Апелляционное определение № 22-363/2026 от 24 марта 2026 г. по делу № 22-363/2026

УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Макеев И.А.

Дело № 22-363/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ульяновск

25 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Малышева Д.В.,

судей Старостина Д.С. и Глебова А.Н.,

с участием прокурора Осипова К.А.,

представителя потерпевшего *** Е.А.,

защитников в лице адвокатов Головастикова О.Н.,

осужденного ФИО1,

при секретаре Богуновой И.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Головастикова О.Н. на приговор Заволжского районного суда г. Ульяновска от 02 февраля 2026 года, которым

ФИО1,

***, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 160 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима со штрафом в размере 500 000 рублей.

В приговоре решены вопросы, связанные с мерами пресечения, сроком исчисления наказания, зачетом времени содержания под стражей, процессуальными издержками, гражданским иском, арестованным имуществом и вещественными доказательствами.

Этим же приговором осуждены ФИО2, ФИО3, ФИО4, в отношении которых приговор не обжалован, апелляционной представление отозвано в соответствии с ч. 3 ст. 389.8 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Старостина Д.С., изложившего краткое содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав выступления участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в растрате, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновным, с использованием своего служебного положения, совершенной в крупном размере организованной группой.

Преступление совершено в г. *** при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором в части обоснованности квалификации его действий, одновременно с этим считает несправедливым вследствие чрезмерной суровости назначенное наказание.

Автор жалоб указывает, что выводы суда о совершении им хищения цемента в составе организованной группы не соответствуют фактическим обстоятельствам, поскольку он организатором такой группы не являлся, совершил лишь хищение по предварительному сговору с ФИО3, совместно в хищении цемента с ФИО2 и ФИО4, действия которых являлись самостоятельными, не участвовал.

Об этом фактически говорит и предъявленное обвинение, согласно которому эти лица до декабря 2024 года в обвинении не фигурируют. С ними он в какой-либо преступный сговор не вступал, знает ФИО2 и ФИО4 исключительно по работе.

Утверждает, что не знал о материальной ответственности ФИО3, указывая, что умысел на хищение возник у них с ФИО3 лишь после обращения к ним *** А.Ю. с просьбой о продаже ему излишков цемента, о чем впоследствии он, ФИО1, без каких-либо намерений рассказал ФИО2, что, возможно, и обусловило возникновение у последнего умысла самостоятельно осуществить аналогичные действия, но только совместно с ФИО4

Между тем денежных средств в результате таких действий ФИО2 и ФИО4 они, ФИО1 и ФИО3, не получали, сплоченности и устойчивости между ними не было, организатором он, ФИО1, не был

Свои денежные переводы ФИО2 объясняет причинами, не связанными с преступной деятельностью (неисправностями автомобиля, нехваткой топлива и т.д.).

Об отсутствии признаков организованной группы свидетельствуют и результаты прослушивания телефонных переговоров, которые относятся лишь к декабрю 2024 года. При этом он, ФИО1, общался с ФИО3, а ФИО2 в основном только с ФИО4

При таких обстоятельствах автор жалоб полагает, что его действия могут быть квалифицированы лишь по ч. 3 ст. 158 УК РФ либо по ч. 3 ст. 160 УК РФ, а назначенное наказание, учитывая положительные данные о его личности, совокупность смягчающих обстоятельств, в том числе наличие семьи и малолетних детей, добровольного возмещения ущерба, не может быть связано с реальным лишением свободы.

В связи с этим просит обжалуемый приговор изменить, квалифицировать его действия по ч. 3 ст. 158 УК РФ либо по ч. 3 ст. 160 УК РФ, назначить наказание, не связанное с лишением свободы, в частности – в виде принудительных работ.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов осужденного ФИО1, адвокат Головастиков О.Н. в целом приводит аналогичные доводы, считает обжалуемый приговор незаконным, необоснованным и несправедливым.

Автор апелляционной жалобы, анализируя исследованные судом доказательства, указывает на несоответствие фактическим обстоятельствам выводов суда о создании ФИО1 организованной преступной группы из числа ФИО3, ФИО2, ФИО4 и других неустановленных лиц, совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст.160 УК РФ.

Полагает, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о существовании организованной преступной группы, которая характеризовалась бы устойчивостью, сплоченностью и распределением ролей.

В данном случае существовали лишь две самостоятельные группы, одна из которых состояла из ФИО1 и ФИО3, вторая – из ФИО2 и ФИО4, при этом *** А.Ю., которому продавался цемент, не был осведомлен о преступной деятельности указанных лиц.

Одновременно с этим считает несправедливым наказание, назначенное ФИО1, поскольку оно является чрезмерно суровым, тогда как ФИО1 активно способствовал установлению обстоятельств преступления, истины по делу, положительно характеризуется, имеется совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствуют отягчающие обстоятельства, что позволяет рассмотреть вопрос о правильной квалификации и назначении наказания, как и остальным осужденным, с применением ст. 73 УК РФ.

Защитник считает, что действия ФИО1, исходя из его позиции, должны квалифицироваться как тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору с ФИО3, либо по ч. 3 ст. 160 УК РФ, если будет установлено, что ФИО1 знал о материальной ответственности ФИО3, хотя это также защитник ставит под сомнение.

Обращает внимание на то, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности, не состоит на учетах, осуществлял благотворительную помощь *** ***, имеет на иждивении двоих малолетних детей, у его близких имеются заболевания, он оказывал помощь своему недееспособному другу, а также условия жизни семьи ФИО1, находящейся в тяжелом материальном положении.

В связи с этим просит обжалуемый приговор изменить, квалифицировать действия ФИО1 по ч. 3 ст. 158 УК РФ или ч. 3 ст. 160 УК РФ, назначить ему наказание с применением ст. 73 УК РФ, не связанное с лишением свободы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции:

- осужденный ФИО1 и адвокат Головастиков О.Н., занимая согласованную позицию, поддержали доводы апелляционной жалобы, просили об изменении приговора, переквалификации действий ФИО1 на ч. 3 ст. 158 УК РФ или ч. 3 ст. 160 УК РФ, назначении ему наказания, не связанного с реальным лишением свободы;

- представитель потерпевшего *** Е.А. и прокурор Осипов К.А. возражали против доводов апелляционных жалоб, обосновав их несостоятельность, просили приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, заслушав выступления участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия полагает, что приговор в целом является законным, обоснованным и справедливым, но подлежит изменению в отношении осужденного ФИО1 на основании п. 3 ст. 389.15 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

Выводы о виновности ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления в составе организованной группы, вопреки доводам апелляционных жалоб, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на всестороннем анализе исследованной судом достаточной совокупности доказательств, подробно изложенных в приговоре, которым суд в соответствии со ст. 88 УПК РФ дал объективную оценку, привел мотивы, в силу которых доказательства, представленные стороной обвинения, суд взял в основу выводов о виновности осужденного, а доводы стороны защиты отверг.

Взятые в основу обвинительного приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, поэтому обоснованно признаны допустимыми и достоверными.

Так, судом установлено, что в период с 11 января 2024 года по 10 сентября 2025 годы организованной преступной группой под руководством ФИО1, являвшегося водителем ООО «***», в состав которой входили начальники смены ЗАО «***» ФИО4 и ФИО3, водитель ООО «***» ФИО2, а также иные неустановленные лица, материалы уголовного дела в отношении которых выделены в отдельное производство, в различном сочетании ее участников (период времени и состав соучастников, их роль и преступные действия конкретизированы в приговоре), была совершена растрата в крупном размере товарно-материальных ценностей в виде цемента марки «Портландцемент ЦЕМ I 42,5H ГОСТ 31108-2020», принадлежащего ЗАО «***», в размере 116,5 тонн на общую сумму 717 752 рубля 50 копеек.

При этом цемент перевозился на транспортных средствах на основании договора поставки, заключенного между ООО «***» и ЗАО «***», а отгрузка его, исходя из согласованных действий участников организованной преступной группы, осуществлялась не в полном объеме, в транспортные накладные вносились заведомо недостоверные сведения о полной отгрузке цемента, после чего оставшийся в емкостях транспортных средств цемент вывозился с территорию завода и отчуждался путем реализации за денежные средства *** А.Ю., полученные от хищения денежные средства распределялись между участниками организованной преступной группы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, обстоятельства этого преступления, подтверждаются показаниями представителя потерпевшего и свидетелей, подробно приведенными в приговоре, ставить под сомнение достоверность которых оснований не имеется, учитывая их последовательность и согласованность с другими доказательствами, в том числе и с показаниями самого ФИО1, а также других осужденных, фактически признавших в той либо иной степени свою причастность к хищению цемента, одновременно с этим не согласившихся с квалификацией и инкриминированным объемом их преступных действий.

Так, представитель потерпевшего *** С.Ю. дал показания об обстоятельствах обнаружения хищения цемента, указав подробности поставки его на завод транспортными средствами сторонней организации, в процессе чего цемент взвешивается и выгружается под контролем начальников смен, которыми, в частности, являлись ФИО3 и ФИО4, ими же составлялись соответствующие товарно-транспортные накладные о приеме цемента.

Допрошенный в качестве свидетеля оперативный сотрудник *** И.Н. дал показаниям о проведении наблюдения в связи с поступившей оперативно информацией о причастности начальников смены ЗАО «***» ФИО3 и ФИО4, а также сторонних водителей транспортных средств ФИО1 и ФИО2, доставлявших цемент на завод, к хищению цемента. При этом была установлена организующая роль ФИО1 в указанной организованной преступной группе, что также подтвердили результаты прослушивания телефонных переговоров ее участников. Установлено было, что похищенный цемент впоследствии реализовывался *** А.Ю.

Исходя из показаний свидетеля *** А.А., являющегося начальником производства ООО «***», именно водители этой организации (к таковым относятся, как установлено судом, ФИО1 и ФИО2) осуществляли перевозку цемента в ЗАО «***».

О сложившемся в ЗАО «***» процессе приема цемента, доставляемого транспортными средствами сторонней организации, а также в целом о соответствующих обязанностях и материальной ответственности начальников смены (к таковым относятся ФИО3 и ФИО4), выявлении недостачи цемента, дали показания свидетели *** С.В., *** Г.Р., *** Л.В., *** И.В., а также охранники *** А.А. и *** М.Р., что согласуется также с результатами исследования должностных обязанностей ФИО3 и ФИО4, которыми поставляемый цемент принимался, то есть был им вверен как имущество ЗАО «***», при этом растрачивался в рамках деятельности организованной преступной группы путем оставления части цемента в емкостях транспортных средств и последующей продажи его *** А.Ю., что осознавалось всеми соучастниками преступления, в том числе и ФИО1

Вопреки доводам стороны защиты и осужденного ФИО1, исследованные доказательств также подтверждают в своей совокупности роль его как организатора вышеуказанного преступления.

Так, согласно показаниям свидетеля *** А.Ю., именно ФИО1 предложил ему приобретать у него цемент, а впоследствии также ФИО1 сообщал ему о том, сколько цемента может поставить, денежные средства за цемент передавались наличными либо перечислялись на банковский счет исключительно ФИО1, с которым согласовывались все обстоятельства, связанные с поставкой цемента, несмотря на то, что цемент привозил также ФИО2 и другие водители.

Об этом свидетельствуют в своей совокупности и показания осужденного ФИО3, согласно которым именно ФИО1 был инициатором совершения вышеуказанного преступления, предложив соответствующую схему хищения, а также организовал дальнейшую реализацию цемента, получал и распределял денежные средства между участниками организованной преступной группы вплоть до пресечения их преступной деятельности, что согласуется и с показаниями, данными в ходе предварительного следствия ФИО2, об организующей роли именно ФИО1, давшего указание о продаже похищенного цемента *** А.Ю., а впоследствии переводившего ему, ФИО2, денежные средства, полученные от продажи цемента, часть которых он, ФИО2, переводил соучастнику преступления ФИО5, также в ходе предварительного следствия давшего показания, подтверждающие указанные обстоятельства.

Анализируя последующее изменение показаний указанных лиц, суд пришел к правильному выводу о том, что такое изменение показаний обусловлено избранным способом защиты.

О вышеуказанной организованной преступной деятельности, роли ФИО1 именно как организатора, объективно говорят и сведения о движении денежных средств по банковским счетам осужденных, детализации их телефонных соединений, а также результаты прослушивания телефонных переговоров, в ходе которых они систематически обсуждали вопросы, связанные с хищением цемента в составе организованной группы, чему судом первой инстанции дана правильная правовая оценка.

Доказательства, взятые судом в основу выводов о виновности осужденного ФИО1, являются относимыми, допустимыми, достоверными и в своей совокупности достаточными для установления его виновности.

Квалифицируя действия ФИО1 по ч. 4 ст. 160 УК РФ, суд обоснованно руководствовался положениями ч. 3 ст. 35 УК РФ, согласно котором преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, а именно эти обстоятельства установлены судом по настоящему делу на основании совокупности исследованных доказательств, следуя также разъяснениям, содержащимся в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», согласно которым в отличие от группы лиц, заранее договорившихся о совместном совершении преступления, в организованную группу могут входить также лица, не обладающие признаками специального субъекта, предусмотренными ст. 160 УК РФ, которые заранее объединились для совершения преступлений.

Таким образом, доводы ФИО1 и стороны защиты о неверной квалификации его действий, отсутствии признаков организованной преступной группы являлись предметом всесторонней судебной проверки и обоснованно судом отвергнуты, все мотивированные суждения об этом судебной коллегией признаются правильными.

Совокупность исследованных судом доказательств, взятых в основу выводов о виновности ФИО1, не имеет каких-либо существенных противоречий, которые давали бы основания для иной юридической оценки его действий.

Квалификация действий осужденного в приговоре надлежащим образом мотивирована, основана исключительно на юридических обстоятельствах, правильно установленных судом и соответствующих фактическим обстоятельствам дела.

Размер реально причиненного материального ущерба, состоящего из стоимости похищенного цемента, установлен правильно, приговор в этой части содержит мотивированные выводы.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, отсутствуют основания полагать о составлении обвинительного заключения с нарушениями, которые бы исключали возможность постановления судом приговора на основе данного заключения.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ и содержанию аудиозаписи судебного заседания.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, обвинительного уклона допущено не было, принцип состязательности сторон соблюден.

Все доказательства исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, стороны в полной мере довели до суда свою правовую позицию по делу, право на защиту нарушено не было.

Подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, установлены и в приговоре изложены правильно.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, нарушений положений ст. 307 УПК РФ, которые являлись бы основанием для отмены обвинительного приговора, не допущено, доказательствам и доводам сторон дана надлежащая оценка.

При назначении наказания осужденному ФИО1 судом были учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, сведения о личности виновного, имеющиеся смягчающие наказание обстоятельства, перечисленные в приговоре, в том числе и на которые указывается в апелляционных жалобах, а также степень его участия в совершении преступления, роль и значение этого участия для достижения цели преступления, что и обусловило назначение основного наказания в виде реального лишения свободы, с чем соглашается судебная коллегия. Правильными и мотивированными также являются выводы суда о назначении дополнительного наказания в виде штрафа.

Судебная коллегия также полагает об отсутствии оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ, поскольку совокупность смягчающих наказание обстоятельств исключительной не является, существенно не уменьшает степень общественной опасности совершенного преступления.

Суд верно указал на отсутствие таких смягчающих обстоятельств, как явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку его выявление и расследование стало возможным исключительно в результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий.

Судебная коллегия соглашается с мотивированными выводами об отсутствии оснований, исходя из обстоятельств содеянного, для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также для условного осуждения ФИО1 в соответствии со ст. 73 УК РФ, правовые основания для применения положений ст. 53.1 УК РФ в данном случае отсутствуют.

Правильно ФИО1 судом для отбывания наказания в виде лишения свободы назначена исправительная колония общего режима, что соответствует требованиям п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ. Учитывая избрание судом в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, положения ст. 72 УПК РФ применены также правильно.

Вместе с тем приговор в отношении осужденного ФИО1 подлежит изменению, поскольку стороной защиты судебной коллегии представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у него заболеваний, что согласуется со сведения об учете его как ограниченно годного к военной службе.

В связи с этим состояние здоровья ФИО1 судебная коллегия признает смягчающим наказание обстоятельством, что влечет соразмерное смягчение назначенного наказания.

Вносимые в приговор изменения не ставят под сомнение законность, обоснованность и справедливость обжалуемого приговора в остальной части.

Приговор в части решения вопросов, связанных с взысканием процессуальных издержек, обеспечительными мерами и вещественными доказательствами, гражданским иском, в удовлетворении которого отказано, также является мотивированным, соответствует требованиям закона.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Заволжского районного суда г. Ульяновска от 02 февраля 2026 года в отношении ФИО1 изменить.

Признать в качестве смягчающего наказания обстоятельства состояние здоровья осужденного ФИО1

Смягчить ФИО1 наказание по ч. 4 ст. 160 УК РФ до 2 лет 10 месяцев лишения свободы со штрафом 450 000 рублей.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а содержащимся под стражей осуждённым – в тот же срок со дня вручения ему копии такого вступившего в законную силу судебного решения, – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ порядке.

Лица, в отношении которых вынесено итоговое судебное решение, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи