Решение № 3А-25/2025 от 17 декабря 2025 г. по делу № 3А-25/2025

Дело 31OS0000-01-2025-002099-83 производство 3а-25/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2025 года город Белгород

Белгородский областной суд в составе:

судьи Сотниковой Е.В.

при секретаре Карлиной Ю.В.

с участием представителей административных ответчиков Министерства финансов Российской Федерации (Минфин России), интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Белгородской области ФИО1, Управления министерства внутренних дел России по Белгородской области ФИО2,

в отсутствие административного истца ФИО3, ее представителя ФИО4, представителей административных ответчиков Министерства внутренних дел России, следственной части Следственного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Белгородской области, Управления Федеральной службы судебных приставов по Белгородской области,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО3 о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с административным исковым заявлением, в котором просила взыскать с Управления Федерального Казначейства по Белгородской области в свою пользу компенсацию морального вреда за несоблюдение разумных сроков продолжительности судопроизводства или исполнения судебного акта в размере 10000 000 рублей.

В обоснование своих требований, административный истец указала, что 16 января 2012 года по ходатайству начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Белгородской области, судьёй Белгородского районного суда Белгородской области наложен арест на незавершенное строительством строение, содержащее 6400 шт. кирпича, являющегося продукцией, выпускаемой <данные изъяты>, находящегося на облицовочной стене, а также 424 шт. силикатного кирпича, находящегося во внутренней стене незавершенного строения, расположенного на принадлежащем ей земельном участке. Приговором Белгородского районного суда Белгородской области от 31 марта 2014 года К.С.А. К.Д.А. К.А.А. С.С.А. признаны виновными по пунктам «а», «в» части 2 статьи 158 УК РФ. К.С.А. на основании пункта 3 части 1 статьи 27, части 8 статьи 302 УПК РФ освобожден от наказания вследствие акта амнистии, Ш.А.А. оправдан на основании пункта 2 части 2 статьи 302 УПК РФ. В целях обеспечения гражданского иска арест на незавершенное строительством строение, содержащее 6400 шт. кирпичей и 424 шт. силикатного кирпича, расположенное на земельном участке по адресу: <адрес> приговором суда оставлен в силе.

Решением Белгородского районного суда от 27 мая 2019 года, измененным апелляционным определением Белгородского областного суда от 12 ноября 2019 года с К.С.А. К.Д.А. К.А.А. С.С.И. в солидарном порядке в пользу Г.А.И. взыскан материальный ущерб, причиненный преступлением в сумме 1223814 руб., компенсация морального вреда в размере 50000 руб., судебные расходы в сумме 2500 руб. с каждого, расходы по оплате экспертизы в размере 2500 руб. с каждого.

Несмотря на то, что иск потерпевшего был удовлетворен 12 ноября 2019 года путем взыскания суммы ущерба с виновных лиц по уголовному делу, требования потерпевшего в части признания недействительным договора дарения земельного участка в целях обращения взыскания на арестованное имущество отклонены, судом меры по снятию ограничений с имущества административного истца, не предпринимались.

Лишь 22 августа 2024 года постановлением Белгородского районного суда Белгородской области, оставленным без изменения апелляционным постановлением Белгородского областного суда от 09 декабря 2024 года, удовлетворено ходатайство ФИО4, действовавшего в интересах ФИО3, о снятии арестов, наложенных на незавершенное строительством строение и земельный участок.

Сохранение ареста на имущество лица, не являющегося обвиняемым или лицом, несущим по закону материальную ответственность за его действия, в целях обеспечения гражданского иска после вступления приговора в законную силу означает несоразмерное и необоснованное умаление права собственности, не отвечает конституционным критериям справедливости и соразмерности ограничений прав и свобод.

Общий срок ареста имущества, принадлежащего административному истцу, составил 12 лет и 11 мес., т.е. с 16 января 2012 года по 9 декабря 2024 года. Всё это время, не будучи лицом, совершившим какое-либо противоправное деяние, истица была ограничена в правах свободно пользоваться и распоряжаться своим имуществом. Учитывая общий срок ареста имущества, ссылаясь на часть 2 статьи 1 Федерального закона от 30 апреля 2010 года №68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года №11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», административный истец считала необходимым требовать компенсацию морального вреда в размере 10000000 рублей.

В ходе рассмотрения дела представитель административного истца по доверенности ФИО4 уточнил основание административного иска и ссылаясь на часть 4 статьи 250 КАС РФ просил взыскать с ответчиков в солидарном порядке в пользу ФИО3 компенсацию за судопроизводство и исполнение судебного акта в разумный срок в размере 10000000 рублей. В обоснование требований сослался на то, что в данном случае исполнение судебного акта в виде ограничений, наложенных на имущество ФИО3 прекращено 9 декабря 2024 года, так как постановлением Белгородского районного суда от 22 августа 2024 года удовлетворено ходатайство о снятии ареста на незавершенное строительством строение и земельный участок. Апелляционным постановлением Белгородского областного суда от 9 декабря 2024 года постановление районного суда от 22 августа 2024 года оставлено без изменения. Таким образом, общий срок ареста имущества и исполнения судебного акта продлился с 16 января 2012 года по 9 декабря 2024 года, то есть 12 лет и 11 месяцев. В предварительном судебном заседании 17 ноября 2025 года, представитель административного истца ФИО4 уточнил, что не исполнены следующие судебные акты, состоявшиеся по делу, в рамках которого заявлена компенсация: постановление Белгородского районного суда о наложении ареста на имущество от 16 января 2012 года, постановление Белгородского районного суда о наложении ареста на земельный участок от 4 июня 2013 года, приговор Белгородского районного суда от 31 марта 2014 года, постановление Белгородского районного суда о снятии ареста от 22 августа 2024 года.

