Апелляционное постановление № 22-314/2025 от 19 февраля 2025 г. по делу № 1-90/2024

Дело № 22-314 судья Тарабрина Ю.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 февраля 2025 года город Тула

Тульский областной суд в составе:

председательствующего судьи Грацескул Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Семиной А.С.,

с участием прокурора Безверхой Т.В.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного ФИО1 - адвоката Сухорукова А.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката Сухорукова А.В. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Плавского межрайонного суда Тульской области от 29 ноября 2024 года, которым ФИО1 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 2641 УК РФ.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> несудимый,

осужден по ч.1 ст.2641 УК РФ к 400 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средствами, на срок 3 года.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменений.

Вещественное доказательство – автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, 2010 года выпуска, идентификационный номер VIN №№, принадлежащий ФИО8, конфискован и обращен в собственность государства.

Арест на автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, 2010 года выпуска, идентификационный номер VIN №№, наложенный постановлением Плавского межрайонного суда Тульской области от 10 сентября 2024 года, сохранен до исполнения приговора в части конфискации.

По приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за то, что управлял транспортным средством - автомобилем «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты>, находясь в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения.

Преступление совершено при обстоятельствах, установленных судом и подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник осужденного ФИО1 - адвокат Сухоруков А.В. выражает несогласие с приговором.

Указывает, что обвинение его подзащитному изначально предъявлено незаконно и необоснованно, в материалах уголовного дела нет ни одного доказательства, подтверждающего его вину.

Считает необходимой отмену приговора, так как без устранения допущенной судебной ошибки существенного и непреодолимого характера, невозможны восстановление и защита существенно нарушенных прав и защищаемых законом публичных интересов.

Утверждает, что приговор основан на предположениях, вынесен с обвинительным уклоном, без оценки доводов стороны защиты.

Сообщает, что ни одно из ходатайств стороны защиты судом удовлетворено не было, ни одно из представленных доказательств не принято во внимание.

Ссылается на нарушение судом принципов презумпции невиновности, состязательности сторон и свободы оценки доказательств.

Утверждает, что все сомнения в виновности его подзащитного были истолкованы против его интересов, наличие доказательств, подтверждающих обоснованность выраженных сомнений, не приняты во внимание.

Отмечает, что показания свидетелей, данные ими в судебном заседании, в приговоре искажены и приняты во внимание только в части, не опровергающей вину подсудимого.

Так, суд проигнорировал: показания свидетеля – начальника отдела ГАИ <адрес> ФИО10, допустившего, что водительское удостоверение ФИО1 могло быть сдано в установленном законом порядке и уничтожено по инструкции, в связи с чем, в настоящее время отсутствует в архиве; показания свидетеля - сотрудника ДПС ФИО11 о том, что в его практике были случаи, когда данные электронной базы ФИС-М ГИБДД не соответствовали действительности; а также показания свидетеля - лица, ответственного за бумажный архив отделения ГИБДД <адрес> ФИО12, согласно которым электронная база ФИС-М ГИБДД была создана намного позднее, чем ФИО1 был лишен водительского удостоверения, и старые данные из бумажного архива вносились в электронную базу старого образца (только по <адрес>) вручную, а затем из старой базы переносились в новую. Кроме того, свидетель ФИО12 пояснил, что в связи с перевозкой архива без должного контроля утеря водительского удостоверения ФИО1, находящегося в архиве, не исключалась. Свидетель утверждал, что составлял на ФИО1 протокол за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения и точно помнит, что в материалах, собираемых им для рассмотрения судом, имелось водительское удостоверение ФИО1, т.к. оно в то время изымалось сразу, до вынесения судом решения. Свидетель утверждал, что он лично вносил данные о сдаче водительского удостоверения в старую базу по <адрес>. В то время областным отделом КПО ежеквартально проводились проверки районных отделов ГИБДД, и если бы ФИО1 не сдал водительского удостоверения, данный факт был бы установлен, было бы вынесено замечание с последующим наказанием сотрудников, поэтому они строго следили за исполнением решений суда и принимали меры к изъятию водительских удостоверений у лиц, лишенных права управления.

Обращает внимание на показания трех сотрудников ГИБДД о том, что электронная база была создана намного позднее произошедших событий и зачастую информация в ней не соответствовала действительности.

Ставит под сомнение вывод суда о том, что вина ФИО1 подтверждается его признательными показаниями, поскольку он, не отрицая факта управления транспортным средством, не считал себя лицом, подвергнутым административному наказанию, поскольку указывал о сдаче им водительского удостоверения в отделение ГИБДД сразу после совершения административного правонарушения и отбытии им срока административного наказания, т.е. вину признавал частично.

Заявляет, что протокол осмотра места происшествия от 10 сентября 2024 года является недопустимым доказательством, поскольку свидетель ФИО13, с участием которого, якобы, проводилось указанное следственное действие, в суде пояснил, что, кроме допроса, ни в каких следственных действиях не участвовал. При этом протокол осмотра места происшествия ему для обозрения судом не предъявлялся. Недопустимость протокола осмотра места происшествия указывает на то, что место совершения преступления фактически не установлено.

