Решение № 2-74/2019 2-74/2019~М-63/2019 М-63/2019 от 18 июля 2019 г. по делу № 2-74/2019

Дело № 2-74/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 июля 2019 года с. Новичиха

Новичихинский районный суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Томаровского А.А., при секретаре Фоминой И.Н., с участием заместителя прокурора Новичихинского района города Алтайского края Костогладова А.В., представителя ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

Жительница г. Барнаул ФИО2 обратилась в Новичихинский районный суд с иском к ФИО3 о взыскании морального вреда, причиненного преступлением, обосновывая требования тем, что 16 сентября 2015 года, в период времени с 14 часов 35 минут до 17 часов 32 минут, во время совместного употребления спиртного на кухне дома, расположенного в <адрес>, в ходе словесной ссоры произошедшей между ФИО3 и отцом истца - Г.А.В., на почве внезапно возникших неприязненных отношений, осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления опасных последствий в виде смерти потерпевшего, ФИО3 нанес клинком кухонного ножа один удар в боковую поверхность жизненно-важного органа Г.А.В. – шею, причинив последнему колото-резанную рану на левой боковой поверхности шеи в верхней трети с повреждением левой наружной сонной артерии, с кровоизлиянием окружающих мягких тканей, которая причинила тяжкий вред здоровью, так как явилась опасной для жизни. Смерть Г.А.В. наступила на месте происшествия от колото-резанного ранения левой боковой поверхности шеи в верхней трети с повреждением левой наружной сонной артерии, с кровоизлиянием окружающих мягких тканей, приведшей к обильной кровопотере.

Приговором Новичихинского районного суда Алтайского края от 07 июля 2016 года ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, а именно в убийстве семидесятипятилетнего Г.А.В.. По уголовному делу истец была признана потерпевшей.

Моральный вред, причиненный ответчиком, выразился в нравственных страданиях истца, вызванных переживанием потери близкого родственника - отца. В заявленных суду исковых требованиях ФИО2 сообщила, что из-за преждевременной смерти отца она пережила сильный стресс и до настоящего времени находится в сильной депрессии. После убийства отца в результате сильного стресса у нее появилась бессонница, резко ухудшилось состояние её здоровья, на фоне переживаний возникли **.

При жизни Г.А.В. она тесно общалась с ним, так как после смерти матери в 2007 году отец был самым близким для неё человеком. Она ежедневно созванивалась с ним, поддерживала очень теплые доброжелательные отношения.

Истец полагает, что смерть близкого родственника стала для неё невосполнимой утратой, что является очевидным и не нуждается в доказывании. Она лишилась моральной поддержки родного человека, в связи с чем до сих пор испытывает нравственные страдания. Со смертью отца была нарушена прочная целостность семейных связей, которая является одним из самых ценных категорий человеческой жизни.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что добровольно возместить моральный вред ответчик отказывается и в содеянном не раскаивается, обратившись в суд ФИО2 просит взыскать с ФИО3 1000000 рублей в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением.

Будучи извещенной о времени и месте рассмотрения иска ФИО2 в судебное заседание не явилась, в направленном в суд ходатайстве попросила рассмотреть иск в её отсутствие, на исковых требованиях настаивает.

Ответчик ФИО3 извещен судом о времени и месте рассмотрения иска, и находясь в местах лишения свободы заявил о желании участвовать в судебном заседании путем использования системы видеоконференцсвязи.

В силу требований ст. 155.1 ГПК РФ, определением суда от 21 июня 2019 года, ходатайство ответчика было удовлетворено. Однако, в судебных заседаниях 03 июня 2019 года и 19 июля 2019 года по техническим причинам обеспечить участие ответчика в судебном заседании с использованием системы ВКС с ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Иркутской области не представилось возможным.

Участвующая при рассмотрении иска представитель ответчика ФИО3 – ФИО1, действующая по доверенности ФИО3, в связи с невозможностью обеспечения участия ответчика в судебном заседании с использованием системы ВКС не заявила возражений против рассмотрения иска в отсутствие ответчика.

В обоснование позиции ответчика его представителем в судебном заседании были поддержаны письменные возражения, из которых следует, что ФИО3 полагает требования истца в части заявленного размера компенсации морального вреда необоснованно завышенными. Считает, что при принятии решения суд должен принять во внимание не только степень вины нарушителя в содеянном, но и иные, заслуживающие внимание обстоятельства. Наличие факта родственных отношений само по себе не может являться достаточным основанием для компенсации морального вреда в повышенном размере.

Являясь пенсионером по старости и не имеющий иного дохода кроме пенсии, ответчик не отказывался от возмещения причиненного потерпевшей морального вреда. Однако добровольное возмещение в настоящее время затруднено отбыванием им уголовного наказания по приговору суда в исправительном учреждении г. Иркутск, в отдалении от места жительства истца. Размер пенсии ФИО3 составляет **, из которой уже производятся удержания по исполнительным документам, выданным на основании судебных решений, а так же удержания в порядке ч.4 ст.99 УИК РФ на содержание в исправительной колонии. При этом размер последних, зависит от времени года, наличия отопительного сезона.

При принятии судебного решения просит учесть, что истица ни к нему, ни к членам его семьи для досудебного урегулирования спора о компенсации морального вреда не обращалась.

Кроме того, представитель ответчика, поддержав доводы своего доверителя ФИО3, сообщила, что истцом в судебном заседании не доказан факт возникновения у неё заболеваний в виде ** вследствие гибели отца, а именно не доказано наличие причинной связи между этими заболеваниями и смертью отца. В частности в суд истцом не предоставлено доказательств, свидетельствующих о наличии у неё указанных заболеваний, а как следствие не заявлено ходатайств о производстве в рамках рассматриваемого дела судебной медицинской экспертизы для установления причин и сроков возникновения заболеваний, состояния здоровья истца в настоящий момент.

Полагает, что наличие смягчающих обстоятельств установленных приговором суда, тяжелое материальное положение ответчика, его пенсионный возраст могут быть приняты судом в качестве оснований для снижения компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости. Просит исковые требования удовлетворить частично, снизив размер заявленной компенсации до разумных пределов.

С учетом мнения представителя ответчика, а так же участвующего в рассмотрении иска прокурора, на основании ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца и ответчика, по предоставленным в судебное заседание доказательствам. При этом суд принимает во внимание и учитывает, что при подготовке дела к судебному рассмотрению, определением судьи от 29 мая 2019 года, истцу и ответчику были разъяснены положения ст. 56 ГПК РФ, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд считает, что истец ФИО2, не явившаяся в судебное заседание для рассмотрения заявленного спора по существу и попросившая рассмотреть иск в её отсутствие, определила тем самым свои права и реализовала их по своему усмотрению.

Ходатайства стороны ответчика об истребовании дополнительных доказательств были судом удовлетворены, данные доказательства изучены судом в ходе судебного разбирательства при участии представителя ответчика.

Изучив доводы истца, ответчика, его представителя, предоставленные ими доказательства, обозрев материалы уголовного дела № 1-9/2016 в отношении ФИО3, выслушав заключение прокурора, суд пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований.

В силу ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и зашита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. ст. 12, 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, вступившим в законную силу приговором Новичихинского районного суда Алтайского края от 07 июля 2016 года ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет 3 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Согласно приговору суда преступление совершено ФИО3 в отношении отца истца ФИО2 при следующих обстоятельствах.

16 сентября 2015 года, в период времени с 14 часов 35 минут до 17 ча-сов 32 минут, более точное время следствием не установлено, в ходе сов-местного распития спиртного в кухонной комнате дома, расположенного по адресу: <адрес>, между находившимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО3 и Г.А.В., произошла словесная ссора, в ходе которой у ФИО3, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Г.А.В. возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение смерти последнему.

Реализуя возникший умысел, ФИО3, 16 сентября 2015 года, в период времени с 14 часов 35 минут до 17 часов 32 минут, более точное время не установлено, находясь в кухонной комнате жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, взял в руку кухонный нож, находившийся на столе в этом же помещении, после чего, осознавая общественно опасный характер собственных действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти Г.А.В. и желая этого, клинком кухонного ножа нанес один удар в левую боковую поверхность жизненно-важного органа Г.А.В. – шею, причинив в результате этого последнему колото-резанную рану на левой боковой поверхности шеи в верхней трети с повреждением левой наружной сонной артерии, с кровоизлиянием в окружающих мягких тканях, которое причинило тяжкий вред здоровью, так как явилось опасным для жизни. Смерть Г.А.В. наступила на месте происшествия от колото-резанного ранения левой боковой поверхности шеи в верхней трети с повреждением левой наружной сонной артерии с кровоизлиянием в окружающих мягких тканях, приведшей к обильной кровопотере.

При назначении уголовного наказания судом в качестве смягчающих обстоятельств признаны и учтены явка с повинной, частичное признание вины в совершении преступления в ходе предварительного следствия, способствование этим раскрытию преступления, а так же наличие положительных характеристик по месту жительства и по месту постоянной работы.

В качестве отягчающего обстоятельства, в соответствии со ст.63 ч.1.1 УК РФ признано совершение преступления в состоянии опьянения.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда РФ в постановлении от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» (ред. от 23.06.2015), в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (п. 8).

С учетом изложенного, вина ФИО3 в совершении преступления и убийстве Г.А.В. установлена судебным актом, вступившим в законную силу, и не подлежит оспариванию в рамках настоящего гражданского дела.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др..

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При принятии судебного решения по заявленным требованиям суд исходит из того, что гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Утрата отца, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Рассматривая заявленные в настоящем гражданском деле требования, основываясь на положениях ст. 61 ГПК РФ, ст. ст. 151, 1064, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ, районный суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности компенсировать моральный вред истцу ФИО2 за причиненные ей нравственные страдания и переживания.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание и учитывает все заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе характер и тяжесть причиненных истцу в результате противоправных действий нравственных страданий и переживаний, обстоятельства причинения вреда, индивидуальные особенности потерпевшего, материальное положение ответчика, его субъективное отношение к содеянному, а также требования разумности и справедливости.

Суд принимает во внимание, что ходе судебного заседания не был подтвержден довод истца о том, что заявленные ею заболевания ** явились следствием гибели её отца и находятся в прямой причинной связи с противоправными действиями ответчика ФИО3.

Не подтвержден в суде и факт нежелания ответчика договариваться о размере и способе компенсации морального вреда, на который указывает ФИО2 в исковых требованиях. По утверждению ответчика для досудебного урегулирования данного спора ФИО2 к нему не обращалась.

Из изученных в судебном заседании по ходатайству прокурора материалов уголовного дела следует, что истец, признанная по делу потерпевшей, постоянно проживая в г. Барнаул, редко виделась с отцом, и в основном общалась с ним по телефону. За престарелым Г.А.В. в основном ухаживали сын и сноха, которым он оказывал материальную поддержку. Иного в ходе судебного следствия по уголовному делу установлено не было.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Исковых требований о компенсации морального вреда ни кем, кроме дочери потерпевшего, не заявлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд так же учитывает материальное положение лица, причинившего страдания. При этом учитывает положения о неразумности взыскания суммы, какую обидчик не в состоянии оплатить в силу объективных причин. Размер присужденной компенсации не может преследовать цель обогащения истца и должен соответствовать принципам разумности и справедливости. Выплата компенсации морального вреда является личным обязательством виновного лица.

В ходе судебного заседания установлено, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является пенсионером по старости и, отбывая уголовное наказания в исправительном учреждении, иного дохода не имеет. Согласно информации Управления Пенсионного фонда и данных ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Иркутской области ежемесячный размер пенсии ФИО3 составляет **.

Согласно предоставленной в суд информации Отдела судебных приставов Новичихинского района УФССП по Алтайскому краю, по состоянию на 17 июля 2019 года, остаток задолженности ФИО3 по сводному исполнительному производству 2192/16/22054-СД составляет **. При этом сумма удержаний по исполнительным листам составляет **.

По данным ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Иркутской области размер удержаний в порядке ч.4 ст.99 УИК РФ из пенсии ФИО3 в марте 2019 года составил **, в апреле 2019 года составил **, в мае 2019 года соответственно - **, в июне 2019 года – **.

Таким образом, с учетом фактических обстоятельств, при которых истцу причинен моральный вред, его индивидуальных особенностей, состояния здоровья, с учетом материального положения ответчика и иных обстоятельств имеющих значения для правильного разрешения спора, находит правильным определить ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей 00 копеек.

В остальной части исковых требований надлежит отказать в виду их необоснованности.

В силу положений ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Поскольку при подаче иска в суд истец был освобожден от уплаты государственной пошлины в доход государства, то с ответчика ФИО3 следует взыскать государственную пошлину в доход МО «Новичихинский район» в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 300000 (триста тысяч) рублей 00 копеек.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО3 в бюджет муниципального образования «Новичихинский район» государственную пошлину в размере 300 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Новичихинский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий

судья Новичихинского районного суда

Алтайского края Томаровский А.А.

Мотивированное решение изготовлено 24 июля 2019 года.