Решение № 2-1897/2018 2-1897/2018~М-1816/2018 М-1816/2018 от 12 ноября 2018 г. по делу № 2-1897/2018

Дело № 2-1897/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Пенза 13 ноября 2018 года

Железнодорожный районный суд г. Пензы в составе

председательствующего судьи Герасимовой А.А.,

при секретаре Кондратьевой М.А.,

с участием прокурора – старшего помощника прокурора Железнодорожного района г.Пензы Гук Е.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО9, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда, указывая на то, что 16 февраля 2015 она обратилась в Железнодорожный районный суд г. Пензы с исковыми требованиями об устранении препятствий в пользовании жилыми помещениями.

Определением Железнодорожного районного суда г. Пензы от 17 марта 2015 года производство по делу № было прекращено в связи с утверждением мирового соглашения, поскольку ответчики обязались передать ей ключи от входной двери квартиры <адрес>.

Таким образом, она длительное время не могла попасть в свою квартиру, которая является единственным жильем, несмотря на то, что на улице было зимнее время года, отчего испытывала физические и нравственные страдания, которые составляют причиненный ей моральный вред.

Указывает, что она испытывала сильное нервное потрясение от того, что не могла попасть в себе в квартиру, вынуждена была мерзнуть, стояв на холоде и морозе, долбиться в дверь и просто умолять ответчиков пустить ее в свое же жилое помещение, которые незаконно нарушали ее права, поменяв замок входной двери без ее согласия, уведомления и без предоставления ей комплекта ключей. Она работает до 14.00, однако домой из за незаконных действий ответчиков попадала только в 20.00.

Кроме того, на протяжении длительного времени между истцом и соседями по общежитию Д-ными сложились личные неприязненные отношения, которые заключаются в том, что они портят имущество истца, находящееся на кухне общего пользования, а именно: кастрюли (повреждение эмали), порезы на столовой клеенке. Во время приготовления пищи в случае выхода истца из кухни берут ее продукты. При встрече в местах общего пользования пытаются ее задеть, в частности, ФИО3 плечом. Примерно осенью 2017 года ФИО10 толкнул истцу под ноги своего малолетнего ребенка, когда она шла с кухни и несла кастрюлю с кипятком. Указанные действия, по мнению истца, были сделаны умышленно, чтобы обвинить ее в причинении вреда ребенку и взыскать денежные средства. Она еле устояла на ногах, не пролив на ребенка кипяток.

ФИО11 летом 2018 года обвинил истца в том, что она в его сапоги совершила мочеиспускание, чего она не делала.

Указывает также, что неоднократно просят у нее денежные средства на ремонт якобы мест общего пользования, однако, по факту, ремонт был произведен в личных комнатах ответчиков.

В частности, ФИО8 собирала у нее денежные средства на ремонт в размере 19000 руб. Денежные средства истец отдала, после чего попросила вернуть их ФИО8, последняя отказалась это сделать и сослалась на то, что у истца нет свидетелей в подтверждение передачи денежных средств, расписка также отсутствует.

Неоднократно ответчики, подсыпали истцу что-то в чайник, в результате чего она оказывалась в инфекционной больнице, о чем имеется выписка из истории болезни ГБУЗ «Пензенский областной центр специализированных видов медицинской помощи» от 27 ноября 2015 года №.

Кроме того, ответчики постоянно и систематически унижают ее честь и достоинство, провоцируют конфликты. ФИО12 начинает провоцировать ФИО6, чтобы последняя начинала с истцом словесный конфликт. Она бесконечно вынуждена обращаться в органы полиции на действия указанных лиц, однако безрезультатно, полиция бездействует и истец получает лишь отказной материал.

Полагает, что на все незаконные действия ответчиков провоцирует ФИО12, подначивая соседей на совершение действий, унижающих истца как человека и доставляющих ей моральные и нравственные страдания.

Со ссылкой на ст.ст. 151 ГК РФ, 1101 ГК РФ просит суд взыскать в свою пользу с ответчиков моральный вред в размер 1100000 руб.: с ФИО2 – 500000 руб.; с ФИО3 – 200000 руб.; с ФИО9 – 100000 руб.; с ФИО5 – 100000 руб.; с ФИО6 – 100000 руб.; с ФИО7 – 100000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по обстоятельствам, указанным в исковом заявлении, просила иск удовлетворить. Дополнительно пояснила, что все действия, в связи с которыми она обратилась в суд с настоящим иском, были совершены ответчиками в период с 2015 по 2018 гг., кроме незаконного получения и невозврата денежных средств (2009 год). Так, моральный вред был причинен ей действиями всех соседей-ответчиков, указанных в иске, тем, что зимой-весной 2015 года ответчики заменили дверь и замок, ключи от двери ей не передали, не впускали ее в квартиру, не открывали ей дверь, на протяжении длительного времени она не могла попасть в свое жилое помещение после замены ими двери в квартире. После этого она была вынуждена обратиться в суд с иском к ответчикам. При рассмотрении дела ответчики передали ей ключи и было вынесено определение Железнодорожного районного суда г.Пензы от ДД.ММ.ГГГГ. По мнению истца, этим же определением подтверждается, что ответчики не впускали ее в квартиру. Кроме того, как указала истец, все ответчики портят, в том числе ФИО21, ее имущество в период с 2015 по 2018 гг., провоцируют на конфликты (ответчики ФИО21 в период с 2015 по 2018 гг., ответчик ФИО7 осенью 2017 года). Указала, что именно ФИО6 отравила ее в ноябре 2015 года, в связи с чем ее госпитализировали. Пояснила, что в 2009 году ФИО8 взяла у нее сумму в общем размере 19000 руб. якобы для ремонта мест общего пользования, но на эти деньги сделал ремонт у себя в комнате. После того как истец в том же 2009 году попросила вернуть деньги, ФИО8 ей отказала. Уточнила, что несмотря на то, что непосредственно с ФИО8 она не просит взыскать компенсацию морального вреда, но ФИО8 является супругой ответчика ФИО7, с которого она просит взыскать 100000 руб. Это означает, что требования ею заявлены и к ФИО8 Отметила также, что у нее отсутствуют доказательства, подтверждающие обстоятельства, указанные ею в иске, кроме тех, которые она приобщила при подаче иска.

Представитель истца ФИО13, допущенная судом к участию в деле в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, поддержала требования иска, просила его удовлетворить, поддержала пояснения истца, указав также, что иных доказательств кроме тех, которые истцом были представлены при подаче иска, не имеется. Возражала против применения срока исковой давности к требованиям иска о взыскании компенсации морального вреда в связи с недопуском истца ответчиками в ее жилое помещение, полагая, что исковая данность на данные требования не распространяется.

Представитель ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО14, ФИО7, ФИО8 ФИО15, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, просила в иске отказать, указав, что действительно ответчиками была заменена дверь в квартире. Поскольку истец не участвовала в несении расходов по замене двери, ей не был передан ключ от входной двери, его передали в дальнейшем при рассмотрении гражданского дела по иску ФИО1 Однако никогда не было ситуации, при которой истцу не открывали бы дверь и не впускали бы ее в квартиру, истец не представила доказательств этого. Истцом также не представлено доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных требований по иным основаниям, что эти обстоятельства имели место быть. Кроме того, к требованиям иска о взыскании компенсации морального вреда в связи с недопуском истца ответчиками в ее жилое помещение просила применить срок исковой давности.

Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО16 (ФИО9 – до заключения брака) И.В., ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО6 возражал против удовлетворения иска, указав, что осенью 2014 года продала свою комнату по адресу: <адрес> ФИО5 С этого же времени там не проживает и не зарегистрирована. В период с 2015 по 2018 гг. не имела никаких отношений с истцом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, заслушав старшего помощника прокурора Железнодорожного района г. Пензы Гук Е.П., в заключении полагавшей иск не подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему.

Гражданским законодательством предусмотрена возможность компенсации гражданину морального вреда, причиненного действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, в соответствии со ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ

Судом установлено, что истец, зарегистрированная и проживающая по адресу: <адрес>, является собственником указанных комнат.

Ответчик ФИО16 (до заключения брака ФИО9) И.В. является собственником комнаты 9 по указанному выше адресу, была там зарегистрирована до ДД.ММ.ГГГГ; ответчик ФИО2 является собственником комнат 12, 13 по указанному выше адресу, зарегистрирована там с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время; ответчик ФИО3 является собственником комнаты 8 по указанному выше адресу, зарегистрирован там с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время; ответчик ФИО6 являлась собственником 1/3 доли в праве собственности на комнату 6 по указанному выше адресу, была там зарегистрирована до ДД.ММ.ГГГГ, продала совместно с другими собственниками указанную комнату ответчику ФИО5 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ; ответчик ФИО5 является собственником комнаты 6 по указанному выше адресу на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирован там с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время; ответчик ФИО8 не является собственником какого-либо жилого помещения в указанной квартире, была зарегистрирована там до ДД.ММ.ГГГГ; ответчик ФИО7 не является собственником какого-либо жилого помещения в указанной квартире и не был там зарегистрирован.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в связи с: 1) недопуском ее в квартиру (все ответчики в период зимы-весны 2015 года после замены двери); 2) порчей ее имущества (все ответчики, в том числе ФИО21, в период с 2015 по 2018 гг.); 3) провокациями конфликтов, в том числе унижающих ее честь и достоинство (ответчики ФИО21 в период с 2015 по 2018 гг., ответчик ФИО7 осенью 2017 года); 4) ложным обвинением (ответчик ФИО3 летом 2018 года); 5) незаконным получением и невозвратом денежных средств (ответчик ФИО8 в 2009 году); 6) отравлением, повлекшим госпитализацию истца (ответчик ФИО6 в ноябре 2015 года).

Статьи 123 Конституции РФ и 12 ГПК РФ закрепляют принципы состязательности и равноправия сторон. Процессуальным законом в качестве общего правила закреплена процессуальная обязанность каждой из сторон доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).

Однако в нарушение указанных выше нормативных положений истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ответчики портили имущество истца, провоцировали ее на конфликты, ложно ее обвиняли в каких-либо действиях, незаконно получали и не возвращали денежные средства истца, отравили истца.

К таковым нельзя отнести приложенные к иску уведомление УМВД России по Пензенской области от 13 апреля 2015 года о передаче сообщения по подследственности, сообщение УМВД России по г. Пензы от 16 февраля 2015 года о приобщении заявления к ранее поступившим заявлениям, по которому отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления в действиях ФИО17, ФИО9, ФИО18, сообщения УМВД России по Пензенской области за сентябрь 2017 года о регистрации обращений истца и принятия по ним соответствующих решений, постановление и.о.заместителя прокурора Железнодорожного района г. Пензы 19 октября 2017 года об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, т.к. они не подтверждают обстоятельства, указанные в иске.

Не подтверждает обстоятельство порчи ответчиками имущества истца постановление УУП УМВД России по г.Пензе от 30 октября 2017 года об отказе в возбуждении уголовного дела. Как следует их данного постановления, оно принято по результатам проверки по заявлению ФИО1 в отношении соседей о фактах порчи и пропажи ее имущества, имевших место в феврале 2014 года, тогда как в иске, как пояснила сама истец в судебном заседании, идет речь о событиях 2015-2018 гг. Кроме того, в возбуждении уголовного дела было отказано по причине отсутствия события преступления, т.е. не установления самих фактов порчи и пропажи ее имущества.

Не свидетельствует об отравлении истца ответчиком ФИО6 выписка из истории болезни ГБУЗ «Пензенский областной центр специализированных видов помощи» от 27 ноября 2015 года, которая лишь подтверждает, что ФИО1 в период с 20 по 27 ноября 2015 года находилась в инфекционном боксированном отделении № 3 с диагнозом «о.гастроэнтерит средней тяжести».

При таких обстоятельствах в удовлетворении исковых требования ФИО1 к ответчикам о взыскании компенсации морального вреда по указанным выше основаниям следует отказать.

Что касается требований истца о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в связи с недопуском ее в квартиру зимой-весной 2015 года со ссылкой на определение Железнодорожного районного суда г. Пензы от 17 марта 2015 года, то необходимо указать следующее.

Из определения Железнодорожного районного суда г.Пензы от 17 марта 2015 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО19, ФИО9 об устранении препятствий в пользовании жилым помещением следует, что истец обратилась в суд с иском к данным лицам, указывая, что в 2014 году ответчики без ее согласия поменяли входную дверь в квартире и замок, а ключи от входной двери ей не передали, по этой причине она в отсутствие других жильцов не может попасть в квартиру. Просила суд обязать ответчиков устранить препятствие в пользование квартирой путем предоставления ей комплекта ключей от входной двери.

Указанным выше определением Железнодорожного районного суда г.Пензы от 17 марта 2015 года принят отказ ФИО1 от иска, утверждено мировое соглашение между сторонами спора, производство по делу прекращено. По условиям мирового соглашения истец отказывается от иска к ответчикам, а последние в ходе судебного заседания передают истцу комплект ключей от входной двери.

Учитывая то, что заявленные требования ФИО1 не были адресованы ответчикам по настоящему иску ФИО20, ФИО6, суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств создания ими препятствий в пользовании истцом квартирой в 2015 году, а потому иск к ним по данному основанию необходимо оставить без удовлетворения. Кроме того, судом учитывается, что ответчик ФИО6 совместно с другими сособственниками комнаты в сентябре 2014 года продала свою комнату ФИО5, с 9 октября 2014 года снялась с регистрационного учета по <адрес>. Согласно пояснениям ФИО6 в ходе рассмотрения дела после продажи комнаты и снятия с регистрационного учета она выехала из комнаты, а значит, данный ответчик не участвовала в замене двери и не могла препятствовать истцу в пользовании жилым помещением в 2015 году.

Анализ текста определения Железнодорожного районного суда г.Пензы от 17 марта 2015 года позволяет придти к выводу о том, что истец ранее не заявляла о недопуске ее ответчиками в жилое помещение, ссылаясь лишь на то, что ей не передали ключи от квартиры в связи с чем она в отсутствие ответчиков не могла попасть в жилое помещение.

Следовательно, заявляя в настоящем иске требования о компенсации морального вреда по мотиву того, что ответчики не впускали ее, не открывали ей дверь, истец должна доказать указанные обстоятельства. Между тем таких доказательств истцом и ее представителем суду не представлено.

Представителем ответчиков в судебном заседании не отрицалось, что ответчики, указанные в иске, поданном ранее ФИО1, не передали истцу ключи после замены двери.

Требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда к ответчикам по основанию недопуска ее в жилое помещение в связи с непередачей ключей, вытекают из нарушения имущественных (жилищных) прав истца.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсаций указанного вреда.

В силу ст. 150 ГК РФ нематериальные блага: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора место пребывания и жительства, праве на имя, право автора, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Таким образом, моральный вред компенсируется в случаях нарушения или посягательства на личные нематериальные блага (права) граждан; в других случаях, т.е. при нарушении имущественных прав граждан, компенсация морального вреда допускается, если это специально предусмотрено законом.

Между тем применительно к рассматриваемому случаю возможность взыскания денежной компенсации морального вреда законом прямо не предусмотрена.

С учетом изложенного в удовлетворении искового заявления ФИО1 по данному основанию также следует отказать.

Представителем ответчиков к требованиям истца о взыскании компенсации морального вреда по основаниям недопуска в жилое помещение заявлено о применении срока исковой давности.

В возражение на данное заявление представитель истца пояснила, что на данные требования срок исковой давности не распространяется.

В соответствии со ст.ст. 195, 196, 200 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, в частности, на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Учитывая, что истец, заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда по обстоятельствам недопуска ее в жилое помещение обратилась в суд за защитой своих имущественных прав, исковая давность на данные требования распространяется вопреки утверждению представителя истца.

Из искового заявления следует, что истец узнала о нарушении своих прав, связанных с недопуском ее в жилое помещение еще до обращения в суд с иском в 2015 году, по результатам рассмотрения которого было вынесено определение от 17 марта 2015 года, что она и пояснила при рассмотрении настоящего дела.

При таких обстоятельствах суд полагает, что истцом, подавшей настоящий иск 18 сентября 2018 года, пропущен установленный законом трехлетний срок исковой давности для обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации морального вреда по причинам недопуска ее в жилое помещение, уважительных причин пропуска срока не представлено, ходатайств о его восстановлении не заявлено, что в силу ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Принимая во внимание изложенное, в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о взыскании компенсации морального вред в целом следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Железнодорожный районный суд г.Пензы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 19 ноября 2018 года.

Судья Герасимова А.А.