Считает, что DVD-диск и протокол осмотра предметов от 10 сентября 2024 года являются недопустимыми доказательствами, так как их содержание не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Запись на DVD-диске не является записью с видеорегистратора, поскольку на видео виден монитор, с которого ведется запись на другое средство видеофиксации.

Указывает, что протокол допроса свидетеля ФИО14 получен органом дознания с грубейшими нарушениями, поскольку следователь начал ее допрос, находясь у себя в кабинете в <адрес> по телефону, когда свидетель находилась в <адрес>. Изготовив протокол допроса с помощью оргтехники и распечатав его, на следующий день следователь, поехав в <адрес>, предъявил его свидетелю ФИО14 для подписи. При таких обстоятельствах, изложенные в протоколе данные о месте его составления – кабинет дознавателя, расположенный в ОП <данные изъяты><адрес>, не соответствуют действительности, так как указанное следственное действие длилось двое суток, началось в одном населенном пункте, а закончилось в неустановленном месте. Данные об установлении личности свидетеля, разъяснении прав, дате, времени и месте допроса не соответствуют действительности.

Обращает внимание на первоначальные показания свидетеля ФИО14 в суде, согласно которым в ее присутствии сотрудники полиции не предлагали ФИО1 пройти медосвидетельствование, и от его прохождения он не отказывался, о чем она говорила дознавателю, однако, в протоколе ее допроса приведены не соответствующие действительности сведения. При этом при последующем ее допросе в судебном заседании она от этих показаний отказалась по неизвестной причине, была внешне подавлена, других показаний не давала, а лишь подтвердила показания, изложенные в протоколе ее допроса в ходе дознания.

Просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, либо возвратить уголовное дело прокурору, либо вынести оправдательный приговор.

Апелляционное представление отозвано прокурором до начала рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его адвокат просили об отмене приговора по доводам апелляционных жалоб.

Прокурор Безверхая Т.В. просила об отмене приговора и направлении дела на новое судебное разбирательство со ссылкой на противоречия в оценке показаний свидетеля ФИО12, ненадлежащей оценке показаний свидетеля ФИО14 при допросе ее в ходе производства дознания посредством телефонного звонка, а также ввиду нарушения права осужденного ФИО1, не признавшего своей вины в инкриминируемом преступлении, на защиту.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, а также прослушав в порядке подготовки к судебному заседанию аудиозапись судебных заседаний суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ч.1 ст. 38919 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

В силу ч.2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Из этих норм закона следует, что решение должно быть принято с соблюдением процедуры и прав участников судопроизводства и основано на правильном применении уголовного и уголовно-процессуального закона.

Обжалуемый приговор этим требованиям закона не соответствует.

В соответствии со ст.ст. 38915, 38917 УПК РФ, основанием отмены приговора в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

К нарушениям закона, влекущим отмену судебного решения в любом случае, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и Конституции Российской Федерации относится несоблюдение судом права обвиняемого на защиту (п.4 ч.2 ст. 38917 УПК РФ).

Обеспечение обвиняемому права на защиту при производстве по уголовному делу закреплено в качестве основного принципа уголовного судопроизводства в ст. 16 УПК РФ, и положения данной статьи распространяются на все стадии уголовного процесса.

В соответствии с п.8 ч.4 ст. 47 УПК РФ подсудимому должно быть обеспечено право на защиту, которое он может осуществлять лично либо с помощью защитника.

Согласно ч.1 и ч.7 ст. 49 УПК РФ защитником является лицо, осуществляющее в установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых, и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу. При этом адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты обвиняемого.

В соответствии с положениями п.3 ч.4 ст.6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п.п. 1, 3 ч. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат не вправе занимать по делу позицию вопреки воле подзащитного, за исключением случаев, когда он убежден в наличии самооговора своего подзащитного.

Как следует из материалов уголовного дела, защиту осужденного ФИО1 на стадии судебного разбирательства осуществлял адвокат Сухоруков А.В. по соглашению.

Из протокола судебного заседания и аудиозаписи к нему следует, что на протяжении всего судебного разбирательства ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 2641 УПК РФ, не признавал. Он утверждал, что после вступления в силу постановления мирового судьи судебного участка <адрес> от 30 июня 2014 года он сдал водительское удостоверение в ОГИБДД и оплатил штраф. Какой-либо документ, подтверждающий факт сдачи им водительского удостоверения, у него отсутствует. Полагал, что он не является лицом, ранее подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, и к уголовной ответственности привлечен быть не может. Не отрицал, что вечером 03 августа 2024 года он выпил две бутылки пива, и что когда его остановили сотрудники полиции, к нему была применена физическая сила, в связи с чем, на лице у него образовалась ссадина. С сотрудниками полиции он договорился о том, что в отношении него будет составлен протокол об административном правонарушении за управление транспортным средством лицом, не имеющим на это права. Утверждал, что процедура проведения медицинского освидетельствования в отношении него была нарушена, т.к. понятые в тот момент, когда ему предлагали пройти медицинское освидетельствование, отсутствовали. Составленные в отношении него процессуальные документы он подписал не читая.

Из показаний ФИО1, данных им в ходе дознания (л.д. 90-94 т.1) и оглашенных ввиду отказа, со ссылкой на ст. 51 Конституции РФ, от дачи дальнейших показаний, следовало, что по постановлению мирового судьи судебного участка <адрес> от 30 июня 2014 года, вступившим в законную силу, он был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в <данные изъяты>. Водительское удостоверение сдал в <данные изъяты>, штраф полностью оплатил. При покупке в октябре 2023 года автомобиля «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты> зарегистрировали его на его жену, т.к. водительское удостоверение у него отсутствовало. 03 августа 2024 года в вечернее время, находясь в д. <адрес>, он выпил две бутылки пива. В связи с необходимостью возвратиться домой в <адрес>, он, подождав некоторое время, в 21 час сел за руль вышеуказанного автомобиля, находящегося около дома по адресу: <адрес>, и поехал на нем в <адрес>. В 21 час 30 минут, проезжая по <адрес>, был остановлен сотрудниками ГИБДД. При подозрении на употребление алкоголя сотрудниками ГИБДД он был отстранен от управления транспортным средством, о чем был составлен протокол, который он подписал. От предложенного сотрудником ГИБДД медицинского освидетельствования через алкотектор он отказался. Затем был составлен протокол о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения с проездом в медицинское учреждение, от прохождения которого он также отказался, о чем сделал собственноручную запись и поставил в протоколе свою подпись. Понял, что проходить медицинское освидетельствование бессмысленно ввиду наличия запаха алкоголя. До момента остановки его сотрудниками ГИБДД считал, что срок лишения права управления транспортным средством у него истек, но при задержании узнал, что в базе данных ГИБДД сведения о сдаче им водительского удостоверения отсутствуют.

Таким образом, осужденный отрицал свою вину в инкриминируемом преступлении.

Вместе с тем, несмотря на такую позицию осужденного ФИО1, его защитник - адвокат Сухоруков А.В., выступая в судебных прениях, которые, как следует из содержания ст. 292 УПК РФ, являются частью судебного разбирательства, в которой участники со стороны обвинения и защиты проводят анализ исследованных судом доказательств, подводят итоги судебного следствия, излагают свои позиции по рассматриваемому судом уголовному делу, предлагают формулировки решений по вопросам, перечисленным в п. п. 1 - 6 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, ссылаясь на то, что вина его подзащитного не доказана, указывая на необходимость признания части доказательств по делу недопустимыми, просил о принятии решения о возврате дела прокурору для организации дополнительного расследования.

Аналогичные доводы, как вариант для отмены судебного решения, содержатся и в поданных адвокатом Сухоруковым А.В. апелляционных жалобах.

Анализируя изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что позиция адвоката, просившего в прениях возвратить дело прокурору для производства дополнительного расследования, противоречит положениям ч. 1 ст. 49 УПК РФ, п. 3 ч. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и п.п.1, 3 ч. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката.

При расхождении позиций адвоката и его подзащитного ФИО1 суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что осужденный не получил квалифицированную юридическую помощь от адвоката.

В суд первой инстанции председательствующий судья не принял мер к устранению указанного нарушения закона - не разрешил вопрос о возобновлении судебного следствия и замене защитника, то есть не обеспечил возможность реализации права ФИО1 на защиту, вынес обвинительный приговор в отношении ФИО1, что повлекло за собой нарушение гарантированного ему ст. 48 Конституции РФ и статьями 16, 47 УПК РФ права на защиту.

Указанные существенные нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на исход дела, нарушили принцип состязательности сторон, и гарантированное уголовно-процессуальным законодательством право подсудимого ФИО1 на защиту. Эти нарушения влекут за собой отмену приговора, который нельзя признать законным и обоснованным.

Указанные нарушения не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, поскольку касаются фундаментальных основ уголовного судопроизводства, а потому в силу п. 2 ст.38915, ст.ст.38917, 38922 УПК РФ приговор по данному уголовному делу подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство.

Отменяя приговор ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, суд апелляционной инстанции не входит в обсуждение доводов апелляционных жалоб, поскольку в силу ч. 4 ст. 38919 УПК РФ не вправе предрешать выводы, которые могут быть сделаны судом при повторном рассмотрении данного уголовного дела.

Разрешая в соответствии с п. 9 ч. 3 ст. 38928 УПК РФ вопрос о мере пресечения, с учетом обстоятельств, послуживших основанием для отмены приговора, учитывая тяжесть предъявленного обвинения, фактические обстоятельства уголовного дела и данные о личности ФИО1, суд апелляционной инстанции полагает необходимым меру пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Руководствуясь ст. ст. 38915, 38916, 38917, 38920, 38923, 38928, 38935 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Плавского межрайонного суда Тульской области от 29 ноября 2024 года в отношении ФИО1 отменить и направить дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ в течение шести месяцев в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья