Безопасность при эксплуатации. Общие требования», утвержденным приказом Росстандарта от 18 сентября 2012 года № 332-ст.

Пунктом 5.2 ГОСТ Р 52605-2012 установлено, что водный аттракцион должен быть расположен так, чтобы были обеспечены безопасный вход/выход из него и, при необходимости, эвакуация пользователей.

Кроме того, из пункта 8.1 Правил пользования услугами аквапарка «АкваРио», утвержденных директором ООО «АкваРио» 12 января 2023 года, следует, что посетитель имеет право на обеспечение безопасного пребывания на территории аквапарка «АкваРио» (л.д. 88-94).

Из изложенного следует, что ответчик, как организация, осуществляющая деятельность по оказанию развлекательных услуг, связанных эксплуатацией водных аттракционов, установленных в аквапарках, расположенных в здании, сооружении или на открытом воздухе, а также в бассейнах всех типов, должен был принять все необходимые меры для исключения или минимизирования опасности и сопутствующих им рисков и обеспечения защиты посетителей в том числе путем безопасного перемещения к месту расположения водного аттракциона.

Вместе с тем из пояснений истца и свидетелей БЕВ, ШАА следует, что ФИО1, передвигаясь по лестнице, поскользнулась, нога истца попала между ступеней лестницы, её развернуло и она упала, получив травму <...>

Таким образом, падению истца помимо прочего способствовало наличие открытого пространства между ступенями лестницы, в которое попала её нога, что по мнению коллегии судей, указывает на то, что ООО «АкваРио» не были обеспечены безопасные условия для обеспечения безопасного вход/выход с водного аттракциона.

Приставленные в материалы дела сертификаты на изделия профильные из древесно-полимерного композита, а также акт оценки технического состояния аттракциона механизированного от 30 мая 2024 года, сами по себе не могут свидетельствовать о том, что лестничные марши на момент падения истца находились в надлежащем состоянии, предотвращающем возможность падения и попадания ноги между ступеней лестницы.

Ссылка суда первой инстанции на положения иного национального стандарта, на правильность выводов районного суда в указанной части не повлияла.

Кроме того, согласно карте вызова скорой медицинской помощи от 8 сентября 2024 года, у ФИО1 имелись признаки алкогольного опьянения. Из анамнеза следует, что со слов пациентки она 8 сентября 2024 года днем употребляла алкоголь. Локально отмечен стойкий запах алкоголя из рта.

Наличие у истца признаков алкогольного опьянения отмечалось и сотрудниками аквапарка (главного администратора, медицинской сестры, старшего инструктора), что следует из представленных в материалы дела объяснительных записок.

При этом, суд первой инстанции правомерно критически отнесся к пояснениям свидетелей, которые отрицали факт нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения, поскольку они опровергаются представленными в материалы дела письменными доказательствами, в том числе картой вызова скорой медицинской помощи.

Между тем, действительно пункт 7.6 Правил пользования услугами аквапарка «АкваРио», утвержденных директором ООО «АкваРио» 12 января 2023 года, предусматривает запрет посетителям аквапарка «АкваРио» на посещение аквапарка в том числе в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения, а также под воздействием лекарственных препаратов, снижающих внимание и скорость.

Указанному запрету корреспондирует право администрации аквапарка отказать в оказании услуг посетителям аквапарка «АкваРио» в случае нарушения ими настоящих правил (пункт 9.2).

Из представленных в материалы дела объяснительных записок главного администратора и пояснений представителя ответчика следует, что сотрудникам аквапарка еще до падения истца было известно о нахождении её на территории аквапарка в состоянии алкогольного опьянения, вследствие чего она не была допущена до спуска с водной горки.

Таким образом, сотрудникам ответчика было известно о состоянии ФИО1 еще до её падения, однако они позволили ей и в дальнейшем пользоваться услугами аквапарка, несмотря на выявленные у нее признаки алкогольного опьянения.

С учетом изложенного, коллегия судей соглашается с выводами районного суда о том, что причиной получения ФИО1 повреждений явилось ненадлежащее оказание ответчиком услуг в области развлечения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, сам по себе факт получения истцом 24 июля 2024 года <...>, не может свидетельствовать о том, что причиной её падения явилось головокружение вследствие получения указанного повреждения. Более того, при поступлении истца в бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени Кабанова А.Н.» признаков сохранения у неё последствий <...>, в том числе головокружения, врачами не установлено.

Согласно пункту 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.

Вопреки доводам ответчика, представленным в материалы дела чеком от 8 сентября 2024 года, подтверждается факт оказания истцу услуги по посещению аквапарка на возмездной основе, а именно приобретение 3 взрослых и двух детских билетов по тарифу «Именинник Входной Аква+Термо 3 часа» на общую стоимость 6320 рублей (л.д. 12).

Таким образом, поскольку платная развлекательная услуга ФИО1 оказана некачественно, так как она получила травму правой ноги, постольку ответчик, как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, обязан нести ответственность перед истцом и без наличия вины.

При изложенных обстоятельствах, районный суд пришел к правомерному выводу о возложении ответственности за причиненные ВЕВ повреждения на ООО «АкваРио».

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Закона «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Таким образом, при установлении нарушений судом прав истца, как потребителя, законом презюмируется причинение ответчиком морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно, физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека.

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что после получения травмы ФИО1 была осмотрена медицинской сестрой медицинского пункта «АкваРио», где ей были наложены шины, произведено обезболивание, осуществлен вызов скорой медицинской помощи (л.д. 101).

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи ФИО7 была доставлена в бюджетное учреждение здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени А.Н. Кабанова» (л.д. 46-47).

В период с 8 по 20 сентября 2024 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в бюджетном учреждении здравоохранения Омской области «Городская клиническая больниц № 1 имени А.Н. Кабанова» с диагнозом: <...>

Ей было произведено <...>.

11 сентября 2024 года ФИО1 произведена операция: <...>.

При выписке рекомендовано: наблюдение врача-травматолога по месту жительства, ортопедический режим (дозированная нагрузка на оперированную конечность через 1 месяц с момента операции, с ежемесячным увеличение нагрузки, доводя нагрузку до 100% в течение 4 месяцев), рентген контроль в динамике, перевязки, снятие швов на 10-14 сутки, прием лекарственных препаратов (ксарелто, детралекс, канефрон, мочегонные травы), эластичная компрессия нижних конечностей до восстановления обычного двигательного режима, лечебная физическая культура, массаж, физиолечение для смежных суставов <...>, явка в травматологический пункт 23 сентября 2024 года (л.д. 17).

Согласно справке из бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени Кабанова А.Н.» ФИО1 с 27 сентября 2024 года находилась на амбулаторном лечении, ей назначена явка на 28 ноября 2024 года (л.д. 82).

Из пояснений истца, данных в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции следует, что она до настоящего момента испытывает трудности при передвижении, после получения травмы она также испытывала трудности при перемещении по дому.

Свидетель ШАА также пояснил, что истец после выписки долгое время не могла самостоятельно перемещаться по дому, они возили её в медицинские учреждения, в настоящее время истец периодически жалуется на боль <...>

Суд первой инстанции правомерно указал на то, что истец в момент оказания ответчиком услуг находилась в состоянии алкогольного опьянения, то есть проявила грубую неосторожность, так как, пренебрегая своей безопасностью, находясь в состоянии алкогольного опьянения, перемещалась по влажной поверхности лестницы водного аттракциона, что так же находятся в прямой причинно-следственной связи с ее падением и получением указанных телесных повреждений.

При этом, как верно отмечено районным, нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения не является основанием для полного освобождения ответчика от ответственности за некачественно оказанную услугу, поскольку ответчик допустил истца к использованию оборудования водного аттракциона в состоянии алкогольного опьянения.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию в пользу истца, суд первой инстанции принял во внимание обстоятельства получения телесных повреждений истцом, пережитые ею физические и нравственные страдания, связанные с переломом <...> и его последствиями, в том числе снижение активности образа жизни истца после получения травмы, характер полученных телесных повреждений и длительность периода восстановления истца после получения травмы, индивидуальные особенности истца, в том числе ее возраст, наличие в действиях истца грубой неосторожности, исходя из принципов разумности и справедливости пришел к выводу о наличии оснований для снижения заявленного истцом размер компенсации морального вреда до 70000 рублей.

Судебная коллегия, изучив материалы дела, пояснения сторон, не находит оснований не согласиться с взысканным районным судом размером компенсации морального вреда.

Апелляционная жалоба представителя ответчика каких-либо новых доводов, которые бы не были учтены районным судом при определении размера компенсации морального вреда, не содержат.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Вопросы возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, урегулированы параграфом вторым главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1084 - 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из представленных в материалы дела кассовых чеков следует, что 15 сентября 2024 года истом приобретен кетарол стоимостью 289 рублей 08 копеек, три комплекта стерильных одноразовых шприцов общей стоимостью 198 рублей, 19 сентября 2024 года <...> стоимостью 1 600 рублей, медицинские салфетки стоимостью 199 рублей, 20 сентября 2024 года детралекс стоимостью 1747рублей 94 копейки, синупрет стоимостью 709 рублей 65 копеек, эликвис стоимостью 2655 рублей 80 копеек, 21 сентября 2024 года кетарол стоимостью 146 рублей 30 копеек, шприцы общей стоимостью 140 рублей, 23 сентября 2024 года кетарол стоимостью 297 рублей 40 копеек (л.д. 84-85).

Как уже указывалось выше, при выписке из бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени Кабанова А.Н.» истцу было рекомендовано: прием лекарственных препаратов: ксарелто, детралекс, канефрон, эластичная компрессия <...> до восстановления обычного двигательного режима.

Также истцу в ходе амбулаторного лечения назначался прием лекарственных препаратов: тералиф 275, терафлекс ультра № 120, омепразол № 20 (л.д. 86).

Поскольку лекарственные средства детралекс, ксарелто (заменяемый аналог эликвис), тералиф 275 (заменяемый аналог кетарол), а также <...> приобретены истцом на основании назначений врача, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что указанные расходы подлежат возмещению за счет ответчика, как и расходы по приобретению шприцов, медицинских салфеток, необходимых для осуществления в процессе лечения внутримышечных инъекций.

Поскольку истец не относится к категориям граждан, имеющих право на бесплатное обеспечение их лекарственными препаратами для медицинского применения и медицинскими изделиями или лекарственными препаратами для медицинского применения со скидкой в размере 50 процентов стоимости, поименованным в постановлении Правительства Российской Федерации № 890 от 30 июля 1994 года «О государственной поддержке развития медицинской промышленности и улучшении обеспечения населения и учреждений здравоохранения лекарственными средствами и изделиями медицинского назначения», статье 60 Закона Омской области от 04 июля 2008 года № 1061-ОЗ «Кодекс Омской области о социальной защите отдельных категорий граждан», её заболевание и приобретенные ею лекарственные препараты также не соответствуют указанным нормативно-правовым актам, право на бесплатное получение приведенных выше лекарственных препаратов у неё отсутствовало.

Таким образом, руководствуясь приведенными выше положениями закона, районный суд обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца расходы на приобретение лекарственных препаратов детралекс, ксарелто (заменяемый аналог эликвис), тералиф 275 (заменяемый аналог кетарол), компрессионных чулков, шприцов, медицинских салфеток на общую сумму 7273 рубля 52 копейки.

Учитывая, что приобретение истцом лекарственного препарата <...> не обусловлено назначением врача, указанный препарат предназначен для лечения <...>, истцом не представлены доказательства невозможности получения медицинской услуги в виде пребывания в медицинской палате в стационарных условиях бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования, при этом, согласно сведениям бюджетного учреждения здравоохранения Омской области «Городская клиническая больница № 1 имени Кабанова А.Н.» имелась возможность размещения истца в бесплатной палате, суд первой инстанции отказал во взыскании истцу указанных расходов на лечение.

В части отказа в удовлетворении требований истца о взыскании расходов на лечение, решение суда не обжалуется, в связи с чем в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом оценки суда апелляционной инстанции не является.

Кроме того, руководствуясь положениями части 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей», суд первой инстанции, установив нарушение прав ФИО1, как потребителя оказываемой ей ответчиком на возмездной основе услуги, учитывая отказ ответчика от добровольного удовлетворения требований истца, правомерно взыскал с ООО «АкваРио» в пользу ФИО1 штраф в размере 38636 рублей 76 копеек.

Руководствуясь частью 1 статьи 88, частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации районный суд обоснованно взыскал с ООО «АкваРио» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 4440 рублей, исходя из фактического размера удовлетворенных требований имущественного и неимущественного характера.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Омска от 7 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через Кировский районный суд г. Омска.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 6 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи