Апелляционное определение № 11-3293/2026 от 10 марта 2026 г.

Судья Хабина И.С.

дело № 2-4760/2025

УИД 74RS0001-01-2025-004553-07


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-3293/2026
11 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Стяжкиной О.В., Елгиной Е.Г.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Челябинского транспортного прокурора в интересах ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ОАО «Российские железные дороги», СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ОАО «Российские железные дороги» на решение Советского районного суда г.Челябинска от 11 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Стяжкиной О.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ОАО «РЖД» ФИО39., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО1, ФИО3, Челябинского транспортного прокурора ФИО40А., возражавших против доводов жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Челябинский транспортный прокурор действуя в интересах ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратился с иском к ОАО «Российские железные дороги», (далее ОАО «РЖД») в котором просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб. в пользу каждого из истцов.

В обоснование заявленных требований указал, что 11 июня 2024 года в 01 час 14 минут на <адрес><адрес> – <адрес> ЮУЖД локомотивом 2 № смертельно травмирован ЦАИ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Причиной смерти является <данные изъяты> при столкновении с поездом. ЦАИ приходился родным сыном ФИО1, ФИО2 и троюродным братом ФИО3 21 июня 2024 года в возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием состава преступления, предусмотренного № Уголовного кодекса Российской Федерации. Из постановления следует, что смерть ЦАИ наступила в результате его личной грубой неосторожности и невнимательности при нахождении вблизи железнодорожного полотна в зоне источника повышенной опасности, а также нарушения им Правил технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации. В связи с гибелью родственника, истцы понесли невосполнимую утрату родного и любимого человека, тяжело перенесли его смерть, гибель близкого человека нанесла непоправимую душевную травму от его потери (л.д. 4-7)

Помощник транспортного прокурора Бычкова А.А., истцы ФИО1, ФИО3 в судебном заседании заявленные требования поддержали.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» - ФИО41 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, пояснил, что вина ОАО «РЖД» в гибели ФИО42. отсутствует, гражданская ответственность ОАО «РЖД» застрахована СПАО «Ингосстрах». При определении размера компенсации морального вреда просит учесть грубую неосторожность потерпевшего ЦАИ.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали.

Суд постановил решение, которым исковые требования удовлетворил частично.

Взыскал в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. со СПАО «Ингосстрах», 150 000 руб. с ОАО «РЖД».

Взыскал в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. со СПАО «Ингосстрах», 150 000 руб. с ОАО «РЖД».

В остальной части требований к ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» - отказал.

Взыскал. С ОАО «РЖД» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6000 руб. (л.д. 150-156)

В апелляционной жалобе ответчик ОАО «РЖД» просит решение суда первой инстанции изменить в части размера компенсации морального вреда со снижением ее размера в пользу истцов.

Считает, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела. Суд при определении размера компенсации морального вреда не отразил в мотивированном части решения обстоятельства травмирования гражданина, которые выразились в том, что потерпевший ЦАИ. находился на железнодорожных путях в состоянии наркотического опьянения. Вина ОАО «РЖД» в произошедшем травмировании отсутствует, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 21 июля 2024 года, актом служебного расследования транспортного происшествия от 25 июля 2024 года. В соответствии с указанными документами нарушений при эксплуатации железнодорожного транспорта допущено не было. Железнодорожный подвижной состав исправен, техническое состояние соответствует требованиям ПТЭ. Осветительные прибора (прожектор и буферные огни) с обеих сторон исправны. Звуковые сигналы большой и малой громкости работают устойчиво, исправно. Автотормозное оборудование исправно, работает согласно инструкции ЦТ-77. Локомотивной бригадой применено экстренное торможение. На переходе <адрес> пешеходных переходов нет, со стороны ОАО «РЖД» приняты все меры для снижения (исключения) вреда. Причиной травмирования ЦАИ. является нарушение утвержденных Приказом Минтранса России от 27 января 2022 года № 20 «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда через железнодорожные пути правил личной безопасности».

Также суд не выяснил и не отразил в решении фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред истцам, определяющие характер и степень физических и нравственных страданий, а именно: ФИО1, ФИО2 родители потерпевшего, в судебном заседании пояснили, что проживают раздельно с потерпевшим, о характере и степени моральных переживаний не пояснили. Ответчик полагает, что наиболее приемлемым способом заглаживания нравственных страданий является психологическая помощь потерпевшему, стоимость одного приема психолога составляет в среднем 5 000 руб., количество необходимых посещений составляет от 3 до 10. Таким образом, для получения психологической помощи в среднем будет необходимо до 50 000 руб., этой суммы будет достаточно для компенсации морального вреда. Доказательств обращения за медицинской или психологической помощью Ц-вы не представили.

Считает, что при определении размера компенсации морального вреда нарушены нормы материального права, не применены ст.ст. 151, 1101, 1983 Гражданского кодекса Российской Федерации. ОАО «РЖД» является компанией со 100% государственным участием, при определении размера компенсации морального вреда необходимо соблюдать баланс интересов истца и государства, чтобы их удовлетворение не наносило ущерб выполнению компанией ее публичных функций. Полагают, что размер морального вреда 300 000 руб. основан на презумпции причинения морального вреда и определен без учета индивидуальных особенностей потерпевшего и фактических обстоятельств. Вывод суда о характере и степени перенесенных нравственных страданий сделан формально. Ссылает на судебную практику по схожим фактическим обстоятельствам, где судами взыскивались компенсации морального вреда в среднем не превышающие 50 000 руб. (л.д.158-165).

Истец ФИО2, представитель ответчика СПАО «Ингосстрах о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в суд не явились, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав явившихся лиц, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 11 июня 2024 года в 01 час 14 минут на <адрес><адрес> ЮУЖД локомотивом № смертельно травмирован ЦАИ. ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

21 июня 2024 года в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного № УК РФ отказано по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях машиниста КВД состава преступления предусмотренного указанной статьей. Отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о смерти ЦАИ. по основанию п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием события преступлений, предусмотренных ст.ст. № УК РФ. В ходе доследственной проверки установлено, что смерть ЦАИ. наступила в результате его личной неосторожности и невнимательности при нахождении вблизи железнодорожного полотна в зоне источника повышенной опасности, также нарушения им Правил нахождения граждан и размещения в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и прохода через железнодорожные пути. В ходе проверки также не установлено, что в отношении ЦАИ. совершались какие-либо противоправные действия со стороны третьих лиц (л.д. 52-54).

Согласно заключению эксперта ГБУЗ ЧОБСМЭ № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ЦАИ ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила в результате <данные изъяты>), причинили <данные изъяты>. На момент наступления смерти пострадавший находился в состоянии <данные изъяты> опьянения (л.д. 38-43).

Истцы ФИО1, ФИО2 являются родителями ЦАИ., что следует из свидетельства о рождении.

Какие-либо документы подтверждающие наличие родственных связей между ФИО3 и ЦАИ суду не представлены.

22 декабря 2022года между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор № № на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» (далее договор) (л.д.44-48).

Согласно пункту 8.1.1.3 Договора страховая выплата осуществляется страховщиком в размере не более 100 000 рублей лицам, которым в случае смерти потерпевшего, Страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100 000 (Сто тысяч) рублей в равных долях.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования о компенсации морального вреда, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 151, 1064, 1079, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая правовую позицию, изложенную в постановлениях Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судам и норм о компенсации морального вреда», пришел к выводу о том, что поскольку смерть ЦАИ наступила в результате воздействия источника повышенной опасности, относящегося к инфраструктуре железнодорожного транспорта, ответственность за причинение истцам морального вреда связанного с потерей близкого человека должна быть возложена на ОАО «РЖД».

При определении размера компенсации морального вреда, суд учел фактические обстоятельства, при которых был смертельно травмирован ЦАИ., характер причиненных матери и отцу нравственных страданий, связанных с потерей близкого человека, глубину перенесенных страданий, наличие между ними близких, доверительных отношений, степень родства, наличие грубой неосторожности в действиях самого пострадавшего, который находился на железнодорожных путях в зоне действия источника повышенной опасности, в неустановленном месте для пути следования пешеходов, в состоянии наркотического опьянения, не проявил должную степень внимательности и осмотрительности за движением подвижного железнодорожного состава, требования разумности и справедливости и пришел к выводу к выводу, что компенсация морального вреда размере 400 000 рублей соответствует характеру физических и нравственных страданий матери и отца. В иске к ФИО3 суд отказал.

Установив, что между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности, проанализировав его условия, суд пришел к выводу о возложении обязанности по компенсации морального вреда в пределах установленного договором лимита ответственности - 100 000 руб. (по 50 000 руб.) на СПАО «Ингосстрах». Обязанность по возмещению оставшейся суммы компенсации морального вреда – по 150 000 руб. возложена на ОАО «РЖД».

Судебная коллегия с данным выводом суда первой инстанции соглашается, поскольку он соответствует обстоятельствам дела, основан на правильном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Суд пришел к верному выводу, что ответчик ОАО «РЖД», как владелец источника повышенной опасности в силу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязано возместить причиненный источником повышенной опасности вред.

Вывод суда о необходимости возмещения морального вреда основан на надлежащей оценке доводов сторон и обстоятельств данного дела, сделан с учетом того, что сам по себе факт смерти человека не может не причинить его родным, определенных нравственных страданий в виде переживаний, стресса, чувства потери и горя. При этом погибший ФИО1 А.И. приходился единственным сыном ФИО1 и ФИО2 Неизгладимой для родителя является боль утраты детей в любом возрасте и подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в их жизни. Учитывая возраст ЦАИ. на момент смерти <данные изъяты> год, возраст родителей (матери – <данные изъяты> года), родители лишились получения поддержки в старости от сына, на которую вправе была рассчитывать. Внезапная трагическая смерть родного человека является огромной трагедией, поэтому нравственные страдания истцы продолжают испытывать до настоящего времени.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о несогласии с размером присужденной судебным решением суммы компенсации морального вреда подлежат отклонению, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом положений ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. ст. 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений пп. 25 - 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, которые оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, поведения причинителя вреда после происшествия (например, оказание либо неоказание помощи потерпевшему), индивидуальных особенностей потерпевшего (возраст, состояние здоровья, поведение в момент происшествия и т.п.), а также других обстоятельств (например, потеря работы потерпевшим). В любом случае должны учитываться требования разумности и справедливости: сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду, и суд определяет размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы обстоятельства травмирования ЦАИ. и его действия, судом верно оценены и учтены при определении размера компенсации морального вреда, также учтены принципы разумности и справедливости, оснований для иной оценки указанных обстоятельств судебная коллегия не находит, поскольку доводы апелляционной жалобы в этой части не опровергают выводы суда, а основаны лишь на несогласии с произведенной оценкой, что не может служить основанием к отмене или изменению решения суда.

Взысканные судом суммы компенсации морального вреда, являются разумными и справедливыми, отражающими глубину, степень, продолжительность и характер причиненных истцам нравственных страданий, все обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дела, и по мнению судебной коллегии, еще большему снижению не подлежат.

Ссылка в жалобе на то, что ФИО2 в судебном заседании не давал пояснения относительно нравственных страданий, не может являться основанием для изменения решения, поскольку исходя из представленных медицинских документов, он в мае 2024 года перенес <данные изъяты>. Как пояснила ФИО1 его состояние ухудшается, явиться в суд он не может, за ним требуется уход.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не в достаточной степени учтена грубая неосторожность ЦАИ., способствовавшая причинению вреда, подлежит отклонению, поскольку наличие в его действиях грубой неосторожности в должной мере принято во внимание при определении размера компенсации морального вреда, сниженного судом с учетом указанного обстоятельства.

Ссылки в жалобе на то, что взыскание больших сумм компенсации морального вреда могут негативно повлиять на реализацию инвестиционной программы ОАО «РЖД» по развитию инфраструктуры железнодорожного транспорта, привести к увеличению тарифов на железнодорожные перевозки, не влекут отмену оспариваемого судебного акта, поскольку данные обстоятельства не освобождают владельца источника повышенной опасности от возмещения причиненного вреда.

Не является основанием для отмены решения суда указание в ходатайстве СПАО «Ингосстрах» на неверный номер договора страхования №№. Действительно, в материалы дела представлен договор страхования № № от 23 ноября 2023 года, заключенный на срок по 07 декабря 2024 года. Допущенная описка не свидетельствует о незаконности обжалуемого судебного решения, поскольку допущенные в решении суда описки подлежат исправлению в порядке статьи 200 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Ходатайство СПАО «Ингосстрах» о том, что лимит ответственности страховщика по договору № № исчерпан, не заслуживают внимания, поскольку письмо об исчерпании лимита направлено в адрес ОАО «РЖД» 15 декабря 2025 года, в то время как решение по делу вынесено 11 ноября 2025 года, данные документы в суд первой инстанции не предоставлялись, апелляционная жалоба на решение суда не подавалась. Судебная коллегия не усматривает и оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции в отсутствии апелляционной жалобы.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией в пределах доводов апелляционной жалобы.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену оспариваемого судебного акта.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г.Челябинска от 11 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ОАО «Российские железные дороги» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23.03.2026г.