Решение № 2-414/2018 2-414/2018~М-409/2018 М-409/2018 от 14 ноября 2018 г. по делу № 2-414/2018

Дело № 2-414/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 ноября 2018 года с. Топчиха

Топчихинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Епишевой Т.И.,

при секретаре Скоробогатовой Я.И.,

с участием истца ФИО1,

представителя третьего лица Тибейкиной Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 2 500 000 руб.

В обоснование исковых требований указала, что приговором Топчихинского районного суда от 9 февраля 2018 г. она оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 (присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения в крупном размере) Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УК РФ) по п. 3 ч. 2 ст.302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ) (за отсутствием состава преступления).

В соответствии с приговором разъяснено право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда от 12 апреля 2018 г. данный приговор оставлен без изменения. Сведения о привлечении к уголовной ответственности с октября 2015 г. по 12 апреля 2018 г. стали известны её родственникам, друзьям, знакомым, которым она была вынуждена объяснять, что не совершала присвоения чужих денежных средств АКБ «Зернобанк» и вынуждена была защищать свои честь и достоинство. В результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, на протяжении двух с половиной лет, и перенесённых стрессовых ситуаций, ухудшилось состояние её здоровья: стали мучить головные боли, головокружение, плохой сон, появилась нервозность, раздражительность, тревожность, утомляемость, диагностировали гипертонию, она была вынуждена систематически принимать медикаменты. Нравственные страдания выразились в том, что за время незаконного привлечения к уголовной ответственности, она была лишена возможности жить полноценной жизнью, осталась без работы, не могла выехать за пределы района без согласования с органом расследования и судом. Кроме того, вызовы на допросы носили частый характер, несколько десятков раз за все время привлечения к уголовной ответственности её вызывали к следователю и в суд. Защищаясь от необоснованного привлечения к уголовной ответственности, она была поставлена в сложное материальное положение, так как вынуждена была оплачивать юридические услуги за защиту на следствии и в суде.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, основываясь на изложенных в иске доводах. Дополнительно пояснила, что уголовное преследование было длительным, что причиняло нравственные страдания. В период привлечения к уголовной ответственности ее неоднократно допрашивали, она пребывала в постоянном напряжении и стрессе.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. В поступившем в адрес суда отзыве исковые требования ФИО1 не признал. По мнению представителя ответчика, презумпция морального вреда не вытекает из действующего законодательства Российской Федерации. Законом не предусмотрено автоматического возмещения неимущественного вреда в случае установления факта незаконного уголовного преследования. Все остальные элементы, кроме вины (факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, факт незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, наличие вреда, причинно-следственная связь между незаконным привлечением к уголовной ответственности, незаконным применением в качестве меры пресечения подписки о невыезде и полученным вредом), должны быть установлены судом. Вместе с тем, считают, что доводы истца, изложенные в исковом заявлении несостоятельны ввиду их недоказанности, полагают чрезмерно завышенной и не отвечающей требованиям разумности и справедливости сумму денежной компенсации морального вреда, требуемую ФИО1 в размере 2 500 000 руб. Поскольку истцом в судебное заседание не представлены доказательства, подтверждающие факт перенесения им нравственных и физических страданий и их связь с незаконным уголовным преследованием, руководствуясь нормами действующего законодательства, а также требованием разумности и справедливости, фактическими обстоятельствами дела, считают, что исковые требования не могут быть удовлетворены в связи с их недоказанностью. Кроме того, в случае удовлетворения заявленных требований и их возмещения у ответчика возникнет право обращения в суд в порядке регресса к должностным лицам, в связи с незаконными действиями (бездействием) которых произведено указанное возмещение. Таким образом, в дальнейшем могут быть затронуты интересы должностных лиц, незаконными действиями (бездействием) которых причинён вред.

Представитель третьего лица прокуратуры Алтайского края помощник прокурора Топчихинского района Тибейкина Н.А. в судебном заседании пояснила, что истец имеет право на денежную компенсацию морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности, но при определении размера компенсации необходимо исходить из обстоятельств дела, разумности и справедливости, личности истца. ФИО1 в порядке ст.91 УПК РФ не задерживалась, мера пресечения в отношении нее не избиралась, доказательств ухудшения состояния здоровья, прекращения трудовой деятельности в связи с уголовным преследованием истцом не представлены, для производства следственных действий ФИО1 11 раз являлась в следственный орган, кроме того, 4 из 13 судебных заседаний были отложены из – за неявки её адвоката. Считает заявленную сумму компенсации завышенной.

