Решение № 2-145/2025 2-145/2025(2-2847/2024;)~М-2356/2024 2-2847/2024 М-2356/2024 от 28 октября 2025 г. по делу № 2-145/2025

Дело № 2-145/2025 (2-2847/2024)

УИД: 42RS0005-01-2024-005043-79


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Кемерово 15 октября 2025 года

Заводский районный суд г. Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Баранского В.Е.

при секретаре Салчак Д.А.,

с участием:

помощника прокурора Заводского района г. Кемерово Сухих А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «СИБТЭК» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ООО «СИБТЭК» о взыскании компенсации морального вреда в размере 3000000 рублей.

Требования мотивированы тем, что 27.02.2024 года между ООО «СИБТЭК» и ФИО1 заключен траловой договор №, согласно которому истец был принят на работу на должность в соответствии со штатным расписанием – стропальщик.

15.03.2024 года истец при исполнении своих трудовых обязанностей на производстве получил тяжкий вред здоровью – закрытый многооскольчатый перелом в/3 диафиза правой бедренной кости со смещением №№.

Травма получена при следующих обстоятельствах.

Истец приехал на новый объект на работу, где проходила железная дорога, на пункт выдачи выгрузки-разгрузки, куда привозят различные конструкции железнодорожным транспортом. Истец вместе с другими работниками осуществлял выгрузку из железнодорожного вагона конструкций в грузовые автомобили.

Истец производил выгрузку вместе со своим начальником Александром, который руководил всеми работниками при выгрузке товарных железнодорожных составов в грузовой автотранспорт. Истец отработал в организации всего 2 недели на другом пункте разгрузки, в этот раз его взяли на стажировку на другой пункт.

Начальник Александр показал истцу, как правильно загружать в грузовой транспорт «SHACMAN» груз.

Подъехал третий грузовик на разгрузку следующего железнодорожного вагона, в котором находилась оболочка для большого диаметра труб. Оболочка упакована в пачку по 4 штуки. Начальник стал объяснять иску как их правильно загружать, после чего истец вдвоем с другим работником начали загружать упаковки оборочки в грузовик марки «SHACMAN».

После подъехал еще один грузовик марки «SHACMAN» который истец также начал загружать. При этом его начальник Александр истцу показывал, объяснял весь процесс разгрузки-загрузки. Груз состоял из полукруглых пачек с пластинами, которые зацепляли и грузили. На одном из упаковок были самодельные петли, одна из конструкций висела ниже другой, а истец в этот момент стоял наверху на грузовом автомобиле марки «SHACMAN».

Когда погрузочный кран поднес к грузовому автомобилю марки «SHACMAN» упаковку пластин, истец предложил начальнику осуществлять загрузку определенным образом. На что начальнику ответил ему, что все хорошо и истцу необходимо продолжать загружать упаковки с товаром в кузов грузового транспорта.

Когда погрузочный кран опускал в кузов грузового транспорта упаковку товара, истец спустился в кузов, чтобы повернуть упаковку для того, чтобы она ровнее легла в кузов грузового транспорта. В момент, когда погрузочный кран опускал указанную упаковку одна из погрузочных петель ослабла, и истец собирался сказать крановщику, чтобы он остановил погрузку. Истец на непродолжительное время отвернулся от конструкции и в это время погрузочная петля слетела с упаковки пластин и придавила истца к борту погрузочного кузова, в результате чего истец получил травмы - закрытый многооскольчатый перелом в/3 диафиза правой бедренной кости со смещением

Истца увезли в медицинское учреждение на транспорте службы скорой медицинской помощи, куда следом приехал сотрудник по персоналу организации – ответчика, которая взяла с истца объяснения по факту несчастного случая на производстве. Истец подробно рассказал о случившемся событии. Сотрудник организации задала вопрос истцу о том, зачем он залез в кузов и разве он не знает, что туда нельзя спускаться? На что истец ответил, что выполнял указания своего начальника.

Истец 15.03.2024 года поступил в ГБУ РС (Я) «Нерюнгринская ЦРФ» в травматологическое отделение где ему и поставили указанный диагноз.

До настоящего времени истец нетрудоспособен, находится на больничном, проходит лечение по месту жительства в ГАУЗ «Кемеровская городская клиническая больница №». Передвигается при помощи двух костылей. Самостоятельно, без посторонней помощи передвигаться ему тяжело.

Ответчик ООО «СИБТЭК» никакой помощи истцу не предлагал, здоровьем истца не интересовался.

Акта о несчастном случае не составлялось, виновные в произошедшем лица не устанавливались, материалы в правоохранительные органы по факту причинения истцу производственной травмы не передавались. Не имеется медицинского заключения по вопросу степени причиненного вреда здоровью, с учетом нахождения истца на больничном.

В связи с полученными травмами истец продолжает проходить длительное лечение. Разработана индивидуальная программа реабилитации.

Считает, что основной причиной несчастного случая на производстве явилось нарушение и неудовлетворительная организация производства работ, нарушения ответчиком требований трудового законодательства.

В связи с тем, что истцу причинен вред в результате несчастного случая на производстве, в процессе работы у ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, оценивая степень и продолжительность страданий от полученных повреждений, состояние здоровья, отсутствия возможности полноценно трудиться, активный образ жизни, истец просит взыскать с ответчика ООО «СИБТЭК» компенсацию морального вреда в размере 3000000 рублей.

Определениями Заводского районного суда г. Кемерово от 24.07.2024 года, от 27.02.2025 года, 09.04.2025 года Государственная инспекция труда в Кемеровской области, Государственная инспекция труда в Республике Саха-Якутия, ФИО2, ФИО3, ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу, ГБУ «Нерюнгринская центральная районная больница».

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. Пояснил, что дот настоящего времени со стороны истца никто с ним не связывался, состоянием здоровья не интересовался.

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности от 10.05.2023 года, заявленные требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что истцу утверждена длительная программа реабилитации, которую он проходит в настоящее время.

Представитель ответчика ООО «СИБТЭК», представитель третьего лица ФИО3 ФИО5, действующий на основании доверенностей от 26.04.2024 года (ООО «СИБТЭК»), от 27.04.2025 года (ФИО3) заявленные требования не признал, представил отзыв на иск. Считал, что размер заявленных требований является завышенным и подлежащим снижению до 300000 рублей.

Третьи лица ФИО2, ФИО3, представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Кемеровской области, Государственной инспекции труда в Республике Саха-Якутия, ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу, ГБУ «Нерюнгринская центральная районная больница» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть заявление в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с п. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации информация о слушании дела размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Заводского района г. Кемерово Сухих А.О., полагавшей требования истца о взыскании компенсации морального вреда обоснованными, однако подлежащими снижению с учетом требований разумности, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено в ходе судебного разбирательства, истец ФИО1 на основании трудового договора № от 27.02.2024 года принят на работу в ООО «СИБТЕК». Ответчик не оспаривал факт трудовых отношений с ФИО1

ФИО1 выдано удостоверение № от 10.11.2023 года о том, что в ООО УЦ «Идеал» он прошел обучение по профессии «Стропальщик». (т. 1 л.д.66-67, 69, 70)

ФИО1 ознакомлен с Инструкцией по охране труда стропальщика №, утв. 01.03.2023 года (л.д. 124-130).

16.03.2024 года утвержден акт № о несчастном случае на производстве по форме Н-1, согласно которому установлено, что 14.03.2024 года мастером участка погрузочно-разгрузочных работ ФИО2 проведен целевой инструктаж стропальщику ФИО1, ФИО6, ФИО7 на выполнение работ по погрузочно-разгрузочным работам на участке ПК1913 «Тихоокеанский железной дороги». В процессе производства работ по погрузке сегментов труб МГТ автомобильным краном КАМАЗ «Галичанин» в кузов автосамосвала «SHACMAN» стропальщик ФИО1 в нарушение п. 115 Приказа Ростехнадзора от 26.11.2020 ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», а также в нарушение п. 69 Приказа Министерства труда и социальной защиты РФ от 28.10.2020 года № «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов» не отошел в безопасное место, которое определено технологический картой и продолжал находиться в кузове автомобиля при строповке сегментов труб МГТ.

Указанным актом установлено, что ФИО1 оборудованием - стропа с крюком причинены повреждения - закрытый многооскольчатый перелом в/з диафиза правой бедренной кости со смещением.

Причинами несчастного случая явились: недостатки в организации проведения целевого инструктажа, не обеспечение требований безопасности; простая неосмотрительность, неосторожность пострадавшего (ФИО1), выразившаяся в том, что он во время производства погрузочно-разгрузочных работ находился в кузове автосамосвала.

Из указанного акта также следует, что истец проходил стажировку с период с 28.02.2024 года по 01.03.2024 года, ему 28.02.2024 года проведен вводный инструктаж, инструктаж на рабочем месте, 01.03.2024 года проведена проверка требований охраны труда. 28.02.2024 года ФИО1 ознакомлен с картой оценки профессиональных рисков на рабочем месте. ФИО1 выданы СИЗ.

Лицами, допустившими нарушения охраны труда, являются ФИО2 – мастер погрузочно-разгрузочных работ ООО «СИБТЭК», при проведении целевого инструктажа не обеспечил изложение требований личной безопасности при производстве погрузочно-разгрузочных работ, чем нарушил ст. ст. 214, 217 ТК РФ.

Кроме того, из акт по форме Н-1 следует, что вид происшествия – легкий.

(т. 1. л.д. 41-43)

Из объяснений ФИО6 следует, что 14.03.2024 года перед началом рабочей смены с ним проведен инструктаж по ТБ и СИЗ. Во время погрузочных работ находился в надлежащем обмундировании. Ориентировочно в 12 часов 00 минут его напарник ФИО1 принимал груз – сегменты трубы МГТ в автомобиле «SHACMAN» № и получил травму при приеме груза. (л.д. 71)

Из объяснений ФИО1 следует, что 14.03.2024 года он находился на участке ТЖД. Утром получил от ФИО2 наряд-задание на погрузочно-разгрузочные работы. Работы производили с вагона в автомобиль «SHACMAN», рядом с ним находился бригадир ФИО3. При переносе труб в «SHACMAN», в кузове которого он находился, трубы соскользнули со строп и упали ему на ногу. (т. 1 л.д. 72)

Из объяснений ФИО2 следует, что 14.03.2024 года им выпущена бригада стропалей для осуществления погрузочно-разгрузочных работ. Бригада прошла инструктаж СИЗ и ТБ. При погрузке «SHACMAN» № стропальщик ФИО1 был на приеме груза. На козырьке кузова при приеме одного сегмента трубы МГТ крепление, удерживающее груз, сорвало и придавило ФИО1, тем самым причинена травма правой ноги. На место вызван медицинский работник, который осмотрел ФИО1, наложил шину. (т. 1 л.д. 73)

Из объяснений ФИО7 следует, что 14.03.2024 года перед началом рабочей смены с ним проведен инструктаж по ТБ и СИЗ. Во время проведения погрузочных работ находился в надлежащем обмундировании. Ориентировочно в 12 часов 00 минут его напарник ФИО1 принимал груз сегменты трубы МГТ в автомобиле «SHACMAN» № и пострадал при срыве груза. (т. 1 л.д. 74)

ФИО1 15.03.2024 года поступил в ГБУ РС (Я) «Нерюнгринская ЦРБ» в травматологическое отделение с диагнозом закрытый многооскольчатый перелом в/3 диафиза правой бедренной кости со смещением S72.30, где ему оказана медицинская помощь, проведены операции. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 18.03.2024 года, согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории «легкое» (т. 1 л.д. 11, 199-239).

Согласно ответа ГАУЗ «Кемеровская городская клиническая больница №» и выписке из медицинской карты ФИО1 обращался за медицинской помощью к врачу травматологу – ортопеду, хирургу, терапевту 10.04.2024 года, 12.04.2024 года, 25.04.2024 года, 08.05.2024 года, 22.05.2024 года, 31.05.2024 года, 06.06.2024 года, 18.06.2024 года, 05.07.2024 года, 12.07.20214 года, 19.07.2024 года, 30.07.2024 года,01.08.2024 года, 12.08.2024 года в связи с установленным диагнозом – S 72.30.

Согласно выписке из медицинской карты ГАУЗ «Кемеровская городская клиническая больница №4» ФИО1 с 25.03.2024 года по 10.04.2024 года проходил лечение в Нерюнгринской ЦРБ с диагнозом: закрытый многооскольчатый верхней трети диафиза право бедренной кости. 25.03.2024 года МОС правого бедра пластиной и винтами (т. 1 л.д. 82-84)

Из объяснений ФИО7 следует, что после получения ФИО1 повреждения на место был вызван медицинский работник, осмотревший истца, наложивший ему шину. Впоследствии ФИО1 доставлен в медицинское учреждение.

Таким образом, в ходе расследования несчастного случая на производстве было установлено, что мастер погрузочно-разгрузочных работ, при проведении целевого инструктажа не обеспечил изложение требований личной безопасности при производстве погрузочно-разгрузочных работ, что привело к несчастному случаю на производстве.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Определением Заводского районного суда г. Кемерово от 07.08.2024 года по делу назначена судебная медицинская экспертиза для определения тяжести причиненного вреда здоровью, проведение которой поручено ГБУЗ ОТ «Кузбасское клиническое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно экспертному заключению № от 16.12.2024 года обнаруженный у ФИО1 закрытый перелом диафиза право бедренной кости квалифицируется как телесное повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью. (т. 1 л.д. 103-108)

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан, в числе прочего, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Согласно ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

При несчастных случаях на производстве работодатель обязан принять меры, предусмотренные статьей 228 Трудового кодекса Российской Федерации, среди которых необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом,- должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством (ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В силу ст. 231 Трудового кодекса Российской Федерации разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом- лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Обязанность по соблюдению требований охраны труда возложена на работника нормой ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации.

Право квалификации несчастного случая как несчастного случая на производстве или как несчастного случая, не связанного с производством, предоставлено комиссии, проводившей расследование (ст.229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 6 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, несчастный случай может квалифицироваться как не связанный с производством, если:

смерть работника наступила вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом;

смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества;

несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние.

В соответствии со ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст.219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Понятие несчастного случая на производстве содержится в ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под которым понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать юридически значимые обстоятельства, в частности, имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в ч.6 ст.229.2 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из анализа указанных правовых норм следует, что в задачи работодателя входит обеспечение соблюдения и защиты прав и свобод работника, включая право на безопасные условия труда, а также на реализацию прав на получение обеспечения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве.

Полагая, что в связи с полученной на производстве травмой, работодатель обязан возместить причиненный ему моральный, истец обратился в суд за защитой нарушенного права.

Разрешая спор по существу, исследовав и проанализировав представленные в материалы дела доказательства, с учетом объяснений лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчика, поскольку вышеназванный несчастный случай произошел в рабочее время и при исполнении ФИО1 своих трудовых обязанностей, вследствие чего признан и оформлен как несчастный случай на производстве, в связи с чем, именно работодатель в таком случае является лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что истцу причинен тяжкий вред здоровью в результате несчастного случая на производстве.

Возражая против требований истца, ответчик указывает в том числе на то, что в действиях истца имеется грубая неосторожность при нарушении им требований охраны труда. С указанными доводами согласиться нельзя в силу следующего. Несмотря на то, что в акте № о несчастном случае на производстве по форме № от 16.03.2024 года имеется указание на простую неосмотрительность, неосторожность пострадавшего (истца) во время производства погрузочно-разгрузочных работ при нахождении в кузове автомобиля, все действия, как указывает истец, им проводились в соответствии с непосредственными распоряжениями начальника, также находившегося в месте производства работ по погрузке/разгрузке. Стороной ответчика указанные обстоятельства не опровергнуты.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу положений ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в том числе, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии со ст. 237 Трудового Кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон.

Согласно п. 2 ч. 3 ст. 8 Федерального закона Российской Федерации от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, в соответствии со ст. 151 ГК РФ, определен как физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Применительно к трудовым отношениям – это физические и нравственные страдания работника, связанные с неправомерным поведением работодателя. Физические страдания работника выражаются в форме болевых ощущений, например, при несчастном случае на производстве, связанном с нарушением норм по технике безопасности, приведшем к увечью или иному повреждению здоровья, заболеванию работника.

В соответствии с п. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрен такой, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Согласно ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

В силу требований ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями, в том числе при получении вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей.

Судом установлено, что несчастный случай произошел с истцом в рабочее время и при исполнении им своих трудовых обязанностей. Данный случай признан и оформлен как несчастный случай на производстве, поэтому работодатель в таком случае является лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статями 22, 212 ТК РФ установлено, что именно работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Поскольку грубая неосторожность ФИО1 не установлена в акте о несчастном случае на производстве формы Н-1, то ответственность за несчастный случай на производстве должен нести работодатель, на котором лежит ответственность по соблюдению требований безопасности труда его работниками.

Суд приходит к выводу о том, что несчастный случай произошел с истцом по вине работодателя, не обеспечившего безопасных условий труда, вина работника в нарушении требований охраны труда в форме грубой неосторожности не установлена, акт по форме № о несчастном случае на производстве от 16.03.2024 года хоть и содержит указание на допущение истцом простой неосмотрительности, неосторожности при производстве погрузочно-разгрузочных работ, вместе с тем не освобождает работодателя от вины в произошедшем событии.

При этом суд также учитывает, что в приведенном акте Н-1 о несчастном случае на производстве от 16.03.2024 года в качестве мероприятий по устранению причин способствующих наступлению несчастного случая указано: со всеми работниками ООО «СИБТЕК», выполняющих обязанности по погрузочно-разгрузочным работам провести внеплановый инструктаж, срок – 31.04.2024 года; всем руководителям подразделений усилить контроль за сотрудниками на рабочем месте на постоянной основе.

В соответствии с заключением эксперта № от 16.12.2024 года, истцу причинен вред здоровью, который относится к категории тяжкого.

Таким образом, суд признает, что в результате несчастного случая на производстве истцу ФИО1 причинен вред здоровью, а в связи с этим - физические и нравственные страдания, которые нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства, в связи с чем суд признает за истцом право на компенсацию морального вреда, обязанность по выплате которого лежит на работодателе.

Суд отклоняет доводы представителя ответчика о том, что при рассмотрении дела необходимо руководствоваться исключительно критериями Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 24.02.2005 года №, на основании которого выдано медицинское заключение № от 18.03.2024 года, которым определена степень тяжести повреждения здоровья при несчастном случае как «легкая», а заключение экспертизы необходимо признать недопустимым доказательством в силу следующего,

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15 апреля 2005 г. № «О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производств» утверждены учетная форма 315/У «Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» и учетная форма 316/У «Справка о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве».

Как следует из рекомендаций по заполнению учетной формы 315/У «Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» данная учетная форма (медицинское заключение) заполняется в соответствии со Схемой определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 160, а выдается по запросу организации, индивидуального предпринимателя медицинской организацией, куда впервые обратился за медицинской помощью пострадавший в результате несчастного случая на производстве, незамедлительно после поступления запроса. В графе «Диагноз и код диагноза по МКБ-10» приводится полный диагноз с указанием характера и локализации повреждения здоровья и код диагноза по Международному классификатору болезней (МКБ-10), заключение о том, к какой категории относится имеющееся повреждение здоровья.

В соответствии с пунктом 1 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 160 несчастные случаи на производстве по степени тяжести повреждения здоровья подразделяются на 2 категории: тяжелые и легкие.

Квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются: характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения; последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности) (пункт 2 Схемы определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве).

Отнесение повреждения здоровья при несчастном случае на производстве к определенной категории (легкой или тяжелой), с учетом того, что термин «повреждение здоровья средней тяжести» не употребляется, имеет значение при определении порядка расследования конкретного несчастного случая.

В свою очередь, исходя из длительности периода временной нетрудоспособности, степени утраты общей трудоспособности, заключением судебной экспертизы № от 16.12.2024 года телесные повреждения истца по указанным признакам квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области - Кузбассу» составлена программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, согласно которой установлен срок проведения реабилитационных мероприятий с 26.02.2025 года по 26.02.2026 года. Нуждается в технических средствах реабилитации – трость опорная, на срок с 26.02.2025 года по 01.03.2026 года.

В связи с чем суд не может руководствоваться только критериями Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 24.02.2005 года №, оставив без внимания период нетрудоспособности истца, длительный период его реабилитации.

Поскольку между сторонами возник спор относительно размера компенсации морального вреда, он подлежит разрешению судом.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайне переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 25, 27, 28, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Судом установлено, что в результате несчастного случая на производстве истец получил телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта расцениваются как тяжкий вред здоровью. До настоящего времени здоровье истца не восстановлено, он проходит реабилитацию, по разработанной программе. Истцу противопоказан физический труд с подъемом и переносом тяжестей, работы на высоте, длительной ходьбы. Срок которой установлен до 28.02.2026 года.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд, принимая во внимание характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого дела, а также доказанность факта несчастного случая на производстве, данные о личности истца, индивидуальные особенности истца, характеризующие личность истца, его переживания из-за ограничений, связанных с полученной травмой, которая оценивается как тяжкий вред здоровью. До настоящего времени здоровье истца до конца не восстановлено, истцу необходимо пройти длительную реабилитацию, наблюдаться у врачей. После получения травмы истец находился в стационаре, после чего проходил восстановление на амбулаторном лечении, до настоящего Грубой неосторожности в действиях истца судом не установлено, трудовая деятельность истцом в день несчастного случая осуществлялась в предоставленной работодателем форме одежды и под контролем непосредственного начальника, после проведения всех необходимых инструктажей.

Также суд считает необходимым учесть то обстоятельство, что сразу после несчастного случая был вызван медицинский работник, осмотревший истца, оказавший ему первую медицинскую помощь, наложивший шину.

Вместе с тем, суд также учитывает то обстоятельство, что за время со дня несчастного случая и на момент рассмотрения гражданского дела ответчик действий по заглаживанию вреда перед истцом не предпринимал, материальной и иной помощи не оказывал, о чем указывает истец и не опровергнуто ответчиком.

Таким образом, с учетом критериев, предусмотренных статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценивая в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации все представленные по делу доказательства в совокупности, и с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает определить размер компенсации морального вреда в сумме 700000 рублей, а в удовлетворении остальной части иска о взыскании компенсации морального вреда отказать, признав размер заявленной ко взысканию компенсации завышенным.

По мнению суда, указанный размер денежной компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ, ст. 393 ТК РФ истцы по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, освобождаются от уплаты госпошлины.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В связи с тем, что при подаче иска истец в силу закона был освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. ст.333.19, ст. 333.20 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 19 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «СИБТЭК» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СИБТЭК» (ИНН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СИБТЭК» (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 19 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Заводский районный суд города Кемерово в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья В.Е. Баранский

Мотивированное решение составлено 29.10.2025 года.

Копия верна

Судья В.Е. Баранский