Решение № 2-338/2025 2-338/2025(2-5809/2024;)~М-5506/2024 2-5809/2024 М-5506/2024 от 12 января 2025 г. по делу № 2-338/2025

УИД 55RS0007-01-2024-009099-90

Дело № 2-338/2025 (2-5809/2024)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 января 2025 года город Омск

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Величевой Ю.Н., при секретаре судебного заседания Захаровой В.Ю., при участии помощника прокурора ЦАО г. Омска Арсений А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 к БУЗОО «Городская клиническая больница №» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,

установил:

ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО2, действующая в лице законного представителя ФИО3, обратились в суд с иском к БУЗОО «Городская клиническая больница №» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение. В обоснование указано, что ФИО8 (мать и бабушка истцов) умерла 04.05.2018 в результате некачественного оказания медицинских услуг в виду отсутствия инструментального обследования и соответствующего лечения своевременной выявленной двусторонней пневмонии, возникшей после необоснованного введения ИВЛ в реанимационном отделении.

ФИО8 поступила в приемное отделение БУЗОО «Городская больница № 1» 17.04.2018 состояние было определено как <данные изъяты>

ФИО8 находилась на госпитализации с 17.04.2019 по 04.05.2018, 04.05.2018 в 16 час. 25 мин. констатирована биологическая смерть. Ненадлежащее оказание работниками ответчика медицинских услуг ФИО8 привело к ухудшению состояния здоровья последней, и в результате летальному исходу.

ФИО1 является сыном умершей ФИО8, ее смерть стала для него ударом, у него отказали ноги, поскольку он имеет заболевание Артроз, который при стрессе прогрессировал. До настоящего времени истец испытывает чувство тревоги, страдания, он скучает и тоскует по матери. При жизни ФИО1 находился в хороших отношениях с матерью, их связывали доверительные и близкие отношения. Они постоянно созванивались, часто виделись.

Истцы ФИО4, ФИО5, ФИО2 являются внуками умершей ФИО8, смерть бабушки является для них невосполнимой утратой. Внуки были очень близки с бабушкой, проживали совместно и фактически воспитывались бабушкой, поскольку их мать ФИО3 воспитывала детей одна, много работала, чтобы содержать детей и маму. Бабушка была близким, родным человеком, которая воспитывала, поддерживала, помогала и защищала в тяжелых семейных ситуациях.

Уточнив требования, просят взыскать с БУЗОО «Городская больница № 1» в пользу каждого из истцов по 1 000 000 руб., а также взыскать в пользу ФИО1 компенсацию затрат на достойные похороны ФИО8 в размере 72 270 руб.

В судебном заседании истцы участия не принимали, извещены надлежаще. Просили о рассмотрении дела в их отсутствие.

Ранее в судебном заседании ФИО4 заявленные требования поддержал, просил удовлетворить. Пояснил, что с детства проживал совместно с бабушкой, братом и мамой в р.п. Таврическое. Мать ФИО3 ездила на работу в г. Омск, приезжала поздно, воспитанием фактически занималась бабушка. После переезда семьи в Красноярск бабушку также перевезли, она иногда ездила в г. Омск по делам. Затем вся семья вернулась в город Омск и также проживали совместно с бабушкой. С бабушкой у ФИО4 сохранились хорошие отношения, он любил ее и доверял, проводили много времени вместе, всегда была рядом, всегда поддерживала. Ее смерть стала ударом для него, он не смог приехать на похороны, т.к. находился в другом городе.

Истец ФИО5 ранее заявленные требования поддержал, просил удовлетворить, пояснил, что с бабушкой были прекрасные отношения, много разговаривали и гуляли, смотрели телевизор и обсуждали семейные вопросы. В период проживания матери с отчимом между ними начались конфликты, бабушка вставала на сторону внуков и защищала. Бабушка занималась воспитанием, помогала с уроками. На момент смерти ФИО8 ФИО5 заканчивал школу, не смогу поступить в университет, т.к. на протяжении 8-9 месяцев поле смерти бабушки находился в шоковом состоянии. Указал, что до сих пор тяжело переживает смерть бабушки, не был ни разу у нее на могиле.

Ранее в судебном заседании ФИО2 пояснила, что с самого детства проживала вместе с бабушкой, находилась с ней в тёплых отношениях, любила и уважала ее. Бабушка занималась ее воспитанием, вместе смотрели мультики. Когда были неприятные моменты с отцом, бабушка всегда ее защищала и поддерживала. До настоящего времени тяжело переживает эту невосполнимую утрату.

Представитель ФИО1 – ФИО3, действующая по доверенности, а также действующая как законный представитель ФИО2, исковые требования поддержала, просила удовлетворить. Пояснила, что брат очень тяжело переживает смерть матери, она ему часто снится. При жизни у них были хорошие отношения, они часто созванивались и встречались. ФИО1 ухаживает за могилой матери, занимался организацией похорон. Внучка ФИО2 также тяжело перенесла утрату бабушки, на момент смерти внучке исполнилось 8 лет, в результате стресса у девочки начались обострения с коленными суставами, периодически не могла посещать школу во 2 и 3 классе.

Представитель истца ФИО9, действующая на основании ордера, исковые требования поддержала, просила удовлетворить.

Представители ответчика ФИО10, ФИО11, действующие на основании доверенности, возражали против удовлетворения исковых требований в заявленном размере по доводам, изложенным в отзыве на иск. Просили снизить размер компенсации морального вреда.

Заслушав стороны, помощника прокурора ЦАО г. Омска Арсений Ю.А., полагавшей требования истцов подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела №2-5/2024, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативно-правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Охрана здоровья граждан (далее - охрана здоровья) - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская услуга - медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (пункт 4 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 указанного Федерального закона охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья, обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

По общему правилу пункта 1 статьи 20 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истцы ФИО1 является сыном, а ФИО4, ФИО5, ФИО2 внуками ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Из медицинской карты ФИО8 следует, что 17.04.2018 она была госпитализирована в порядке оказания неотложной помощи в терапевтическое отделение Городской клинической больницы № 11 и доставлена в приемное отделение бригадой скорой медицинской помощи в 01.03 час., после чего была осмотрена дежурным врачом приемного отделения, заведующим терапевтическим отделением ФИО13, предъявляла жалобы на одышку, боли в грудной клетке, тошноту, выраженную слабость.

Из анамнеза известно, что пациентка в течение многих лет наблюдается по поводу <данные изъяты>

<данные изъяты>

Также судом установлено, что дочь умершей ФИО8 – ФИО3 обращалась в Центральный районный суд г. Омска с требованием о компенсации морального вреда, причиненного смертью ФИО8

Решением Центрального районного суда г. Омска от 24.03.2024 по гражданскому делу № 2-5/2024 требования ФИО3 удовлетворены частично, с БУЗОО «Городская клиническая больница №11» взыскано в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей, а также расходы по оплате экспертных заключений, проводимых в рамках гражданского дела.

Решение не обжаловалось и вступило в законную силу 03.05.2024.

В ходе рассмотрения гражданского дела №2-5/2024 судом назначена экспертиза по ходатайству истца, в рамках которой экспертами «ЗДРАВ-экспертиза» за период пребывания ФИО8. в стационаре БУЗ ОО «ГКБ №11» с 17.04.2018 по 04.05.2018 выявлены недостатки оказания медицинской помощи.

По итогу проведения данного экспертного исследования комиссией экспертов сделан вывод о том, что за период пребывания ФИО8 в стационаре БУЗ ОО «ГКБ №11» с 17.04.2018 по ДД.ММ.ГГГГ имели место следующие недостатки и оказания медицинской помощи: <данные изъяты>

При этом экспертами сделан вывод, что нарушения в оказании медицинской помощи, которые хотя и создавали угрозу прогрессирования патологических процессов, но не явились причиной имевшихся у пациентки заболеваний, состояний и осложнений, прогрессировавших в течение многих лет и приведших к декомпенсации жизненно-важных функций организма. С учетом изложенного, при отсутствия данных патологоанатомического вскрытия, объективно и мотивированно высказаться о наличии причинно-следственной связи между имевшимися нарушениями оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО8 не представляется возможным. К моменту госпитализации ФИО8 в стационар БУЗ ОО «ГКБ № 11» 17.04.2018 у нее имели место тяжелые хронические <данные изъяты>

Обращаясь в суд с исковым заявлением истцы указали, что некачественное оказание медицинской помощи установлено в экспертном заключении, в котором указано, что БУЗОО «ГКБ № 11» не провели пациентке ряд необходимых исследований, назначен противопоказанный ей препарат, в связи чем они просят о компенсации морального вреда, причиненного смертью матери и бабушки ФИО8

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Как разъяснено в пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (пункт 48).

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (пункт 49).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Учитывая, что лечебным учреждением не представлено доказательств оказания ФИО8 в период стационарного лечения медицинских услуг надлежащего качества, экспертным путем установлено наличие дефектов, допущенных со стороны БУЗОО «ГКБ №11» суд, руководствуясь вышеприведенными положениями закона, полагает возможным возложить на ответчика обязанность по компенсации морального вреда, причиненного истцам страданиями, испытанными вследствие смерти матери и бабушки.

Истцы указали, что смерть близкого является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, что подтверждено представленными в материалы дела доказательствами, в том числе пояснениями сторон.

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда в пользу ФИО1, суд считает бесспорным, что смерть близкого, родного человека является невосполнимой утратой, однако принимает во внимание, что умершая ФИО8 проживала совместно с дочерью ФИО3 и ее детьми, связь с сыном чаще всего поддерживала по телефону. На протяжении длительного периода времени сын ФИО1 (61 год на момент рассмотрения дела) проживает в р.п. Таврическое, умершая ФИО8 проживала вместе с дочерью и внуками в городе Омске (в определенный период времени в Красноярске), в связи с чем встречи сына с матерью не были частыми. После поступления ФИО8 в БУЗОО «ГКБ № 11» в больнице ее не навещал, был на связи с сестрой ФИО3 Со слов сестры ФИО3, при жизни у ФИО1 были теплые отношения, он присматривает за квартирой ФИО8 в р.п. Таврическое. При рассмотрении дела № 2-5/2024 по иску ФИО3 ФИО1, привлеченный к участию в деле, направил в суд заявление, согласно которому заявлять самостоятельные требования не желает. Суд принимает во внимание всю совокупность дефектов и недостатков, выявленных при оказании медицинской помощи ФИО8 со стороны ответчика, учитывает характер нравственных и физических страданий истца, принципы разумности и справедливости, и определяет к взысканию в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда внукам умершей ФИО4,, ФИО5, ФИО2, суд учитывает обстоятельства, характеризующие тесные семейные отношения истцов с умершей бабушкой, сложившиеся при ее жизни, характер их психологических связей, свидетельствующих о наличии семейных отношений, систематический характер общения. Суд учитывает, что на протяжении всей жизни истцов ФИО8 проживала с дочерью ФИО3 и внуками ФИО4, ФИО5 и ФИО2, занималась их воспитанием, их связывали близкие, доверительные и теплые отношения с ФИО8 Как следует из пояснений внуков, бабушка занималась воспитанием и образованием, помогала делать уроки, играла с ними в квартиры, вместе смотрели телевизор.

Суд также учитывает, что внук ФИО4 в апреле 2018 г. уехал в г. Красноярск работать фрилансером в возрасте 24 лет, на момент госпитализации бабушки поддерживал связь с матерью по телефону. Внук ФИО5 в период госпитализации к бабушке пришел один раз, оба внука ФИО16 в судебном заседании заболевания бабушки, равно как и причину смерти назвать не смогли, на похоронах бабушки не были.

ФИО4 в качестве обоснования причиненного морального вреда указал, что бабушка научила его играть в карты, давала денег для покупки цветов для девушки, вместе смотрели телевизор. ФИО5 пояснил, что был любимым внуком бабушки, бабушка делала с ним уроки. В связи со смертью бабушки не смог сдать ЕГЭ, после школы в ВУЗ в связи с перенесенным стрессом не поступил, к чему суд относится критически. В период проживания с бабушкой разговаривал с ней, смотрел с ней телевизор, играл в карты, иногда вместе готовил еду.

Учитывая всю совокупность вышеизложенного, принимая во внимание сложившиеся отношения между бабушкой и внуками, суд определяет к взысканию компенсацию морального вреда в пользу ФИО4, ФИО5, ФИО2 в размере 100 000 рублей в пользу каждого.

При определении компенсации морального вреда в вышеуказанном размере судом также учтено, что согласно экспертным выводам нарушения в оказании медицинской помощи не явились причиной имевшихся у пациентки заболеваний, состояний и осложнений, прогрессировавших в течение многих лет и приведших к декомпенсации жизненно-важных функций организма. При отсутствии данных патологоанатомического вскрытия, объективно и мотивированно высказаться о наличии причинно-следственной связи между имевшимися нарушениями оказания медицинской помощи и наступлением смерти ФИО8 не представляется возможным.

Разрешая требования ФИО1 о компенсации расходов на погребение, суд исходит из следующего.

Статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

При этом в статье 1174 ГК РФ содержится понятие "достойные похороны" с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Законе N 8-ФЗ.

Статьей 3 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" определено понятие погребения как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям.

Из приведенных норм права следует, что вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти (статья 5 Закона N 8-ФЗ).

Исходя из указанных правовых норм, а также обычаев, расходы на достойные похороны (погребение) включают в себя как расходы, связанные с оформлением необходимых для погребения документов, изготовлением и доставкой гроба, приобретением одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для этого, подготовкой и обустройством мест захоронения, перевозкой тела (останков) умершего на кладбище, само надгробие, так и расходы на установку памятника и благоустройство могилы, в том числе на укладку тротуарной плитки.

При этом возмещение расходов на погребение (ритуальных расходов) осуществляется на основе принципа соблюдения баланса разумности трат с одной стороны и необходимости их несения в целях обеспечения достойных похорон и сопутствующим им мероприятий в отношении умершего.

Согласно пункту 6.1 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002 (рекомендованы протоколом НТС Госстроя России от 25 декабря 2001 года N 01-НС-22/1) в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовение. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах записи актов гражданского состояния; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставка похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, пастижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее.

Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе и тому подобное).

В материалы дела представлена квитанция № о том, что ФИО1 обратился в Ритуальный салон «Церемония» (ИП ФИО14) для приобретения ритуальных принадлежностей (крест, оградка, стол, лавка и два венка), оказания ритуальных услуг (установка, доставка, изготовление и доставка таблички) на общую сумму 42 270 руб. в связи со смертью ФИО8

Также ФИО1 приобретены принадлежности для захоронения (гроб, подушка, гирлянда, покрывало, табличка, одежда, церковный набор) – 8 000 руб.; услуги по омовению – 3 000 руб.; прочие услуги (копка могил, погребение) – 9 500 руб.; катафакл – 4 000 руб., автобус – 2 000 руб., доставка умершей – 3 500 руб.

В материалы дела представлены доказательства о несении расходов на погребение ФИО8 на сумму 72 270 руб., указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу ФИО1, поскольку они связаны с похоронами и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница №» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения <данные изъяты> компенсацию морального вреда в сумме 250 000 рублей, расходы на погребение в сумме 72 270 рублей.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница №» (ИНН <***>) в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения <данные изъяты> ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения <данные изъяты>), ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (<данные изъяты> компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей в пользу каждого.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Омска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Ю.Н. Величева

Решение изготовлено в окончательной форме 27.01.2025.