Определением Белгородского областного суда от 11 декабря 2025 года производство по административному делу по административному исковому заявлению ФИО3 в части присуждения компенсации за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок прекращено, поскольку судебные акты, на которые указывает представитель административного истца и за несвоевременное исполнение которых административный истец просит присудить компенсацию, не предусматривают обращение взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации, не возлагают на федеральные органы государственной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные органы и организации, наделенные отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих обязанность исполнить иные требования имущественного характера и (или) требования неимущественного характера; должник в спорных правоотношениях не являлся получателем бюджетных средств, не выступал от имени Российской Федерации или органа местного самоуправления, не относился к лицам, наделенным отдельными государственными или иными публичными полномочиями.

В судебное заседание административный истец ФИО3 и ее представитель ФИО4, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом и своевременно (ФИО3 посредством заказного письма с уведомлением, РПО <данные изъяты> возвращено 11 декабря 2025 года в адрес суда за истечением срока хранения; представитель ФИО4 по электронной почте 27 ноября 2025 года) не явились.

Интересы Российской Федерации в Белгородском областном суде согласно части 9 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010 года №68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Закон о компенсации) представляет Министерство финансов Российской Федерации.

Представители административных ответчиков Министерства финансов РФ, интересы которого на территории Белгородской области осуществляет управление Федерального казначейства по Белгородской области и УМВД России по Белгородской области просили в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

Административные ответчики Министерство внутренних дел России, следственная часть Следственного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Белгородской области, Управление Федеральной службы судебных приставов по Белгородской области, извещенные о рассмотрении дела в порядке части 8 статьи 96 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, своих представителей в суд не направили.

Выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав письменные материалы настоящего административного дела, уголовного дела №№, гражданского дела №№, материал №№ в порядке исполнения приговора, суд приходит к следующим выводам.

Право на судебную защиту признается и гарантируется Конституцией Российской Федерации и включает в себя, в том числе, право на судопроизводство в разумный срок и право на исполнение судебного акта в разумный срок, которые реализуются посредством создания государством процессуальных условий для эффективного и справедливого рассмотрения дела, а также организации и обеспечения своевременного и эффективного исполнения судебных актов (статья 46 Конституции Российской Федерации).

Для обеспечения действенности данных прав Федеральным законом от 30 апреля 2010 года №68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Закон о компенсации) установлен специальный способ их защиты в виде присуждения компенсации.

Компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок как мера ответственности государства, имеет целью возмещение причиненного неимущественного вреда фактом нарушения процедурных условий, обеспечивающих реализацию данных прав в разумный срок, независимо от наличия или отсутствия вины суда, органов уголовного преследования, органов, на которые возложена обязанность по исполнению судебных актов, иных государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц.

Данная компенсация не направлена на восполнение имущественных потерь заинтересованного лица и не заменяет собой возмещения имущественного вреда, причиненного ему незаконными действиями (бездействием) государственных органов, в том числе судов. При этом присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за указанные нарушения (часть 4 статьи 1 Закона о компенсации, статьи 151, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания заявления (с учетом уточнения) и приложенных к нему документов следует, что ФИО3, формулируя требование как «компенсацию за судопроизводство и исполнение судебного акта в разумный срок в размере 10000 00 рублей», фактически заявляет о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в части длительности применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество лица, не являющегося подозреваемым, обвиняемым или лицом, несущим по закону материальную ответственность за их действия.

В силу положений части 1 статьи 1 Закона о компенсации лица, не являющиеся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, при нарушении разумного срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество, могут обратиться в суд с заявлением о присуждении компенсации за такое нарушение в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и процессуальным законодательством Российской Федерации.

По смыслу части 7 статьи 250 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) с требованием о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в части длительности применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество вправе обратиться лица, не являющиеся подозреваемыми, обвиняемыми, или лица, несущие по закону материальную ответственность за их действия, в шестимесячный срок со дня вступления в законную силу приговора либо постановления или определения суда о прекращении уголовного судопроизводства по делу либо со дня принятия дознавателем, начальником подразделения дознания, начальником органа дознания, органом дознания, следователем, руководителем следственного органа, прокурором постановления о прекращении уголовного судопроизводства, а также до прекращения уголовного преследования или до вступления в законную силу приговора суда, если продолжительность срока ареста, наложенного на имущество по уголовному делу, превысила четыре года.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. №11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» при обращении с заявлением о компенсации лица, на имущество которого наложен арест, общая продолжительность судопроизводства по уголовному делу в части длительности применения данной меры процессуального принуждения исчисляется со дня принятия решения о наложении ареста на имущество до вынесения решения по результатам досудебного производства или вступления в законную силу итогового судебного решения. Если производство по уголовному делу не окончено, общая продолжительность судопроизводства исчисляется со дня принятия решения о наложении ареста на имущество до дня принятия судебного решения по заявлению о компенсации (часть 7.2 статьи 3 Закона о компенсации, часть 7 статьи 250 КАС РФ).

В соответствии с частью 3.2 статьи 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) при определении разумного срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, в ходе уголовного судопроизводства учитываются обстоятельства, указанные в части третьей настоящей статьи, а также общая продолжительность применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в ходе уголовного судопроизводства.

В уголовном судопроизводстве наложение ареста на имущество является одной из мер процессуального принуждения, применяемой в целях обеспечения надлежащего исполнения приговора к подозреваемому, обвиняемому и состоящей в запрете, адресованном собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также в изъятии имущества и передаче его на хранение (пункт 4 части 1 статьи 111, часть 2 статьи 115 УПК РФ).

В соответствии со статьёй 115 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в части 1 статьи 104.1 УК РФ, следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия.

Часть 3 статьи 115 УПК РФ предусматривает возможность наложения ареста на имущество, находящееся у других, помимо указанных в части 1 этой же статьи лиц, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления, либо для финансирования преступной деятельности.

Установленный судом срок ареста, наложенного на имущество, может быть продлен в порядке, установленном статьёй 115.1 УПК РФ.

Процедура отмены ареста на имущество регламентирована частью 9 статьи 115 УПК РФ.

В соответствии с частями 1,2 статьи 6.1 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок. Уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные настоящим Кодексом. Продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок.

Судом установлено, что 30 октября 2008 года заместителем начальника СО при ОВД по Белгородскому району возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. «в» ст.158 УК РФ по заявлению Г.А.И. (т. 1 л.д. 4, 7).

В период 30 октября 2008 года по 28 ноября 2008 года по уголовному делу проведен ряд следственных действий, направленных на раскрытие преступления.

28 ноября 2008 года постановлением заместителя начальника СУ при УВД по Белгородской области отменено постановление о возбуждении уголовного дела № и принятии его производству, вынесенное 30 октября 2008 года и в тот же день старшим следователем по ОВД СЧ СУ при УВД Белгородской области возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. «а», «в» ст.158 УК РФ (т.1 л.д.100, т.1 л.д.1).

4 декабря 2008 года постановлением старшего следователя СЧ СУ при УВД Белгородской области потерпевшим по уголовному делу признан Г.А.И. (т.1 л.д.143).

Далее по уголовному делу следственными органами осуществлен ряд следственных действий, направленных на его расследование, неоднократно продлевался срок предварительного следствия, выносились постановления о принудительном приводе свидетелей, назначались экспертизы.

11 марта 2009 года начальником отдела СЧ СУ при УВД Белгородской области вынесено постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств: кирпичей в количестве 3х штук, являющихся продукцией, выпускаемой <данные изъяты>, изъятых с места происшествия – <адрес>; кирпичей в количестве 2-х штук, являющихся продукцией, выпускаемой <данные изъяты>, изъятых в ходе осмотра земельного участка <адрес>, принадлежащего К.С.А.., 6400 штук кирпича, являющегося продукцией, выпускаемой <данные изъяты>, находящегося в облицовочной стене незавершенного строительством строения, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего К.С.А. 424 штук кирпича, являющегося продукцией, выпускаемой <данные изъяты>, находящегося в облицовочной стене незавершенного строительством строения, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего К.С.А. (т.5 л.д.64-65)

20 марта 2009 года в качестве обвиняемого по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ привлечен К.С.А. (т.5 л.д.87-89).

В период с марта 2009 года по февраль 2011 года по уголовному делу производились следственные действия, Белгородским районным судом Белгородской области уголовное дело неоднократно возвращалось прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

9 февраля 2011 года из УФС государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области получено уведомление об отсутствии в ЕГРН сведений о зарегистрированных объектах недвижимости в отношении К.С.А. (т.13 л.д.18).

15 февраля 2011 года получена выписка из ЕГРН, согласно которой земельный участок <адрес> принадлежит ФИО3 (т.13 л.д. 35).

16 января 2012 года постановлением судьи Белгородского районного суда Белгородской области наложен арест на имущество ФИО3 в виде незавершенного строительством строения, содержащего 6400 штук кирпичей, являющихся продукцией, выпускаемой <данные изъяты>, находящихся в облицовочной стене, а также 424 штуки силикатного кирпича, находящегося во внутренней стене, расположенного на земельном участке по адресу: <адрес> (т.18 л.д.80).

18, 23, 25 января 2012 года заместителем начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Белгородской области ФИО3 вызывалась на допрос, на допросы последняя не являлась (т.18 л.д.82,83,84,85).

27 января 2012 года заместителем начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Белгородской области составлен протокол наложения ареста на имущество ФИО3 в виде незавершенного строительством строения, расположенного на земельном участке по адресу: <адрес> (т.18 л.д.103-105), постановление судьи Белгородского районного суда Белгородской области от 16 декабря 2012 года о наложении ареста на имущество ФИО3 направлено в УФС государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области (т.18 л.д.106).

В период с 27 января по 24 февраля 2012 года по уголовному делу выполнены следующие следственные действия: разрешены ходатайства потерпевшего Г.А.И..; истребованы сведения в отношении К.А.А.., К.Д.А Ш.А.А., С.С,И.; осуществлен допрос свидетелей; розыск подозреваемых; уголовное дело в отношении Ш.А.А. К.А.А., К.Д.А. по признакам состава преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ выделено из уголовного дела № с присвоением №; обвиняемые К.С.А. С.С.И. и их защитники уведомлены об окончании следственных действий; потерпевший Г.А.И. и обвиняемый К.С.А. их защитники ознакомлены с материалами уголовного дела.

24 февраля 2012 года прокурором утверждено обвинительное заключение по уголовному делу в отношении К.С.А. и С.С.И. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ (т.19 л.д.26-87).

1 марта 2012 года уголовное дело № по обвинению К.С.А. и С.С.И. поступило для рассмотрения в Белгородский районный суд Белгородской области (т.19 л.д.91).

15 мая 2012 года Белгородским районным судом уголовное дело № по обвинению К.С.А. и С.С.И. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения (т.19 л.д.236-237).

25 мая 2012 года заместителем прокурора Белгородского района внесено кассационное представление на постановление Белгородского районного суда от 15 мая 2012 года о возвращении уголовного дела прокурору (т.20 л.д.3-5).

27 июня 2012 года кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Белгородского областного суда постановление Белгородского районного суда от 15 мая 2012 года оставлено без изменения (т.20 л.д.25-26).

13 июля 2012 года уголовное дело принято к производству заместителем начальника отдела СЧ СУ России по Белгородской области, возобновлено предварительное следствие, возбуждено ходатайство об установлении срока дополнительного следствия, продлении срока предварительного следствия перед руководителем следственного органа (т.20 л.д.33, 38-40, 41-43).

В период с 16 июля по 3 октября 2012 года выполнены следующие следственные действия: установлено место нахождения подозреваемого Ш.А.А.. (т.20 л.д.147); допрошен подозреваемый Ш.А.А., ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, он привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу; уголовное дело №№ соединено с уголовным делом №№ с присвоением №№ и принято к производству заместителем начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Белгородской области; подозреваемый Ш.А.А. и его защитник ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз, с заключениями экспертов; истребованы данные, характеризующие личность обвиняемого Ш.А.А.; допрошены свидетели ФИО69 дополнительно допрошен обвиняемый К.С.А произведен обыск в жилище К.Д.А.., о чем составлен протокол; в качестве обвиняемого по уголовному делу привлечен Ш.А.А.., произведен его допрос; в качестве обвиняемого по уголовному делу привлечен С.С.И., произведен его допрос; в качестве обвиняемого привлечен К.С.А.., произведен его допрос; из уголовного дела №№ выделено уголовное дело в отношении К.Д.А.., К.А.А в связи с невозможностью установления мест их нахождения; стороны уведомлены об окончании следственных действий по уголовному делу; обвиняемые С.С.И., К.С.А.., Ш.А.А. и их защитники ознакомлены с материалами уголовного дела; уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору для утверждения обвинительного заключения и направления в суд (т.21 л.д.171-288).

3 октября 2012 года уголовное дело №№ возвращено заместителем прокурора Белгородского района в СЧ СУ УМВД России по Белгородской области для организации дополнительного следствия и устранения недостатков (т.22 л.д.1, 2-3).

26 ноября 2012 года возобновлено расследование и возбуждено ходатайство об установлении срока дополнительного следствия перед руководителем следственного органа и ходатайство о продлении срока предварительного следствия (т.22 л.д.36-38, 39-42).

В период с 26 ноября 2012 года по 18 января 2013 года проведены следующие следственные действия: произведен обыск в жилище К.А.А. в целях установления его места нахождения; обвиняемые, их защитники и потерпевший уведомлены об окончании следственных действий по уголовному делу; ознакомлены с материалами уголовного дела; разрешены ходатайства обвиняемого К.С.А. и его защитника; составлено обвинительное заключение.

18 января 2013 года заместителем прокурора Белгородского района утверждено обвинительное заключение по обвинению К.С.А. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, С.С.И. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, Ш.А.А. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ (т.22 л.д.100-219).

24 января 2013 года уголовное дело №№ поступило в Белгородский районный суд Белгородской области (т.23 л.д.1).

29 января, 4,11 февраля 2013 года назначены предварительные слушания по уголовному делу.

11 февраля 2013 года постановлением заместителя начальника отдела СЧ СУ России по Белгородской области в качестве обвиняемого по уголовному делу №№ привлечен К.Д.А. (т.23 л.д.216-221).

12 февраля 2013 года Белгородским районным судом избрана мера пресечения в виде домашнего ареста К.Д.А. (т.23 л.д.35-36).