Представитель третьего лица СУ СК России по Алтайскому краю, надлежаще извещенный о месте и времени в судебное заседание не явился, представив письменный отзыв, в котором не согласился с исковыми требованиями ФИО1, указав, что у следственных органов имелись поводы и основания для возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1 Законность решения о возбуждении уголовного дела проверялась, в том числе, органами прокуратуры. По результатам предварительного следствия оценка собранных доказательств совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, свидетельствовала об их достаточности для направления дела прокурору с обвинительным заключением. Не оспаривая предоставленное истцу законом право на предъявление иска о компенсации морального вреда, считают, что истцом не мотивирована и не отвечает требованиям разумности и справедливости заявленная к взысканию сумма компенсации морального вреда в размере 2 500 000 руб.

Представитель третьего лица Алейского МСО СУ СК России по Алтайскому краю, надлежаще извещенный о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся представителей ответчика и третьих лиц.

Выслушав истца ФИО1, представителя прокуратуры Алтайского края Тибейкину Н.А., изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела в отношении ФИО1 постановлением руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю генерал-майором юстиции ФИО4 от 12.07.2016 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ.

05.06.2017 вынесено постановление о привлечении истца в качестве обвиняемой по данному уголовному делу, ей было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ.

Приговором Топчихинского районного суда от 9 февраля 2018 г. ФИО1 оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда от 12 апреля 2018 г. (с учетом апелляционного определения от 24 апреля 2018 г.) приговор Топчихинского районного суда Алтайского края от 9 февраля 2018 г. в отношении ФИО1 оставлен без изменения.

Из материалов дела также следует, что в ходе предварительного следствия производились многочисленные допросы свидетелей, очная ставка.

Таким образом, уголовное преследование в отношении истца осуществлялось более полутора лет.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1 статья 46).

В силу п. 1 ст. 8 и положений ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 5 ст. 5) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. «а» п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Способ и размер компенсации морального вреда определяются в соответствии с правилами, установленными ст. 1101 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В развитие данных положений статьей 1100 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии с частями 1,2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, в том числе в части.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно–процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Таким образом, истец незаконно была привлечена к уголовной ответственности. Уголовное преследование длилось с 12 июля 2016 г. по 12 апреля 2018 г., в результате чего она испытывала нравственные страдания, связанные с необходимостью защищать свои права. Данные обстоятельства, безусловно свидетельствуют о нарушении личных неимущественных прав ФИО1 - достоинство личности, право не быть привлеченной к уголовной ответственности за преступление, которое она не совершала. Однако мера пресечения ФИО1 не избиралась. Доказательств ухудшения состояния здоровья истицей в суд не представлено.

При определении размера компенсации суд принимает во внимание все обстоятельства дела, в том числе длительность уголовного преследования, исходит из характера и тяжести причиненных истцу нравственных страданий и переживаний, связанных с уголовным преследованием, выразившихся в негативном отношении к ней окружающих, родных и близких, так как она не знала, как доказать свою невиновность, испытывала страх за свою дальнейшую судьбу, объема причиненных ей душевных переживаний, личности ФИО1, которая ранее не привлекалась к уголовной ответственности, также суд учитывает тяжесть предъявленного истцу обвинения, срок проведения предварительного следствия, срок рассмотрения дела в суде. С учетом требований разумности и справедливости суд взыскивает в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО1 - 60 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказывает, поскольку заявленная истцом сумма компенсации морального вреда является завышенной.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда.

Доводы ответчика об отсутствии доказательств причинения нравственных и физических страданий суд не принимает во внимание, поскольку сам факт незаконного уголовного преследования причиняет моральный вред, который подлежит компенсации.

Как следует из ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

От имени казны Российской Федерации выступает Министерство финансов РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда через Топчихинский районный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 20.11.2018.

Судья: