Решение № 2А-9242/2024 2А-9242/2024~М-8173/2024 М-8173/2024 от 16 декабря 2024 г. по делу № 2А-9242/2024

копия

УИД: 56RS0018-01-2024-014424-94

Дело № 2а-9242/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 декабря 2024 года г.Оренбург

Ленинский районный суд г.Оренбурга

в составе председательствующего судьи Емельяновой С.В.

при секретаре Бабановой М.Г.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административного ответчика ФКУ СИЗО №1 УФСИН России по Оренбургской области ФИО2, представителя административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Оренбургской области ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, УФСИН России по Оренбургской области, ФСИН России о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, указав, что в период с 22 декабря 2023 года по 09 февраля 2024 года содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области. По прибытии 22 декабря 2023 года в следственный изолятор в ночное время суток ему не был обеспечен восьмичасовой сон, питание (завтрак, обед), также не соблюдено раздельное содержание прибывших осужденных. Аналогичные нарушения допущены при его прибытии из ИВС п.Саракташ 25 и 27 декабря 2023 года, 15 и 26 января 2024 года. Камеры следственного изолятора №N, в которых он содержался, не имеют нормального косметического ремонта (стены грязные, краска облуплена, на потолке и стенах грибок и т.д.), в них отсутствовало горячее водоснабжение, которое ничем не компенсировалось, в камерах содержался в стесненных условиях, не выводился на ежедневную прогулку, средства личной гигиены не выдавались, его личная безопасность не соблюдалась. Также трижды на него были незаконно наложены дисциплинарные взыскания. Ссылаясь на указанные обстоятельства, административный истец просил суд:

признать незаконными действия (бездействие) должностных лиц ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, связанные с необеспечением ему надлежащих условий содержания в следственном изоляторе в период с 22 декабря 2023 года по 09 февраля 2024 года;

взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств ФСИН России в его пользу в счет компенсации за ненадлежащие условия содержания 50 000 рублей.

Определением суда от 25 октября 2024 года ФИО1 судом предложено уточнить требования административного искового заявления, учитывая наличие доводов о незаконности наложенных на него дисциплинарных взысканий, составленных актов.

Определением суда от 20 ноября 2024 года привлечены к участию в деле в качестве административных соответчиков ФСИН России, УФСИН России по Оренбургской области.

Административный истец ФИО1 в судебном заседании административные исковые требования поддержал по доводам, изложенным в административном иске, просил удовлетворить в полном объеме. Правом на уточнение требований административного искового заявления в части наложенных на него дисциплинарных взысканий и составленных актов по факту допущенных им нарушений Правил внутреннего распорядка дня не воспользовался, сославшись на то, что в указанной части им будет подан самостоятельный административный иск.

Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области ФИО2, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения административного искового заявления, ссылаясь на его необоснованность и на пропуск административным истцом срока на обращение в суд с настоящим административным иском.

Представитель административных ответчиков ФСИН России, УФСИН России по Оренбургской области ФИО3, действующий на основании доверенностей, позицию представителя следственного изолятора поддержал.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Частью 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии с действующим законодательством принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» указано, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.

В соответствии с пунктом 4 данного постановления нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

В пункте 14 названного постановления разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых были допущены нарушения условий содержания в исправительном учреждении, и индивидуальных особенностей каждой отдельной ситуации. Оценка разумности и справедливости размера компенсации относится к прерогативе суда.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными возможно при установлении судом совокупности таких условий, как несоответствие этих действий, решений нормативным правовым актам и нарушение ими прав, свобод и законных интересов административного истца.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1, будучи осужденным по приговору Вышневолоцкого межрайонного суда Тверской области от 21 июня 2023 года, вступившему в законную силу 16 ноября 2023 года, за совершение преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 222, частью 1 статьи 222.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, с 22 декабря 2023 года по 09 февраля 2024 года содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области.

09 февраля 2024 года ФИО1 убыл в распоряжение УФСИН России по Республике Чувашия.

В ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области ФИО1 в период с 22 декабря 2023 года по 05 января 2024 года содержался в камере №113, с 06 января 2024 года по 14 января 2024 года в камере №014, с 15 января 2024 года по 16 января 2024 года в камере N, с 17 января 2024 года по 23 января 2024 года в камере N, с 24 января 2024 года по 25 января 2024 года в камере N, с 26 января 2024 года по 05 января 2024 года в камере N, с 06 февраля 2024 года и до дня убытия (09 февраля 2024 года) в камере N.

При этом, 25 декабря 2023 года ФИО1 убыл в ИВС Саракташского РОВД Оренбургской области, возвращен в следственный изолятор 27 декабря 2023 года в 11 часов 30 минут; 09 января 2024 года ФИО1 убыл в ИВС Саракташского РОВД Оренбургской области, возвращен в следственный изолятор 15 января 2024 года в 13 часов 45 минут; 24 января 204 года ФИО1 вновь убыл в ИВС Саракташского РОВД Оренбургской области, возвращен в следственный изолятор 26 января 2024 года в 21 час 00 минут.

Таким образом, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области 39 суток.

Проверяя доводы ФИО1 о содержании его в камерах №N в стесненных условиях, суд приходит к следующим выводам.

ФИО1 в спорный период нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области содержался в статусе осужденного, поэтому вне зависимости от того, что он был в следственном изоляторе, а не в исправительной колонии, при определении нормы площади необходимо руководствоваться требованиями части 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, согласно которой норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы не может быть менее двух квадратных метров.

Из технического плана здания, представленного ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, оригинал которого обозревался в судебном заседании, следует, что камера N имеет общую площадь 17,7 кв.м, камера N имеет общую площадь 13,8 кв.м, камера N имеет общую площадь 14,7 кв.м, камера N имеет общую площадь 15,4 кв.м, камера N имеет общую площадь 24,2 кв.м.

Согласно справке начальника ОКБИиХО ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области размер санитарного узла камерного помещения N составляет 1,21 кв.м, камерного помещения N составляет 0,42 кв.м, камерного помещения N составляет 1,21 кв.м, камерного помещения N составляет 0,94 кв.м, камерного помещения N составляет 0,94 кв.м.

В соответствии с журналом количественной проверки лиц, содержащихся под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, в юридически значимый период в камере N содержалось 4 человека, в камере N содержалось от 2-х до 3-х человек, в камере N содержалось от 1-го до 3-х человек, в камере N содержалось от 1-го до 2-х человек, в камере N содержалось по 3 человека.

Следовательно, по представленным документам на одного осужденного в камере N приходилось жилой площади 4,1 кв.м, из расчета: 17,7 кв.м – площадь санитарного узла 1,21 кв.м/4 человека, в камере N приходится жилой площади 4,46 кв.м, из расчета: 13,8 кв.м – площадь санитарного узла 0,42 кв.м/3 человека, в камере N приходится жилой площади 4,5 кв.м, из расчета: 14,7 кв.м – площадь санитарного узла 1,21 кв.м/3 человека, в камере N приходится жилой площади 7,2 кв.м, из расчета: 15,4 кв.м – площадь санитарного узла 0,94 кв.м/2 человека, в камере N приходится жилой площади 7,7 кв.м, из расчета: 24,2 кв.м – площадь санитарного узла 0,94 кв.м/3 человека, в связи с чем требования административного истца в указанной части признаются необоснованными.

Доводы административного истца о превышении лимита наполняемости камер, в которых он содержался, своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли, учитывая, что камера N рассчитана на 4 человека, камера N рассчитана на 3 человека, камера N рассчитана на 3 человека, камера N рассчитана на 4 человека, камера N рассчитана на 5 человек.

В административном иске ФИО1 указывает на ненадлежащие условия содержания его в камере N с 27 декабря 2023 года по 05 января 2024 года.

Вместе с тем, на основании справки о движении по камерам судом установлено, что в камере N ФИО1 в юридически значимый период не содержался, в связи с чем его доводы в указанной части подлежат отклонению.

Доводы ФИО1 о ненадлежащем санитарно-техническом состоянии камер, в которых он содержался, а именно о наличии в этих камерах на стенах и потолке грибка, загрязнений, облупливании краски, судом отклоняются, поскольку из представленных в материалы дела ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области видеозаписей камерных помещений, актов санитарно-бытового состояния и благоустройства следует, что камеры находятся в удовлетворительном санитарно-техническом состоянии.

В соответствии пунктом 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

В силу статей 1, 8 Федерального закона от 30 марта 1999 года №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека.

Под факторами среды обитания понимаются биологические (вирусные, бактериальные, паразитарные и иные), химические, физические (шум, вибрация, ультразвук, инфразвук, тепловые, ионизирующие, неионизирующие и иные излучения), социальные (питание, водоснабжение, условия быта, труда, отдыха) и иные факторы среды обитания, которые оказывают или могут оказывать воздействие на человека и (или) на состояние здоровья будущих поколений.

В силу действующих требований законодательства здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям, в том числе согласно СНиП 2.04.01-85 «Внутренний водопровод и канализация зданий».

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15 апреля 2016 года N/пр утвержден и введен в действие с 04 июля 2016 года Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом 24 мая 2016 года, имеет номер СП N

Согласно пункта 1.2 указанного Свода правил, его положения не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил.

Пунктом 19.1 СП N предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП N, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать в том числе к умывальникам в камерах.

В ФКУ СИЗО-1 по Оренбургской области камерные помещения горячим водоснабжением не оборудованы.

Таким образом, факт отсутствия горячего водоснабжения в камерах следственного изолятора, в которых содержался административный истец, нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Вместе с тем, данное обстоятельство не является безусловным основанием для удовлетворения административного иска.

Так, в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» обращено внимание на то, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц может свидетельствовать, например, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Таким образом, условия содержания лиц, находящихся в следственном изоляторе, должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству, при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Только существенные отклонения от установленных законом требований могут быть оценены судом в качестве нарушений условий содержания лица в соответствующем исправительном учреждении.

Согласно пункту 31 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 04 июля 2022 года N, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности.

Не реже одного раза в неделю для подозреваемых и обвиняемых организуется помывка в душе продолжительностью не менее 15 минут (пункт 32 Правил N).

В соответствии с пунктом 48 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04 июля 2022 года N, помывка осужденных к лишению свободы обеспечивается не менее двух раз в неделю.

Факт помывки в душе следственного изолятора не реже 2 раза в неделю ФИО1 не оспаривал. Доказательств того, что ему было когда-либо отказано администрацией следственного изолятора в выдаче по требованию горячей воды для стирки и гигиенических целей и кипяченой воды для питья с учетом его потребности, им не представлено.

Ничем объективно не подтверждены и доводы административного истца о не предоставлении ему администрацией следственного изолятора водонагревательного прибора (кипятильника). Напротив, видеобзором камер, в том числе камеры, из которой выходят осужденные/подозреваемые, обвиняемые, подтверждается оснащение камер следственного изолятора водонагревательным прибором (электрическим кипятильником), наличие которого в совокупности с еженедельной помывкой в душе, выдачей горячей воды и кипятка по требованию соразмерно компенсировало в спорный период отсутствие централизованного горячего водоснабжения для стирки, гигиенических целей и питья.

Учитывая изложенное, а также приведенные выше правовые нормы, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, конкретные обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что нарушение, выразившееся в отсутствии горячего водоснабжения в период с 22 декабря 2023 года по 09 февраля 2024 года (из которых только 39 суток ФИО1 содержался в следственном изоляторе) с учетом его незначительного характера и непродолжительного периода непрерывного содержания ФИО1 в следственном изоляторе в указанных условиях, не может быть признано существенным, так как не повлекло неблагоприятные для административного истца последствий, что подтверждается в частности отсутствием жалоб в надзорные и контролирующие органы по этому вопросу, то есть не причинило ему нравственных или физических страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, в связи с чем правовые основания для удовлетворения требований ФИО1 в указанной части у суда отсутствуют.

Доводы ФИО1 о нарушении административным ответчиком его права на ежедневную прогулку опровергаются сведениями журнала учета прогулок и книги учета количественной проверки осужденных за юридически значимый период. Безусловных оснований полагать, что ФИО1 не всегда входил в число лиц, которые выводились на прогулку, не имеется.

В силу части 3 статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ индивидуальными средствами гигиены лицам, содержащимся под стражей, выдаются бесплатно по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств.

ФИО1 в судебном заседании не оспаривал то обстоятельство, что с заявлением на выдачу индивидуальных средств гигиены он не обращался; в выдаче индивидуальных средств личной гигиены администрация следственного изолятора ему не отказывала, в отсутствие доказательств обратного, в данной части нарушения прав административного истца не установлено.

Согласно абзацу 7 пункта 2 статьи 33 Федерального закона №103-ФЗ при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах обязательно соблюдение требований о раздельном содержании от других подозреваемых и обвиняемых лиц, являющихся или являвшихся, в том числе сотрудниками правоохранительных органов.

Аналогичные положения о раздельном содержании в исправительных учреждениях осужденных - бывших работников правоохранительных органов содержатся в части 3 статьи 80 Уголовного исполнительного кодекса Российской Федерации.

Осужденные - бывшие работники правоохранительных органов содержатся в отдельных исправительных учреждениях, обусловлены их прошлой профессиональной деятельностью и направлены на обеспечение личной безопасности названной категории осужденных, а также на обеспечение безопасности других лиц, отбывающих наказание (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2009 года N-О-О).

ФИО1 в судебном заседании указал, что является бывшим сотрудником правоохранительных органов, в связи с чем должен был содержаться отдельно от других осужденных, подозреваемых/обвиняемых.

Представитель следственного изолятора указал, что у администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области первоначально не имелось сведений, подтверждающих факт прохождения когда-либо ФИО1 службы в правоохранительных органах, в связи с чем, до поступления информации оснований для раздельного его содержания не имелось.

Согласно книге учета количественной проверки осужденных и лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, выписке из плана покамерного размещения подозреваемых, обвиняемых, осужденных, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, ФИО1 по прибытии в указанный следственный изолятор с 22 декабря 2023 года по 24 декабря 2023 года и 27 декабря 2023 года содержался в камере N с общей массой спецконтингента, с 28 декабря 2023 года и до убытия в исправительное учреждение содержался с соблюдением требований части 3 статьи 80 Уголовного исполнительного кодекса Российской Федерации.

С жалобами относительно содержания в следственном изоляторе с общей массой спецконтингента, ФИО1 не обращался, перевести в безопасное место в связи с угрозами, опасениями за свою жизнь и здоровье не просил, более того таковой угрозы не установлено.

Учитывая изложенное, а также то, что для удовлетворения требований заявителя в указанной части недостаточно одного только установления нарушения администрацией следственного изолятора требований статьи 33 Федерального закона №103-ФЗ в период с 22 декабря 2023 года по 24 декабря 2023 года и 27 декабря 2023 года, такое нарушение должно приводить к нарушению прав заявителя, что в данном случае отсутствует, правовых условий, позволяющих принять решение об удовлетворении заявленных требований в указанной части не установлено.

Ссылка ФИО1 на нарушение администрацией следственного изолятора его права на питание (завтрак, обед) и восьмичасовой сон по прибытии в следственный изолятор 22 декабря 2023 года и по прибытии из ИВС ничем объективно не подтверждена.

Вопреки другим доводам ФИО1 в период содержания в следственном изоляторе в камеру ШИЗО он не выдворялся.

Таким образом, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, руководствуясь правовыми нормами, регулирующими спорные правоотношения, суд приходит к выводу об отсутствии необходимой совокупности условий для удовлетворения заявленных ФИО1 требований.

Кроме того, согласно пункту 2 части 9 и части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд. При этом, обязанность доказывания данного обстоятельства возлагается на лицо, обратившееся в суд.

Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом (часть 7).

При установлении факта пропуска без уважительных причин срока, предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, и невозможности его восстановления, суд, исходя из положений части 5 статьи 180 и части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, отказывает в удовлетворении административного искового заявления, указав в мотивировочной части решения только на установление судом данного обстоятельства.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», разъяснено, что судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В данном случае, ФИО1 обжалуются действия (бездействие) ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, которые в отношении него прекращены 09 февраля 2024 года, то есть с момента убытия его в исправительную колонию.

Таким образом, административное исковое заявление могло быть подано им не позднее 10 мая 2024 года.

Административное исковое заявление направлено ФИО1 в суд 07 октября 2024 года, то есть с пропуском процессуального срока на обжалование.

В судебно заседании административный истец указал, что о нарушении своего права узнал, почитав закон и Правила внутреннего распорядка, утвержденные приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04 июля 2022 года N, после чего сразу же обратился в суд с настоящим иском.

Вместе с тем, незнание действующего законодательства не свидетельствует об уважительных причинах пропуска срока для обращения в суд с административными исковыми требованиями и не является основанием для его восстановления, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175, 180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Оренбургской области, УФСИН России по Оренбургской области, ФСИН России о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания - отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г. Оренбурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья подпись С.В. Емельянова

Мотивированное решение суда по делу составлено 21 января 2025 года.

Судья подпись С.В. Емельянова

Оригинал подшит в дело №2а-9242/2024,

находящееся в производстве

Ленинского районного суда г. Оренбурга