14 февраля 2013 года постановлением Белгородского районного суда Белгородской области уголовное дело №№ возвращено прокурору для соединения с уголовным дело в отношении К.Д.А. (т.23 л.д.47-48).

6 марта 2013 года поступила апелляционная жалоба защитника обвиняемого К.С.А.. на постановление Белгородского районного суда от 14 февраля 2013 года о возвращении уголовного дела прокурору (т.23 л.д.61-62).

16 апреля 2013 года уголовное дело направлено в Белгородский областной суд для рассмотрения апелляционной жалобы (т.23 л.д.81).

14 марта 2013 года постановлением заместителя начальника отдела СЧ СУ России по Белгородской области в качестве обвиняемого по уголовному делу №№ привлечен К.А.А. (т.24 л.д.24-29), а также вынесено постановление о привлечении его в качестве гражданского ответчика (т.21 л.д.71-72).

15 мая 2013 года апелляционным определением судебной коллегии Белгородского областного суда постановление Белгородского районного суда от 14 февраля 2013 года оставлено без изменения, жалоба защитника обвиняемого К.С.А. без удовлетворения (т.23 л.д.94-96).

28 мая 2013 года уголовное дело возвращено прокурору Белгородского района (т.23 л.д.106) и 29 мая 2013 года заместителем прокурора Белгородского района уголовное дело направлено в СЧ СУ УМВД по Белгородской области для устранения нарушений (т.23 л.д.107).

3 июня 2013 года уголовное дело принято к производству заместителем начальника СЧ СУ УМВД по Белгородской области (т.23 л.д.108), возобновлено расследование, возбуждено ходатайство перед руководителем следственного органа об установлении срока дополнительного расследования (т.23 л.д.109-111); постановлением заместителя начальника СУ УМВД России по Белгородской области соединены материалы уголовного дела №№ и уголовного дела №№ в одно производство с присвоением уголовному делу № № (т.24 л.д.82-83).

4 июня 2013 года постановлением судьи Белгородского районного суда наложен арест на земельный участок, имеющий кадастровый номер №, расположенный по адресу: Белгородская область, <адрес> принадлежащий ФИО3 (т.24 л.д.120).

6 июня 2013 года постановление судьи Белгородского районного суда о наложении ареста на земельный участок направлено в УФС государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области (т.24 л.д.121).

11 июня 2013 года заместителем начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Белгородской области составлен протокол наложения ареста на имущество ФИО3 - земельный участок, имеющий кадастровый номер №, расположенный по адресу: <адрес> (т.24 л.д.122-124).

17 июня 2013 года постановлениями заместителя начальника отдела СЧ СУ России по Белгородской области в качестве обвиняемого по уголовному делу №№ привлечен Ш.А.А. (т.24 л.д.172-176) и К.Д.А. (т.24 л.д.180-184), а также вынесено постановление о привлечении К.Д.А. в качестве гражданского ответчика (т.24 л.д.191-192).

19 июня 2013 года копия протокола наложения ареста на имущество ФИО3 направлена в УФС государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области (т.24 л.д.127).

30 августа 2013 года обвинительное заключение по обвинению К.С.А. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, С.С.И. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, Ш.А.А. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, К.Д.А. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ, К.А.А. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ утверждено заместителем прокурора Белгородского района (т.25 л.д.45-232).

5 сентября 2013 года уголовное дело №№ с обвинительным заключением направлено в Белгородский районный суд (т.25 л.д.242).

2 и 7 октября 2013 года по уголовному делу проведены предварительные слушания (т.25 л.д.243), которые откладывались ввиду неявки подсудимого Ш.А.А.

7 октября 2013 года постановлением Белгородского районного суда отказано в удовлетворении ходатайства обвиняемого К.С.А. и его защитника Стрелкова Д.Н. о возвращении уголовного дела прокурору, назначено судебное заседание в общем порядке (т.26 л.д.46-47), вынесено постановление о принудительном приводе обвиняемого Ш.А.А. (т.26 л.д.52).

9, 23, 30 октября 2013 года судебные разбирательства уголовного дела откладывались виду неявки подсудимого К.С.А.., его защитника Стрелкова Д.Н., подсудимого Ш.А.А.., вынесено постановление о принудительном приводе Ш.А.А. (т.26 л.д.62, т.27 л.д.156-157).

6, 7, 14, 21, 28 ноября 2013 года, 4,9,18,24 декабря 2013 года по уголовному делу проводились судебные заседания, в которых были допрошены потерпевший, свидетели, приобщены и исследованы доказательства; судебные заседания откладывались ввиду окончания рабочего времени, повторного вызова свидетелей, а также по причине неявки свидетелей, подсудимого Ш.А.А., были вынесены постановления о принудительном приводе свидетелей, подсудимого Ш.А.А.

10,15,22,29,31 января 2014 года в судебных заседаниях исследованы письменные доказательств, разрешены ходатайства об исключении доказательств, повторно вызваны и допрошены свидетели, осмотрены вещественные доказательства, допрошен подсудимый С.С.И. (т. 27 л.д. 179, 183, 186,188, 191).

5, 11, 17, 20 февраля 2014 года, 5,13,20 марта 2014 года в судебных заседаниях исследованы письменные доказательства стороны защиты в отношении подсудимых К.А.А.., К.Д.А., допрошены подсудимые К.Д.А.., К.С.А.., разрешены ряд ходатайств, допрошены свидетели (т.27 л.д.196,201,203,205). Судебные заседания откладывались ввиду окончания рабочего времени, а также по ходатайствам стороны защиты и государственного обвинителя.

26, 28 марта 2014 года в судебных заседаниях проведены судебные прения, подсудимые выступили в последнем слове (т.27 л.д.220).

31 марта 2014 года провозглашен приговор. Срок ареста, наложенного на незавершенное строительством строение и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес> принадлежащие ФИО3 продлен до разрешения гражданского иска Г.А.И. о возмещении материального ущерба (т.27 л.д.223-232).

В период с 10 апреля по 2 июня 2014 года на приговор Белгородского районного суда были поданы апелляционные жалобы осужденным К.С.А. и его защитником, осужденным С.С.И.., потерпевшим Г.А.И.., государственным обвинителем внесено апелляционное представление.

6 августа 2014 года апелляционным постановлением Белгородского областного суда приговор Белгородского районного суда от 31 марта 2014 года изменен (т.28 л.д.195-207).

21 октября 2014 года прокурором Белгородской области подано кассационное представление на приговор Белгородского районного суда от 31 марта 2014 года и апелляционное постановление Белгородского областного суда (т.29 л.д.255-256).

4 декабря 2014 года постановлением Президиума Белгородского областного суда апелляционное постановление Белгородского областного суда от 6 августа 2014 года в отношении осужденного С.С.И. отменено, уголовное дело в этой части направлено на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе (т.29 л.д.27-30).

24 декабря 2014 года апелляционным постановлением Белгородского областного суда приговор Белгородского районного суда от 31 марта 2014 года в отношении С.С.И. изменен. (т.29 л.д.43-46).

4 августа 2017 года потерпевший Г.А.И. обратился в Белгородский районный суд с исковым заявлением к К.С.А.., К.Д.А.., К.А.А.., С.С.И. о возмещении ущерба, причиненного преступлением; 7 августа 2017 года исковое заявление принято к производству Белгородского районного суда (т.1 л.д. 1-2, 4-24 гражданского дела № №).

Решением Белгородского районного суда от 27 мая 2019 года исковые требования Г.А.И. к К.С.А.., К.Д.А.., К.А.А.., С.С.И. о взыскании солидарно ущерба, причиненного преступлением, убытков, компенсации за нарушение права на реализацию своего труда по выполнению неоконченных строительно-монтажных работ до полного завершения строительства, компенсации за нарушение права на реализацию своего труда по выполнению строительно-монтажных работ по возведению построек инженерно-хозяйственного назначения, компенсации морального вреда, процессуальных издержек при рассмотрении уголовного дела, судебных расходов, расходов по оплате экспертизы удовлетворены частично. Взыскано солидарно с К.С.А.., К.Д.А.., К.А.А.., С.С.И. в пользу Г.А.И.. материальный ущерб в сумме 466120 рублей 68 копеек, компенсация морального вреда в сумме 60000 рублей, судебные расходы в сумме 10000 рублей, а всего 536120 рублей 68 копеек. Взыскана солидарно с К.С.А.., К.Д.А.., К.А.А.., С.С.И. государственная пошлина в доход бюджета муниципального района «Белгородский район» 8461 рубль 20 копеек (т.6 л.д.211).

С 21 августа по 17 сентября 2019 года на решение суда поданы апелляционные жалобы, уточнения и дополнения к апелляционным жалобам ответчиком К.Д.А.. и истцом Г.А.И. (т. 6 л.д. 229-230, 235-242, 250, т. 7 л.д. 1-11, 12, 13-14, 15).

12 ноября 2019 года вынесено апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда, которым решение Белгородского районного суда от 27 мая 2019 года отменено, принято новое решение, которым взыскано солидарно с К.С.А.., К.Д.А. К.А.А. С.С.И.. в пользу Г.А.И. материальный ущерб в сумме 1223814 рублей, компенсация морального вреда в сумме 50000 рублей с каждого, расходы по оплате экспертизы ИП <данные изъяты>. в размере 2500 рублей с каждого, расходы по оплате услуг представителя в размере 2500 рублей с каждого. Взыскана солидарно с К.С.А.., К.Д.А.., К.А.А., С.С.И.. государственная пошлина в доход бюджета муниципального района «Белгородский район» 14619 рублей (т.7 л.д.148-155).

10 января 2020 года ответчиками К.С.А.., К.А.А.. поданы кассационные жалобы на решение Белгородского районного суда от 27 мая 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 12 ноября 2019 года (т.7 л.д.184-189, 201-206) с ходатайствами о приостановлении исполнения судебных актов (т.7 л.д.193-194, 217-218).

20 января 2020 года ФИО3 по гражданскому делу № № подано заявление об отмене обеспечительных мер в виде ареста на земельный участок с кадастровым номером № и объект незавершенного строительства, расположенные по адресу: <адрес> (т.7 л.д. 101).

27 января 2020 года заявление ФИО3 об отмене обеспечительных мер принято к производству Белгородским районным судом. Судебные заседания по рассмотрению заявления назначались на 25 февраля, 23 апреля, 28 мая, 25 июня, 21 июля, 11 августа, 26 августа 2020 года и откладывались в связи с нахождением гражданского дела №№ в суде кассационной инстанции.

25 июня 2020 года судебной коллегией по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции вынесено определение об оставлении апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 12 ноября 2019 года без изменения, а кассационных жалоб К.С.А.., К.А.А.. без удовлетворения (т.7 л.д.279-290); 7 августа 2020 года гражданское дело № возвращено в Белгородский районный суд (т.7 л.д.296).

26 августа 2020 года определением Белгородского районного суда в удовлетворении заявления ФИО3 об отмене мер по обеспечению иска по гражданскому делу №№ отказано, поскольку обеспечительные меры были применены судом в рамках уголовного дела и оснований для оценки или для отмены этих мер в рамках гражданского судопроизводства не имеется, кроме того, ФИО3 не является лицом, участвующем в гражданском деле. ФИО3 разъяснено право обратиться с заявлением о снятии ареста в порядке, урегулированном УПК РФ (т.8 л.д.140-141).

25 июня 2024 года представитель ФИО3 – ФИО4 обратился в Белгородский районный суд с заявлением об отмене обеспечительных мер и освобождении имущества из-под ареста в порядке части 9 статьи 115 УПК РФ (т.1 л.1-5 материалов, разрешаемых в порядке исполнения приговоров №№).

22 августа 2024 года постановлением Белгородского районного суда снят арест с принадлежащего ФИО3 земельного участка и незавершенного строительством объекта, расположенных по адресу: <адрес> (т.1 л.м.232-234).

11 октября 2024 года потерпевшим Г.А.И.. подана апелляционная жалоба на постановление суда о снятии ареста с принадлежащего ФИО3 земельного участка и незавершенного строительством объекта, с ходатайством о восстановлении пропущенного срока на ее подачу (т.2 л.м.9).

9 декабря 2024 года апелляционным постановлением Белгородского областного суда постановление Белгородского районного суда от 22 августа 2024 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба Г.А.И. – без удовлетворения (т.2 л.м. 101-103).

13 декабря 2024 года копия вступившего в законную силу постановления Белгородского районного суда о снятии арестов направлена судом в Управление Росреестра по Белгородской области (т.2 л.м. 106).

Таким образом, общая продолжительность применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество лица, не являющегося подозреваемым, обвиняемым или лицом, несущим по закону материальную ответственность за их действия по уголовному делу с 16 января 2012 года (день вынесения постановления о наложении ареста) по 9 декабря 2024 года (день снятия ареста) составила 12 лет 11 месяцев.

Такая продолжительность длительности применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество обусловлена общим сроком производства по уголовному делу в отношении обвиняемых К.С.А.., С.С.И.., К.Д.А.., К.А.А.., Ш.А.А. и необходимостью обеспечения заявленного гражданского иска.

В соответствии с частью 4 статьи 258 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок суд устанавливает факт нарушения права административного истца на уголовное судопроизводство в разумный срок исходя из доводов, изложенных в административном исковом заявлении, содержания принятых по уголовному делу судебных актов, из материалов дела и с учетом следующих обстоятельств:1) правовая и фактическая сложность дела; 2) поведение административного истца и иных участников уголовного процесса; 3) достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела; 4) общая продолжительность уголовного судопроизводства или применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в ходе уголовного судопроизводства.

Оценив представленные доказательства и проанализировав материалы уголовного дела, суд приходит к выводу, что действия следственного органа по расследованию уголовного дела с момента наложения ареста на имущество ФИО3 (16 января 2012 года), являлись эффективными, в период предварительного следствия был проведен значительный объем следственных и процессуальных действий. Период уголовного судопроизводства обусловлен фактической сложностью уголовного дела по обвинению 5 лиц, которое на момент направления в суд составляло 25 томов, в условиях непризнания вины, невозможностью в течение длительного времени установления местонахождения обвиняемых К.Д.А.., К.А.А., допроса значительного количества свидетелей.

Действия и решения следователя, осуществлявшего предварительное следствие по данному уголовному делу, были направлены на своевременную защиту прав и законных интересов потерпевших от преступлений, являются достаточными и эффективными на всех этапах расследования, каких-либо существенных и безосновательных проволочек по делу не установлено.

Судом также установлено и подтверждается материалам уголовного дела, протоколами судебных заседаний, что судебное разбирательство проводилось с соблюдением прав участников процесса, судебные заседания назначались в установленные законом сроки, перерывы по делу являлись необходимыми и обоснованными, обусловлены неявкой в судебное заседание подсудимых, их защитников, свидетелей, а в дальнейшем их приводом в судебное заседание; болезнью потерпевшего, подготовкой к представлению доказательств стороной обвинения и стороной защиты, то есть относятся к уважительным причинам, вызваны необходимостью соблюдения в полном объеме прав участников процесса. Периоды неактивности суда были непродолжительными, волокиты по делу допущено не было. Производство по делу приостанавливалось в связи с назначением экспертизы.

Судом также соблюдались сроки изготовления судебных актов и направления их сторонам; эффективно осуществлялось руководство ходом судебного заседания в целях создания условий для всестороннего и полного исследования доказательств и выяснения обстоятельств дела; в полной мере осуществлялся контроль за выполнением работниками аппарата суда своих служебных обязанностей, в том числе по извещению сторон о времени и месте судебного заседания, своевременным изготовлением протокола судебного заседания и ознакомлением с ним сторон.

Действия судов первой, апелляционной и кассационной инстанций являлись достаточными и эффективными, были направлены на правильное и своевременное рассмотрение дела с соблюдением прав сторон.

В материалах административного дела отсутствуют данные, которые бы свидетельствовали о том, что действия суда по уголовному делу не были достаточными и эффективными.

Кроме того, в качестве обстоятельств, влияющих на продолжительность срока судопроизводства, суд учитывает количество, характер и продолжительность проведенных следственных действий, количество и объем исследованных доказательств.

Таким образом, продолжительность рассмотрения уголовного дела обусловлена объемом предъявленного обвинения, сложностью дела и количеством подлежащих исследованию доказательств, сам по себе факт превышения срока судопроизводства, предусмотренного частью 7.2 статьи 3 Закона о компенсации, не свидетельствует о неэффективности и недостаточности действий органов следствия и суда.

Анализируя продолжительность уголовного судопроизводства в части длительности применения меры процессуального принуждения, суд также не оставляет без внимания действия лица, на имущество которого в рамках уголовного дела был наложен арест.

После вступления в законную силу решения суда по гражданскому иску потерпевшего Г.А.И. о возмещении ущерба, причиненного преступлением, ФИО3 20 января 2020 года подано заявление об отмене обеспечительных мер в виде ареста на имущество в рамках гражданского дела №№. 26 августа 2020 года судом отказано в удовлетворении заявления ФИО3 и разъяснено право на обращение с таким заявлением в порядке УПК РФ. С заявлением об отмене обеспечительных мер в порядке УПК РФ ФИО3 обратилась в Белгородский районный суд лишь 25 июня 2024 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2011 №21 (ред. от 25.06.2024) «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора» вопросы о разъяснении сомнений и неясностей, возникающих при исполнении приговора, подлежат рассмотрению по ходатайствам (представлениям), заявленным, помимо осужденного (оправданного), прокурором, адвокатом, законным представителем, потерпевшим, его представителем, гражданским истцом и гражданским ответчиком и их представителями, исправительным учреждением, уголовно-исполнительной инспекцией, иными заинтересованными лицами, а также по инициативе суда.

Такие вопросы могут быть рассмотрены судом, если они возникли при исполнении не только приговора, но и иного судебного решения (например, постановления суда о прекращении уголовного дела, постановления о назначении судебного заседания, постановления, вынесенного по итогам предварительного слушания, постановления о наложении ареста на имущество, постановления, принятого судом при исполнении приговора).

Исходя из изложенного, отмена мер процессуального принуждения в виде наложения ареста в рамках уголовного дела на имущество, находящееся у другого лица носит заявительный характер. После разрешения гражданского иска Г.А.И. - 12 ноября 2019 года (дата вынесения апелляционного определения по иску Г.А.И..), ФИО3 не была лишена права обратится с соответствующим заявлением об отмене ареста на имущество.

Доводы административного истца о том, что в результате невозможности пользоваться земельным участков и незавершенным строением она понесла убытки, которые в настоящее время желает в полном объеме возместить за счет казны Российской Федерации, так как чрезмерные ограничения прав были наложены должностными лицами государственных органов, суд признает необоснованными, поскольку судом установлено, что административный истец в рассматриваемый период не была лишена возможности пользоваться земельным участком и строением.

Кроме того, следует отметить, что компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, как мера ответственности государства, имеет целью возмещение причиненного неимущественного вреда фактом нарушения процедурных условий, обеспечивающих реализацию данных прав в разумный срок, независимо от наличия или отсутствия вины суда, органов уголовного преследования, органов, на которые возложена обязанность по исполнению судебных актов, иных государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, не направлена на восполнение имущественных потерь заинтересованного лица и не заменяет собой возмещения имущественного вреда, причиненного ему незаконными действиями (бездействием) государственных органов, в том числе судов.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, принимая во внимание правовую и фактическую сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий органов следствия и суда, производимых в целях своевременного рассмотрения уголовного дела, гражданского дела, ходатайства в порядке исполнения приговора общую продолжительность уголовного судопроизводства, руководствуясь приведенными выше нормами закона, суд не усматривает нарушения права административного истца на судопроизводство в разумный срок по уголовному делу в части длительности применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество, в связи с чем, основания для присуждения компенсации, заявленной административным истцом, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 175-180, 259 КАС РФ, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО3 о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, отказать.

Решение может быть обжаловано в Первый апелляционный суд общей юрисдикции в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, через суд, принявший решение.

Судья Е.В. Сотникова

Решение в окончательной форме принято 13 января 2026 года.