Решение № 2-683/2020 2-683/2020~М-517/2020 М-517/2020 от 21 сентября 2020 г. по делу № 2-683/2020

2-683/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«22» сентября 2020 года г. Строитель

Яковлевский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Польшиковой И.М.,

при секретаре Абросимовой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда

с участием: помощника прокурора Подзолковой Т.В., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2

от третьего лица Департамента здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской области представитель не явился, уведомлены в установленном порядке (ст. 113 ГПК РФ)

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истица указала, что 07.09.2017 в Яковлевской ЦРБ скончалась ее дочь – Н.М.А., <дата> года рождения.

Как указывает ФИО1, медицинская помощь ее дочери была оказана сотрудниками больницы некачественно, с существенными недостатками, что, по мнению истицы, привело к смерти ФИО3

Неправомерными действиями сотрудников больницы ей причинены нравственные страдания, поскольку ее дочери была оказана медпомощь ненадлежащего качества, в связи со смертью дочери она лишилась дорогого и любимого человека, чувствует себя одинокой и беспомощной.

ФИО1, ссылаясь на положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, просила суд взыскать с ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В судебном заседании истец заявленные требования поддержала.

Представитель ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» с иском не согласилась и указала, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между действиями сотрудников ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» и наступившей смертью пациента.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Пунктом 1 статьи 1 СК Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. ст. 150, 151 ГК Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, лично им также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

В соответствии с пп. 2 - 4 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ (ред. от 05.12.2017) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации. Возмещение вреда, причиненного жизни и (или) здоровью граждан, не освобождает медицинских работников и фармацевтических работников от привлечения их к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Установлено, ФИО1 является матерью Н.М.А., <дата> года рождения.

21.08.2017 ФИО3 госпитализирована в ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ». При поступлении по результатам УЗИ ей выставлен диагноз: «<данные>», после первичного осмотра выставлен диагноз: «<данные>». ФИО3 направлена в хирургическое отделение ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», лечащим врачом назначен ФИО4

22.08.2017 ФИО3 осмотрена кардиологом, проведено ЭКГ.

23.08.2017 ФИО3 сделано КТ органов брюшной полости, согласно заключению которого у нее установлены <данные>».

25.08.2017 ФИО3 произведено повторное УЗИ почек и поджелудочной железы. Согласно заключению УЗИ установлены признаки <данные>.

28.08.2017 ФИО3 осмотрена ФИО4 совместно с заведующим отделением ФИО5 Состояние ФИО3 оценено как средней степени тяжести, с положительной динамикой, продолжена терапия, назначенная при поступлении.

04.09.2017 при повторном осмотре лечащим врачом ФИО4 совместно с заведующим отделением ФИО5 общее состояние ФИО3 оценено как тяжелое, с отрицательной динамикой. После осмотра принято решение о продолжении назначенного лечения. В связи с подозрением на ТВС легких рекомендовано R-графия легких, консультация фтизиатра и реаниматолога.

04.09.2017 после осмотра реаниматологом ФИО3 переведена в реанимационное отделение ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», ее общее состояние оценено как стабильно тяжелое.

05.09.2017 проведен консилиум в связи с тем, что состояние ФИО3 оценено как тяжелое с отрицательной динамикой, обусловленное <данные>. По итогам консилиума выставлен диагноз: «<данные>». Решено продолжить курс адекватной интенсивной терапии в условиях отделения реанимации и анестезиологии интенсивной терапии ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ». Рекомендована консультация хирурга ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа».

05.09.2017 вызван хирург ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» ФИО6 При осмотре состояние ФИО3 оценено как крайне тяжелое, она находилась без сознания, переведена на искусственную вентиляцию легких. 05.09.2017 проведено УЗИ, в брюшной полости обнаружено большое количество свободной жидкости. Произведена пункция брюшной полости, по результатам которой рекомендовано оперативное лечение. В 16 часов 05.09.2017 пациенту произведен лапароцентез.

07.09.2017 после осмотра лечащим врачом ФИО4 совместно с заведующим отделением ФИО5 состояние ФИО3 оценено как крайней степени тяжести, уровень угнетенности кома 2-3 степени, проводилась <данные> терапия.

07.09.2017 в 10 часов 30 минут у ФИО3 произошла остановка сердечной деятельности. В 11 часов 10 минут констатирована биологическая смерть ФИО3

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № <номер> от 03.10.2018, при поступлении ФИО3 в ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» ей установлен диагноз <данные>. В данном случае имело место недооценка общего состояния ФИО3 и диагноз выставлен неверно, т.к. у нее имелись признаки <данные>, который был диагностирован в последующем. <данные> были диагностированы с некоторым опозданием. Несмотря на несвоевременную диагностику и недооценку тяжести состояния ФИО3, проводимое медикаментозное лечение соответствовало имевшейся патологии. При наличии признаков <данные>, лечение данных больных необходимо проводить в условиях реанимационного отделения. Перевод ФИО3 в данное отделение был осуществлен несколько запоздало. Кроме того, следствием несвоевременной диагностики является не проведение экстренного оперативного вмешательства по поводу забрюшинной флегмоны. Учитывая прогрессирующую тяжесть состояния ФИО3, необходимо было проведение консультации со стороны узких специалистов, а также вызова консилиума врачей с участием областных специалистов и решение вопроса о переводе больной в специализированное отделение. Консилиум врачей был созван с опозданием, когда по тяжести состояния ФИО3 транспортировка ее в другую медицинскую организацию была невозможна. Смерть ФИО3 наступила в результате <данные>. Ответить на вопрос о возможности благоприятного исхода даже при отсутствии выявленных недостатков оказания медицинской помощи, не представляется возможным, так как <данные> приводит к летальному исходу в 30-40% случаев, а при <данные> летальность достигает 100%. Кроме того, у ФИО3 имелось место наличие серьезной сопутствующей патологии в виде <данные>, которые создают неблагоприятный фон для течения основного заболевания. Одной из причин развития выявленных у ФИО3 осложнений явилось позднее обращение за медицинской помощью – спустя неделю после начала заболевания.

Анализ медицинских документов привел комиссию экспертов к выводу о том, что между выявленными недостатками оказания медицинской помощи ФИО3 в условиях ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» и наступлением ее смерти усматривается не прямая (косвенная, опосредованная) причинно-следственная связь, то есть сами действия медицинских работников ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» не привели к наступлению смерти, но выявленные недостатки оказания медицинской помощи оказали негативное влияние на течение имевшегося у ФИО3 патологического процесса (<данные>).

Указанное экспертное заключение в установленном законом порядке никем не оспорено.

Постановлением следователя Яковлевского МСО от 18.11.2019 уголовное дело по факту смерти ФИО3, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. <данные> УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.<данные> УПК РФ, за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.<данные> УК РФ, в действиях врача-хирурга ФИО4

Анализируя представленные в суд и исследованные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что неправомерными действиями медицинских работников Яковлевской ЦРБ, некачественно оказавшими медицинскую помощь ФИО3, при нахождении ее в ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» было нарушено личное неимущественное право ФИО1 на семейную жизнь, что повлекло причинение ей нравственных страданий (морального вреда), который выразился в ее нравственных страданиях по поводу ненадлежащей медицинской помощи больной дочери, переживаниях по поводу ее смерти, чувстве утраты, беспомощности, одиночества.

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац первый пункта 2 названного постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 названного постановления Пленума).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Данная правовая позиция изложена так же в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 25.02.2019 N 69-КГ18-22.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. ст. 10, 19, 22 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», граждане имеют право на доступную и качественную медицинскую помощь. Пациент имеет право на диагностику, лечение в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, получение консультаций врачей-специалистов, получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 № 323-ФЗ).

В силу ч. 2 ст. 98 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «О некоторых вопросов применения законодательства о компенсации морального вреда», положения которого приведены выше, даны разъяснения, что понимается под моральным вредом и в каких нравственных переживаниях он может заключаться.

Совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств подтверждается наличие дефектов оказания ФИО3 медицинской помощи со стороны сотрудников ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ», что в силу приведенных правовых норм само по себе является основанием для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда, в том числе, близким родственникам, а именно матери.

Суд устанавливает размер компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 ГК РФ в размере 500 000 руб. исходя из принципа разумности и справедливости, степени вины работников лечебного учреждения, обстоятельств дела, а так же с учетом наличия не прямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощиФИО3 и смертью последней.

Такой размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым, соответствующим характеру нравственных страданий истца, в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи её дочерипри обращении в медицинское учреждение, выразившихся в переживаниях относительно состояния здоровья близкого человека.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета Яковлевского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей (п.3 ч.1 ст.333.19 НК РФ).

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда -удовлетворить частично.

Взыскать с ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 500000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 - отказать.

Взыскать с ОГБУЗ «Яковлевская ЦРБ» в доход бюджета Яковлевского городского округа госпошлину 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Яковлевский районный суд Белгородской области.

Судья - подпись

<данные>

Решение суда принято в окончательной форме 01.10.2020

Судья И.М. Польшикова