Решение № 2-2049/2024 2-2049/2024~М-1311/2024 М-1311/2024 от 19 июня 2024 г. по делу № 2-2049/2024

дело № 2-2049/2024

УИД 26RS0001-01-2024-002004-11


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июня 2024 года город Ставрополь

Промышленный районный суд г. Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Самойлова С.И.,

с участием представителей истца по доверенности фио, фио, ответчика фио, представителя ответчика фио по доверенности фио,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Рудым А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Промышленного районного суда г. Ставрополя гражданское дело по иску фио к фио, фио о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу,

УСТАНОВИЛ:

фио обратился в суд с иском к фио, фио, указав в обоснование требований, что является сыном фио, дата года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении №.

дата фио умерла. После смерти матери открылось наследственное дело дата нотариусом ФИО1.

При обращении к нотариусу по вопросу вступления в наследство ему стало известно, что в состав наследственной массы не входит земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>

На данном земельном участке построен жилой дом, который не числится на кадастровом учете, но имеет все подключенные коммуникации.

Данный дом построен еще при жизни его отцом и в нем он проживал со своей супругой до дата, о чем могут подтвердить соседи <данные изъяты>

дата его отец, фио, умер, после его смерти в наследственном деле №, открытом нотариусом ФИО2, истец не участвовал, поскольку пропустил шестимесячный срок для вступления в наследство.

В рамках наследственного дела его мать унаследовала после смерти отца земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>

На тот период времени мать пережила несколько инсультов, в связи с этим сделала доверенность (полномочия неизвестны) на его сводного брата фио на ведение наследственного дела после смерти отца.

дата матери нотариусом выдано свидетельство о праве на наследство по закону и свидетельство о праве собственности на долю в общем совместном имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу.

Таким образом, мать стала единоличным собственником земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>

До смерти матери он предполагал, что земельный участок оформлен на нее, так как проживал в доме до дата и платежные квитанции по жилищно-коммунальным услугам приходили на ее имя.

После того, как нотариус пояснила, что в состав наследственной массы не входит земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, он, как наследник, 20.02.2024 обратился в органы Росреестра с целью выяснить кто является собственником.

Органами Росреестра выдана копия договора купли-продажи от 19.11.2020, из которого следует, что его брат фио по доверенности от матери фио, продал вышеуказанный земельный участок своему сыну фио, в интересах которого действовала по доверенности от дата его мать фио.

Цена проданной недвижимости сильно занижена и составляла 10000 рублей, кадастровая стоимость на 01.01.2019 составляла 246233,10 рублей, что подтверждается открытой информацией в сети «Интернет» фонда данных государственной кадастровой оценки.

На тот период времени мать пережила несколько инсультов и, вероятно, не знала, что брат продал по доверенности ее земельный участок своему сыну, тем самым выведя недвижимое имущество из наследственной массы от других наследников. Это обосновывается тем, что коммунальные платежи до сих приходят на ее имя и о факте продажи недвижимого имущества она могла не знать.

Просит суд признать договор купли-продажи от 12.11.2020 земельного участка с кадастровым номером: №, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между фио и фио, недействительной сделкой, применить последствия недействительности сделки в виде погашения записей в ЕГРН о регистрации права собственности на имя фио на указанный земельный участок, восстановив записи о праве собственности на указанный объект недвижимого имущества на имя фио, включить в состав наследственной массы фио, умершей дата земельный участок с кадастровым номером: №, расположенный по адресу: <адрес>

В судебном заседании представители истца по доверенности фио, фио в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, дала пояснения аналогичные изложенным в исковом заявлении, дополнительно указали, что согласно отчету об оценке от дата № стоимость спорного недвижимого имущества составляла 1158000. В ходе судебного разбирательства выяснено, что братья фио и фио на протяжении жизни состоят в неприязненных отношениях, кроме того, под протокол судебного заседания ответчик признал, что по факту денежные средства в размере 10000 рублей по договору купли-продажи не передавались. Таким образом, обстоятельства дела свидетельствует о том, что цель совершения сделки была не продажа объекта недвижимости, а переход права собственности на иное лицо с целью вывода недвижимого имущества из наследственной массы от других наследников. Кроме того, ответчик лишь устно говорит о воли матери продать земельный участок внуку, надлежащих доказательств суду предоставлено не было. Сама доверенность на фио не содержала конкретную формулировку по распоряжению спорным земельным участком своему внуку. Сам ответчик под протокол судебного заседания заявил, что воля в продаже недвижимости все-таки исходила от ответчиков и консультировалась по данной сделке у юристов, нотариусов его супруга. Ответчиком в материалы дела приобщено рукописное волеизъявление фио, согласно которому наследодатель хотела распорядиться своим имуществом иначе, а именно поровну между наследниками, но никак одному фио Полагают, что о данном волеизъявлении ответчику было известно задолго до совершения перехода права, в связи чем у него возник умысел безденежной продажи земельного участка своему сыну. Истец вместе со своей супругой проживал в объекте недвижимости, находящемся на спорном земельном участке, с июня 2021 года по 06.02.2022, при этом разрешение на проживание в данном объекте было получено именно от матери истца с условием оплаты коммунальных платежей (погашение уже имеющейся задолженности), тогда как фактически уже на тот момент собственником земельного участка являлся фио и бремя содержания имущества лежала на нем. О факте перехода права собственности мать истцу не сообщала, что подтверждает довод истца о том, что сама фио не знала о переходе права собственности. Супругой Истца фио на момент заезда в дом были оплачены существующие коммунальные задолженности в размере 12613,32 рублей, что подтверждается квитанцией об оплате от 28.05.2021. Сами платежные поручения об оплате коммунальных услуг приходили и приходят на имя фио до сегодняшнего дня. В 2024 году в отношении фио <данные изъяты> составило исковое заявление о взыскании с нее задолженности в размере 48337,11 рублей, что подтверждает скрытие факта перехода права собственности на имя фио и ненадлежащее исполнения обязательств по оплате коммунальных услуг. Из истребованных судом документов о наличии инвалидностей у фио имеются справки от дата, от дата, от дата ГБУЗ СК «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница № 1», где в заключении указано о наличии у фио органического расстройства личности сосудистого генеза, при этом сам ответчик подтверждает о том, что фио проживала одна, вела закрытый образ жизни. Что может свидетельствовать о том, что фио не понимала значение своих действий и не могла руководить ими на момент составления доверенности, а также быть ведома под воздействием третьих лиц, в связи с чем воля на продажу земельного участка своему внуку могла отсутствовать у умершей.

В судебном заседании ответчик фио и его представитель фио исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении, поддержав позицию, изложенную в письменных возражениях.

В судебном заседании ответчик фио, третьи лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, причины неявки суду неизвестны.

Суд, выслушав явившихся лиц, изучив письменные материалы дела, исследовав имеющиеся доказательства по делу и оценив представленные сторонами доказательства с учетом требований статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа в пункте 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Статьей 153 ГК РФ установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

На основании пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

В соответствии с п.2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу разъяснений, данных в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Судом установлено и подтверждается материалами настоящего дела, что на основании свидетельства о праве на наследство по закону от дата и свидетельства о праве собственности на долю в общем совместном имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу от дата фио являлась собственником земельного участка №, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>

Истец фио является сыном фио, что подтверждается свидетельством о рождении №

Ответчик фио также является сыном фио, что подтверждается свидетельством о рождении №

дата фио умерла, что подтверждается свидетельством о смерти № от дата. После смерти матери открылось наследственное дело №

Согласно наследственному делу № в наследство вступили фио и фио.

В состав наследства вошли: 1/2 доли в праве собственности на квартиру, расположенной по адресу: <адрес>, неполученной страховой пенсии по старости за август 2023 года, недополученной ежемесячной денежной выплаты за август 2023 года.

В соответствии с договором купли-продажи недвижимости от 12.11.2020 фио, от имени которой по доверенности действует фио, и фио, от имени которого по доверенности действует фио, заключили договор, согласно которому продавец обязуется передать (продать) в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять (купить) в собственность и оплатить земельный участок, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>

Согласно пункту 3 договора недвижимость продана по соглашению сторон за 10000 рублей. Указанная сумма получена продавцом с покупателя полностью до подписания договора.

В обоснование своих доводов о мнимости сделки между фио и фио истец указывает, что цель совершения сделки была не продажа объекта недвижимости, а переход права собственности на иное лицо с целью вывода недвижимого имущества из наследственной массы от других наследников.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно выработанной судами практики разрешения соответствующих правовых споров, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих ее исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. При оспаривании опосредующих исполнение договора документов необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, для констатации мнимости совершенной сделки необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием мнимого характера сделки является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано на необходимость учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом приведенной выше правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, для вывода о мнимом характере сделки необходимо доказать отсутствие у сторон, ее совершивших, намерений исполнять сделку. Обязательным условием в таком случае является порочность воли каждой из сторон сделки. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу.

При этом следует учитывать, что характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 55 - 57, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости договора купли-продажи недвижимого имущества и документов, подтверждающих его передачу, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

Так, исполнением договора купли-продажи со стороны продавца является передача вещи (товара) в собственность другой стороне (покупателю) (пункт 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу приведенной нормы права, о намерении продавца произвести отчуждение вещи свидетельствует ее передача покупателю, а о намерении покупателя принять имущество в собственность - вступление во владение, а также совершение действий по использованию и распоряжению вещью.

Отсутствие доказательств передачи вещи продавцом и вступления покупателя во владение вещью после заключения договора купли-продажи является одним из оснований для вывода о мнимости такого договора, поскольку означает отсутствие фактического намерения сторон на совершение сделки купли-продажи и наступления соответствующих ей правовых последствий.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней (п. 1 ст. 131 ГК РФ).

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (п. 1 ст. 551 ГК РФ).

В судебном заседании не оспаривался факт, что с 30.11.2020 собственником спорного земельного участка является фио.

Стороной ответчика в подтверждение реальности заключенного договора купли-продажи от 12.11.2020 и фактических отношений по сделке осуществлялись правомочия владения, пользования и распоряжения недвижимым имуществом, расположенным по адресу: <адрес>, производилось содержания имущества, в частности, оплата налогов и коммунальных услуг в том числе оплата задолженности предыдущего собственника, что подтверждается чеками по операциям (получатель <данные изъяты> за период с марта 2022 года по апрель 2024 года, карточкой расчетов за период с 01.01.2022 по 31.12.2023 по лицевому счету №, справками <данные изъяты> о наличии задолженности и внесении платежей.

В силу п.1 ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Истцом не представлено достоверных и достаточных доказательств, указывающих на совершение ответчиками недобросовестных действий, в результате которых формирование воли фио происходило не свободно, а вынужденно, и у нее сложилось ложное представление об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

При этом, занижение цены договора само по себе не является основанием для признания договора недействительным (ничтожным), поскольку не оспорен сам факт получения денежных средств и передача объекта недвижимости.

С учетом оснований иска о мнимости сделки, при которых, в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, требуется выяснение того, на что была направлена воля сторон, каково было их поведение, предшествующее сделке, а также последовавшее после такой сделки, и совершались ли покупателем обычные для такой сделки действия до ее заключения и после, исполнялась ли фактически сделка, передавалось ли по ним имущество и выбывало ли оно из владения продавца.

Судом достоверно установлено, что спорный земельный участок передавался фио, в настоящий момент находится в его собственности, используется по прямому назначению.

Наличие задолженности за коммунальные услуги не влечет недействительность оспариваемой истцом сделки, поскольку не относится к предмету доказывания.

Довод стороны истца, что целью сделки являлся вывод земельного участка из состава наследства несостоятелен, поскольку правоотношения между фио и фио возникли дата, то есть почти за три года до смерти фио

Доводы представителей истца, что фио не понимала значение своих действий и не могла руководить ими на момент составления доверенности, а также быть ведома под воздействием третьих лиц, в связи с чем воля на продажу земельного участка своему внуку могла отсутствовать у умершей, суд также находит несостоятельными.

Доверенность, выданная фио своему сыну фио, недействительной не признана, допустимых доказательств, что в момент оформления доверенности (дата) либо договора купли-продажи спорного земельного участка (дата) она не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, суду не представлено.

Вопреки позиции стороны истца, судом не установлено фактом, достоверно свидетельствующих о наличии в действиях фио, фио и их представителей признаков мнимой сделки.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

Пунктом 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Статьей 56 ГПК РФ, установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом в свою очередь доказательств мнимости оспариваемой сделки не представлено, ни одним из предусмотренных законодательством способом факт заключения сделки для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, фио также представлено не было, в виду чего, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

исковые требования фио к фио, фио о признании договора купли-продажи от 12.11.2020 земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного между фио и фио, недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки, включении земельного участка в наследственную массу - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Промышленный районный суд г. Ставрополя в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 27.06.2024.

Судья С.И. Самойлов