Решение № 2-2424/2019 2-2424/2019~М-1762/2019 М-1762/2019 от 2 июля 2019 г. по делу № 2-2424/2019

24RS0002-01-2019-002305-92

№ 2- 2424/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 июля 2019 года г. Ачинск Красноярского края

Ачинский городской суд Красноярского края в составе судьи Парфеня Т.В.,

с участием помощника Ачинского межрайонного прокурора Чиркова Д.С.,

истца ФИО1,

ответчика ФИО2, принимавшего участие посредством видео – конференцсвязи

при секретаре Власовой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 овичу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, мотивируя требования тем, что в результате совершенного ФИО2 преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, в отношении ее родного сына ГАГ ей причинены нравственные страдания, которые она оценивает в 500 000 руб. (л.д.2).

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержала заявленные требования, просила их удовлетворить, поясняя, что ГАГ был ее единственным сыном, который ей помогал и поддерживал ее, в том числе материально. ГАГ состоял в браке с ГТМ, они проживали на территории <адрес>, детей не имели. Потерпевшей в рамках уголовного дела по обвинению ФИО2 в причинении смерти ее сыну была признана только ГТМ, она к участию в деле не привлекалась, вопрос о компенсации морального вреда в отношении нее судом при вынесении приговора также не был разрешен. В силу своего возраста и отсутствия других родственников, которые могли бы ей помочь, она одинока и немощна. Утрату сына тяжело переживала и переживает до настоящего времени. Просит взыскать с ФИО2 в качестве компенсации морального вреда 500 000 рублей.

Ответчик ФИО2, участвуя в судебном заседании по средством видеоконференц-связи, возражал против удовлетворения заявленных истцом исковых требований. Указал, что по его мнению компенсация морального вреда может быть взыскана только в пользу ГТМ

Выслушав участников процесса, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования в полном объеме (л.д. 41), исследовав материалы дела, суд находит требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению в следующих размерах и по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают, в том числе и вследствие причинения вреда другому лицу.

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

По смыслу действующего правового регулирования компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

В соответствии с частями 1 и 8 статьи 42 УПК РФ, потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный или моральный вред. По уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего, предусмотренные настоящей статьей, переходят к одному из близких родственников.

Уголовно-процессуальное законодательство к числу близких родственников погибшего в результате преступления относит супруга, супругу, родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и родных сестер, дедушку, бабушку и внуков (пункт 4 статьи 5 УПК РФ).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе судебного заседания установлено, что ГАГ скончался 24.09.2018 года (л.д. 5, 27 оборот, 31) от нанесенных ему ФИО2 повреждений в виде закрытой черепно-мозговой травмы с травматическими кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку с переломом костей лицевого скелета, очагом ушиба вещества головного мозга, кровоизлияниями в желудочки головного мозга, осложнившейся отеком вещества головного мозга с дислокацией стволовых отделов.

Вступившим в законную силу приговором Большеулуйского районного суда от 10 января 2019 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, а также преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 166 УК РФ и ч. 1 ст. 318 УК РФ, и ему назначено наказание на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, в виде лишения свободы сроком на 12 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима (л.д. 27-36). Указанным приговором установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное из хулиганских побуждений, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего ГАГ

Кроме того, приговором суда удовлетворен гражданский иск супруги погибшего ГАГ ГТМ, с ФИО2 в пользу ГТМ в возмещение материального ущерба взыскано 28 000 руб., а также денежная компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей (л.д. 35 оборот).

Данное преступление произошло при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился возле дома в <адрес>, где требовал от присутствующих там мужчин помощи в буксировке угнанного им автомобиля, на котором он ехал из <адрес>, и который сломался на трассе недалеко от <адрес>. Не получив от них согласия, увидев стоявшего возле указанного дома ранее ему незнакомого ГАГ, ФИО2, под воздействием алкогольного опьянения, без какой-либо причины, действуя из хулиганских побуждений, выражая своё явное неуважение к обществу с целью причинения вреда здоровью ГАГ умышленно нанёс ему не менее 4-х ударов руками по голове, причинив тяжкий вред здоровью ГАГ в виде закрытой черепно-лицевой травмы с кровоизлияниями в кожно-мышечный лоскут головы в правой лобно-теменно-височной области и левой лобно-височной области, с линейным переломом костей лицевого скелета справа, проходящим через верхне-челюстную пазуху и правую скуловую кость, с кровоизлияниями под мягкой мозговой оболочкой в правой и левой лобных долях по верхнелатеральным поверхностям в области верхних лобных и медиальных лобных извилин, в правой теменной доле по верхней и верхнелатеральной поверхности в области пере- и постцентральных извилин и борозд, в левой теменной доле по верхней и верхнелатеральной поверхности в области пере- и постцентральных извилин и борозд, в правой височной доле по верхнелатеральной поверхности в области верхней и средней височной извилин и борозд, в левой затылочной доле по верхнелатеральной поверхности в области затылочных извилин, с кровоизлияниями в желудочки головного мозга, очагом ушиба вещества головного мозга в толщи правой лобной доли, внутримозговым кровоизлиянием в толще левой лобной доли, кровоизлияниями в толще варолиева моста, ссадины лобной области слева, кровоподтёка правой скуловой области с переходом на правую околоушную область и на свободный край правой ушной раковины; а также не причинившие вреда здоровью ГАГ кровоподтёк в правой и левой параорбитальных областях.

От полученных повреждений в виде закрытой черепно-лицевой травмы с травматическими кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку с переломом костей лицевого скелета, очагом ушиба вещества головного мозга, кровоизлияниями в желудочки головного мозга, осложнившейся отёком вещества головного мозга с дислокацией стволовых отделов ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 15 минут в Краевом государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Ачинская межрайонная больница», куда он был доставлен скорой медицинской помощью, наступила смерть ГАГ

При этом приговором Большеулуйского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено также, что действия ФИО2 в момент совершения преступления в отношении ГАГ носили явно беспричинный характер, совершены в отношении незнакомого ему ранее лица лишь по тому поводу, что ему не понравился взгляд пострадавшего. (л.д. 11-21)

В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О судебном решении").

Как усматривается из материалов дела, истец ФИО3 приходится родной матерью погибшего потерпевшего ГАГ (л.д.3,4,6,7,8,25).

Согласно абз. 2 п. 1 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в данном случае истца, которая лишилась своего сына, являвшегося для нее, исходя из содержания искового заявления, близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. Очевидность данного обстоятельства не предполагает представления дополнительных письменных доказательств.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

При таких обстоятельствах, ФИО3 в связи с потерей сына имеет право на компенсацию морального вреда.

Вопреки доводам ответчика, компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена нескольким лицам при условии доказанности причинения им морального вреда. Законодатель неразрывно связывает моральный вред с личностью и, переход прав потерпевшего лишь к одному из его близких родственников в рамках уголовного дела (в рассматриваемом случае – супруге погибшего) сам по себе не может рассматриваться как основание для лишения права на взыскание компенсации причиненного морального вреда всех иных близких родственников.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред. Таким образом, законодателем не определены критерии оценки размера денежной компенсации морального вреда. Размер компенсации определяется судом.

Согласно абз. 4 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из материалов дела следует, что истец проживает в <...>, погибший сын проживал в <адрес> вместе с супругой ГТМ, однако ФИО3 и погибший ГАГ поддерживали тесную связь, сын заботился о последней, помогал ей в том числе материально.

С учетом степени вины причинителя вреда, его материального и семейного положения (согласно установочной части приговора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 не имеет определенного места работы и рода занятий, не состоит в браке, не имеет иждивенцев), степени участия ГАГ в жизни ФИО3, наличия между умершим и истцом тесных родственных отношений, степени нанесенных нравственных и физических страданий, перенесенных истцом, требований разумности и справедливости, также в целях установления баланса между правами лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным взыскать в пользу истца с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Взысканию с ответчика в доход муниципального образования город Ачинск подлежит государственная пошлина в размере 300 рублей 00 копеек.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 овичу о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 овича в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать ФИО2 овича в доход муниципального образования город Ачинск государственную пошлину в сумме 300 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированной части через Ачинский городской суд.

Судья Т.В Парфеня

Мотивированное решение изготовлено 08 июля 2019 года